Зови меня своим именем

      На летних каникулах было принято решение, все же, съездить в Воронеж. Дима вызвался поехать с ним, для моральной поддержки. Добираться решили поездом. Билеты нашли кое-как, люди спешили уехать куда-нибудь из города. На море, на курорт, в гости, да куда угодно. Сидеть в душном, бетонном, хоть и красивом городе очень сложно. Так что смена обстановки всегда безпроигрышный вариант для восстановления нервной системы. Антон решил не брать много вещей, поехать на легке, но заботливая тётя Ангелина собрала небольшую дорожную сумочку с едой, куда положила несколько бутербродов, пирожки с картошкой и сосиской, пару коробок "Доширака", быстрорастворимый кофе, чай и кусковой сахар. Позже, уже в поезде, парни обрадовались этому пайку.       Антон любил поезда. Была в них какая-то романтика. Слушать стук колёс, пить чай из гранённых стаканов в резных подстаканниках, смотреть в окно на сменяющийся пейзаж или читать интересную книгу. А ещё спать довольно приятно. Тебя как-будто укачивает и убаюкивает. В этот раз поездку портило поскрёбывающие внутри чувство. Они с Димой не обсуждали, с чем могут столкнуться в родном городе. В тайне Антон надеялся, что все слухи улеглись. А ещё он совсем немного надеялся поговорить с Эдом. Да, это очень, очень глупо. Шастун это понимал. Головой. Но сердце хотело найти какое-нибудь серьёзное оправдание поступку близкого друга. Может, это Антону показалось, что Эд испытывает к нему чувства? Может, для Эда их дружба была просто дружбой, а то, что случилось между ними, это просто эмоциональный выброс после истории, которая просто не может оставить равнодушной никого?       - Дим, ты когда-нибудь видел созависимых людей? Или сам был в таком положении? - осторожно спросил Антон. Позов задумался. С чего это его друг задумался о таких вещах?       - Сложно сказать. У меня много знакомых, но ни к кому нельзя залезть в голову. Возможно, таких людей больше, чем может показаться на первый взгляд.       - А меня можно назвать таким?       - Ну, если ты живёшь эмоциями другого человека, ставишь его приоритеты выше своих и чувствуешь ответственность за его решения, то да, можно.       - Это действительно сложно. В смысле, если я боюсь расстроить, скажем, тебя и переживаю, о твоих чувствах, значит я зависим от тебя?       - Нет, Шаст. Тут другое. Вот если бы ты отрекался от своих желаний в угоду моим желаниям и приподносил это, как высшее проявление преданности мне, то тогда ты бы был в созависимых отношениях со мной. Антон замолчал       - Тох, что происходит?       - Возможно, я себе что-то придумал и пытаюсь найти этому доказательства.       - Дело в Эде. - не спросил, утвердил Дима.       - Неет. Да?..Не знаю.       - Антон, это был его выбор, поступить так, как он поступил, не твой.       - Просто, а вдруг это только я решил, что между нами что-то есть? Вдруг я...       - Стоп, стоп, стоп, - подорвался с места Дима и сел рядом с Антоном, - завязывай с этим. Судя по тому, что ты мне рассказал, инициатором вашей ммм близости, был он. А ты был не против. Значит обоюдно. Антон уставился в окно, а потом и вовсе завалился спать. "Это будет долгая поездка" - подумал Дима.       В Воронеж приехали утром. Счастливая Майя встречала ребят на машине. Расцелова парней в щёки, обняла и усадила на заднее сидение. Всю дорогу до дома рассказывала о благоустройствах улочек и о происшествиях с соседями. А когда приехали домой, стала накрывать на стол. Конечно же женщина заметила, что Антон немного бледный, но старалась всячески подбодрить сына и показать, что дома ему бояться нечего.       Неделя прошла вполне спокойно. Антон и Дима выходили гулять, обходили знакомые и родные места, гуляли с псом и бегали на речку. Заезжали в гости к бабушке Антона и помогали ей на участке прополоть траву и заменить курям сено. А на обратном пути залипали в короткие видео в телефоне и посмеивались, показывая друг другу то, что считали прикольным или смешным.       - Эй, кто это у нас? Какими судьбами в наших краях? Мы думали, что ты послушался совета и уже в ином мире! Неприятный гогот прозвучал за спинами ребят, когда они шли от остановки в сторону дома. На улицы города уже опустились сумерки и начинали загораться фонари. Антон с Димой обернулись на голоса. Увидели парней из класса старше на год, Игоря и Степана, и напряглись.       - Че вы, онемели от радости, что ли?       - Привет, пацаны. - откликнулся Дима. - Как жизнь?       - А, так теперь его член в твоей заднице? Или твой в его? "Не улеглись" - подумал Антон.       - Пацаны, вот давайте без грубости. У вас одна информация, у меня есть другая. Вы ж гопниками никогда не были, так и не начинайти. - снова попытался Дима. Обстановка наколялась. Степан и Игорь подошли совсем близко. У них были гадкие ухмылки. Дима был готов драться в любую секунду. Антон не был готов, но бежать - трусость. Да и выплеснуть всю злость из-за всей этой ситуации хотелось сильно. Накатили все месяцы унижений и травли, обвинений в том, чего он не делал. Да, не такой он представлял поездку домой. Хотя в глубине души знал, что что-то подобное вполне могло произойти. И если сейчас не дать отпор, то жить в этом состоянии жертвы придётся всю оставшуюся жизнь. Кто кого первым ударил - не запомнилось, да и не важно. Антон только помнил, что плечом к плечу, а потом и спиной к спине бился рядом с другом. Их потрепали, конечно. Но, спасибо Сергею Борисовичу с его приседаниями, отжиманиями и кроссами на выносливость, обидчикам досталось сильнее. Когда Дима понял, что противники обезврежены, потянул Антона за локоть и увёл домой.       Майя охнула, увидев ребят. Побитые, с синяками и ссадинами, у Антона разбит нос, у Димы губа, к кому бросаться, кого лечить?! Первым делом отправила обоих в ванну, мыть руки и лица. Антон до ушей улыбался, Дима качал головой и посмеивался. Надо бы купить Матвиенко призент.        Обратно отправлялись спустя две недели после драки. Синяки ещё немного виднелись, ссадины затянулись. В поезде было уютней, потому что не беспокоили непрошенные мысли. С Эдом Антон так и не виделся. Ну, значит так надо. Значит можно закрыть эту страницу и жить спокойно дальше. Планировать будущее и радоваться тому, что есть. А пока, пожалуй, начать читать первую книгу, подаренную Позовыми, ведь их много, а лето короткое.

***

После возвращения в Москву Антон и Дима решили найти себе подработку на лето. Не из нужды в деньгах, а скорее из любопытства себя чем-либо занять. Выбор был небольшим, парням едва исполнилось семнадцать. Было решено устроиться официантами в заведение, где всегда хорошая проходимость и обедают приличные люди. И от дома не далеко, буквально три автобусные остановки. Их приняли только и лишь потому, что некоторые работники оказались не против сходить в отпуск, так как работали весь год. А отдыхать нужно. И дни закрутились. Антон научился разбираться в прожарке мяса, узнал много интересных салатов и закусок. Кормили, кстати, бесплатно. Шик, блеск. Ещё и чаевые давали. Правда чаевые были общие, делили их между всеми работниками в конце рабочего дня. Но ребята не жаловались.       В один из рабочих дней Антон, как уже привык, подошёл к одному из столиков, чтобы принять заказ и ненадолго замер. За столом сидели Оксана Владимировна и Арсений Сергеевич. От неловкости загорелись уши и зарделись щёки. Учителя удивлённо уставились на парня, но после оба заулыбались. Антон объяснил, что они с Димой заняли себя делом, чтобы не сидеть просто так и дал обещание, что уйдёт с подработки как только начнутся занятия в школе. Обещание было принято, заказ сделан и юный официант ушёл отдавать его на кухню. Пока готовили заказ Антон посматривал в зал и в какой-то момент буквально залип на Арсении. Да, он обещал себе, что не наступит дважды на одни и те же грабли, но кто запретит ему смотреть? Он же ничего плохого не делает. Просто смотрит. Смотрит на то, как Арсений поправляет чёлку, уже изрядно отросшую. Смотрит как жестикулирует в диалоге. У него красивые руки, пластичные. Такими руками можно показывать спектакли в кукольном театре и без кукол вовсе. А ещё у него смешная мимика, когда морщит нос. А взгляд...такой глубокий и прожигающий...Стоп, ой, он смотрит на Антона. Шаст быстро отвёл взгляд и скрылся в помещении для персонала. Там наткнулся на Диму, который переодевал фартук, потому что пролил на себя какой-то напиток.       - Ты чего такой загнанный? - спросил Дима, оглянувшись на друга.       - Да так. Ничего. Там, кстати, Суркова в зале. И Попов. Не хочешь отнести им заказ и поздароваться?       - О, давай! Месяц их не видел. Антон выдохнул, не придётся оправдываться и сгорать со стыда. Дальше Антон занимался другими столиками и к учителям подошёл только когда они попросили счёт. Арсений, как истинный джентельмен, оплатил оба заказа, не позволив Оксане даже притронуться к кошельку. Они попращались с ребятами и ушли из заведения.       - Это ж мы застали смену караула. - улыбаясь проговорил Дима.       - Какого караула? - не понял Антон.       - Ну, Шаст. "Пост сдал - пост принял".       - А, точно. Смена классного руководителя. Это ж теперь Попов наш официально...       - Ага, - ответил Дима. - Наш. Иди, вон гости зовут, прими заказ. И антон пошёл.       Ночью он долго не мог уснуть. Всё представлял, как касается рук молодого учителя, размышлял, какого это, переплетать его пальцы со своими? А когда наконец уснул, ему снился глубокий, прожигающий взгляд голубых глаз.

***

       Для Арсения лето было одним из любимых времён года. Он подумывал даже пойти вожатым в летний лагерь, вспомнив о разговоре с Шастуном в вечер дискотеки зимой. Но отказался от этой затеи, когда Серёжа предложил съездить в Питер на несколько недель, погулять по улочкам, сходить в пару заведений и побывать в горячо любимом Арсением Петергофе. Долго не думая, Арсений собрал небольшой чемоданчик, забронировал два билета на сапсан и был таков. Москва прощай, Питер встречай.        Кажется, Арсений обошёл все местные шоурумы. И даже прикупил себе что-то новое из одежды. И фотосессию себе заказал. Фотографировался во всех питерских улочках. Обошёл почти каждый двор, каждую арку, каждую местную достопримечательность и даже малоизвестные переулки с графити на стенах. Серёжа отсыпался в гостиночном номере или вовсе там не ночевал. Но никто из друзей не жаловался. Они давно привыкли, что живут в разных ритмах и их это не напрягало. Но в Петергоф поехали вместе. Арсений сделал больше 70 снимков одного только Финского залива, пока Скрёжа лениво прогуливался по лесным дорожкам. Арс потащил Матвеенко во дворец и, в двадцатый раз, наверное, слушал экскурсовода, пока Серёжа залипал на расписной потолок. В общем, каждый остался доволен поездкой.       По возвращении в Москву Арсений позвонил Оксане и предложил сходить куда-нибудь, попить чаю и обсудить некоторые детали по передаче классного руководства. Оксана была уже глубоко беременна, но от встречи не отказалась. Пара месяцев у неё в запасе ещё была.       - Оксааана! Материнство тебе к лицу. Такая нежная, красивая! Ты вся светишься! - рассыпался в комплиментах Арсений, обнимая свою коллегу.       - Ох, Арсюша, спасибо! Боже, засмущал меня!?       - Как ты? Малыш пинаетя уже?        - Малышка. И да, она ещё та непоседа. Но уже различает наши с Лёшей голоса. Так забавно, дитёныш затихает, когда он начинает ей рассказывать про футбол. Арс не переставал улыбаться, слушая восторженные рассказы девушки. Тут к их столику подходит Шастун, собственной персоной, в чёрной рубашке, чёрных джинсах скини и в фартуке, с блокнотиком и ручкой в руках. Поднял взгляд на гостей, замер, медленно моргнул и поздоровался. "Он что, покраснел? Как мило" подумал Арсений.       - Антошка, ты тут какими судьбами? - чуть ли ни в один голос, улыбаясь, спросили учителя.       - Да мы тут с Димой решили занять себя чем-то на каникулах. Вот, устроились.       - Вы тут с начала лета работаете? - спросила Оксана.       - Нет, мы почти месяц гостили у моих родителей в Воронеже, а как вернулись... вооот. "Да как же он переживает. Думает, его будут ругать?" - мысленно задался вопросом Попов.       - О, не подумайте, как только начнутся занятия в школе, мы уйдём от сюда. Нас и взяли-то временно, чтобы дать основным работникам возможность отгулять отпуска.       - Что ж, это похвально. Молодцы, на самом деле! - улыбнулся Арсений, показывая, что совсем не осуждает решение парней. - Тогда примите у нас заказ, товарищ официант. Антон немного расслабился, сделал пометки в своём блокноте и усвистал в сторону кухни.       - Так, Арсюш, ты хотел у меня что-то уточнить?       - Да. В целом, ты всё досканально мне расписала. И тематическое планирование понятно. Но. Парк развлечений? Серьёзно?! Здоровые лбы, экзамены не за горами. Тут вопросики. Оксана хохотнула       - Арсений, ну что это такое?! "Лбы". - передразнила коллега. - Это будет в начале года, ничего страшного не случится. Я просто хочу, чтобы у ребят осталось как можно больше приятных воспоминаний. Чтобы им было, что рассказать однажды своим коллегам или детям. Это же важно, ты не находишь?       - Нахожу, да, ты права. Тогда у меня остался вопрос о Шастуне. Ты написала, да и он сам как-то говорил, что живёт в далеке от родителей. Не знаешь, что там за история? Оксана не сдержала тяжёлый вздох.       - Да, думаю тебе надо знать. Давай так, что он сам тебе рассказывал?       - Что Позов с семьёй переехал в Москву, а они как братья, поэтому родители разрешили Шастуну уехать с ними. А, и что у него всё хорошо.       - Надеюсь на это. - протянула Суркова. - Слушай, я не говорила ничего в школе, никому, даже Светлане Борисовне. Просто потому, что не надо, чтобы его жалели или как-то вообще показывали, что знают его историю. Дело в том, что в Воронеже Антон столкнулся с жёстким буллингом из-за истории с одним его другом. Мне об этом рассказала Ангелина Позова, мать Димы, когда приходила подавать документы сына и Тоши. Я тогда удивилась, как это посторонняя женщина распоряжается жизнью мальчика. Но она уверила, что всё хорошо, дала контакт матери Антона, Майи. Я ей звонила, мы пообщались. В общем, один друг Антона обвинил в домогательсвах, рассказал об этом подросткам и парню сильно досталось.       - Подожди. То есть, мальчик обвинил другого мальчика в домогательстве?       - Как-то так, да. Травля была долгой. Никто мне так и не объяснил, что на самом деле произошло у Антона с этим мальчиком. Сам Шастун ни слова никому не сказал. Но переезд Позовых стал спасительной ниточкой для парнишки. Только, Арс, пожалуйста...       - Да, да, Оксан, не волнуйся я... Ого.- Арсений отвёл взгляд от собеседницы куда-то за её спину, как будто сквозь пространство. - Вот это история. Я же как чувствовал, что что-то не так. Вроде и улыбчивый, и добрый, и умный очень, но взгляд...взгляд. - Попов встретился глазами с Антоном, который явно о чём-то задумался, но заметив, что Арсений смотрит в ответ быстро убежал. - Как-будто настороженный, знаешь? Он как-то держиться в далеке от всех, хоть и компанейский, общительный. Удивительное сочитание противоречий, - восхитился учитель.       - Да. Ему не легко пришлось. Ты уж присмотри за ним, хорошо? И если вдруг что-то случится...       - Уууу, мать. Тебе скоро будет не до нас, - хохотнул Арс. - Скоро у тебя будет дитёнышь, который будет важнее всех нас вместе взятых! Не переживай, я присмотрю. - успокоил девушку Попов.       - Спасибо, Арсюш. Знала, что могу на тебя положиться. Тут к ним потбежал довольный Позов, принёс заказ, посетовал, как ему будет не хватать Оксаны Владимировны, поулыбался и тактично оставил учителей одних.       - Оох, какие тут вкусные десерты, - прикрыла от удовольствия глаза Оксана. Арсений угукнул и уплыл в свои мысли, в пол уха слушая рассказы подруги.       Антон подошёл только в конце, когда принёс счёт и явно специально старался не смотреть на Арсения. "Видимо, ему всё ещё неловко", подумал Попов, но давить не стал. Учителя попращались с Шастуном, махнули руками Диме и ушли. Арсений подвёз коллегу до дома, и только потом отправился к себе.       Весь вечер он размышлял о том, что рассказала ему девушка. "Когда ты меньше всего этого ожидаешь, у природы есть хитрые способы найти наше самое слабое место", вспомнил Арс слова Антона.Так вот, о чём он говорил. Он был влюблён в своего друга? Получается, в парня? А друг был в него влюблён? Что же произошло? Почему он столкнулся с жестокостью в столь юном возросте? Мысли крутились в голове. Вопросов было так много, но не было ответов, ни одного. Арсений по себе знал, как тяжело осознавать, что ты не такой, как большинство окружающих тебя людей. Он сам столкнулся с подобным после той ночи в баре. Ему понадобилось время, чтобы это принять в себе. А Антон смог принять? Арсений долго не мог уснуть, но когда, всё же, провалился в царство Морфея ему снились зелёные глаза. А утром он открыл вакансии и подал заявку на должность вожатого в летнем лагере.