Худшая смена

      В обед Кушина и Микото встретились в своем привычном месте — небольшой пекарне прямо за углом от работы Микото, где продавался лучший чизкейк в мире. Сюда они обычно заходили где-то раз в неделю просто поболтать, но сегодня у их любимого столика с мягкими диванчиками витала совершенно другая атмосфера. Кушина сияла ярче, чем гирлянда на елке.              — Даже не верится, — мечтательно протянула она.              Микото лукаво улыбнулась, и на мгновение её улыбка удивительно напомнила улыбку Итачи.              — Представляешь, твой сын лежит на койке, а мой — сидит рядом и держит его за руку, — она счастливо вздохнула, вспоминая эту картину. Саске, кажется, даже не осознавал, что делает.              Кушина не удержалась и захихикала. Затем схватила и сжала ладони Микото, будто пыталась успокоить их обеих:              — Как жаль, что ты их не сфоткала! Я ждала сто лет!              — Я тоже… — произнесла Микото с ноткой досады в голосе. — Я сразу поняла, что он понравился Саске, когда тот влетел домой после школы и заявил, что никогда в жизни не встречал настолько непроходимого идиота. Это было его самое длинное предложение за весь год, если не считать домашние задания.              — Наруто, мне кажется, последние четыре года школы только о нем и говорил, приходил домой и начинал: «Саске сделал это», «Саске сказал то» или «В следующий раз я этого придурка Саске на полу разложу»… Конечно… Он это говорил совершенно без задней мысли, невинный мой мальчик, но мы-то с Минато прекрасно понимали, куда ветер дует. Он всегда плохо соображал в таких вещах, хотя чувствовал всё очень глубоко.              — Саске так расстраивался… — Микото изобразила его хмурый взгляд и указала ухоженным пальчиком на свое лицо. — Вот с такой моськой часами мог просиживать за компьютером и гуглить, как избавиться от человека. Он бы такого, конечно, никогда не сделал, просто он порой бывает очень драматичным, — Микото улыбнулась. — А иногда он искал, как лечить травмы, которые Наруто получал на соревнованиях. Я так обрадовалась, что он наконец-то встретил кого-то, кто смог его расшевелить. Саске такой упрямый, весь в отца, и не слишком общительный. Мне прямо полегчало, когда я однажды увидела, что он даже уроки забросил, чтобы пообсуждать с Неджи твоего сына. И еще он постоянно ворчал о Наруто, обзывал его по-всякому. Так мило было. А потом, когда он уже подрос, я как-то убиралась у него в комнате. Он оставил компьютер включенным… И, Кушина, ну правда, я не удержалась и немного подсмотрела. А там, в истории браузера: «как сделать гетеросексуального парня геем» и «как заставить идиота понять, что ему нужно в тебя влюбиться». Тут уж я все поняла. После этого все окончательно стало на свои места…              Женщины счастливо вздохнули, перебирая в воспоминаниях знаки и намеки, которые постоянно замечали, терпеливо ожидая, когда те принесут свои плоды.              Однако, на них вновь накатила реальность, стоило обеим вспомнить, какой ценой все осуществилось… Наруто был ранен и лежал в больнице. Кушина опустила чашку с кофе, вздохнула и нервно провела пальцем по ее ободку.              Микото мягко улыбнулась, чтобы ее подбодрить, и сделала глоток чая. Она прекрасно понимала, что может попасть в неприятности, разглашая информацию о состоянии Наруто, но также была уверена, что Кушина ни за что не проболтается. Слишком долго они дружили, чтобы держать друг от друга секреты о безопасности своих детей. Поэтому просто из материнской солидарности Микото позвонила и рассказала Кушине то, что ей следовало знать. Чего уж там, они практически стали семьей.              — С ним все будет хорошо, — сказала Микото, заметив, как Кушина расстроенно надула губы. — Наруто — сильный мальчик, Кушина. Он всегда поднимается, как бы сильно ни падал. Ты ведь это знаешь.              — Знаю, знаю… — пробормотала Кушина, упрямо тыча ложкой в десерт. — Я очень им горжусь, просто иногда за него переживаю. Он смелый, как Минато, и упертый, как я, понимаешь?.. Он прыгает в любую драку, совсем не думая о последствиях, и…              — И ты волнуешься, потому что узнаешь в нем себя, да, Кушина? — улыбнулась Микото.              Кушина склонила голову, признавая поражение, и кивнула.              — Боже, он так сильно напоминает мне… меня. Он ведет себя точь-в-точь как я в его возрасте.              — Ты до сих пор себя так ведешь, — хихикнула Микото.              Кушина фыркнула и скрестила на груди руки:              — Я вообще-то остепенилась. Минато больше не нужно держать меня на поводке.              Микото многозначительно приподняла брови:              — Может, и не нужно, но…              Лицо Кушины вспыхнуло и стало в тон ее волосам. Она быстро взяла себя в руки и растянула губы в озорной улыбке, прямо как у своего сына:              — Ну, а как вы с Фугаку живете-поживаете в последнее время, м?              Теперь пришла очередь Микото вздыхать и ковырять десерт.              — Как обычно — он занят. Но, пожалуй, стало немного лучше. Хотя прокуратура и стресс его сильно выматывают.              — Он всё ещё сердится, что Саске стал адвокатом, а не пошел к нему в прокуратуру?              Микото задумчиво улыбнулась, вспоминая битву не на жизнь, а на смерть между двумя самыми дорогими мужчинами в ее жизни. Вообще-то, тремя, если учитывать предательский побег Итачи.              — Ну… Он не в восторге, но уже немного смирился. Саске, в конце концов, довольно успешен. И хотя Фугаку в этом не признается, на самом деле он им очень гордится.              — Тебе просто нравится смотреть, как Саске наступает ему на хвост в суде, признавайся. Я помню, как тебя задевало, что Фугаку не давал ему проходу поначалу.              — Он просто переживал, что Саске будут сильно критиковать за его работу, — Микото отрезала кусочек чизкейка, изящно отправила вилку в рот и задумчиво принялась жевать. — Но он знает, что Саске справится. Хотя, судя по тому, что я видела тогда в палате у твоего сына, не удивлюсь, если Саске скоро сменит сторону и пойдет работать к моему мужу.              — Да ладно? — Кушина приподняла бровь и улыбнулась от уха до уха. Если кто и мог перевернуть чью-то жизнь с ног на голову, так это Наруто. Не сын, а настоящее стихийное бедствие. Наруто точно не станет молчать, если Саске продолжит вытаскивать преступников, которых он лично арестовывал. Тут назревала пара-тройка интересных баталий, это точно. — Нам пора начинать планировать свадьбу, — мечтательно произнесла Кушина. В конце концов, Наруто был её единственным ребёнком.              — Хорошо, но тогда возникает вопрос, кто наденет платье? — шутливо спросила Микото.              — Саске, — без колебаний ответила Кушина. — Он будет выглядеть прекрасно.              На мгновение Микото подумала про наряд, в котором Наруто привезли в больницу. И решила, что Кушине всё же лучше не знать всех подробностей о… ситуации своего сына.              — Хм… Знаешь, дорогая моя Кушина, думаю, с практической точки зрения Наруто справится лучше, — сказала она загадочно.              

***

      

      Когда пришло время решать, готов ли Наруто к выписке, Микото лично и предельно внимательно изучила каждую букву в его медкарте. Удивительно, как быстро он шел на поправку.              Предлога тянуть с выпиской у нее не осталось, но напоследок она намеревалась немного побыть Кушиной и пригрозить своему, если все сложится удачно, будущему зятю, чтобы тот не занимался ерундой и отдохнул как следует.              — Наруто, — сказала Микото своим самым страшным «учиховским» тоном. — У меня есть полное право держать тебя в больнице, пока я не решу, что ты достаточно восстановился. Поэтому я хочу, чтобы ты пообещал: в ближайшие двадцать четыре часа — никаких физических нагрузок. У тебя небольшие внутренние повреждения, дай своему организму сутки отлежаться, потом можешь возвращаться к своим делам. Но сейчас телу нужен отдых. Ты даешь мне слово?              — Да, мэм, — быстро отозвался Наруто, слегка вытаращив глаза от властного тона обычно дружелюбной Микото. Стало резко понятно, почему Саске всегда слушался ее в школе.              Микото строго кивнула, затем повернулась к Саске:              — Ну а ты? Я хочу, чтобы тоже дал мне слово, Саске.              Наруто нахмурился.              — Эм… ​​но у Саске ведь ничего не болит. ​​              Саске закатил бы глаза, но он был слишком занят попыткой не залиться краской от предельно прозрачных маминых намеков. Микото обернулась и нежно улыбнулась Наруто:              — Ох, какой же ты хороший мальчик. Кушина была права насчет тебя, бедняжка, — и, пока Наруто недоуменно моргал и бормотал себе под нос «Чего-чего?», она снова посмотрела на Саске. — Ну? Ты ждал десять лет, потерпишь ещё пару дней.              — Ась? — Наруто окончательно растерялся.              — Тц, я не идиот, мама, — бросил Саске, хватая телефон с тумбочки. — В отличие от некоторых, — добавил он тише, и Микото заметила едва уловимую нежность, блеснувшую в его глазах, когда он мельком взглянул на Наруто.              — Хм, — произнесла Микото. — Ну ладно, на этом и порешили. Хорошо тогда. Наруто, Итачи принес тебе одежду Саске. Думаю, тебе в ней будет удобней, чем в… хм… наряде… в котором ты сюда поступил, милый.              — Вы моя спасительница, госпожа Учиха, — с чувством выдохнул Наруто, облегченно улыбнувшись, когда Микото протянула ему мягкую черную футболку и джинсы.              Наруто не удержался и закатил глаза. Он, конечно, обрадовался, что можно в кои-то веки походить не в кожаных шмотках, но темные цвета — это был такой типичный Саске. Он ухмыльнулся и посмотрел на него:              — Ты никогда не думал носить что-то, ну знаешь, менее унылое? — беззлобно спросил Наруто.              Пошатываясь, он кое-как поднялся на ноги, все еще слегка плывя от обезболивающего, и повернулся к стене ради приличия, натягивая джинсы под больничной рубашкой. Вот только Наруто совершенно забыл, что в больницах рубашки сзади не застегиваются. Микото вежливо отвернулась, успевая заметить, как ее сын завороженно смотрит на переодевающегося в углу молодого офицера. Наруто тем временем возился с узкими джинсами и тихо выругался, едва не потеряв равновесия. Застегнув ширинку, он ощутил блаженное чувство свободы, которого не испытывал с начала операции. Вот она, нормальная пацанская одежда. Он даже не подозревал, что когда-нибудь будет так рад обычным штанам. Кроссовки, конечно, были на полразмера великоваты, но после шпилек казались райским наслаждением.              Секунду спустя у Саске получилось снова сфокусировать взгляд. Он отложил телефон и хмыкнул:              — Мне кажется, кому-кому, а тебе точно стоит поменьше комментировать чужой вкус. Учитывая, что ты одеваешься так, будто шмотки тебе выбирал клоун с дальтонизмом.              — Ты просто не шаришь за фешн, придурок.              — А ты, значит, шаришь? — Саске приподнял бровь. Чувством стиля Наруто никогда не отличался. Саске мог сходу припомнить пару его неудачных попыток принарядиться в школе, начиная от просто жалких до совершенно ужасающих. — Поверь, ты единственный человек, который искренне считает, что «ярко-оранжевый — это новый чёрный». Мне до сих в кошмарах снится то мерзкое оранжевое нечто, которое ты таскал в школе почти каждый день.              — Эй! Ну вот уж спасибо огромное, мне, вообще-то, тот костюмчик очень нравился, ясно тебе? И он был удобный!              — До тошноты удобный. Он так светился, что ты, наверное, когда дорогу переходил, оставлял после себя массовое ДТП на три километра. Хуже в школе одевался только Ли.              — Так, а теперь слушай сюда, засранец, мне его, между прочим, мама выбирала! — огрызнулся Наруто и сердито фыркнул.              Микото тихо рассмеялась, прикрывая рот ладонью. Да уж, вкус у Кушины иногда был специфическим.              Наруто сдернул с себя больничную рубашку и попытался натянуть футболку, но тут же поморщился — левую руку поднять оказалось сложно.              — Тц, идиот, — Саске быстро подошёл к Наруто, перехватил футболку и осторожно помог просунуть руку в рукав, стараясь лишний раз не тревожить поврежденное плечо. Он сделал себе мысленную пометку, что нужно попросить Итачи привезти пару рубашек на пуговицах, чтобы Наруто было легче одеваться. Мышцы на спине Наруто напряглись под загорелой кожей, и Саске с усилием подавил желание провести по ним ладонью.              Он видел, как на скулах Наруто проступил румянец. Смутился ли тот, что не справился сам, или причина крылась в другом? Наруто выхватил у него край футболки из рук и натянул ее до конца сам.              — Спасибо, — пробормотал он, чувствуя очередную волну головокружения и не понимая, откуда оно взялось — от обезболивающего или предельной близости Саске к его обнаженной груди. Он посмотрел на Микото — та стояла, прижав пальцы к губам, словно пытаясь не рассмеяться, в ее глазах танцевали веселые искорки.              Саске тихо откашлялся и сделал шаг назад, не отводя от Наруто долгого взгляда, — медленно скользнул глазами вниз по его телу и только потом вернулся к лицу.              Наруто обрывисто выдохнул, разглаживая ткань футболки, которая, слава богу, теперь прикрывала живот — наконец-то, и года не прошло, — и бедра:              — Фух, пришлось немного повозиться с рукой, но вроде все работает. Спасибо, госпожа Учиха.              — Не стоит. Просто пообещай, что будешь беречь себя, договорились? — строго напомнила ему Микото, замечая долгий взгляд сына, но воздерживаясь от комментариев.              Наруто кивнул, за ​​что получил теплый поцелуй в щеку. Затем Микото повернулась к Саске и чмокнула его в лоб.              — Веди себя прилично, — ласково сказала она своему младшенькому, хотя в её голосе ясно слышалось строгое предупреждение. Как только она вышла из палаты — конечно же, помахав Наруто на прощание, — вошёл Итачи.              — Готов? — Итачи быстро пробежался по Наруто взглядом, оценивая ситуацию и подмечая синяки на лице и как он нетвердо стоял на ногах.              — Да, порядок, — ответил Наруто, делая пару шагов вперед.              И сразу понял, что поспешил, потому что голову накрыло волной головокружения. Пол качнулся, и Наруто успел подумать, что сейчас встретится с ним лицом, но тут Саске подхватил его под бок, удерживая на месте. Наруто медленно вдохнул, сгорая от смущения, и попытался собраться. Тихо пробормотал «спасибо» и ощутил, как Саске скользнул ладонью по его талии и ободряюще сжал пальцы.              — Ты всё ещё под обезболивающим, бестолочь. Ступай осторожно. Помни, что тебе сказала моя мама. Нужно себя поберечь, мы никуда не спешим.              — Да-да… знаю я, — вздохнул Наруто, будучи не в восторге от поучений, но понимая, что Саске прав.              — Наруто, — перебил их Итачи, — Забуза ждёт за дверью. Ты поедешь с ним, а я буду сразу за вами и прослежу, чтобы все прошло без происшествий. Саске, — он перевел на него взгляд, — когда Забуза и Наруто доедут до квартиры, можешь их навестить.              Саске этого никак не показал, но такое предложение ему не понравилось. Наруто еще с трудом держался на ногах, и не хотелось выпускать его из виду, учитывая все произошедшее. — Я не могу просто сам его отвезти?              — Ты подождешь здесь, в больнице, пока я не позвоню и не сообщу, что Наруто уже дома. После этого возьмешь свою машину и поедешь к нему один. Так всё будет выглядеть, будто Наруто забрал его работодатель, отвез домой, а ты, клиент, случайно заглянул примерно в то же время. Я буду следить за районом всю ночь и держать связь с Какаши по рации. План понятен обоим?              Они кивнули, Саске — чуть неохотнее, и в глазах Итачи мелькнула усмешка: масштаб собственничества его младшего братишки просто поражал. Старший Учиха придержал дверь, пропуская Наруто вперед. Саске неохотно убрал руку с его талии и остался стоять, глядя, как тот медленно выходит в коридор, где, прислонившись к стене, его уже ждал Забуза.                     

***

      

      Когда Наруто подошел к Забузе, тот шагнул навстречу и положил ладонь ему на плечо, направляя вперед. Оглядев его с ног до головы, он сказал с неожиданной обеспокоенностью в голосе:              — Охеренно ты его, конечно, отметелил. Ты как, пацан, в порядке?              Наруто такая искренность застигла врасплох. Они зашли в лифт, который теперь спускал их в вестибюль.              — Да, нормально… А Хаку, он э-э?..              — Он в курсе, — буркнул Забуза. — Ждет нас на квартире — точнее, носится из угла в угол. Он весь день за тебя переживает, так что давай-ка больше не выебывайся и не нарывайся на неприятности, понял? А то в следующий раз я сам тебе плечо сломаю.              Резкость слов сильно не вязалась с обеспокоенным взглядом его старшего. Двери лифта открылись. Наруто удивился, почувствовав, как его тут же подхватили под локоть и осторожно повели к выходу из больницы. Как только они оказались на улице, Забуза открыл перед ним пассажирскую дверь и, проигнорировав заверения Наруто, что он справится и сам, усадил его в машину.              Наруто вдруг понял: кажется, Хаку не ошибся, западая на этого угрюмого старшего офицера. За грубой внешностью скрывался человек, который искренне заботился о других, и от этой мысли на душе стало как-то спокойнее. В конечном итоге, Забуза оказался нормальным, порядочным мужиком.              — На что пялишься, мелкий? — проворчал Забуза, заводя машину, когда заметил, что Наруто уставился на него со своей туповатой улыбкой.              — Ох, извините, — спохватился Наруто и отвернулся, продолжая улыбаться, — Так, ничего.              По дороге в свою обшарпанную квартирку на другом конце города Забуза излагал план на ближайшие дни — про расследование и дополнительные меры безопасности, которые они уже придумали с Саем, на случай, если что-то подобное повторится. Когда они подъехали, Забуза объявил, что оставляет Хаку на Наруто, и Наруто обязан уговорить его перестать волноваться. И заодно предупредил, что Хаку пытался успокоить нервы готовкой, так что Наруто придется съесть всё, что для него наготовили. И, по-видимому, еды там будет очень, очень много.              Не сказать, что Наруто был снова рад видеть этот отвратный коврик с надписью «Добро пожаловать!», но, переступив порог и едва не задохнувшись в объятиях Хаку, он понял вдруг, что это место стало куда сноснее, чем раньше. Он обрадовался другу и заодно удивился, что Какаши снова разрешил Хаку навестить его. Учитывая, что убийца знал Хаку в лицо, Забуза, должно быть, серьезно напряг свои связи, чтобы добиться для него разрешения. И Наруто был за это благодарен. Он понимал, что Хаку и так чувствовал себя виноватым: сначала из-за того, что Наруто поставили на операцию, после того как тот попался убийце, а теперь наверняка еще и потому, что Наруто оказался в больнице. Надо было успокоить и убедить Хаку, что он цел и невредим, и ранения не смертельны.              Хаку осмотрел Наруто, и его мягкий взгляд наполнился грустью, задержавшись на разбитом лице и повязке на левой руке.              — Хаку. Я в порядке. Честно. Ничего страшного. Я даже когда в футбол играл, хуже калечился. А это заживет — и не заметишь. Тебе тогда досталось гораздо сильнее, — тихо проговорил Наруто, стараясь успокоить друга.              Хаку еще какое-то время не сводил с него глаз, а затем серьезно кивнул.              — Я просто… Я так жалею, что не убил его, когда была возможность. Тогда тебе не пришлось бы тут находиться, рисковать собой, и ничего этого бы не случилось.              — Хаку… — начал было Наруто, но тот положил ладонь ему на поясницу, мягко (но очень настойчиво) повел к матрасу и велел лежать и не вставать с места, пока он не позовет ужинать.              — Но!.. — снова начал Наруто, пытаясь возразить, что чуть-чуть двигаться ему все-таки можно.              — Наруто, тебе не обязательно каждую секунду что-то делать, — строго перебил его Хаку, и Наруто тяжко вздохнул, поудобнее устраиваясь на матрасе. Если Хаку и дальше будет обращаться с ним как с инвалидом, то Наруто уже не знал, как еще донести до друга, что с ним все хорошо.              А еще из-за нервов Хаку, кажется, решил устроить пир на весь мир, и Наруто считал своим долгом не дать его стараниям пропасть даром. Но все равно он чувствовал себя… хах, виноватым, разлеживая так без дела, пока другие с него пылинки сдували. Подумалось, что так даже хуже, чем мерзнуть на перекрестке.              Спустя минуту Наруто снова сел. Смотреть, как Хаку переживает, было выше его сил.              — Я прям чувствую, что плечу уже гораздо лучше! — выкрикнул он со своего места, осторожно улыбаясь, но в ответ получил безоговорочный игнор от Хаку, который поставил уже две тарелки на стол. — Честное слово, — искренне добавил Наруто и встал с матраса. — На мне все, как на собаке заживает, Хаку. Даже врач так сказала. Мне вправили плечо в больнице, и, по сравнению с тем, как было, сейчас оно, считай, почти не болит. Ого, ну ничего себе, как все вкусно выглядит! Вот сейчас поем твою пищу богов, и сразу стану как новенький… Ай, черт!        Услышав болезненный стон, Хаку покачал головой и вздохнул. Он подошел к Наруто. Тот едва не упал — слишком резко поднялся на ноги, не рассчитав, как сильно обезболивающее нарушило координацию.       Хаку сердито посмотрел на Наруто сверху вниз:              — Ты же знаешь, что от обезболивающих кружится голова. Нужно вставать осторожнее!              — Ну ты и мамуля, Хаку! — поддразнил Наруто, прекрасно помня, как того это обычно раздражает.              Хаку угрожающе прищурился. Затем внезапно схватил Наруто за руки и прижал их к бокам, стараясь быть аккуратней с поврежденным плечом.              — Забуза, подай-ка скотч, пожалуйста. Он на тумбочке. Раз уж Наруто говорит, что я мамуля… Значит, он наказан и отправляется под домашний арест.              — Хаку, ч-что ты делаешь? — нервно пробормотал Наруто. Он посмотрел на Хаку с испуганной улыбкой, замечая, как над тем сгущаются черные тучи. — Давай может обсудим все как взрослые, ладно?              — Поздно, Наруто, — довольно протянул Хаку и улыбнулся еще шире, когда Забуза вложил ему в руку серебристый скотч и отодвинул стул.              В этот самый момент раздался стук в дверь.              Слава богу, подумал Наруто, благодаря судьбу за своевременное вмешательство.              Хаку отпустил руки Наруто и, кажется, даже слегка надул губы от разочарования. Забуза открыл дверь, и перед ними предстал раздраженный Саске, который прошагал в гостиную, не сводя взгляда с Наруто, потиравшего больное плечо — красноречивое доказательство, что он двигал им так, как ему запретили.              Саске быстро подошел к матрасу, и Наруто вдруг понял, что предпочел бы Хаку с его связыванием, чем испепеляющий взгляд Саске. Он осторожно уселся обратно.              — Наруто, — нарочито ровно произнес Саске, и Хаку быстро ретировался из комнаты.              — Забуза отвезет меня обратно в безопасную квартиру. Вернется через час! Пока!              Дверь захлопнулась.              Наруто сглотнул. С предательством Хаку он разберется позже.              — Я все слышал за дверью. Ты мою маму вообще не слушал?              — Я в порядке, сказал же, — проворчал Наруто. — Просто оступился, с кем не бывает.              — Нет, не в порядке, — огрызнулся Саске. — Был бы в порядке, не оказался бы в больнице. Вместо того чтобы кому-то что-то доказывать, придурок, просто сядь и посиди спокойно, и тогда люди не будут за тебя волноваться. Ты ведь этого и добиваешься, разве нет? — спросил Саске. Под конец фразы стальные нотки окончательно пропали из его голоса, и какое-то время Наруто просто молчал.              — Я просто… Меня бесит чувствовать себя таким бесполезным, — Наруто сжал кулаки на футболке. — И еще бесит, что приходится тут сидеть, есть и отдыхать, пока где-то там ебучий псих сейчас, может быть, решает, кого убить следующим, пока меня вывели из строя. И как я должен «служить и защищать», если сижу задницей на этом долбаном диване? Вывих плеча — это такая фигня, Саске. Меня раз чуть не задушили, у меня были ножевые, в меня даже стреляли несколько раз. Какого хрена я трачу тут время зря, если могу сейчас быть на улице и, блять, работать, и похуй на это плечо уже.              Саске почувствовал, как внутри все сжалось от того, с каким спокойствием Наруто перечислял свои ранения, полученные на работе.              Похоже, придется к такому привыкать, если он собирается строить с ним отношения. Саске вздохнул, сел рядом на матрас и притянул Наруто к себе, чем сильно его удивил.        Нахлынули воспоминания о том, в каком тяжелом состоянии был Наруто, и Саске коснулся губами его лба.       — Ты не тратишь время зря… Ты сам знаешь, как действует убийца, идиот. Он не станет менять свои привычки только потому, что тебя ранили. Если он на тебе зациклился, то ему уже без разницы, сидишь ты дома или стоишь на панели. Он будет ждать. И помни, ты в этом не один. С тобой работает целый отряд. Не взваливай на себя все, Узумаки, — Саске искоса взглянул на Наруто, замечая, что мрачное выражение на его лице так и не исчезло, что Саске очень не понравилось. Обычно у него получалось его растормошить. — Что-то тебя распирает от важности.              Вместо привычной вспышки раздражения, Наруто вдруг почувствовал, что расслабляется от насмешливого тона, и не удержался в ответ:              — А тебе хочется, чтобы меня распирало чем-то другим, да?              Он почувствовал, как Саске застыл, потом услышал низкий, хриплый смех. От звука, вырвавшегося из его горла, по телу Наруто прошла дрожь, и он вдруг понял, что шутки кончились.              Саске заправил прядку волос ему за ухо, и Наруто слегка повернул голову, провожая этот жест вопросительным взглядом. Саске наклонился и осторожно коснулся губами его разбитых губ.        Наруто закрыл глаза, стараясь сосредоточиться только на поцелуе. Ему не хотелось переживать о том, как жутко сейчас выглядит его лицо в синяках, или гадать, долго ли продлится всё это с Саске — или исчезнет так же быстро, как появилось.              Ему хотелось большего. Наруто обхватил ладонью затылок Саске и притянул его ближе, углубляя поцелуй. Сначала Саске подчинился, но потом всё же отстранился, в его глазах читалась не страсть, а тревога.              Наруто сразу почувствовал, как наружу снова всплывают его страхи и сомнения. А что, если он нравился Саске только в образе? Что, если Саске привлекал не он сам? В конце концов, до всей этой операции Саске не проявлял к нему особого интереса. По крайней мере, не в сексуальном плане. Вдруг подумалось, а что, если, когда Саске его целовал, он думал не о настоящем Наруто, а о Наруто в женской одежде? И потянуло бы Саске к нему вообще, если бы Наруто не расхаживал переодетым в девушку?              — Что с лицом, Добе? — Саске потер пальцем его лоб, где между бровей залегла беспокойная морщинка.              Наруто пожал плечами, отстранился и уставился в сторону. Глупо же было признаваться: «Я переживаю, потому что тебя, кажется, не заводит, когда я без юбки». Но Саске не сводил с него внимательного взгляда, и Наруто понимал, что должен что-то ответить.              — Ничего. Просто… ну, знаешь… слишком много мыслей в голове.              Саске медленно кивнул, но тут же нахмурился. Было очевидно, что Наруто что-то недоговаривает.              — Тебя беспокоит что-то конкретное? — Саске положил ладонь ему на затылок и принялся разминать напряженные мышцы, но Наруто слегка отодвинулся, прерывая контакт.              — А, да так. Как обычно. Охота на маньяков, вывихнутое плечо, поцелуи с парнями, пока ты в юбке.              Что-то в его голосе заставило Саске зацепиться за последние слова.              — Поцелуи с… парнями?              Наруто упорно не смотрел на него, сосредоточенно наблюдая за комочком пыли, который кругами гоняло воздухом у вентиляции.              — Угу. Ну, знаешь. Вся эта история… между нами. Ну то есть… все ведь закрутилось, потому что я был в юбке, разве нет?              Саске молча на него уставился, пытаясь понять, что он пытается сказать. Или спросить.              — То есть… ты думаешь, что ничего бы этого не случилось, если бы ты не переоделся в девушку?              Наруто тихо угукнул, смущенно теребя выбившуюся нитку из шва матраса.              На лице Саске медленно проступила усмешка. Он наклонился ближе, провел ладонью по тонкой ткани футболки Наруто, обводя пальцами твердый контур грудной мышцы. Слегка царапнул ногтем выпуклость соска. Наруто завороженно наблюдал, как от прикосновений тот напрягся, превращаясь в маленькую твердую бусину.              — Это точно не женская грудь, — неторопливо произнес Саске, продолжая лениво скользить ладонью вниз к краю футболки. Пальцы нырнули под ткань, касаясь разгоряченной кожи рельефного пресса.              Он обвел пальцем завиток татуировки.              — И это точно не женский живот, — голос Саске стал низким и бархатным, и Наруто почувствовал, как веки сами опускаются, а в животе скручивается приятный долгожданный жар.              Саске наклонился ближе, почти касаясь губами его уха.              — А это… — проговорил Саске, пока его ладонь неторопливо скользила ниже, туда, где возбуждение Наруто уже болезненно давило на джинсы. — …точно… не… женский…              Пальцы Саске наконец обхватили его член, и Наруто запрокинул голову, с трудом сдерживая стон.              — Господи, Саске… — выдохнул Наруто, чувствуя запах его шампуня и жар тела, от которого хотелось просто взять и сорвать с Саске одежду, и…              Мозг отключился на слове «и», потому что Саске уже его целовал, а Наруто отвечал на поцелуй, и, прежде чем он успел осознать происходящее, Саске прижал его к матрасу, и совершенно отчетливое доказательство желания Саске к нему… к Наруто-парню… настоящему Наруто… настойчиво прижалось к его собственному ноющему члену.              Саске вздрогнул, чувствуя, как Наруто запустил пальцы в его волосы. Каким бы горячим тот не выглядел в латексе, почему-то так было несравнимо лучше. Ведь именно о таком Наруто Саске и мечтал с тринадцати лет. Наруто отпустил его волосы и скользнул ладонями вниз по спине, стискивая его задницу и сильнее сжимая их члены вместе, от чего трение стало почти болезненным.              Саске закатил глаза, напрягая мышцы, чтобы случайно не кончить.              — Наруто... черт! — прошипел он. Он чувствовал, как тот расстегивает пуговицу его брюк. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что всё происходит слишком быстро, учитывая, что еще три часа назад Наруто лежал в больнице, но остановиться было просто невозможно. Он пообещал себе не заходить слишком далеко, но сейчас Саске хотелось гораздо большего. Даже у Учих есть свои пределы самообладания.              — Саске, — задыхаясь, прошептал Наруто, пытаясь стянуть с него штаны. Саске понял просьбу и поднялся, быстро скинул с себя рубашку и стряхнул брюки на пол. Взгляд Наруто потемнел. Саске двинулся к нему, чтобы снова лечь сверху, но тот остановил его, положив руку на грудь.              — Я хочу… посмотреть на тебя, — тихо, прерывисто проговорил Наруто.              В своей внешности Саске никогда не сомневался. Но стоять вот так обнаженным и мучительно возбужденным перед человеком, о котором мечтал всю жизнь, — это было совсем другое.              Наруто медленно поднялся и провел пальцами по его подтянутому телу: по груди, затем обошел сзади, невесомо касаясь его плечей, лопаток и рельефа мышц на спине.              Саске непроизвольно прикрыл глаза, чувствуя дыхание Наруто на своем затылке, как теплые губы легонько трутся об основание его шеи.              — Саске, — прошептал Наруто, касаясь губами светлой кожи. — Ты же просто само совершенство.              В этот момент Саске потерял контроль над всеми функциями мозга. И Наруто оказался прижат спиной к матрасу.              Он болезненно поморщился от резкого движения в плече, и Саске тут же застыл.              — Прости... — пытаясь отдышаться, проговорил Саске, прижимаясь лбом к его лбу и заставляя себя остановиться. — Боже, как ты меня… Черт, Наруто. Ты даже не представляешь, как сильно я…              Наруто рассмеялся, низко и хрипло, и Саске пришлось закрыть глаза и собрать остатки выдержки, чтобы не сорваться и не втрахать побитого Наруто в матрас.              — Так значит… юбка тут ни при чем? — довольно протянул Наруто.              Саске тихо зарычал и усмехнулся в ответ:              — Не играй с огнем, Узумаки. Если бы тебя только что не выписали из больницы, то сейчас я бы тебе уже наглядно объяснял, насколько мало твоя одежда связана с моими планами на тебя, — голос Саске опустился еще ниже, и он провел языком по челюсти Наруто. — Хотя я тут решил, что предпочитаю тебя совсем без одежды.              Наруто сглотнул. Сука блять.              Как же хотелось получить какую-нибудь волшебную суперсилу, которая бы исцелила его плечо за ближайшие три секунды. Но…              Он резко вдохнул, почувствовав, как Саске расстегивает его джинсы, ослабляя давление.              — Саске… — Наруто прикусил губу. Он так отчаянно этого желал, но сомневался, что сейчас будет способным на что-то в таком состоянии. — Тебе не…              — Дай мне о тебе позаботиться, Наруто, — прошептал Саске. Опустился ниже и провел кончиком языка по щели на обнаженной головке, пробуя на вкус капельки смазки, — Просто расслабься.              Наруто вцепился пальцами в матрас, изо всех сил стараясь не податься навстречу, чтобы глубже войти ему в рот.               — Ох, блять… Саске… — выдохнул Наруто, закрывая глаза и чувствуя, как горячее дыхание Саске ложится на его член.              — Вот так, Наруто, — хрипло отозвался Саске, прижимаясь губами к самому кончику. — Боже, как мне нравится, когда ты так произносишь мое имя…              Затем он изогнул язык и взял член глубоко в рот, игнорируя собственную пульсирующую эрекцию. Сегодня все внимание должно было принадлежать Наруто.              Саске слышал, как Наруто снова и снова шепчет его имя, чувствовал его пальцы в своих волосах. Собственное имя на губах Наруто звучало как что-то восхитительно порочное, и он мог бы слушать это бесконечно, но тут Наруто выгнулся и кончил, сильно, и Саске не выпускал его изо рта, пока в чужом теле не улеглась последняя дрожь.       Он приподнялся и убрал волосы с лица Наруто, глядя, как тот возвращается с небес на землю и чувствуя, как странно, непривычно стягивает чем-то собственную грудь. Саске глотнул, и Наруто попытался подавить дрожь.       — Саске?.. — спустя какое-то время спросил Наруто, опуская взгляд ниже на напряженный стояк Саске. — А... ты? — пытаясь отдышаться, спросил он.       Саске усмехнулся и начал натягивать штаны.       — Переживу. Но когда все это закончится, поверь мне, — Саске склонился к самому его уху, его голос был низким и тихим. — У меня на тебя большие планы, и участвовать ты в них будешь очень активно, На-ру-то.       Наруто судорожно сглотнул, всерьёз гадая, возможно ли физически заработать новый стояк так быстро.       — Я могу… — начал он, но Саске быстро заставил его замолчать коротким поцелуем.       Смирившись, Наруто сел, наблюдая, как Саске заканчивает одеваться. Потом его взгляд скользнул на кухню.       — Саске.       — Хм?..       — Мы забыли про еду Хаку.