Неожиданность. Глава третья.

‎

***

‎На дворе стояло душное, пропитанное июльским зноем утро вторника. Солнечные лучи едва начинали пробиваться сквозь занавески спальни, когда супруги одновременно открыли глаза. Вадим проснулся в отличном, боевом расположении духа. Решив не терять драгоценное время, он плавно поднялся с кровати и накинул лёгкие домашние штаны. Ольга ласково улыбнулась ему, потянулась под одеялом и накинула свой свободный шёлковый халат. ‎ ‎Они вместе умылись в прохладной ванной комнате, окончательно стряхивая остатки сна, и неторопливо пошли на просторную кухню. Вадим привычными, чёткими движениями приготовил крепкий ароматный кофе, наполнив две фарфоровые чашки. Супруги устроились у кухонного острова, наслаждаясь утренней тишиной, и не спеша выпили кофе, глядя на просыпающийся за окном мегаполис. Когда чашки опустели, Вадим плавно отставил посуду в сторону, бесшумно сократил расстояние между ними и нежно коснулся её плеча. Его пальцы скользнули по гладкой ткани, он слегка стянул шёлковый халат вниз и трепетно, обжигающе поцеловал Ольгу в обнажённое плечо. ‎ ‎По её коже мгновенно прошлась волна крупных, сладких мурашек. Ольга ласково посмотрела на мужа и тихо, с пьянящей нежностью в голосе спросила: ‎ ‎— Вадим Юрьевич, что за утренний прилив нежности? ‎ ‎Казанцев хитро сощурился, и в его потемневшем взгляде загорелся победный, азартный огонёк. Он вкрадчиво, бархатным голосом ответил: ‎ ‎— Ольга Сергеевна, я предлагаю вам не терять времени... У нас и так всего пара дней. ‎ ‎— Ты о чём, соблазнитель? — Ольга Сергеевна дерзко приподняла подбородок, обнимая его за крепкую шею и принимая эту дразнящую игру. ‎ ‎— А ты забыла... У нас в четверг заселение, — напомнил Вадим, намекая на скорый приезд девчонок. ‎ ‎Ольга тихонько рассмеялась, запуская пальцы в его аккуратные волосы на затылке: ‎ ‎— Будто тебя это когда-то останавливало. Да и учитывая уровень шумоизоляции, можешь вообще не переживать. ‎ ‎Вадим от такой неожиданной аргументации своей жены аж замер. Он удивлённо приподнял бровь и с неподражаемым, весёлым превосходством поинтересовался: ‎ ‎— Интересно, каким образом ты проверяла шумоизоляцию? ‎ ‎— Вадюш, ты когда храпишь, если дверь в спальню закрыть, то вообще нигде не слышно, — с победной, тонкой ухмылкой выдала Ольга, полностью перехватывая инициативу. ‎ ‎Казанцев от такой сокрушительной контратаки на секунду даже лишился своего красноречия. Он шокированно и сыто улыбнулся, а затем торопливо пригладил бороду свободной рукой, окончательно отбрасывая любые споры: ‎ ‎— Ой, всё... Ничего не знаю, иди ко мне... ‎ ‎Вадим резко, властно притянул её к себе за талию, монолитно вжимая её хрупкое тело в свою широкую грудь, и прервал её ответ глубоким, сокрушительным и пьянящим поцелуем, от которого у Ольги окончательно перехватило дыхание. ‎

***

‎Когда утренние авантюры были триумфально завершены, Ольга уже стояла у зеркала в прихожей в безупречном кремовом брючном костюме, убирая волосы в строгий пучок. Вадим, застёгивая запонки на манжетах рубашки, подошёл со спины и вальяжно убрал руки в карманы брюк, с гордостью любуясь её идеальной выправкой. ‎ ‎— Ну всё, Оль, — ласково улыбнулся он, целуя её в щёку. — К выходу готовы. Водитель ждёт, едем. ‎ ‎Они обменялись быстрыми, понимающими взглядами, и ровно в восемь тридцать министерский автомобиль увёз супругов на работу. Вторник официально начался. ‎ ‎

***

Ровно в 9:00 в дверь просторного рабочего кабинета Ольги Сергеевны вежливо, но чётко постучали. ‎ ‎— Войдите, — не отрывая взгляда от раскрытой папки, спокойно произнесла она. ‎ ‎Дверь аккуратно приоткрылась, и на пороге появилась привлекательная девушка тридцати пяти лет в безупречном, строгом чёрном брючном костюме. Её гладкие волосы были собраны в идеальную, лаконичную причёску, а в руках она уверенно держала тонкий кожаный планшет. На её лице не было ни тени лишнего волнения, взгляд оставался спокойным, собранным и по-деловому мудрым. ‎ ‎— Доброе утро. Я по поводу вакансии личного помощника. Меня зовут Алина Игоревна, — ровным, уверенным голосом представилась она, останавливаясь у стола. ‎ ‎Ольга медленно закрыла ведомость, отложила ручку в сторону и внимательно, с ног до головы смерила гостью своим фирменным, пронзительным взглядом Железной леди. Атмосфера в кабинете мгновенно налилась строгой вузовской дисциплиной. ‎ ‎— Доброе утро, Алина Игоревна. Присаживайтесь, — Ольга указала рукой на стул напротив и придвинула к себе её резюме. — Посмотрим ваши документы... Опыт работы с закупками и отчётностью в крупном холдинге — это хорошо. Но расскажите, как вы справляетесь с жёстким цейтнотом? У нас здесь колоссальные завалы, нагрузка жёсткая, а времени на раскачку нет вообще. ‎ ‎— Я умею работать в боевом режиме, Ольга Сергеевна, — без колебаний ответила Алина Игоревна, присаживаясь и открывая планшет. — Любая бумажная рутина, ведомости, отчёты и архивы — это моя специальность. На прошлом месте я в одиночку закрывала аудит целого филиала. Готова сдать любые тесты или сразу приступить к делу. ‎ ‎Ольга Сергеевна хитро прищурилась, оценив такую мгновенную готовность и полное отсутствие робости перед её строгим тоном. На лице Железной леди появилась едва заметная ухмылка. Она решила провести проверку без лишних разговоров и решительно пододвинула к ней две самые массивные, пухлые стопки документов, которые до этого сиротливо высились на краю стола. ‎ ‎— Тесты сдавать не нужно, проверим вас сразу на практике. Здесь у нас списки учебных планов и личные дела. Нужно всё перепроверить, свести цифры, найти помарки и подготовить чистые документы. Действуйте, Алина Игоревна. ‎ ‎Девушка спокойно приняла тяжёлые папки, согласно кивнула и тут же углубилась в чтение, мгновенно включая стопроцентную исполнительность. Ольга Сергеевна довольно откинулась на спинку кресла — кандидат был действительно первоклассным, и текущий завал документов наконец-то оказался под контролем. ‎

***

‎Алина Игоревна уже битый час методично шуршала бумагами, демонстрируя поразительную сосредоточенность и перепроверяя личные дела, когда на рабочую почту Ольги Сергеевны пришло срочное уведомление от руководства. ‎Ольга открыла письмо, пробежалась глазами по строчкам, и её брови взлетели вверх от возмущения. Нагрузка увеличилась вдвое. Из-за экстренного слияния двух крупных факультетов всю ведомственную базу и списки учебных планов прошлых курсов затребовали перепроверить и переутвердить до конца дня. Сбой в системе перемешал данные сотен студентов, и теперь Ольге предстояло вручную восстанавливать огромный массив архивных данных, по которому у неё даже не было сверок. ‎ ‎Железная леди шумно выдохнула сквозь зубы, мгновенно принимая этот вызов, и жёстко постучала пальцами по столу: ‎ ‎— Так, Алина Игоревна, у нас форс-мажор. Вводные изменились, бросайте текущую проверку. Нам нужно прямо сейчас выловить все недочёты в часах, иначе завтра учебная часть просто встанет. ‎ ‎— Поняла, Ольга Сергеевна. Выводите данные, я готова, — без малейшей паники отозвалась Алина, быстро перелистывая страницу на планшете и намертво переключаясь на новую задачу. ‎ ‎Ольга Сергеевна хитро прищурилась, довольная такой реакцией. Кабинет заполнился быстрыми щелчками клавиатуры и шуршанием распечаток. Рутина затягивала их с головой, но Железная леди уверенно держала удар, методично разгребая эту внезапную лавину документов. ‎ ‎

***

‎Ближе к двум часам дня в кабинете Казанцева тоже закипела напряжённая работа. Вадим Юрьевич сидел в своём кресле, когда дверь приоткрылась, и на пороге быстрым, решительным шагом появилась Анна Николаевна. ‎ ‎В руках руководитель отдела аналитики крепко сжимала стопку свежих распечаток. Однако, помня о вчерашнем жёстком разговоре и расставленных границах, она изо всех сил постаралась взять себя в руки. ‎Анна Николаевна сделала глубокий вдох, заставила своё лицо стать маской профессионального спокойствия и, аккуратно закрыв за собой тяжёлую дубовую дверь, заговорила ровным, сдержанным, но запредельно серьёзным голосом: ‎ ‎— Вадим Юрьевич, у нас чрезвычайное происшествие по вашему новому сектору. Вы вообще смотрите, что подписываете? Я перепроверила все утренние ведомости и сводки. Сведения по региональным бюджетам за прошлый квартал составлены с грубейшими ошибками. Из-за этого вся наша итоговая аналитика сейчас летит к чёрту. Вы понимаете масштаб катастрофы? ‎ ‎Вадим медленно опустил руки на стол, скрестив пальцы. Его взгляд опасно сощурился, намертво фиксируя тяжёлое мужское внимание на застывшей перед ним женщине. На его лице не дрогнул ни один мускул, а под Ольгиным тональником над левой бровью едва заметно дёрнулась ноющая жилка. ‎ ‎Он пару секунд хладнокровно держал леденящую паузу, заставляя Анну Николаевну буквально замерзнуть на месте под этим давлением, а затем лениво, вкрадчивым и суровым голосом произнёс: ‎ ‎— Присаживайся, Анна Николаевна. Выкладывай, где именно твой аналитический отдел умудрился недочёт выловить. ‎ ‎Анна Николаевна молча прошла к столу и аккуратно выложила перед ним распечатки ведомостей, усевшись на стул напротив. Вадим придвинул к себе документы и принялся внимательно, строка за строкой, изучать принесённые цифры. Его взгляд быстро скользил по региональным статьям расходов, пока не наткнулся на утренний блок данных, который готовил отдел развития. Казанцев сосредоточенно вгляделся в таблицы — Артём действительно накосячил в финальных сводках, перепутав графы трансферных издержек, из-за чего весь баланс итоговой аналитики сместился. ‎ ‎Вадим лениво протянул руку к селектору, нажал кнопку и сухо скомандовал секретарю: ‎ ‎— Елена Викторовна, вызовите ко мне Артёма Дмитриевича. Срочно. ‎ ‎Буквально через пару минут дверь приоткрылась, и в кабинет быстрым, слегка испуганным шагом вошёл Артём. Парень явно не ожидал повторного вызова и растерянно поправил галстук, переводя взгляд с начальника на серьёзную Анну Николаевну. ‎ ‎— Вызывали, Вадим Юрьевич? — несмело спросил он, останавливаясь у края стола. ‎ ‎Вадим хладнокровно развернул к нему проблемную ведомость и жёстко, без всякой дипломатии постучал пальцем по нижней строке таблицы. Его тон стал сухим, строгим и чисто мужским: ‎ ‎— Артём, смотри сюда. У тебя в третьем секторе из-за путаницы в цифрах все данные съехали. Ты подставляешь отдел перед руководством. ‎ ‎Парень мгновенно побледнел, воровато заглянул в распечатку, и его глаза испуганно округлились. Он сразу понял, где именно допустил грубейший просчёт во время бессонной ночи. ‎ ‎— Вадим Юрьевич, Анна Николаевна, извините... — сглотнул Артём, растеряв всю смелость. — Виноват, засиделся ночью, глаз замылился. Я всё быстро исправлю. Дайте мне пятнадцать минут, пересчитаю всё вручную до копейки, сведу баланс и лично занесу чистые документы. ‎ ‎Вадим пару секунд хладнокровно держал паузу, заставляя парня буквально замереть, а затем весомо отрезал: ‎ ‎— Исправляй. ‎ ‎Артём поспешно забрал листок с ошибками. Анна Николаевна тоже поднялась со своего места, перехватив сумочку. Заметно расслабив плечи после признания парня, она спокойно посмотрела на Вадима: ‎ ‎— Тогда я проконтролирую, Вадим Юрьевич. Заодно сразу заберу у него сведённую квартальную отчётность, как только он закончит. ‎ ‎— Вот и отлично, — кивнул Казанцев. — Действуйте. ‎ ‎Оба руководителя спокойно покинули просторный кабинет зампреда. Анна и Артём вместе вышли в коридор, направившись в отдел развития, чтобы оперативно исправить косяк в региональных бюджетах. ‎ ‎Вадим остался у себя в кабинете один. Он откинулся на спинку своего кресла, поправил манжеты сорочки и спокойно вернулся к прерванным делам на экране компьютера. ‎ ‎

***

‎На часах оставалось буквально пятнадцать минут до конца рабочего дня, когда в просторном кабинете Ольги Сергеевны наконец затих непрерывный стук клавиш. Экстренный форс-мажор со слиянием факультетов был ликвидирован. Алина Игоревна аккуратно закрыла последнюю папку, выровняла стопку свежераспечатанных чистых ведомостей и спокойно положила их на край стола. ‎ ‎Ольга Сергеевна откинулась на спинку кресла, устало, но запредельно довольно потирая шею. Она внимательно посмотрела на женщину в чёрном костюме, оценивая её безупречный внешний вид, даже после такой сумасшедшей лавины документов. ‎ ‎— Ну что, Алина Игоревна, — с мягкой, сытой ухмылкой произнесла Ольга, чеканя слова. — Боевое крещение вы выдержали безупречно. Скорость, исполнительность и полное отсутствие паники — именно то, что мне нужно на этом месте. ‎ ‎— Спасибо, Ольга Сергеевна, — спокойно, без тени напыщенной гордости улыбнулась Алина Игоревна, убирая планшет в сумку. — Я же говорила, что завалы и рутина — это моя специальность. Рада, что мы всё успели. Какие будут дальнейшие распоряжения? ‎ ‎Ольга Сергеевна решительно придвинула к себе финальные документы и уверенно поставила свою размашистую подпись под приказом о зачислении: ‎ ‎— Распоряжение одно. Вы приняты. Официально оформляйтесь в кадрах, завтра жду вас на рабочем месте ровно в 9:00. С завтрашнего дня вся текущие и архивные ведомости переходят под ваш полный контроль. Нам нужно намертво закрыть все хвосты. ‎ ‎— Всё сделаю в лучшем виде, Ольга Сергеевна. Доброго вечера, — женщина вежливо кивнула, забрала свои вещи и аккуратно прикрыла за собой дверь кабинета. ‎ ‎

***

Ольга вышла из здания университета и сразу увидела знакомую машину, стоявшую прямо у крыльца. Вадима внутри не было. Степан мгновенно выскочил из-за руля, предупредительно распахнул перед ней заднюю дверцу, и Ольга грациозно скользнула на мягкое кожаное сиденье. Дверь захлопнулась, автомобиль плавно тронулся с места, выезжая в поток вечерней Москвы, и Ольга удивлённо спросила: ‎ ‎— Степан, а где Вадим Юрьевич? Почему мы без него? ‎ ‎— Ольга Сергеевна, Вадим Юрьевич очень просил вам не говорить, это сюрприз, — вежливо улыбнулся водитель, внимательно следя за дорогой через зеркало заднего вида. ‎ ‎Ольга кокетливо прищурилась, откидываясь на спинку сиденья. Интрига мужа её дразнила и одновременно забавляла. Минут через двадцать, Степан довёз Ольгу до высокого современного здания в самом центре столицы. Он припарковал машину, быстро обошёл её и помог ей выйти, придерживая за локоть. Водитель уверенно проводил Ольгу внутрь стеклянного холла до самого лифта. Ольга вошла в зеркальную кабину, и водитель протянул руку, нажав кнопку двадцатого этажа. ‎ ‎— Приятного вечера, Ольга Сергеевна, — вежливо кивнул Степан, отступая назад. ‎ ‎Створки лифта плавно закрылись, и кабина стремительно полетела вверх, унося Ольгу навстречу первому приятному сюрпризу этого сумасшедшего вторника. ‎* ‎Зеркальные створки лифта плавно разъехались, и Ольгу сразу встретила девушка-администратор с приветливой улыбкой: ‎ ‎— Ольга Сергеевна, добрый вечер, следуйте за мной. ‎ ‎Ольга приподняла бровь, поддаваясь любопытству, и пошла за ней по коридору. Девушка провела Ольгу на крышу. Когда они вышли на открытое пространство, у Ольги на секунду буквально перехватило дыхание. Прямо перед ней высилась огромная, прозрачная стеклянная полусфера, из которой открывался шикарный вид на город. ‎ ‎Ольга зашла внутрь. Всё было оформлено очень красиво и со вкусом: приглушённый свет, круглый столик, два кресла и диванчик. На столе уже стояло несколько блюд и бокалы. ‎Ольга присела на диванчик, с наслаждением откидываясь на спинку и любуясь вечерней Москвой. ‎ ‎В этот момент дверь тихо скользнула в сторону, и появился Вадим. Он вошёл неторопливым, уверенным шагом. Пиджак уже был снят, верхние пуговицы рубашки расстёгнуты, а в глазах горел тот самый весёлый, азартный огонёк, который Ольга так любила. ‎ ‎Вадим подошёл, сел на диванчик прямо рядом с ней, крепко обнял Ольгу за талию, притягивая к себе, и нежно поцеловал в шею. ‎ ‎— Любимая, привет, — тихо произнёс Казанцев ей в самое ухо. — Как тебе сюрприз? Решил вытащить тебя отдохнуть. ‎ ‎Ольга тихо рассмеялась, расслабляясь в его руках и укладывая ладони на его плечи. Её голос налился мягкой хрипотцой: ‎ ‎— Вадюш... Это просто потрясающе. У меня слов нет. Из душного кабинета — и прямо сюда. Как тебе вообще пришла в голову эта идея? ‎ ‎— Ну, у твоего мужа голова работает отлично, — ухмыльнулся Вадим, ласково перебирая пальцами её волосы, отчего Ольга блаженно прикрыла глаза. — Я же обещал, что спасу твои нервы. Постарался найти лучшее место, чтобы нас никто не беспокоил. ‎ ‎Ольга ласково провела ладонью по его щеке, заглядывая в любимые глаза: ‎ ‎— Я ведь сегодня действительно чуть не расклеилась среди этих бумаг. А сейчас смотрю на город, чувствую тебя рядом, и вся усталость просто испаряется. ‎ ‎— Она и должна испариться, родная, — Вадим наклонился ещё ближе, прерывая её слова глубоким, долгим поцелуем, от которого у Ольги перехватило дыхание. Её пальцы крепко впились в его плечи, принимая эту нежность. ‎ ‎Когда поцелуй завершился, Вадим улыбнулся и потянулся к столу: ‎ ‎— Так, это мы начали отлично, но мой желудок тоже требует своего. Давай-ка пробовать, чем нас тут решили накормить. ‎ ‎Вадим открыл блюда, и по полусфере разлился умопомрачительный аромат. На тарелках стояло нежнейшее мясо под ягодным соусом, запечённые креветки и спаржа, а в центре — воздушное клубничное суфле со свежими ягодами. ‎ ‎Вадим взял вилку, аккуратно отрезал кусочек мяса и поднёс к её губам: ‎ ‎— Ну-ка, Оль, попробуй. Оцени. ‎ ‎Ольга послушно приняла угощение, медленно прожевала и сладостно зажмурилась: ‎ ‎— М-м-м... Вадюш, это божественно. Мясо буквально тает. А соус... такой вкусный, кисло-сладкий. Готовь премию повару. ‎ ‎— Подготовлю, Оль, — заусмехался Вадим, отправляя следующий кусочек себе в рот и довольно качая головой. — Действительно, приготовлено отлично. Попробуй вот эту креветку, она с цитрусовым маринадом. ‎ ‎Ольга подцепила вилкой креветку и протянула мужу, прикусив губу: ‎ ‎— Теперь ты. ‎ ‎Вадим перехватил её руку прямо в воздухе, поцеловал её пальцы, заставив Ольгу прерывисто выдохнуть, и уверенно съел угощение. На секунду в полусфере стало прохладно от набежавшего ночного ветра. Вадим тут же заметил, как Ольга слегка повела плечами, и проявил искреннюю заботу. Он потянулся к спинке дивана, взял тёплый мягкий плед и аккуратно, бережно укутал её плечи, ласково поцеловав в макушку. ‎ ‎— Не мёрзни, Оль. Столичная высота коварна, — хрипло и запредельно нежно шепнул он. ‎ ‎Ольга повернулась к прозрачной стене полусферы, заворожённо разглядывая рассыпающиеся внизу мириады огней ночного мегаполиса. Огромный город отсюда казался удивительно мирным, сказочным и совершенно не давящим. ‎ ‎— Красиво, — тихо, затаив дыхание, произнесла Ольга, заглядывая в глаза мужа. — Садовое кольцо отсюда как огненная река. Даже не верится, что мы сейчас находимся в самом центре этого безумного муравейника. ‎ ‎— Ага, — согласился Вадим, но смотрел он в этот момент вовсе не на панораму столицы, а исключительно на жену. Он плавно перехватил её руку, переплетая свои пальцы с её ладонью, и тихо добавил: — Блеск в твоих глазах затмевает всю московскую иллюминацию. ‎ ‎Ольга сладостно улыбнулась мужу, сильнее сжав его пальцы в ответ, и они вместе замерли, наслаждаясь этим невероятным моментом покоя. ‎

***

‎Поужинав, они переместились на диван, расслабленно смотря в даль. Вадим устроился поудобнее, надёжно прижав Ольгу к своему плечу, а она лениво перебирала пальцами пуговицы на его рубашке, согреваясь в его объятиях. ‎ ‎— Вадюш, спасибо тебе, — мягко прошептала Ольга, не поворачивая головы, но улыбаясь своим мыслям. ‎ ‎— Пожалуйста, — так же тихо, бархатно отозвался Казанцев, целуя её в макушку и сильнее укутывая пледом. ‎ ‎— И за помощницу. ‎ ‎Вадим хитро сощурился, и его плечи беззвучно дрогнули от смеха: ‎ ‎— Ну, Алина Игоревна женщина строгая, опытная. Надеюсь, сработаетесь. ‎ ‎— Уже сработались, — Ольга сладостно зажмурилась, чувствуя, как уходит последнее дневное напряжение. — Боевое крещение она сегодня прошла на отлично. Теперь за порядок я точно могу не переживать. Ты настоящий гроссмейстер в кадровых делах, Вадим. ‎ ‎— Стараюсь, Ольга Сергеевна, — сыто ухмыльнулся Казанцев, крепче сжимая её ладонь в своей руке. — Для меня главное, чтобы ты чувствовала себя уверенно и спокойно. ‎ ‎Они замолчали, полностью растворяясь в этой уютной, пьянящей тишине. Огромный город внизу продолжал шуметь миллионами жизней, но здесь, на высоте двадцатого этажа, под куполом звёздного неба, существовали только они двое. ‎ ‎Вторник триумфально подошёл к концу, запечатав их маленькую победу над столичной суетой и подарив идеальный момент абсолютного семейного счастья. ‎‎ ‎

***

Среда встретила столицу ещё более душным, зноем пропитанным рассветом. Огромный мегаполис за окнами квартиры на Садовом кольце только начинал лениво просыпаться, а в спальне Казанцевых уже вовсю циркулировали токи чистой, пьянящей страсти. ‎ ‎Вадим Юрьевич проснулся первым. Поняв, что до приезда детей и начала официального министерского шторма у них с Ольгой остался буквально один полноценный день, он решил провести это утро по высшему разряду. Он плавно поднялся с кровати, накинул домашние штаны и ушёл на кухню. На плитах быстро заскворчала яичница с сочными, ароматными помидорками, а следом по квартире поплыл густой запах свежесваренного кофе. Через пятнадцать минут Вадим вернулся в спальню, бережно неся большой поднос с горячим завтраком. ‎ ‎Ольга к этому моменту уже проснулась. Она полулежала на подушках, уютно кутаясь в свой шёлковый халат, и с мягкой, нежной улыбкой наблюдала за вошедшим мужем. ‎ ‎— Доброе утро, любимая. Завтрак в постель, — тихо, с обволакивающей бархатной хрипотцой в голосе произнёс Казанцев. ‎ ‎Ольга слегка рассмеялась, поудобнее устраиваясь на подушках: ‎ ‎— Доброе утро, Вадюш. По аромату чувствую, завтрак в постель сегодня не просто так. ‎ ‎Вадим Юрьевич лукаво прищурился, ставя поднос прямо на кровать. Супруги не спеша прошлись по завтраку, бережно ухаживая друг за другом. Они с огромным удовольствием съели горячую яичницу с помидорками, лениво переговариваясь в утренней полутьме спальни, и допили крепкий кофе. Когда пустая посуда была отставлена в сторону, Вадим бесшумно сократил расстояние между ними и ласково коснулся её лица. В его взгляде мгновенно загорелся знакомый, азартный мужской огонёк. Казанцев плавно потянул за шёлковый пояс её халата, скользнул ладонью по гладкой коже бедра, намереваясь забрать тотальный контроль над ситуацией. ‎ ‎— Вадим, я серьёзно. Я не собираюсь опаздывать, — требовательно, но с мягкой кокетливой улыбкой пресекла его маневр Ольга. Выскользнув из его объятий, она лишь поцеловала его и удалилась в душ. ‎ ‎Вадим Юрьевич от такой техничной, изящной контратаки жены на секунду замер на постели, шокированно глядя на закрывшуюся дверь ванной комнаты. На его лице медленно расплылась хищная, запредельно довольная ухмылка гроссмейстера. Проигрывать этот утренний раунд он явно не собирался. ‎ ‎— Ну, Ольга Сергеевна, так дела не делаются, — хрипло, с дразнящим вызовом в голосе произнёс Казанцев. ‎ ‎Мужчина вальяжно поднялся, решительно перешагнул порог ванной и пошёл к ней в душ. Стоило Ольге за сквозящим стеклом душевой кабины обнаружить его рельефный силуэт, как она попыталась устроить ему смешной, наигранный отпор. ‎ ‎— Казанцев, марш отсюда! Регламент нарушаешь! — весело, отчаянно отбиваясь от его сильных рук и брызгаясь прохладной водой, вскрикнула Ольга. — У меня причёска, у меня плановый отдел! Вадим, нет! ‎ ‎Но у неё ничего не получилось. Вадим со своей непотопляемой хоккейной выдержкой и мёртвой хваткой лидера мгновенно сломил её партизанскую оборону. Он собственнически шагнул под тёплые струи воды прямо в штанах, властно прижал мокрое тело жены к кафельной стене и прервал её весёлые возмущения сокрушительным, властным и обжигающим поцелуем, заставив Ольгу окончательно капитулировать перед его напором. ‎ ‎...Спустя сорок минут в квартире воцарился каноничный, сумасшедший хаос. Поняв, что личный водитель уже десять минут как жжёт бензин внизу у подъезда, непрерывно поглядывая на часы, супруги в панике бегали по спальне и прихожей, экстренно одеваясь на ходу. Вадим, чертыхаясь, судорожно застёгивал пуговицы рубашки и никак не мог попасть запонкой в манжету. Ольга, босиком и со слегка влажными волосами, на бегу застёгивала юбку строгого серого костюма-двойки, одновременно пыталась красить губы перед зеркалом. ‎ ‎Ольга прыгала на одной ноге у комода, отчаянно пытаясь натянуть вторую туфлю. Размахивая в воздухе чёрным спонжем для пудры, она ласково, но с притворной строгой укоризной посмотрела на мужа и дразняще протянула: ‎ ‎— Если из-за твоего утреннего штурма я опоздаю на совещание, ты у меня сам всю неделю по плановому отделу на коленях будешь ползать, выпрашивая прощение. Слышишь? ‎ ‎Вадим, который в этот момент безуспешно пытался одновременно завязать шнурки на туфлях и застегнуть упрямую верхнюю пуговицу рубашки, от такой сочной, прокурорской перспективы едва не потерял равновесие. Он выдал короткий, раскатистый смешок, наконец справился с пуговицей, накинул пиджак и вальяжно убрал руки в карманы брюк, мгновенно возвращая лицу маску невозмутимого гроссмейстера. ‎ ‎— Зампред комиссии на коленях не ползает, Ольга Сергеевна, даже ради планового отдела, — сыто ухмыльнулся он, подхватывая её под локоть и помогая вернуть устойчивость. — Тыл защищён, регламент ускорен. Мы всё успеем. Бегом в машину. ‎ ‎Они обменялись весёлыми, наэлектризованными взглядами, подхватили папки с документами и буквально вылетели из квартиры к лифту. ‎ ‎Среда официально вступила в свои права, обещая стать запредельно жаркой. ‎ ‎

***

Ольга Сергеевна вошла в зал заседаний ректората ровно без двух минут девять, сохранив безупречную выправку. Её серая юбка сидела идеально, а строгий пучок на затылке не выдавал и намёка на недавние приключения на Садовом кольце. Будучи ведущим проректором вуза, она уверенно заняла своё место во главе рабочего сектора стола. Алина Игоревна в строгом брючном костюме устроилась рядом, открыв планшет. Среда с ходу закрутила рабочие шестерёнки на максимальной скорости. ‎ ‎Совещание началось секунда в секунду. Ректор университета, пожилой и солидный мужчина, обвёл присутствующих строгим взглядом и сразу взял жёсткий, требовательный тон: ‎ ‎— Коллеги, ситуация экстренная. Проверка из министерства затребовала итоговые ведомости на два дня раньше срока. Если мы сегодня до пяти вечера не сдадим чистые списки учебных планов и архивных задолженностей по слиянию факультетов, финансирование новых кафедр будет заморожено. Ольга Сергеевна, плановый отдел предоставил вам утренние расчёты? ‎ ‎Ольга Сергеевна внутренне ухмыльнулась, мгновенно включая свою привычную Железную леди. В её глазах зажёгся тот самый холодный, бескомпромиссный огонь, который не прощал слабости. Она твёрдо посмотрела на ректора и весомо отчеканила: ‎ ‎— Плановый отдел предоставил данные с помарками. Мы с Алиной Игоревной перепроверили всё в экстренном режиме. На данный момент все недочёты в расчётах часов выловлены. ‎ ‎Ольга сделала лёгкий знак рукой, и помощница тут же раздала членам комиссии папки с чистыми, идеально сведёнными расчётами. ‎ ‎— Здесь полные списки задолженностей и восстановленные архивные данные, — спокойно продолжила Ольга Сергеевна, удерживая контроль над залом. — Панику разводить не нужно, регламент соблюдён. Проект будет сдан вовремя. ‎ ‎По залу пронёсся тихий, уважительный гул. Ректор удивлённо приподнял очки, бегло просматривая идеальные таблицы, и довольно кивнул, не найдя, к чему придраться: ‎ ‎— Что ж... Принято без замечаний, Ольга Сергеевна. Ваша исполнительность впечатляет. ‎ ‎Ольга Сергеевна едва заметно улыбнулась. Боевое крещение Алины Игоревны форс-мажорами продолжалось, но Железная леди в статусе ведущего проректора уже чётко понимала: кадровый выбор Вадима уберёг университет от катастрофы. Плановый отдел был приструнён, первая важная ведомость закрыта намертво, и кадровый завал в вузе перешёл под её полный контроль. ‎

***

‎После совещания Ольга с Алиной вернулись в кабинет. Ольга Сергеевна закрыла дверь, и устало опустилась в кресло. ‎ ‎Помощница положила папки на стол и спокойно заметила: ‎ ‎— Ольга Сергеевна, ректор явно не ожидал, что у нас всё готово. Плановый отдел теперь долго будет приходить в себя. ‎ ‎— Так им и надо, — ухмыльнулась Ольга, потирая виски. — Терпеть не могу, когда мне подсовывают бумаги с ошибками. Ладно, расслабляться рано. Ректор сказал, что министерство ждёт списки до пяти вечера. Что там осталось? ‎ ‎Алина Игоревна заглянула в планшет и коротко доложила: ‎ ‎— Основную часть мы проверили вчера. Остался один кусок по слиянию факультетов. Надо вручную сверить часы за прошлый семестр. Работы часа на два. ‎ ‎— Отлично, давай делать, — кивнула Ольга. — Выводи данные мне на экран, проверим вместе. Надо закрыть этот вопрос до обеда. ‎ ‎Помощница кивнула, села за свой стол и сразу включилась в расчёты. В кабинете снова защёлкали клавиши. Рабочий день шёл своим чередом. ‎ ‎

***

‎В министерском кабинете Вадима Юрьевича день среды вовсю набирал обороты, но сам Казанцев находился в прекрасном расположении духа. Утренний душ на Садовом кольце заставлял его довольно ухмыляться. Рабочая суета вокруг, его вообще не волновала — он был расслаблен и уверен в себе. ‎ ‎Дверь кабинета коротко стукнула, и вошла Анна Николаевна. В руках она держала ту самую исправленную Артёмом и перепроверенную аналитическим центром квартальную отчётность. Она спокойно подошла к массивному столу и аккуратно положила перед ним папку. ‎ ‎— Вадим Юрьевич, вот готовые документы на подпись, — ровным, сугубо деловым тоном доложила она. — Артём всё пересчитал, недочёт в региональных бюджетах устранён полностью. Баланс сходится до копейки, вся аналитика чистая. ‎ ‎Вадим придвинул к себе папку, раскрыл её и бегло пробежался глазами по строчкам, удерживая свой отличный, расслабленный настрой. Он размашисто поставил свою визу на главном листе и закрыл папку. ‎ ‎— Принято, Анна Николаевна. ‎ ‎Анна забрала подписанные документы, но уходить сразу не стала. Она немного расслабила плечи и уже гораздо тише, по-человечески спросила: ‎ ‎— Как там Ольга Сергеевна на новом месте? ‎ ‎Вадим подозрительно посмотрел на неё, и его взгляд мгновенно стал колючим и внимательным: ‎ ‎— Ты опять за своё? ‎ ‎— Нет, Вадим. Я просто спрашиваю, честно, — Анна Николаевна растерянно покачала головой, искренне пытаясь показать, что в её словах нет скрытого умысла или затаённой колкости. ‎ ‎— У Ольги Сергеевны всё прекрасно, — сухо и весомо отрезал Казанцев, намертво запечатывая любые попытки развить эту тему. ‎ ‎— Я рада, — тихо выдохнула Анна, принимая его тон, и сразу же перевела разговор на безопасную тему. — А Саша завтра во сколько приедет? ‎ ‎— Так, приезд в 19 часов... Ну плюс минус, в девятом часу Степан привезёт к тебе, — чётко ответил Вадим, мысленно сверяясь с завтрашним графиком водителя. ‎ ‎Анна Николаевна внимательно выслушала его слова, зафиксировав точный тайминг. Она мягко кивнула, убирая документы в сумочку: ‎ ‎— Отлично, спасибо. Сашку я встречу в самом лучшем виде. ‎ ‎— Ну вот и отлично, — кивнул Казанцев. — Всего доброго. ‎ ‎— Всего доброго. ‎ ‎Она аккуратно прикрыла за собой тяжёлую дубовую дверь. Вадим остался в кабинете один. ‎

***

‎Вадим Юрьевич поднялся из-за стола, и вышел в приёмную. Рабочий день близился к завершению, и нужно было закрыть последний важный вопрос на сегодня. ‎ ‎Казанцев подошёл к рабочему месту секретаря и спокойно спросил: ‎ ‎— Елена Викторовна, подскажите, на месте ли председатель? ‎ ‎— Да, Вадим Юрьевич, Сергей Львович у себя, — вежливо ответила женщина, подняв на него взгляд. — Он сейчас свободен, можете проходить. ‎ ‎— Спасибо, — кивнул Казанцев. ‎ ‎Он направился по просторному коридору к массивной дубовой двери, коротко постучал и уверенно вошёл внутрь кабинета руководителя. ‎ ‎— Здравствуйте, Сергей Львович, — приветствовал начальника Вадим, проходя вглубь кабинета. ‎ ‎— Здравствуйте, Вадим Юрьевич, проходи, — солидный, крепкий мужчина за большим столом оторвался от документов и приветливо махнул рукой в сторону кресла. ‎ ‎Вадим сел, положив перед собой папку с чистыми распечатками и без лишних предисловий начал доклад: ‎ ‎— По вашему поручению, Сергей Львович. Все утренние сводки по региональным бюджетам и квартальной аналитике полностью сведены. Руководитель отдела развития доработал графики, баланс сошёлся до копейки, документы у меня на руках. Никаких помарок и задолженностей по сектору не осталось, все ведомости чистые. ‎ ‎Сергей Львович внимательно выслушал доклад, бегло просмотрел протянутые Вадимом распечатки бюджетов и откинулся на спинку массивного кресла. На его строгом, волевом лице появилась довольная, приветливая улыбка: ‎ ‎— Отличная скорость, Вадим Юрьевич. За оперативность по бюджетам отдельное спасибо, выручил. Знаю, какие жёсткие сроки стояли, но ты, как всегда, регламент держишь намертво. ‎ ‎Когда официальная часть была успешно завершена, Казанцев хитро сощурился, и на его лице заиграла каноничная, сытая ухмылка. Он вальяжно откинулся на спинку кресла и дружеским тоном добавил: ‎ ‎— Сергей Львович, и ещё один момент, уже не по министерской линии. Ольга Сергеевна полностью подготовила документы. Ваш сын официально зачислен на первый курс. ‎ ‎Председатель от такой новости мгновенно изменился в лице. Жёсткий министерский взгляд руководителя сменился искренней, тёплой отцовской благодарностью. Он довольно рассмеялся и крепко пожал Вадиму руку через стол: ‎ ‎— Вадим, ну спасибо! Порадовал отца, честное слово. У меня прямо от сердца отлегло. Вероника из-за этого поступления всю плешь мне проела, переживала безумно. Ольге Сергеевне огромный привет и моя личная благодарность за такую оперативность. ‎ ‎— Ну, Ольга Сергеевна у меня дело знает крепко, — заусмехался Вадим, принимая рукопожатие. — Но, честно говоря, Вероника, переживала совершенно напрасно. Ольга подробно изучила его личное дело. Парень у вас круглый отличник. Влад в этот московский вуз и без всяких наших звонков поступил бы абсолютно легко, на общих основаниях. Так что сын у вас действительно талант. ‎ ‎— Да? — председатель приятно удивился и гордо улыбнулся. — Ну надо же... Приятно слышать, скрывать не буду. А то ведь сам знаешь, как молодёжь сейчас — пока над душой не встанешь, учиться не заставишь. В общем, Вадим, удружил. Я твой должник, имей в виду. ‎ ‎Сергей Львович на секунду замолчал, его взгляд снова стал глубоким, чисто чиновничьим, а голос понизился до конфиденциального полушёпота: ‎ ‎— Я сегодня был на совещании в министерстве... И мне там очень прозрачно намекнули, что наверху планируется что-то грандиозное. Серьёзная тектоническая рокировка, которая поднимет волну по всем ведомствам. Говорят, готовится глобальное слияние секторов. Похоже, всю систему скоро перетряхнут так, что камня на камне не останется. Ты в курсе? ‎ ‎Вадим от этой завуалированной информации на мгновение буквально застыл в кресле. На его обычно непроницаемом, холёном лице промелькнуло подлинное, глубокое удивление, а глаза ошарашенно округлились. Гроссмейстер министерских интриг внезапно понял, что за его спиной разворачивается игра куда более масштабная, чем он мог себе представить. ‎ ‎— Нет, Сергей Львович... — Казанцев быстро взял себя в руки, возвращая лицу маску невозмутимости, но его голос прозвучал глуше обычного. — До меня эти слухи ещё не доходили. Интригующий расклад. ‎ ‎— Вот именно, Вадим, — многозначительно кивнул председатель, поднимаясь со своего места. — Так что держи руку на пульсе. Ладно, доброго вечера. ‎ ‎— Доброго, Сергей Львович. ‎ ‎Вадим вышел из кабинета председателя, всё ещё мысленно переваривая услышанное. Ошеломляющая новость о грядущем глобальном слиянии заставила его мозг лихорадочно сопоставить пару фактов, но он быстро переварил информацию и ушёл мыслями в сюрприз. ‎

***

‎Вечер среды опустился на столицу плотным, фиолетовым бархатом, наконец-то принеся долгожданную прохладу после изнуряющего дневного зноя. Ольга Сергеевна, полностью зачистив за день все задолженности в плановом отделе и устроив столичным плановикам сокрушительный разгром, вышла из массивных дверей университета около восьми вечера. Возле гранитного крыльца её уже привычно поджидал министерский автомобиль, а Степан, завидев Железную леди, вежливо распахнул заднюю дверцу. ‎ ‎Ольга плавно опустилась на кожаное сиденье, устало откинула голову на подголовник и с мягкой, заинтригованной улыбкой посмотрела на водителя через зеркало: ‎ ‎— Ну что, Степан... куда на этот раз? Снова секретная директива Вадима Юрьевича? ‎ ‎— Так точно, Ольга Сергеевна, — весело отозвался водитель, аккуратно выруливая со двора. ‎ ‎Однако к удивлению Ольги, вопреки ожиданиям о ресторанах или загородных поездках, автомобиль через полчаса уверенно затормозил у их собственного дома на Садовом кольце. Степан мгновенно вышел, открыл перед ней дверь и, когда она ступила на асфальт, вежливо протянул ей объёмную, дорогую картонную коробку, перевязанную атласной лентой: ‎ ‎— Вадим Юрьевич, просил передать вам это. ‎ ‎Ольга заинтригованно приподняла бровь. Она аккуратно приоткрыла крышку, увидела в ней струящуюся, дорогую ткань и сразу поняла, что это платье. Сердце Железной леди забилось в сладком, волнующем предвкушении. Оставив водителя у подъезда, она поспешила в квартиру, чтобы переодеться. ‎

***

‎Едва тяжёлая входная дверь тихо щёлкнула замком, Ольга замерла в прихожей. В квартире царил глубокий, обволакивающий полумрак, и лишь из гостиной, из-за угла, поступал мягкий, живой оттенок света — мерцающий, колеблющийся отблеск десятков зажжённых свечей. В этот самый момент она услышала тихую, завораживающую мелодию струн. Ольга на цыпочках прошла дальше, заглянула в комнату и окончательно замерла, прижав ладонь к груди. ‎ ‎Вадим сидел на стуле посреди гостиной. На нём были синие в клетку брюки и белоснежная рубашка с небрежно закатанными до локтей рукавами, верхние пуговицы которой были расстёгнуты. В его руках была акустическая гитара. Казанцев плавно, мастерски наигрывал медленную, пьянящую мелодию и, глядя ей прямо в глаза, неторопливо, с обволакивающей бархатной хрипотцой начал произносить под музыку строчки стихотворения, рождённого их общей историей: ‎ ‎«Сквозь шум дорог и суету столицы, ‎Где каждый день как сложная игра, ‎Твой гроссмейстер заново учился ‎Искать тепло у нашего костра. ‎ ‎Твоя строгость, гордый взгляд леди — ‎Всё отступало в тишине ночей. ‎И не было счастливее на свете ‎Того, кто грелся у твоих лучей. ‎ ‎Я помню всё: как рушились преграды, ‎Как затихал притихший Политех, ‎И как за все сомнения в награду ‎Светился взгляд твой, лучший среди всех. ‎ ‎В капкане дней, где так легко разбиться, ‎Судьба вела нас к пристани одной. ‎Моя жена, моя родная птица, ‎Я обрел мир и дом рядом с тобой...» ‎ ‎У Ольги от этих неожиданных, пронзительных, глубоких и таких душевных слов внутри всё перевернулось. На глаза мгновенно навернулись слёзы чистой, непреодолимой женской нежности. Вся её былая прокурорская маска Железной леди окончательно рассыпалась в прах. Она бессильно опёрлась о стену плечом и, затаив дыхание, вслушивалась в каждое слово, в каждый аккорд, чувствуя, как по телу непрерывно бегут крупные, сладкие мурашки. ‎ ‎Вадим плавно отложил гитару в сторону, поднялся со стула и неторопливо сделал несколько шагов к замершей у стены Ольге. Он бережно, но сокрушительно крепко обнял её, прижимая к своей широкой груди. Ольга сладостно вздохнула, пряча лицо у него на плече, и послушно завела руки за его крепкую шею, намертво замыкая кольцо своих объятий. Казанцев стоял неподвижно, ласково поглаживая её по спине и зарываясь носом в шёлковые волосы. Спустя секунду он отчётливо почувствовал, как на тонкой ткани его рубашки, прямо на плече, одно за другим появляются маленькие мокрые пятна от её безмолвных слёз. ‎ ‎За его спиной, в мягком и живом мерцании десятков свечей, красовался роскошный романтический ужин. На полированном столе поблёскивали хрустальные бокалы, темнело дорогое вино, а в самом центре возвышался огромный, пышный букет нежно-розовых пионов, чей тонкий, пьянящий аромат заполнил всю гостиную. ‎ ‎Они стояли так очень долго, молча, согревая друг друга посреди этого душного июльского вечера и полностью отсекая весь остальной мир за пределами их квартиры. Напряжение сумасшедших будней окончательно растаяло в этой звенящей тишине. ‎ ‎Наконец Вадим чуть отстранился, бережно взял её лицо в свои ладони, заставляя Ольгу посмотреть на него. Вкрадчиво, бархатным голосом, лишённым всякого защитного лоска, он тихо произнёс: ‎ ‎— Любимая, не плачь пожалуйста. Сильно задело? ‎ ‎— До глубины души... ну всё, гроссмейстер, довёл свою железную леди до истерики, — Ольга тихо разрыдалась, не в силах больше сдерживать накопившиеся за день эмоции и переполнявшую её нежность. ‎ ‎— Оль, оль, оль, тише… — Вадим растерянно и безумно ласково зашептал ей прямо в макушку. Он бережно, большими пальцами вытирая её слёзы, бережно приподнял её лицо: — Прости, иди ко мне. ‎ ‎Он снова крепко прижал её к себе, укрывая в своих монолитных объятиях от всех внешних штормов. Ольга уткнулась носом в его мокрую от её слёз рубашку, судорожно вздыхая и постепенно успокаиваясь в его сильных руках. По её телу непрерывно бежали крупные, сладкие мурашки от ощущения его безграничной мужской заботы и тепла. ‎ ‎Когда её плечи перестали мелко вздрагивать, Вадим ласково отстранил её, мягко заглянул в заплаканное лицо и нежно улыбнулся: ‎ ‎— Ну всё, моя хорошая, успокаивайся. Давай-ка за стол, а то ужин совсем остынет. Я так старался. ‎ ‎— Пойдём, Вадюш… — шёпотом ответила Ольга, послушно утирая пальцами влажные щёки. — Спасибо тебе. ‎ ‎Вадим бережно увёл её к накрытому столу, помог присесть на стул и заботливо накинул на её плечи мягкий плед. Сам сел напротив, взял бутылку и аккуратно разлил тёмное рубиновое вино по хрустальным бокалам, в которых красиво заплясали живые отблески пламени свечей. Тут Оля, бросив взгляд на сияющие бокалы, на пышные пионы и на невероятно нежного, заботливого мужа, снова не смогла сдержать слёз. Нахлынувшая с новой силой волна любви и тепла опять переполнила сердце, и влажные дорожки вновь блеснули на её лице. ‎ ‎Вадим испуганно замер, бережно отставил бутылку в сторону и сразу попытался её успокоить, накрыв её ладони своими руками: ‎ ‎— Оль, ну ты чего опять?.. Оля, я сейчас сам заплачу. ‎ ‎От этого неожиданного, забавного и такого трогательного заявления своего сильного, обычно невозмутимого мужа Ольга наконец смогла слегка рассмеяться сквозь слёзы. Она шутливо качнула головой: ‎ ‎— Не надо, Вадюш. А то мы тут потоп устроим. ‎ ‎— Потоп нельзя… замучаюсь соседу ремонт оплачивать, — тут же со своей фирменной, сытой ухмылкой парировал Вадим. ‎ ‎Ольга глубоко выдохнула, чувствуя, как накопленное за день напряжение окончательно отступает, уступая место лёгкости. Она ласково сжала его пальцы: ‎ ‎— Любимый, спасибо… Я сейчас снова реветь начну. ‎ ‎— Понял… — Казанцев хитро сощурился, и в его глазах загорелся тот самый азартный, живой огонёк. Он выдержал секундную паузу и выдал свой юморной подкол, чтобы окончательно вывести её из слёз: — Так, Ольга Сергеевна, отставить министерские капризы. Если ты сейчас же не прекратишь сырость разводить, я завтра лично явлюсь в твой плановый отдел и заставлю их переписать все сметы в стихах. Будут у тебя экономисты под гитару отчёты сдавать. Представляешь это шоу? ‎ ‎Ольга Сергеевна весело и сладостно рассмеялась, полностью переключаясь на его заботливую волну юмора: ‎ ‎— Господи, только не это! Вадим, ты беспощаден. Всё, я спокойна, слёзы отменяются. ‎ ‎Они наконец сели поудобнее за стол, весело переглянувшись, плавно подняли хрустальные бокалы и с огромным удовольствием выпили за их нерушимый союз. Супруги принялись за угощение, с аппетитом ужиная в мягком полумраке гостиной. Вадим бережно подкладывал ей самые лакомые закуски, Ольга кокетливо улыбалась в ответ, и они неторопливо разговаривали обо всём на свете, наслаждаясь каждой секундой этого пьянящего, абсолютного уединения под мерцание свечей. ‎

***

‎После этого долгого, согревающего ужина Ольга ушла в душ, чтобы окончательно расслабиться и смыть с себя остатки дневной суеты. Тёплые струи воды приятно успокаивали тело, а в голове до сих пор эхом отзывались строчки душевных стихов. В это время Вадим по-хозяйски навёл порядок на кухне: неторопливо убрал посуду в раковину, задул мерцающие свечи в гостиной и приглушил свет. Вернувшись в спальню, он разделся и лёг в кровать, накинув на себя лёгкое летнее одеяло. ‎ ‎Спустя пятнадцать минут в комнату вошла Ольга. От неё пахло лавандовым гелем для душа и свежестью. Она плавно скользнула под одеяло и уютно устроилась рядом, положив голову ему на грудь и вдыхая родной запах его кожи. Спальня наполнилась звенящей домашней тишиной. ‎ ‎Ольга ласково огладила ладонью его крепкое плечо и тихо, с заинтригованной улыбкой спросила: ‎ ‎— Где ты вообще гитару раздобыл? ‎ ‎Казанцев хитро сощурился в темноте спальни и с мягкой, бархатной хрипотцой в голосе ответил: ‎ ‎— Это секрет... У соседа снизу одолжил. ‎ ‎Они вместе тихонько, сладостно рассмеялись, вспоминая свои недавние страхи перед потопом. Вадим собственнически прижал её к своему боку, перебирая пальцами её влажные волосы, и с улыбкой добавил: ‎ ‎— Поэтому и говорю, потоп никак нельзя. Я пока гитару ждал, огляделся слегка у него в квартире... Точно не потяну такой ремонт, Оль. Там один паркет как бюджет Высшей лиги стоит. ‎ ‎— Вадим, ты просто… — Ольга качнула головой, не в силах сдержать улыбку от его неистребимого, живого юмора. ‎ ‎— Ну я мысленно накидал варианты, в принципе согласен, — вкрадчиво, с пьянящей нежностью перебил её, намекая на её прошлую шутку про хорошую шумоизоляцию закрытой спальни. — Так что регламент тишины мы нарушать не будем. Будем действовать исключительно на своём поле. ‎ ‎Ольга от такой каноничной, дразнящей контратаки мужа сладостно вздохнула. В её глазах, даже в полумраке, вспыхнули те самые обещающие искры. Она плавно поднялась на локте, нависая над ним всем своим хрупким телом, заглянула в его потемневший взгляд и увлекла Вадима в глубокий, сокрушительный и обжигающий поцелуй, прерывая любые дальнейшие житейские споры. ‎ ‎Электрический ток чистой, неостановимой страсти мгновенно прошил их обоих. Вадим властно перехватил контроль, твёрдо вжимая её в мягкие подушки и отбрасывая лёгкое одеяло в сторону. Пронзительная, хмельная ночь среды полностью принадлежала только им двоим, намертво запечатывая их абсолютное столичное уединение перед грядущим четвергом. ‎