Трупный возраст

По таверне разносился неприятный запах алкоголя, который Мика терпеть не мог. Воздух был густой, прокисший, пропитанный потом и дешёвым хмелем. Но тем не менее, из-за сложившихся обстоятельств, юноша был вынужден находиться в компании тех ещё алкашей в лице Магистра Варки, активно размахивающего пивной кружкой, и пиро архонта Мавуики, которая хохотала так, что на узких окнах дрожали стёкла... Несмотря на всё своё уважение к этим людям, он сел как можно дальше от них, выбрав самый дальний столик в тени, пока они громко, увлечённо болтали обо всём подряд. Шмидт скучающе попивал приторно-сладкий виноградый сок и крутил в пальцах соломинку, вполуха улавливая обрывки фраз из их разговоров о битвах и стратегиях. Взгляд скользнул по залу. Где-то рядом должен был быть Сэр Лоэн, но Мика так и не смог отыскать его, пусть он и всегда появляется рядом очень неожиданно, как тень. Пришлось продолжать сидеть в одиночестве и ловить себя на мысли о том, что среди бушующего веселья Мика был одним из немногих, кто до сих пор оставался трезвым. Рыцарь Ордо Фавониус взглянул на собственное отражение в ближайшем окне, но вот тогда он, казалось, перестал дышать. — ...Поэтому можешь считать Капитана мёртвым, но думаю, это принесло ему какое-никакое облегчение. Что? Капитан мёртв? В глазах Мики, Капитан всегда был кем-то непобедимым и внушающим страх. Его смерть казалась чем-то нереальным, и Мика до последнего не хотел верить в случившееся. Однако, факт того, что эти слова были произнесены самим пиро архонтом, делал это всё куда более реальным... Парень судорожно допил свой сок и оставил его прямо на столе, бросив небрежное: "мне нужно проветриться", и вышел на улицу. Свежий воздух отрезвлял его, хоть он и не был пьян. Шмидт чувствовал, как на его глаза наворачиваются слёзы, а сердце с болью сжимается в груди. Он не мог поверить услышанному. Рыцарь Ордо Фавониус сможет принять это только тогда, когда увидит произошедшее своими собственными глазами. На дрожащих ногах Мика пошёл прямо по темноте, пускай сейчас он был и без карты, придающей обычно чувство безопасности. Ощущение чьего-то присутствия не давало ему покоя, но он очень старался не обращать на это внимания, списывая всё на плохое самочувствие после такого шокирующего известия, и продолжил свой путь к Капитану. К тому времени, как он наконец дошёл до, по его предположению, нужного места, глаза уже привыкли к окружающей темноте, и Мика стал видеть чуть лучше. Хотя лучше бы не видел. На большом каменном троне и вправду восседал сам Капитан. Такой большой, такой величественный. Мика невольно сглотнул, всё же в темноте такой силуэт мог с лёгкостью напугать. Он аккуратно подошёл ближе, разглядывая чужое тело. Даже в самую первую их встречу, первое, что бросилось в глаза Мики, помимо чужих ярко-голубых, это само телосложение Капитано. Он был порядком на две головы выше самого Мики, так что даже при чужом сидячем положении, юноше приходилось немного задирать свою голову, дабы рассмотреть маску, привычно скрывающую лицо мужчины. Мика сделал небольшой шаг вперёд и робко протянул руку, но не коснулся чужой маски. Рука так и повисла в воздухе. "А если он все таки не мёртв и сейчас убьёт меня?". Спустя минуту размышлений, Мика всё же неуверенно провёл пальцами рук по холодному железу. Затем они скользнули к его закрытой шее, под которой чувствовалась холодная кожа. Шмидт нервно сглотнул, но его рука продолжала спускаться ниже, пока не оказалась на бедре мужчины. Рука слегка сжала чужую большую ляжку, но он почти тут же отстранился, снова начиная ощущать на себе какой-то взгляд. Мика осмотрелся по сторонам, но так никого и не заметил. Очень подозрительно. Немного успокоив самого себя, он снова посмотрел на Капитана. Его взгляд невольно упал на раздвинутые ноги. Он почувствовал себя крайне странно из-за мыслей, которые лезли в голову. Он не должен был этого чувствовать, не должен думать так. Капитано был тем, кого Мика глубоко уважал и даже боялся... Но теперь он сидит тут. Мёртвый. С раздвинутыми ногами. Его рука переместилась с ляжки ко внутренней стороне бедра, оставляя пару сантиметров расстояния между ладонью и чужим пахом. Простояв так пару секунд, Мика двинулся дальше. Его рука приподняла чужую кофту, ощущая под собой лишь холод гниющей плоти. Для любого нормального человека такой вид был бы ужасающим и даже противным, но он этого не почувствовал. Лишь странное ощущение внизу живота стало более ясным. Мика откровенно пялился на чужое туловище, которое несмотря на столько лет гниения, все ещё имело формы. На его животе даже прослеживался пресс. Рука юноши сжала податливую плоть под толстым слоем одежды, накаченная грудь Капитано была даже больше, чем он мог предположить. Хотелось просто уткнуться лицом между ними, но Мика все ещё немного стеснялся, поэтому не был готов до конца осуществить все свои желания. Осмотрев мужчину перед собой ещё раз, Мика неуверенно запрыгнул на чужую ногу, которая была даже больше его талии. Под горячим солнцем Натлана разложение происходило гораздо быстрее, и даже такой человек, как Капитано, к сожалению, не мог ничего с этим сделать. Запах гнили ударил Мике в нос... Он не хотел его забывать. Парень слегка наклонился и вновь провёл рукой по чужому впалому животу. Он неуверенно провёл своим тёплым языком по коже Капитана, ощущая под собой вкус протухшего мяса, похожий на то, которое ему доводилось иногда есть в экспедициях. Нет. Вкус Капитано был особенным. Его нельзя было сравнивать с чем-то настолько простым. Он был гораздо вкуснее. Мика задрал чужую водолазку выше, обнажая большую серую грудь с трупными пятнами. Но они ни в коем случае не противили Мику. Это делало его даже привлекательнее. Он задел пальцем твёрдый сосок Капитано. Шмидт зажал его между двумя пальцами и легонько лизнул, начав посасывать его. Казалось, будто мужчина всё ещё был живым. Свободной рукой юноша сжал другую грудь, чувствуя вес Капитана. Он правда был таким большим. Интересно, большой ли он и там тоже... Отстранившись от тела мужчины, Мика снова взглянул на его пах. Ему уже было нечего терять, так что акуратным движением он спустил чужие штаны и нижнее белье, но тут же застыл. Шмидт ожидал увидеть большой, пусть возможно и гниющий мужской половой орган, но вместо этого перед его глазами находилось влагалище, присущее только женщинам. Неужели Капитано был девушкой? О боже мой. По его комплектации этого явно не заметно, но с другой стороны, это бы объясняло его большие грудные мышцы. Не то чтобы после этого факта Капитан стал менее привлекательным в глазах Мики, но юношу это явно повергло в шок. Пару секунд смотря на его вагину с большими половыми губами, Шмидт аккуратно дотронулся до клитора, словно Капитано мог рассыпаться от лишнего прикосновения. Мика спустился с колен мужчины и опустился ниже, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с его щелью. Запах был странным. Терпким, с нотками уже свернувшийся крови. В обычных условиях его бы затошнило от такого, но тут это ощущалось по другому. Будто это что-то родное, что-то, что хотелось нюхать каждое утро, когда ты просыпаешься. Бледные пальцы Мики коснулись плоти мужчины. Странно, но она была влажной, даже слизистой. Он провёл чуть ниже, вводя палец в дырку. Капитано был правда большим, в теории сюда бы поместился весь его кулак... Но сейчас особого желания проверить это не было. Он сразу же скользнул туда двумя пальцами и неожиданно почувствовал, как Капитан сжался вокруг него. Мика опешил. Неужели он был жив? Но... На всякий случай юноша вновь перевели взгляд на мужчину. Никаких признаков движения или жизни, наверняка это были просто рефлексы. По крайней мере, Мика пытался так себя успокоить. В глубине души он понимал, что делал что-то слишком грязное, даже незаконное, но останавливаться было поздно. К тому же, никто об этом не узнает. Капитано не расскажет. Немного растянув Капитана, хотя казалось бы, куда больше, Шмидт ввёл внутрь третий палец. Влагалище мужчины было очень податливым и мягким, что ускоряло процесс, делало всё работу более лёгкой. Наверное, он бы без проблем принял Мику и без подготовки, но геодезист захотел проявить дань уважения его телу, пусть и уже мёртвому. У самого Мики в штанах было очень тесно, но всё его внимание было сосредоточено на первом предвестнике. Он убрал пальцы и посмотрел на то, как их покрыла тёмная субстанция в свете луны... Немного задумавшись, он поднёс их ко рту и облизнул, пробуя на вкус соки Капитано. Привкус был не самым лучшим, но тот факт, из кого это вышло, делало всё гораздо более вкусным и аппетитным. Мика усердно вылизывал свои пальцы, боясь пропустить хоть каплю. Он вновь глянул на лоно Капитана и в итоге не выдержал. Геодезист встал с пола и спустил с себя шорты вместе с нижним бельём, подставляя вставший член ко входу. Перед этим он снова взглянул на маску Капитано, которая скрывала его лицо. Ему очень хотелось снять её, но он не позволил себе сделать этого. Мика аккуратно ввёл пульсирующий ствол внутрь, ощущая едва тёплые стенки влагалища. От этих ощущений ему сразу хотелось кончить, даже не начав двигаться. Привыкнув, он начал медленные толчки, не позволяя себе грубо относиться к телу Капитана. Неспотря на то, что его толчки были медленными, они были довольно глубокими. Каждый раз он выходил почти полностью, оставляя внутри только головку, затем входил внутрь снова. По сравнению с вагиной Капитано, его член был маленьким. Но не то, чтобы предвестника или самого геодезиста в настоящий момент это сильно заботило. Мика сделал еще несколько толчков, прежде чем почувствовал, как слёзы медленно, одна за одной, катятся вниз по его гладким розовым щёчкам. Мысли стали тяжёлыми, и юноша вдруг понял, что больше никогда не сможет позволить себе поднять взгляд на Капитано. Он почувствовал, что не был достоин входить в это тело изначально. Разве для получения такого удовольствия не нужно согласие партнёра? Конечно, он не получил и отказа, а тело Капитана оказалось таким податливым, что сдержаться было просто невозможно... Теперь, проклиная свою излишнюю чувствительность, Шмидт с новым усердием продолжил толкаться в глубину чужого влагалища, желая окончить процесс как можно скорее. Голову тревожили мысли о том, что будет, если кто-нибудь прямо сейчас это увидит. Благо, из-за слёз в глазах, Мика смог оправиться от отвращения к себе и своим действиям. Через несколько мгновений, когда удовольствие снова смогло превысить все сожаления, блондин наконец кончил. Его сперма проникла глубоко, прямо во влагалище, ведь он даже не успел вытащить свой половой орган. Да и как бы после этого он смог убрать здесь за собой в темноте? Убедив себя, что не виноват, сначала Мика посчитал, что таким образом сможет показать телу Капитана, что ему никогда не было всё равно, и что он воспользовался мужчиной не просто так, а чтобы выразить невысказанные при жизни чувства и оказать уважение, заботу к величественному телу, которым юноша всегда восхищался. И восхищается до сих пор. Но затем, наконец вытащив свой половой орган из отверстия бывшего предвестника, Мика оказался охвачен настоящей паникой из-за содеянного. Он вдруг понял, что же на самом деле натворил. Никто не смог бы понять его чувств и посчитать данный поступок признаком уважения... Нет. Юноша, пусть и не хотел, но вероятно осквернил чужое тело. Дрожащими руками мальчик еле-еле смог натянуть на себя и на умершего стянутую ранее одежду, пока глаза в очередной раз залились водопадом горьких слёз. Юноша с осторожностью поправлял чужую одежду, пытаясь вернуть всё в прежнее положение, чтобы никто никогда не смог догадаться о том, что произошло здесь сегодня. О том, что геодезист смог себе позволить. С печалью осмотрев внушительное тело Капитана ещё раз с ног до головы, Мика понял, что не очень-то и сожалеет, несмотря на то, что напуган. Но он снова ощутил на себе пристальный взгляд. Почувствовав неладное, юноша запаниковал. Будучи живым, Капитано мог, возможно, убить его одним ударом, если бы захотел. Но сейчас, если бы вдруг он узнал о действиях рыцаря Ордо Фавониус, или действительно молча наблюдал бы за ним под тяжёлой маской, тогда захотел бы он убить его, даже если бы вдруг им обоим понравился процесс? Шмидт начал рыдать. Он очень старался не шуметь, чтобы не привлечь излишнее внимание в темноте, но даже заткнуть собственный рот рукой почти ничем не помогало. Юноша прикусил язык, стараясь быть тише, и бросился от этого места со всех ног, желая исчезнуть, уйти как можно дальше, лишь бы никогда не винить себя за содеянное. Но, конечно, без неприятностей не обошлось. Юноша услышал позади себя хруст сломавшейся под чьей-то ногой ветки, но прежде чем успел повернуться, уже оказался прижат к голой земле. Прекрасно. Теперь и он умрёт вслед за Капитаном? Над собой он увидел самую хитрую из всех возможных усмешку, которая принадлежала, без сомнений, именно Лоэну. — Сэр Лоэн? - Мика удивлённо пробормотал, всё ещё в панике дрожа. Юноша сглотнул, стараясь успокоиться, чтобы не подавать виду на своё беспокойство, но уже знал, что вице-капитан пятого отряда почувствовал под собой ускоренное сердцебиение блондина, — Откуда Вы здесь? — Да я просто мимо проходил, - отмазался собеседник, отведя взгляд, — а вот ты что забыл здесь в такое время? - Лоэн сжал рукой затылок Мики, прижимая. — Эм... Да так, ты ведь тоже слышал, что Капитано умер? - Мика сглотнул, обрадовшись, что взор угрожающих глаз покинул его, — Я пришёл помянуть его. Ну, увидеть напоследок. — Хехе, прямо так "помянуть"? - Он надавил сильнее, - Врать я не буду, видел, как ты его там поминал. Понравилось? Дыхание Мики ускорилось, и ему показалось, что он правда разучился дышать. Осознание ударило: "Что? Лоэн... Он видел всё это?" — Нет, я... Я не понимаю, о чём ты говоришь... - Дрожащим голосом прошептал геодезист, когда в глазах вновь неприятно защипало, и по щеке скатилась мокрая дорожка. — Не понимаешь, о чём я говорю? - Лоэн усмехается и слезает с поясницы Мики, делая шаг назад, - не отнекивайся, я видел, что тебе очень понравилось, - он нарочно делает паузу, - поминать его. По особенному. Интересно, что скажет Варка, когда узнает, что его дорогой разведчик сделал такое... Мика осторожно поднялся на ноги, пытаясь справиться с шоком. Юноша дрожал всем своим телом. Он не мог позволить Лоэну рассказать об этом хоть кому-то. — Пожалуйста... - Прошептал он, когда его голос вздрогнул из-за нахлынувших слёз, а плечи затряслись с новой силой, - Пожалуйста, не говори Варке! Не говори об этом никому, умоляю, я... Я сделаю всё, что угодно! - Под конец голос Мики надорвался, и он начал громко плакать, не в силах больше сдерживаться. Это было так унизительно. Так позорно! Лоэн замолчал, лишь пристально смотря на юношу своими пронзительными глазами. То, как его коленки дрожали, вызывало особенный интерес. Без лишних слов заместитель капитана приблизился к Мике и прижал того к стене. Шмидт сжался сильнее, закрыв глаза от страха какого-либо наказания, чтобы не видеть чужого пристального, осуждающего взгляда. Слёзы всё ещё катились по его лицу, и он бесконтрольно всхлипывал. Точно также он ощутил на себе внезапную влагу, пропитывающую его светлые шорты, которая оставляла характерное тёмное пятно. Он резко распахнул глаза, вздрогнув от неожиданности. И как эта ситуация смогла стать ещё хуже? Взгляд Лоэна медленно переместился с заплаканного, испуганного лица Мики вниз, к его паху. Он едва слышно усмехнулся. — Настолько сильно переживаешь, цыплёнок? - В его голосе была слышна насмешка, но настойчивая рука спустилась ниже, слишком близко ко внутренней стороне бедра, - Давай я тебе помогу, - прижавшись ближе, Лоэн начал заботливо стягивать с него испачканные шорты. Мика старался хоть немного, но сопротивляться, хотя тело его вовсе не слушало. Казалось, ещё одно лишнее движение, и сердце юноши, так отчаянно стучащее в груди, остановится. И вот, рывком с него стянули намокшие шорты вместе с нижним бельём. Блондин затрясся только сильнее, не понимая от чего: от холода или от стыда? — Сэр Лоэн, что Вы... - Мика пробормотал, вновь в панике перейдя на вежливое обращение. Не успев закончить предложение, юноша почувствовал, как рука парня ловко нашла его мокрый член и слегка сжала. От огромной неожиданности Мика вскрикнул, но ему тут же зажали рот второй рукой. — Да ладно тебе, ты ведь сам сказал, что готов сделать что угодно, лишь бы никто не узнал о такой, - Лоэн прижался ближе к уху юноши и перешёл на шёпот, — неприятности. Думаю, это сильно испортило бы репутацию Ордо Фавониус. - Он вновь отстранился и ухмыльнулся, опустив взгляд вниз, наблюдая за процессом. Его рука начала медленно двигаться по всей длине, размазывая подсеменную жидкость, смешанную с мочой. Мика задрожал сильнее, впадая в ступор. Казалось, он не мог сказать ни слова. — Ты что, язык проглотил, птенчик? Я думаю, тебе и это очень понравится. - На лице Лоэна растянулась широкая улыбка. Он не прекращал движений, наоборот, лишь ускорился, нарочно затрагивая головку большим пальцем, потирая её. Мика вновь ничего не ответил, в очередной раз вздрагивая от контраста между тёплой рукой Лоэна и прохладным воздухом. Он отвёл взгляд. Ему должно быть стыдно, стыдно, что он обмочился прямо перед лицом заместителя капитана. Так почему ему это так понравилось? Чужие руки, ласкающие и дразнящие... Он неуверенно взглянул на лицо Лоэна, который всё ещё продолжал гладить его. Его глаза смотрели прямо на его член, пока он терпеливо наращивал темп. Мика сжал кулаки и поджал губы, чувствуя, как приближается. — Сэр Лоэн, прошу, прекратите! Я сейчас... - Голос оборвался, ведь Лоэн не стал слушать, сильнее сжав член в кулаке. — Сейчас что? Кончишь? - Он внимательно рассмотрел смущённое лицо Мики так, будто захотел оставить его в своей памяти надолго, - Не стесняйся, мы ведь не чужие люди... С этими словами Мика излился ему прямо в ладонь. Лоэн почти сразу отстранился, и геодезист, потеряв равновесие, тут же упал на ослабшие колени, дрожа всем телом. Лоэн ничего не сказал и пару секунд пялился на свою ладонь, прежде чем лизнуть один из пальцев. На пробу. — Ну, я пошёл. Скажу Варке, что ты скоро вернёшься. Не подведи меня, птенчик. - Он усмехнулся и вытер свою ладонь об штаны, совсем не брезгуя, и развернулся, уходя, как ни в чём не бывало.