Он слишком жаден, чтобы из двух желаний выбрать меньшее

***

      Звёзды сияли над оживлённым берегом. Люди спускались с его корабля, вернувшегося из долгого плавания. Его не было здесь два месяца, а знакомый пейзаж уже оброс новыми деталями, которые так и кричали о человеческих деяниях. Он ухмылялся этому. Он всей своей жадной душой лежал к людям, обожал их и всё то, на что они способны.       Рюсуй сходит с коробля, поправляя кулон с ракушкой на груди. Франсуа следуют за ним. Он вдыхает свежий воздух, прощаясь с приплывшими с ним людьми. Несмотря на ночь, он переполнен энергией, как и всегда. Воодушевление после плавания не ушло, к нему присоединилось желание прогуляться по разрастающемуся городу. А если чего-то хочешь, то исполняй. – Франсуа, иди домой, там наверное много дел. – Они поклонились Рюсую, после чего разошлись. Наступило ночное одиночество, не тихое, как бывает в океане в штиль, а наполненное звуками оживающей Японии.       Рюсуй шёл в сторону центра. Вечная улыбка озаряла его довольное лицо, глаза бегали по новым домам и надписям. Хорошо постарались.       На душе было спокойно. В его горящем сердце такое бывало редко, чаще за игрой в шахматы с Саем. Тот сейчас в Индии, за безграничной синевой водной стихии. И всё же теперь он ближе, чем три тысячи лет назад. Не зря Рюсуй всегда получает желаемое, даже если на это уходят бесконечно долгие годы.       В этот вечер ему хотелось бы встретиться с кем-то из друзей, сходить вместе в бар, караоке, казино... С кем-то просто прогуляться, может даже зайти далеко от строящейся заново цивилизации.       Такой человек был в его голове. Человек, которого он желал сильнее, чем всех людей на планете вместе взятых. Этим человеком был Шишио Цукаса.       Долгое время все утверждали, что они не сойдутся. Рюсуя убеждали, что сильнейший человек на планете возненавидит его, захочет убить или хотя бы просто избить за капитализм, который он возродил. И это будоражило, заставляло интерес разгораться.       И в первое время предупреждения были правдивыми. Ни намёка на насилие не было, но Рюсуй видел тот полный отвращения взгляд, попытки Цукасы избегать его, слышал холод в словах воина, но это не задевало. Он привык к ненависти к себе, к недопониманиям и всему, что за этим следует. Это никогда не сказывалось на его любви к каждому человеку, а иногда даже поджигало его азартную натуру: он доказывал, что первое впечатление было ложным. Он не был тем, кого люди представляли после первого знакомства.       С Цукасой так и вышло. С каждым разом, как холодный, острый как оружие, взгляд проходился по нему, скоро меняя направление, Рюсуй наполнялся решимостью добиться дружбы этого мужчины.       Путь к ней, дружбе, был сложен. Самостоятельно он делал слишком мелкие шаги, почти ни на что не влияющие, а порой словно делающие только хуже. Пока не произошёл один случай, когда совершенно случайно в эту историю ввязалась Мираи... Перевес оказался достаточно сильным, чтобы отвращение ушло из глаз его цели, позволив его действиям иметь достаточный положительный эффект.       Получилось это совершенно случайно. Когда его только достали из камня, он вознамерился восстановить конгломерат Нанами, а более долговременных интересов у него не появлялось. Всё было мелким или требовало ожидания. Тогда он и познакомился с совсем юной девочкой.       Он в тот день решил пройтись по берегу, насладиться морем. Франсуа в это время были заняты готовкой, день близился к вечеру. Тогда же он встретил ребёнка, собирающего ракушки.       Она была одна, на милом лице была грустная улыбка. Это не понравилось Рюсую. Он желал, чтобы все были счастливы. Он хотел радости себе и всем вокруг. –Привет! – Со своей безграничной улыбкой обратился он к ней. Девочка остановилась и удивлённо подняла на него глаза. Страха ни во взгляде, ни в её позе, что не удивительно. Рюсуй уже знал, что в Царстве науки собрались исключительные люди, из которых никто не посмеет быть угрозой для ребёнка, а если и посмеет, то горько об этом пожалеет. – У тебя всё в порядке? Выглядишь печально.       Девочка выпрямилась, пряча в маленькую сумку собранные сокровища. Замялась, но всё же ответила, когда парень подошёл к ней поближе. –Здравствуйте. Я... Нет, всё в порядке. – В глазах её сомнение сменилось заигравшей решимость. Она была уверена в своих словах, как бывают уверены только дети. – У меня брату очень плохо, но всё будет хорошо! Я дождусь, когда он проснулся, как дождался и он!       Она разгоралась. Рюсую нравилось такое. Он был оптимист, и желал верить только в лучшее. Если уходить в отчаяние, то и какой смысл вообще жить? – Обязательно проснётся! – Он верил в свои слова, хоть и не понимал, о чём конкретно говорит девочка. Если бы невозможно было спасти брата этого ребёнка, ей бы объяснили это. Скорее всего речь идёт об окаменении. Сай наверное тоже сейчас в камне. Если также и с её братом, то это решаемая проблема. – Сенку с остальными другого и не позволят! – Он рассмеялся.       Девочка кивнула на слова незнакомца, с лица ушла грусть. – Я собираю для него ракушки. Особенно розовые, он для меня их искал, когда я болела. Они многое значат для нас! – Она достала одну ракушку из своей сумки и положила в руку Рюсую. – Смотрите какая красивая! – Она самодовольно улыбнулась.       Рюсуй осмотрел вещицу. И правда красивая, хоть и не самой идеальной формы. На его взгляд не идеальные даже лучше, ведь от изъянов каждая из них становится особенной. – Удивительная ракушка, ему понравится. – Он вернул сокровище девочке, на секунду задумался, но принял решение, долго не размышляя. – Слушай, а давай я тебе помогу их собрать! Вместе получится найти их больше!       Глаза ребёнка засияли. Она радостно ответила: – Давай! Меня, кстати, Мираи зовут! – Она протянула ему маленькую ручку. – Меня Рюсуй. Приятно познакомиться, русалочка. – Он пожал её руку. Почему-то от последней фразы малышка заискрилась ещё больше, улыбка заняла у неё половину лица. Пожалуй теперь у неё есть прозвище.        В тот вечер они заполнили всю сумку Мираи различными ракушками, а вместе с тем он узнал много нового про неизвестного ему на тот момент Цукасу. Он заинтриговал его ещё с рассказов ребёнка, а его образ обрастал подробностями каждый раз, когда он играл с малышкой.       Тогда Рюсуй узнал новое и о себе: он удивительно хорошо ладил с детьми. Ему нравилось заниматься иногда малышами деревни, дарить им различные подарки. Их счастье согревало и без того горящую душу.       Какого же было его удивление, когда он узнал, что братом Мираи является парень, закрытый в ледяном гробу. О нём он был наслышан совсем разных историй, порой диаметрально противоположных. Кто-то упоминал жестокие инциденты, кто-то же вспоминал о нём с уважением. Некоторые его боялись, другие же ждали, когда тот выйдет из пещеры целый и невредимый.       Рюсуй не был быстр с оценкой парня по слухам. Он сам в прошлом мире был одним большим образом, состоящим из слухов, половина из которых была будто совсем о другом человеке. Кроме того, ему было известно, что Сенку питает к чудом не погибшему человеку только положительные эмоции. То же испытывало и большинство движащей силы Царства науки.       Шишио Цукаса всё сильнее заполнял мысли моряка.       Когда же они впервые встретились, Рюсуй сразу понял: он обязан с ним сдружиться.       Но, задача, по имени Цукаса, была самой сложной , из когда-либо встреченных Рюсуем. И, как уже было сказано, отвращение из глаз антикапиталиста ушло совершенно случайно.       Они пересеклись на берегу, в одну из редких минут полной свободы. Рюсуй заметил их первыми, а потому оказался близко, и, не успев поздороваться, он уже словил тут же налетевший на него тут же счастливый вихрь в виде блондинистой девочки Мираи: – Рюсуй! – девочка обняла его. – А мы решили собрать ракушек! Я хочу сделать украшения для всех!       Она горела своей идеей, а масштаб радовал Рюсуя. Если делать что-то, то с огромным размахом, не так ли? – Решила поделиться сокровищами со всеми, да, русалочка? – Он рассмеялся и потрепал ребёнка по волосам. Девочка после этого отошла к брату и подвела его за руку к капитану. Рюсуй теперь смотрел только на него и впервые не видел в его глазах холода, на его месте было лишь удивление. – Знакомься, это мой брат, я тебе о нём рассказывала! Вы наверное уже виделись, ведь это же ты вёл тот корабль, на котором вы привезли ту штуку, медуза кажется. – Девочка смотрела то на брата, то на Рюсуя, прижавшись к большой руке воина. – Братик, это Рюсуй! Он со мной собирал ракушки для тебя, ещё подарки дарил! Я тебе тоже о нём рассказывала. – Девочка была довольна собой. Цукаса был удивлён. Рюсуй видел, как тот потерял дар речи. Неужели за всё время Мираи не назвала его имя, рассказывая о времени, проведённом без брата? – Нам доводилось видеться. – Кивнул капитан ребёнку. – Но по-настоящему познакомились мы только сейчас. – Он подмигнул Цукасе. Его фраза не была ложью, но и полной правдой не обладала. – Да... – Протянул Цукаса, всё ещё потерянный в сложившейся ситуации. Это умиляло. Улыбка на лице Рюсуя сама собой разрослась ещё больше, хотя казалось, что подобное невозможно. – Рюсуй, давай ты с нами поищешь ракушки? Можно же, Цукаса? – Мираи посмотрела на брата щенячьими глазами. Рюсуй бы ни за что таким не отказал. Цукаса видимо тоже, ведь за недолгим молчанием последовал неуверенный кивок.       Рюсуй впервые тогда провёл с Цукасой больше минуты. И в тот день его решение заполучить себе этого мужчину стало окончательным.       Когда они расходились, Цукаса в первый раз заговорил с ним сам. Это было всего лишь одно слово, но оно было наполненно такой благожелательностью, на которую в ближайшее время капитан Персея и не надеялся. – Спасибо.       Тихое и короткое, чтобы Мираи не услышала, оно оставило Рюсуя без слов. Его, невозможно громкого, всегда активного и не первый год находящегося в обществе! Кажется, он тогда даже слегка покраснел, чего не случалось с ним уже давно.       С тех пор их отношения давно уже переступили в категорию дружбы. Это был долгий путь, каждая минута которого стоила потраченных усилий. Цукаса был невообразимым. Рюсуй желал его всего. Он мечтал, чтобы и Цукаса пожелал его в ответ.       Утром Рюсуй первым делом пойдёт к семье Шишио. Это окончательное решение, и оно заставляет его сердце биться громом в груди. Как Цукаса иногда теряет дар речи, так он окончательно и бесповоротно потерял себя во всём образе темноволосого воина.       Рюсуй проходит мимо одного из баров и слышит знакомый голос Суйки. Совсем уже взрослая, она всё также остаётся любимым ребёнком Царства науки. В том числе и самого Рюсуя.       А потому то, как она напуганно кричит, заставляет улыбку сойти с его лица. Он устремляется на голос и заворачивает в тёмный переулок, где застаёт картину, вызывающую в нём гнев - редкое, но не чуждое для него чувство.       Неизвестный мужчина, пренеприятнейший на вид, наставил на Суйку и Мираи пистолет. Старшая из девушек защищает младшую своим телом, но бежать им некуда. Тупик.       С прогрессом опасности никуда не уходят. Они приобретают новый вид. Порой ещё более жестокий. – Слышь, мужик, кто же так с девушками обращается! – Отвлекает внимание на себя Рюсуй. Улыбка на лице вновь горит пламенем, но на сей раз другим, злым и, чего не избежать, слегка нервным. Надо спасать безоружных. Он хочет видеть их только в безопасности. – А тебе какое дело, му... – Пьяный оборачивается к нему, злобный, крайне отвратный, он осекается, расплываясь в ядовитой ухмылке. – Нанами Рюсуй... – Протягивает он, сощурив глаза. Капитану это не нравится. Он незаметно нащупывает свой пистолет, не спуская колких глаз с опасности. – Отойди от них, пока никто не пострадал. – Рюсуй делает шаг вперёд, но довольно быстро жалеет о своём решении. Мужчина хватает Суйку, что в нескольких раз меньше и слабее его, и прижимает к себе, подставляя пистолет к её виску. Мираи вскрикивает и хочет уже ринуться на помощь, как ей приходится остановиться. – Попытаетесь что-то предпринять - пристрелю девчонку. – Он скалится. – Я же предлагаю сделку. – Рюсуй сжимает зубы, старается оценить ситуацию. Сложная. Крайне сложная. – И чего ты хочешь? – Да ничего такого. – Он прижимает Суйку ещё сильнее к себе, утыкаясь носом в её волосы, но не сводит глаз с Рюсуя. Девушка не двигается, но блондин видит, как та напряжена. Она изучает обстановку, думает, что может сделать. – Одну девчонку и половину драго, которые только у тебя есть. – Он растягивает свои кривые губы в самодовольстве, явно улыбаясь своим гадким фантазиям. Рюсуй сжимает пистолет, но пока ещё не достаёт. Рано, Суйку заденет. Ей надо сместиться. Хоть немного. Рюсуй стучит пальцем по пистолету. Не громко, но достаточно заметно для того, кто может понять паттерн. – Я с собой столько не ношу, а за девушками так не ухаживают. – Надо отвлечь пьяницу.       Мужчина хочет что-то ответить, но не успевает. Суйка резко наклоняется вперёд и бьёт его по колену. Он вскрикивает и отпускает девушку. Она теряет равновесие. Остальное происходит за долю секунды.       Рюсуй достаёт пистолет и находу выстреливает в мужчину, попадая в плечо ведущей руки. Сам он встаёт между ним и Суйкой, отталкивая девушку за себя и принимая пулю, предназначенную для неё. – Рюсуй!       Боль расползается по телу, но адреналин не позволяет ему упасть. Ему казалось , что-то упало, но пистолет всё ещё в руках пьяницы.       Рюсуй выстреливает второй раз, одновременно с нападавшим. Ни один из них не успевает увернуться. Капитан ещё сильнее травмирует руку нападавшего и выбивает из неё пистолет. Пьяный ревёт от гнева и боли, Рюсуй чувствует, как его одежда пропитывается горячей кровью. Одна из ран попала в живот, другая же чуть выше, рядом с левым плечом. Он ухмыляется и выстреливает в колено нападавшего. Тот падает, тянется к пистолету, но Мираи пинает его в сторону Суйки. Рюсуй не смотрит на девочек. Он не желает видеть их страх. Да и в его случае красно на красном скорее всего видно. – Вы как, девочки? – Он наигранно бодрый. Тело трясёт, ноги еле держат. Он пытается зажать рану на животе. Ему бы опереться о что-нибудь. Может даже закрыть глаза, чтобы как в прошлый раз провалиться в безграничную темноту... Или хоть напоследок увидеть Цукасу. В прочем ему нельзя. Сначала надо убедиться, что с младшими всё в порядке. – Мы в порядке, но т... Ты ранен! – Он слышит слёзы в голосе Мираи. Краем глаза видит, как дрожит Суйка. Бедная. Не стоило ей вновь видеть, как он умирает. – Ничего. Я желаю, чтобы вы двое жили. – Ноги подкашиваются. – И это желание важнее, чем моё желание жить. – Он смеётся, но смех быстро перерастает в кашель. – Я... Я позову на помощь! – Суйка срывается с места и убегает из подворотни. Рюсуй смотрит на пьяного. Он в сознании и хочет куда-то уползти. Он не может этого позволить, а потому заносит ногу и пинает того по голове. Он сейчас слишком слаб, чтобы это убило, но этого достаточно, чтобы тот потерял сознание.       Рюсуй же теряет равновесие и делает два шага назад, натыкаясь на чъё-то тело. Мираи ловит его и помогает сесть. Сейчас увидит его раны. Пожалуй этого было не избежать. – Надо остановить кровь. – Старается она собраться сквозь слёзы. Рюсуй улыбается. От Мираи можно было ожидать быстрого приспособления в стрессовой ситуации. – Надо перекрыть рану, её края надо свести вместе. Справишься, русалочка? – Девушка кивает, стараясь сделать всё возможное. – Мы за телефонами возвращались. – Она всхлипывает. – В баре сидели с Кохаку и Геном. Мы бы сейчас могли скорую вызвать. – Её слёзы падают на его ноги. Она боится смотреть на него, снова видеть кровь, вытекающую из близкого человека. – Точно, телефон! У меня должен быть в... – Рюсуй натыкается взглядом на разбитый экран, лежащий там, где он достал пистолет. Вот откуда звук падения. – А знаешь, не важно. Бар же рядом? Значит и помощь быстро найдётся. – Он треплет девушку по голове своей чистой рукой. Глаза слипаются. Последнее что он слышит - голоса Гена и Кохаку. На один больше, чем в прошлый раз.       Он ухмыляется. Он умеет выставлять приоритеты, даже в своих безграничных желаниях. Сегодня его главное желание - безопасность Суйки и Мираи, и если для этого пришлось пожертвовать желанием жить, то так тому и быть.       

***

      Солнце бьёт его по закрытым глазам. Тело вновь прокалывает волна боли и первый звук, который он слышит - свой собственный стон. Веки тяжёлые, но когда за собственным голосом он слышит шаги, жажда знать кто прорывается к нему сквозь омут пересиливает слабость. Он открывает глаза, щурясь от солнца. Сбоку от его кровати стоит Франсуа. Он улыбается и тихо и хрипло, горло пересохло, говорит: – Франсуа! А я чуть было не начал гадать, кто же может быть рядом со мной. Будто это может быть кто-то, кроме тебя. – Франсуа улыбнулись. Их беспокойство прослеживалось лишь в глазах. – Ты только со мной на тот свет не следуй. – Парень хочет рассмеяться, но горло не позволяет ему такой роскоши. Франсуа уже дают ему воды. – Я позову доктора. Вы несколько дней лежали без сознания. – Несколько дней - не лет. В прочем и так тоже неприятно. Зато никаких резко повзрослевших детей. – Отвечает Рюсуй, выпив воды. Он собирается сесть, но лёгкая рука останавливает его движение, а жёсткость взгляда не оставляет ему выбора. – Придётся второпях делать вечеринку в честь моего возвращения. – Он ложится обратно. – А то эта мне не понравилась. – На мгновение улыбка пропадает с его губ. – Как там Суйка с Мираи? – Переживают. Долго не могли перестать плакать. У Госпожи Суйки случилась паническая атака, она вспомнила то, что случилось много лет назад. – Франсуа ненадолго замолкли. – Сейчас они в порядке. Госпожа Мираи сделала для вас подарок. – Франсуа улыбнулись и вышли из комнаты.       Мрачный до того Рюсуй, начал оглядывать палату в поисках подарка, но вскоре до его ушей донёсся звук ракушек, бьющихся друг о друга. Он посмотрел на своё запястье и рассмеялся. Браслет из розовых ракушек украшал его руку, заставляя улыбаться.       Дверь открылась и перед Рюсуем предстало огромное, подтянутое тело. Сердце с новой силой забилось в груди. – Франсуа ушли искать доктора. Я посчитал, что могу заглянуть.       Цукаса подошёл к кровати раненого и сел на её край. Рюсуй слегка покраснел, но его довольное лицо не выдавало таких проблем. – У нас теперь есть парные браслеты. – Усмехнулся блондин, поднимая руку, чтобы похвастаться перед Цукасой. Последний лишь мотнул головой. – Спасибо, что защитил их.       Рюсуй закатил глаза, опуская руку. – Как будто могло быть иначе. Я хотел, чтобы они жили, а как ты знаешь, я делаю всё, чтобы мои желания исполнились. Даже джекпот ухватил, сам выжил. – Он подмигивает другу.       Его руку накрывает чужая ладонь, глаза встречаются с чужим переживанием. Они оба молчат.       В палату заходит доктор. Цукаса без слов встаёт, бросает взгляд на Рюсуя и уходит в коридор к Франсуа.       

***

      За следующие несколько дней его посещают все друзья, кто присутствовал на тот момент в Японии. Некоторые по несколько раз.       Однако Рюсуй продолжать лежать на месте не собирается. Он отвоёвывает себе возможность сбежать домой и теперь сидит на терассе, наблюдая за морем и крутя в руках браслет. Рассвет озаряет его расслабленное лицо, а мозг слишком чист от малого количества алкоголя. За ним слишком хорошо следили на этот раз.        Прошедшей ночью он всё же устроил вечеринку в честь возвращения и своего выживания, а потому сейчас в его доме все комнаты были заполнены оставшимися до утра друзьями. И каким-то чудом большинство из них сошлось, что ему не стоит на этот раз много пить, как бы не была сильна его переносимость алкоголя.       За спиной послышались тяжёлые шаги. Парень опустил руки и расплылся в довольной улыбке. – Почему не отдыхаешь? – Спокойный голос оказался прямо над ним. – Не то настроение       Он поднимает голову и встречается с недовольным взглядом. Рюсуй смеётся, на что получает лишь лёгкое покачивание головой.       Цукаса был так близок. Протяни руку и коснёшься его волос, щеки, губ...       Рюсуй вздыхает. Мечта ли это или исполнимое желание? Цукаса от того лишь сильнее хмуриться. – Что-то не так? Раны беспокоят? Принести обезболивающее?       Рюсуй покачал головой. – Нет, не в этом дело. Так, мечта есть одна. – Он вновь посмотрел на море. Рука сама собой переместила браслет так, чтобы вторая теперь сжимала его в качестве поддержки. – И что надо, чтобы она исполнилась? – Чтобы желал не только я.       Рюсуй снова поднимает голову на Цукасу. Тот хмурится иначе, с иным беспокойством. Задумался.       Рюсуй готов любоваться так вечно. Он редко хочет, чтобы что-то не кончалось, но когда рядом этот мужчина, мгновения становятся слишком нужными для него. Слишком короткими.       Цукаса наклоняется к нему. Рюсую приходится повернуть голову набок, чтобы не терять чужие глаза. Близость оказывается обжигающей. Рука сжимает браслет сильнее, стараясь не поддаваться тем желаниям, к которым сейчас не готов. Он уже хочет вновь прервать тишину, как его губы накрывают чужие.       Он теряется лишь на секунду, меняет улыбку на удивление всего на мгновение, как та возвращается ещё шире и ярче, чем была до этого. Он закрывает глаза и отвечает на поцелуй.       Рюсуй целуется лучше, чем Цукаса. У него есть опыт. Но даже так он ни за что не хочет, чтобы это мгновение останавливалось. В его жизни не было более идеального поцелуя , чем этот. Оттого, когда Цукаса уже хочет прекратить поцелуй, Рюсуй тянется за ним и выигрывает для себя ещё несколько мгновений.       Некоторое время после они лишь молча смотрят друг на друга. Оба улыбаются. Цукаса еле заметно, Рюсуй же так ярко, как ещё никогда не улыбался. – Не думал, что желания могут исполняться, если их не озвучивать. – Он самодовольно ухмыльнулся, протягивая руку к чужой щеке. – Ты озвучил. А я оказался тем, кто захотел того же. – Он прижался к чужой ладони, обнимая Рюсуя со спины. Блондин рассмеялся. – Тогда, как самый жадный человек на всей земле, я хочу, чтобы ты стал моим парнем! – Он щёлкнум пальцами свободной руки. Ради такого взгляда, какой впервые был направлен на него без сокрвтия, он готов на всё. – В таком случае я буду твоим парнем. - Цукаса берёт чужую ладонь в свою и прижимает губы к её внутренней стороне.       Рюсуй слишком жаден. Он не хочет, чтобы происходящее заканчивалось. Он не просто выбирает более важное желание из двух. Он выбирает получить всё. И сейчас его всё целует его руку на фоне моря. Браслеты из ракушек ярким пятном сливаются, словно становясь одним целым.