План Дезире

      Чип проснулся. К своему немалому удивлению, он, осмотревшись, понял, что находится не в своей комнате. Он находился… в детской? Детской?! И к тому же лежал в кроватке с бортиками… Попытавшись подняться, бурундук внезапно ощутил щемящую слабость. Он едва мог шевелить лапами, а о том, чтобы встать, не шло и речи. Сонный паралич?.. Непохоже…              Ответы на многие вопросы пришли сами — в прямом смысле слова. Открылась дверь, и в комнату вошла мышь в берете и платье, поверх которого был наброшен пиджак. Узнав её, Чип яростно выпалил:              — Дезире?!              — Доброе утро, Чиппи, — Дезире пощекотала пальцем подбородок бурундука. Чип метнул на неё гневный взгляд. — Что-то не так?              — Где мы?!              — В твоей комнате, глупышка. А где мы ещё можем быть?              — Моей комнате?! А почему она тогда выглядит как детская?..              — Потому что ты — мой малыш, — Дезире продолжала щекотать Чипу подбородок, загадочно улыбаясь.              Чип, закатив глаза, пробубнил: «Это сон… это явно сон…».              — Нет, глупенький, — Дезире рассмеялась. — Это не сон.              — А где остальные?! — запоздало спросил Чип, вспомнив, что он ещё и лидер команды Спасателей.              — В своих комнатах. Дейл с Лавайни, Гаечка со своей мамой.              Чип был настолько поражён, что сам не заметил, как пробормотал:              — Вжик рассказывал, что ему снилось что-то такое… неужели…              — Сон-то был в лапу, — усмехнулась Дезире, стягивая с Чипа куртку и снимая шляпу.              — Ты что делаешь?! — вызверился Чип. — Я…              — Ты мой малыш, Чиппи. А малыши не носят такое.              Закатив глаза, бурундук пробормотал:              — Терпение, Чип… Друзья что-нибудь придумают и вызволят тебя… Для Гайки или для Рокфора это не будет проблемой…              — Гаечка — одна из наших малышек. А Рокфор… что ж, он ещё не приехал, но скоро будет тут, и мы поженимся.              — Что?! — у Чипа голова пошла кругом. — Как?!              — Мы с Рокфором когда-то любили друг друга. Что мешает нам снова… — Дезире не договорила, но мечтательно закатила глаза.              — Ты предала его! — гневно выпалил Чип. — И…              — Чиппи, не доводи мамочку.              — Не называй меня «Чиппи»! — взъярился бурундук. — Меня даже мама так никогда не называла…              — Чиппи, — голос Дезире стал жёстким. — Не капризничай.              — А что ты сделаешь?! — выпалил Чип.              — Узнаешь, если будешь дальше капризничать. А пока нам надо надеть подгузник.              — Что надеть?! — не поверил ушам бурундук.              — Подгузник. Нам же не нужны лужи, верно?              Легко подняв Чипа из кроватки, Дезире положила его на пеленальный столик. Достала памперс и присыпку. Чип задёргался и засучил ногами, мешая мыши, насколько хватало сил, за что тут же поплатился. Ловко подняв его ноги вверх, Дезире довольно сильно его шлёпнула. Чип ойкнул и перестал дёргаться.              — То-то же, — сурово произнесла Дезире. — Запомни, если будешь капризничать, так и будет.              Натянув на бурундука памперс, Дезире довольно сухо поцеловала его в лоб.              — Пойдём. Поздороваешься со своими друзьями.              Чип кивнул. Может, ему выпадет шанс переброситься с друзьями парой слов и спланировать побег… Кстати, неплохо бы выяснить, где они… и почему он чувствует такую щемящую слабость.              — Почему я такой слабый?              — Потому что я вколола тебе особое лекарство, — сухо сказала Дезире, поднимая бурундука на лапки. — И себе тоже — противоположное, для силы.              — А где мы?              — В Париже. Если глупые вопросы на этом закончились, нам пора.              Чип пришёл в отчаяние, ведь из Парижа не стоило даже пытаться бежать. Дезире легко поймает их. К тому же… Беспощадная логика подсказывала, что «лекарство» вкололи не только Чипу, но и остальным.              Дезире несла бурундука по коридору. Остановившись у двери, она толкнула её свободной лапкой. За ней оказалась такая же детская, разве что в кроватке лежал Дейл — в памперсе и без своей привычной гавайской рубашки, а возле окна стояла, заложив лапки за спину, Лавайни. Обернувшись на звук открывшейся двери, она улыбнулась:              — А, это ты, Дез. И… Чиппи.              — Не надо называть меня «Чиппи»! — вызверился Чип. — Я Чип!              — Чиппи, я предупреждала тебя, чтобы ты не капризничал, — Дезире слегка дёрнула бурундука за ухо. — Последнее предупреждение.              Чип, насупившись, замолчал.              — Чип? — Дейл повернул голову. — И ты здесь?              — Да. И Гайка — тоже.              К удивлению Чипа, Дейл улыбнулся:              — По-моему, это весело.              — Что?! — взъярился Чип. — Мы Спасатели!.. а должны торчать здесь и быть чьей-то игрушкой?!              — Да ладно тебе, Чип, — Лавайни подошла к Дезире и пощекотала бурундуку подбородок. Чип увернулся. — Не капризничай.              — Пойдём к Гаечке, — Дезире прижала Чипа к себе. — Самый последний раз предупреждаю — будешь капризничать — я тебя накажу.              Комната Гайки оказалась ещё дальше по коридору. Когда Дезире вошла, мышку держала на лапках не знакомая Чипу полная мышь в японском халатике. Повернувшись к Дезире, старшая мышь улыбнулась:              — А, Чиппи, мы уже проснулись?              Чип покраснел так, что этого не мог скрыть даже мех. Во-первых, Гайка тоже была в одном памперсе, а во-вторых, она сосала грудь у старшей мыши.              — Гайка?!              Оторвавшись от груди, Гайка улыбнулась:              — Привет, Чип. Здорово, правда?              — Что тут… — Чип покосился на Дезире и угрюмо замолчал.              — А мне нравится.              «Ясно, Чип. Значит, ты один остался. Ну ничего… что-нибудь придумаем…».