Худшая смена

      Как говорится, лучшие друзья девушек — это блестки. Наруто, однако, глубоко сомневался в их дружеских намерениях, позорно сражаясь с подступающим чихом и одновременно стараясь незаметно затолкать выпавшие хвостики новогодней мишуры обратно в лифчик, не вызывая при этом подозрений. Или, еще хуже, не зачесавшись.       Расхаживая в своей жалкой пародии одежды — в коротком оранжевом топе с пластиковыми стразиками, — Наруто был уверен до глубины души, что это плод больной фантазии какого-то похотливого придурка, в жизни не стоявшего под ледяным октябрьским ветром. Потому что он тут себе скоро все яйца отморозит.       — Сай, меня слышно? — он почесал нос, пряча движение губ.       — И видно тоже. Задери-ка юбочку, красотка.       — Ясно, звук работает, теперь можешь завалить ебальник.       Эта самая юбчонка — длинная ровно настолько, чтобы оставить огрызки чего-то воображению, но уже достаточно короткая, чтобы нарушить сразу несколько правил приличия, — испытывала Наруто на прочность. Прямо-таки на выдержку. Ведь ясно же, что запихни ты любую адекватную девушку (или, если на то пошло, трансвестита) в это орудие пыток, которое косит под одежду, и она тут же бросит свой сомнительный образ жизни, и глазом не моргнув.       И побежит без оглядки.       Какая жуть, если бы не это красное мини и шлюханские шпильки в цвет, он бы вообще не сожалел о своей участи. Вот только выбора особого не было. И еще он подозревал, что у других «девчонок» на этой улице — тоже. Причины у всех были разными, но результат, по крайней мере пока, — абсолютно одинаковым.       Наруто тихо зарычал себе под нос, просовывая два пальца под юбку, чтобы оттянуть кружевные труселя, которые постоянно врезались в задницу. Пошатываясь на каблуках, он пытался небрежно прогуливаться, если это можно так назвать, до перекрестка двух шумных проспектов. Наруто украдкой заглядывал в окна машин, когда те подъезжали, чтобы поближе рассмотреть каталог развлечений на вечер.       Они заранее придумали, как работать с заинтересованными клиентами. Явных новичков или тех, кто из чистого любопытства забрел на огонек, Наруто пытался отговаривать. К самым жутким или просто надоедливым типам он подсаживался в машину и заставлял довезти за угол на заранее оговоренную точку, где с ними уже разбирались патрульные.       Если попадался кто-то из средней категории, то к ним сразу подкатывал кто-нибудь из «профи» Джирайи и перехватывал клиента, после того как Наруто быстро сравнивал его с описанием подозреваемого. По плану операции Наруто мог в любой момент подозвать патрульных, чтобы те занялись серьезной проверкой, но ему было жаль девчонок, которые пытались как-то заработать на жизнь, и не хотелось подкладывать им такую свинью. Самое главное — следить, чтобы ни одна из них не подсела в машину к убийце.       Не его это работа — покончить с проституцией. Он просто пытался балансировать между добром, злом и озабоченностью.       К обочине подъехал микроавтобус.       Не дай боже, это какая-то чокнутая я-же-мать с кучей детей. Арестую ее и похер на маскировку, с отвращением подумал Наруто, переваливаясь к бусику на десятисантиметровых шпильках с грацией трехлетки. Хочешь не хочешь — надо проверять каждое авто.       Рассматривая машину со всем энтузиазмом, на который только был способен офицер полиции в накладных сиськах, Наруто едва сдержал прекрасные матерные, когда стекло вдруг опустилось. Это был не тот человек, которого он искал. У этого были короткие черные волосы, кошмарно приторная улыбка во все тридцать два и самая густая монобровь за всю историю человечества.       — О, энергия юности! — объявил прибабахнутый на голову и выдержал театральную паузу или вроде того. — Никогда я не видел никого, до такой степени наполненного духом молодости! Молю, прекрасное создание, поехали со мной заниматься всякими юными делами. Я возьму тебя за твои завораживающие руки, и мы отправимся в путешествие длиною в целую жизнь!.. Или… на сколько мне хватит двадцати долларов, — закончил он смущенно.       — А этот чел на вид такой же долбоеб, как и на слух?       На виске Наруто вздулась вена. И он не мог понять, то ли это из-за того, что парень был одет в ярко-зеленый комбез из спандекса, то ли потому что он казался невероятно дружелюбным и безумно жутким одновременно. И естественно, Наруто на себя ценник вешать не собирался, но какие-то вонючие двадцать баксов?! Единственное, что обнадеживало — наверное, такими были расценки в этом райончике. Этот тип настолько выбил Наруто из колеи, что он просто не нашел в себе сил сбагрить его патрульным. Он казался таким… жалким. И очень-очень странным образом напоминал ему бывшего одноклассника Рока Ли. Наруто вздохнул. Придется направить паренька на путь истинный другим способом.       — Слушай, ты вроде парень неплохой. Чем по жизни занимаешься? — спросил Наруто, страшась ответа.       — Я? Я инструктор для юных душ в городском центре отдыха!       — Здорово. Уверен, детвора на тебя равняется, так же?       — Ну конечно! Они же знают, что я всегда, всегда на их стороне! Ведь я — зеленый зверь Конохи, поборник юности!       — Член этого несчастного не знал минета, — раздался в наушнике голос Сая.       Да тут работы на раз-два, подумал Наруто, игнорируя суфлера в лице Сая.       — Ну, уверен, так и есть. Но… ты разве хочешь, чтобы они узнали об этом? Я имею в виду… дети же берут с тебя пример. А если они начнут таким же заниматься? Ты хоть понимаешь, что тебя за такое и посадить могут?       На лице напротив отразился ужас (кошмарно преувеличенный), и на секунду Наруто даже подумал, что парень притворяется, но тот вдруг расплакался навзрыд.       — Как же ты прав, мой юный товарищ! Я перестану искать легкие пути, чтобы найти компанию для своих энергичных порывов! Спасибо тебе, о мой сексуальный друг в кожаной одежде! Ты навечно останешься в моем сердце! Я буду нахваливать тебя перед детишками! Я перескажу им твои мудрые слова, и…       — Все-все, не перебарщивай, — мысль о том, что неплохо бы закатать его в наручники, снова посетила Наруто. Но не в том смысле.       — Понимаю. Надеюсь, в следующий раз мы встретимся при более благоприятных и менее постыдных обстоятельствах! И надеюсь, день, когда наши пути снова пересекутся, наступит скоро. Спасибо, я уже уезжаю!       — Ага, давай-давай, — вздохнул Наруто, наблюдая, как тот откатывает на машине в ночь. Вот честно, он раньше и представить себе не мог, какие отморозки снимают проституток. Ладно, этот еще казался довольно безобидным.       — А за полтинник у меня отсосешь?       — Я тебе член с корнем вырву… и бесплатно, — пробормотал Наруто в микрофон, стараясь не палиться.       — Немного странная прелюдия, но если тебе нравится пожестче, малыш…       — Я тебя не слушаю, Сай…       — Мать твою налево, Узумаки, кто ж знал, что ты можешь быть таким сильным и настойчивым в юбке?       Наруто аж споткнулся, услышав в наушнике голос Кибы — такое ни с чем не перепутать. Он сорвал микрофон с уха и злобно на него уставился, будто ожидая, что сейчас тот поднимет лапки и скажет, что пошутил. Потом засунул его обратно.       — Киба?! А ты какого хрена тут забыл?! — яростно зашептал Наруто, пытаясь сделать вид, что поправляет макияж. — Тут работает секретка, откуда ты?..       — Ха, нежданчик! Вот так вот сучка, не только твою задницу повысили! И, в отличие от твоей, моя жопа в тепле и в штанах. И КТО ТЕПЕРЬ мужик, а, Узумаки? Дам тебе подсказочку — НЕ ТЫ!       Блядь, блядь, блядь, блядь, пиздец блядь. Как же невовремя — нет у него времени разбираться с этим дерьмом. Господи, ну почему Киба, из всего отдела?! Интересно, на этом задании возможно еще сильнее опозориться или все, дно пробито?       — А где Сая носит?! — прошипел Наруто, философски подмечая, как вдруг переменился мир — минуту назад он молился, чтобы Сай пошел и утопился в какой-нибудь канаве. А сейчас его устроит кто угодно, лишь бы это был не Киба. Саю он теперь готов простить даже вечные сексуальные домогательства.       — Все еще тут, горяч, готов и жду тебя, моя малышка. Но ты лучше не отвлекайся, я подхвачу тебя после смены. Только что сообщили, что наш клиент устранил спеца в другом городе — они тоже решили попробовать выловить его на живца и послали кого-то работать под прикрытием. Так что новый план такой: я остаюсь здесь и пасу улицу, если тебе придется подсесть в машину, а Киба упадет на хвост, чтобы тебя случаем не выебали в прямом и переносном смыслах.       Новость о том, что список жертв опять пополнился, заставила Наруто враз собраться. Убить проститутку, у которой нет ни подготовки, ни понимания ситуации — это одно. Но устранить идеально обученного офицера под прикрытием — совсем другое. Нужно было сосредоточиться. Поистерить из-за Кибы еще найдется время. Киба — отличный спец, и если станет совсем хреново, здорово будет иметь такого друга за спиной. А Сая и Кибу он отпиздит позже, так и быть, успеется. И, может — для профилактики, — еще и Какаши, потому что, ясно ведь как день божий, что этот извращенец прекрасно понимал, чем обернется дело, когда все подстраивал.       В очередной раз проигнорировав свою озабоченную подстраховку, Наруто проследил за новой подъехавшей машиной и отошел ближе к центру тротуара, чтобы продолжать пасти квартал. Никто не погибнет — не в его смену.       — Вперед, работаем, детка, работаем!       Наруто споткнулся — Киба без стыда и совести цитировал «Красотку» в его наушнике. А он еще надеялся, что хуже уже не станет…

***

      Прошло два часа с тех пор, как Наруто в последний раз ощущал свои ноги. И жалел, что не додумался принять тройную дозу обезбола, потому что, да, вел он себя при этом как придурок, но так не было бы пульсирующей боли в незажившей ране. И в ступнях. Кто ж знал, что каблуки это похуже пулевых?       И вообще, парням ростом выше ста шестидесяти каблуки противопоказаны. И точка. Вот серьезно, испытав на себе все прелести женской обуви, Наруто единолично решил, что шпильки и всё, хоть отдаленно напоминающее шпильки, нужно запретить с концами, и да будет так, во веки веков, или до тех пор, пока он будет в состоянии выписать штраф за парковку.       И еще одно. Ему никогда не доводилось снимать девушку, но после этой незабываемой ночки захотелось начать приходить сюда и приглашать одну-две девчонки выпить кофе, просто чтобы они могли посидеть, отогреться и дать отдохнуть ногам.       Его десятисантиметровых чудовищ Хаку вручил ему еще накануне вечером и приказал разносить как следует. Наруто надеялся, что это поможет.       Не помогло.       Шпильки как были неудобными, так и остались, а может стали даже хуже от постоянной ходьбы и наблюдения за улицей в поисках потенциальных подозреваемых.       Прошатавшись по кварталу часов с пять и за это время вступив в контакт с самыми разными мужиками, Наруто пришел к выводу, что убийца сегодня так и не явился. Был ли каждый, кто подкатил к нему за сегодня, скользким и противным типом? Да. Похотливой скотиной? Однозначно. Но таким тупым, что сумел бы задушить разве что собственный член.       Последний, с кем довелось завязать разговор, какой-то парень по имени Эбису, почти попал под описание: довольно высокий, с точеными чертами лица, в черных дизайнерских солнцезащитных очках. Извращенцем от него несло за километр. Но на нем была бандана, поэтому Наруто не разглядел цвет волос. Мудачина и так и эдак заливал Наруто во все уши, из штанов выпрыгивал, чтобы обставить все так, будто они просто случайно познакомились на улице и сейчас побегут на свидание, а не так, будто он ищет шлюху для перепиха. Он без конца повторял, что Наруто очень красивый. В ответ Наруто морщился, потому что господи как мерзко, но выдавливал из себя благодарность. Хер ему, а не перепих на халяву.       Эбису был таким дохуя стремным, что Наруто сразу же решил, что он точно подпадает под описание.       Правда, как только Эбису начал подбираться к делу и намекать, что неплохо бы закрепить знакомство минетом, тут же понимая, что заплатить все-таки придется, ему вдруг позвонил племянник. Он откровенно запаниковал, когда некий Конохамару — судя по всему, тот еще подарочек, — потребовал сказать, где тот ошивается. Эбису бросился наутек, поджав хвост, как мокрый кот, но пообещал вернуться. Какой сказочный придурок.       Сомнительно, чтобы какой-то взрослый мужик, боящийся ребенка, был их серийником. Наруто вздохнул. Пока что среди всех попавшихся ему отбросов не нашлось никого, способного совершить преступление, которому едва не подвергся Хаку.       Наруто обязательно его поймает, ему не уйти. Нужно просто набраться терпения, а откуда ему взяться, если приходилось расхаживать на этих зубочистках, а вокруг околачивались лишь сплошные озабоченные идиоты.       — Выглядишь херово, — прожужжал голос Сая в ухе.       — Я и чувствую себя херово. Нога сейчас сгорит в адском пламени, о пятках я вообще молчу, — Наруто постарался незаметно прошипеть в ответ. Послышался смех. Что было странно, потому что обычно Сай не смеялся на работе. На самом деле, он вообще никогда не выражал эмоций. Кроме эмоции озабоченности, естественно. Всегда улыбался Наруто этой своей раздражающей пластиковой улыбочкой, от которой скрипели зубы. Ничто его так не бесило, как чужая неискренность.       — А в моих руках мог бы чувствовать блаженство. Ты, кстати, получил мои цветы?       Наруто уже собирался дотянуться через провод и придушить-таки Сая за его десятитысячный намек за вечер, как на дороге показалась новая машина. Атмосфера вдруг сразу поменялась. Авто было гораздо дороже всех тачек, что проезжали до сих пор, и Наруто замер в предвкушении: этот парень — другой. Может, наконец, тот самый.       Машина была черной. Новой. Дорогущей.       Линкольн.       Человек в такой тачке точно мог позволить себе шлюху, которой не нужно ошиваться на панели. Инстинкты защекотали все тело.       Если это и вправду их клиент, Наруто обязан сделать все, чтобы он клюнул на него, а не на другую девушку. Он спустил юбку пониже, чтобы оголились ямочки на пояснице, потому что, как утверждали некоторые, от такого зрелища над головой Наруто зажигался знак «вставь мне сейчас же». Он слегка наклонился, чтобы узкая юбка как следует обтянула зад. Хаку говорил, что геи всегда ведутся прежде всего на задницу.       Наруто с трудом подавил румянец, осознавая почему.       От автомобиля несло деньгами за километр. Наруто закатил глаза, представив себе шестидесятилетнего бизнесмена за рулем, и мысленно приготовился к новым психологическим травмам.

***

      Саске прекрасно понимал, что люди ненавидят адвокатов. Понятное дело, до тех пор, пока им не понадобятся их услуги. Но его это мало беспокоило. Ни его жизнь, ни карьера не нуждались в чужом признании. А если бы и нуждались, то получить их было раз плюнуть, с его-то внешностью и деньгами.       За исключением признания отца, естественно.       Саске уже давно перестал пытаться превзойти Итачи в его глазах и вместо этого старался получать огромнейшее удовлетворение от каждого выигранного дела против окружного прокурора. Потому что, конечно же, действующим окружным прокурором был Учиха Фугаку. И процент его выигранных дел заметно снизился с тех пор, как Саске начал адвокатскую практику.       На втором курсе юрфака Итачи вдруг как сквозь землю провалился, повергнув в шок всех и каждого. Поменял номер телефона и пропал из сети. Объявился три года спустя в должности руководителя какой-то сверхсекретной «консалтинговой фирмы». Саске бы не удивился, если Итачи бы заделался наемным киллером и работал на госведомство. Однако напрямую спрашивать опасался.       Но даже это не пошатнуло преклонение Фугаку перед старшим сыном и не поменяло его упертого намерения полностью игнорировать достижения Саске.       Саске мысленно пожал плечами. Он не нуждался в восхищении. По правде, ему хотелось, чтобы его стало меньше.       Еще со времен детсада он собирал вокруг себя толпы поклонников и психопатов, преследовавших его повсюду. Ему пекли сладости (которые он ненавидел). Об него терлись (из-за чего у него постоянно заканчивался антисептик). Воровали его нижнее белье из шкафчика в спортзале (он так и не смог оправиться от травмы). Их коварству и безумству не было предела. Саске даже помнил кошмарный случай в старших классах: он пришел в учительскую, его попросили занести журнал, а на выходе на него накинулась толпа девчонок, которые величали себя «Сталкеры Саске», от этого названия Саске хотелось проблеваться, и принялась клянчить у него лобковые волосы.       Однажды они окончательно обнаглели: вся эта свора попыталась запихнуть его в микроавтобус, под шумок угнанный у чьих-то родителей, и отвезти к батюшке, свято уверенному, что это — очередная женитьба по залету. Итачи подоспел в последний момент и по странному стечению обстоятельств больше никто никогда не видел ни этих девушек, ни их родственников. По сей день Саске не приближался к микроавтобусам ближе, чем на метр. Да и не то чтобы ему это особо было нужно. Имидж дороже.       Нет. Саске не хотел ни внимания, ни восхищения других.       За одним исключением.       В день, когда Саске в старших классах познакомился с одним тупым идиотом, он обнаружил, что его способность привлекать людей не так уж и безгранична, как он считал; а все потому, что Узумаки Наруто работал по иным законам вселенной. Он был другой. Шумный, непредсказуемый, с сомнительными мыслительными процессами и совершенно бесстрашный, когда отстаивал то, во что верил, и без разницы, кто или что стояло у него на пути.       Более того, Наруто совершенно не горел желанием угождать или подлизываться к Саске и вообще ничего от него не хотел. Он был прямым, как рельсы, движимым какими-то иными мотивами, далекими от стремления казаться круче, лучше и идти ради этого по головам. Вот почему при первой встрече Саске он не понравился.       Наруто его раздражал.       Саске бесило, что Наруто был способен обматерить его быстро, язвительно и без малейшего уважения. И плевать он хотел на ум Саске, его внешность и громкую фамилию — каждый раз Наруто будто взрывался от ярости, такой же ослепляюще-солнечной, как и его волосы. И как-то так случилось, что Саске вдруг осознал: его к этому тянет… к честной и открытой натуре Наруто.       Все хваленое самообладание Саске летело к чертям в присутствии Наруто. Он умел подбить Саске на рискованные поступки, на которые так бы он не пошел. Забыться в моменте и действовать спонтанно. В мгновение ока Саске мог опуститься до его уровня, и вот они уже колотили друг друга, катаясь по полу. К большому разочарованию его отца.       Как же это не по-учиховски.       Вскоре весь этот комок эмоций начал перерастать в зачатки уважения, дружбы… и, наконец, желания. Саске, купающийся в океане слащавой лести и похотливых взглядов своих пустоголовых поклонников, вдруг поймал себя на том, что у него перехватывает дыхание всякий раз, когда Наруто оказывается рядом.       Тот самый Наруто, которого хлебом не корми — дай макнуть в грязь его чувство собственной важности. Наруто, вечно его задирающий и бросающий вызов, вдруг стал одним из немногих настоящих, искренних людей в его жизни.       У Саске было не так много друзей… всего пара избранных, удостоившихся такого звания: Суйгецу, Джуго и Неджи, все с параллели. Суйгецу был в его команде по плаванию и казался Саске забавным. Джуго состоял в студсовете и отвечал за его эмоциональное равновесие. С Неджи ему было интересно на интеллектуальном уровне из-за их увлечения правом — по этой же причине они продолжали общаться и после школы. В последнее время он поддерживал связь только с Неджи, оба стали практикующими юристами, поэтому время от времени встречались за кофе, делились рабочими запарами или советовались в делах. Но кроме этих троих Саске никого к себе не подпускал даже для поверхностного знакомства.       А что касается отношений — ни одни не продержались дольше двух недель. Единственным, с кем бы Саске хотелось попробовать выстроить что-то настоящее, был…       Саске заставил себя притормозить.       Этого никогда не произойдет.       Почему он решил, что неплохо бы запасть на, кажется, самого недогадливого человека во вселенной, — было выше его понимания. Саске научился удовлетворять свою потребность во внимании Наруто, в контакте с ним, иными способами. И неважно, что в основном под этим подразумевались ссоры и драки.       Ведь злость, по сути своей, не так уж отличалась от любви и страсти.       И то, и другое сбивало дыхание.       А теперь и то, и другое подразумевало раздевающегося Наруто, чего Саске не ожидал, но одобрял целиком и полностью.       Саске ухмыльнулся, вспомнив произошедшее на заседании. Он все еще пытался осознать, что Наруто действительно подстрелили и что пуля едва не задела бедренную артерию, и последствия могли бы оказаться смертельными.       В тот миг мозг Саске просто закоротило. И, оглядываясь назад, Саске пришел к выводу, что — к счастью. Хорошо, что мысли были заняты Наруто, оказавшимся на волосок от смерти, иначе в тот день опозорился бы не только Узумаки. В последний раз Саске видел его погулолым в старших классах, и очевидно… к полицейским физзачетам Наруто подходил очень ответственно.       В юности Наруто отлично давался спорт, и он всегда был в хорошей форме, но сейчас… с этой его новой татуировкой, играющей на кубиках пресса, Саске изрядно повезло, что тогда в суде перед присяжными у него потекла только кровь из носа.       Он понял: возмужало не только тело Наруто, но и сам Наруто.       Профессия полицейского подходила ему идеально с его бескомпромиссным чувством справедливости и, казалось, бесконечной потребностью помогать каждой псине на улице. Саске скорее бы язык себе откусил, чем признал это вслух, но это его в нем и восхищало. Уже тогда, в школе, а сейчас еще больше. И как назло, Итачи так и нужно было заявиться именно в тот день и воочию убедиться во всех достоинствах Наруто, включая его задницу… и лицезреть реакцию Саске. От Итачи никогда ничего не ускользало, особенно если этим «ничего» потом можно было доводить Саске до бешенства. Не хотелось даже гадать, как брат собирался распоряжаться новоприобретенным знанием. Он годами доказывал Итачи, что о Наруто уже и думать забыл.       Саске тяжело вздохнул.       Наверное, Вселенная над ним сжалилась, потому что Наруто не попадался ему на глаза уже больше недели. После того ужаса на заседании и встречи в ресторане стоило поменьше мелькать перед ним, чтобы хоть немного снизить градус раздражения в его взгляде. Саске собирался соблюдать дистанцию и стараться погасить накал. Хотя, если Наруто все-таки начнет встречаться с тем отвратным патрульным… тогда Саске за себя не отвечает. Через его руки прошло столько клиентов, что не попасться на убийстве для него теперь раз плюнуть.       С девушками Наруто он еще готов был мириться, потому что у них были очевидные врожденные преимущества, которых Саске не хватало. Но если Наруто решит встречаться с парнем, то… это в корне меняет ситуацию.       Саске с раздражением отмахнулся от этой мысли.       Вероятность этого стремилась к нулю, поэтому он смирился. Годами Саске высматривал хоть какие-то намеки и пришел к единственному разумному выводу. Наруто — натурал или, по крайней мере, убежден, что натурал, и отношения с парнем в его планы не входили… и тем более с парнем, из-за которого он закипал как чайник, едва они пересекались взглядами. Саске со счета сбился, сколько раз посматривал на Наруто в здании суда и в ответ получал резко вскинутый средний палец.       Он завернул на улицу, известную своими необычными развлечениями, и принялся рассматривать «девушек». Приезжал он и вчера, пытаясь разузнать о преступлении, произошедшим две ночи назад, в квартале отсюда. Его клиента обвиняли в ограблении магазина. Тому просто не повезло, камеры в магазине перестали работать пару месяцев назад, и его задержали на основании слов свидетеля, который путался в показаниях.       По словам клиента, его приняли за другого мужчину, который околачивался рядом с панелью. Полиция парню не поверила, но Саске поверил. И решил, что стоит приехать сюда лично, пообщаться с парочкой местных «трудяжек» и выудить несколько зацепок. А там, если повезет, накопать доказательств, которые покажут, что его клиент невиновен или, по крайней мере, заставят полицию подорвать свои жопы и заняться делом как следует.       Взгляд скользнул по блондину, щеголяющему в невероятно узкой юбке и на шпильках, от которых мышцы на ногах так и играли. А зад… Саске в жизни не видел такой задницы ни у кого, кроме…       В этот момент шестеренки в голове Саске заскрипели, замедлились и в конце концов заглохли. Он сбросил скорость, во-первых, чтобы не влететь в ближайший столб, а во-вторых, чтобы получше рассмотреть…       Не может быть. Вот куда он пропал. Этого просто… не может… быть…       Кровь тут же отхлынула от мозга и устремилась прямиком на юг.       Саске остановил машину. Блондин шел в его сторону. Чуть не споткнулся. Нет, пронесло, снова пошел. Саске опустил тонированное окно с пассажирской стороны, чтобы беспрепятственно рассмотреть лицо, которое он никогда, даже в своих самых диких влажных мечтах, и не думал здесь встретить. В… невероятно… короткой… обтягивающей… господи боже мой.       Наруто.