Season of Pretense

Ариадна не любила спокойные дни. Ей по душе были куда более шумные, запоминающиеся, наполненные особой атмосферой, непрекращающимся весельем и яркими эмоциями моменты. Сегодняшний день, к ее сожалению оказался одним из наиболее скучных, в ее собственном понимании. В кафе "El Faro", где работала девушка, было практически пусто, посетители словно решили избегать их скромного местечка расположенного в не менее скромном муниципалитете - Фойосе. Работала она здесь столько, сколько помнила себя, ибо заведение принадлежало ее семье уже несколько поколений. Начала она, как и любой ребенок, чьи родители держат ресторан, с элементарной помощи - помогала резать салаты на кухне, расставляла тарелки с вилками в зале, вытирала помытую посуду и тому подобное. Сейчас же двадцатитрехлетняя испанка была ответственна за бар, за зал и за уборку. Практически вся работа была возложена на ее плечи, но она не возражала, напротив, была лишь рада этому. Но сегодня явно был не ее день, ибо за семь часов, пока заведение было открыто, оно осталось таким же пустым, каким и было, когда на двери висела табличка «закрыто». Поэтому, Кастильо, со скучающим лицом сидела у родной барной стойки, попутно помешивая трубочкой коктейль собственного производства и перелистывая очередную страницу книги, которую ей рекомендовала прочитать подруга. Лето только началось и ей совсем не хотелось проводить его таким способом: одной, прилипшей к барной стойке в кафе, которое никто не посещает. В такие моменты, она даже начинала жалеть о том, что решила отказаться от диплома педагога и работать не по профессии, а там, где она действительно чувствует себя свободно и счастливо. Хотя, по правде говоря, Ариадна еще не решила чем по жизни она хочет заниматься и все откладывала решение о своем будущем «на потом», чем вызывала негодование со стороны родителей. В частности матери, которая постоянно жаловалась на то, что у ее дочери ни нормальной работы, ни нормальных отношений. Саму же испанку очень даже устраивал такой расклад, ведь она относилась к числу людей «плывущих по течению», особо не забивая голову, как она считала, ненужными глупостями. Скуку ее развеял звук колокольчиков, висящих на двери, что отварилась с громким шумом, от которого она бодро воспрянула и резко выпрямившись, устремила взгляд к туда, откуда в кафе только что вошел высокий парень. Он был довольно подтянут, стильно одет, а лицо его украшала милая улыбка, что не сочеталась с его, как считала Ариадна, плей-бойской внешностью. Хоть девушка никогда особо не увлекалась футболом, но вот ее отец был ярым поклонником данного вида спорта и за его счет, молодая испанка знала практически всех игроков национальной сборной, а также «Валенсии», потом и ей не составило труда сразу догадаться, кто стоит перед ней. Правда, называя имя этого игрока, отец все время дополнял его каким-нибудь отборным матом. — Извините, вы закрыты? На табличке вроде написано, что открыто, а тут... Растерянный футболист повернулся к двери, указывая на нее пальцем, а затем вновь направил свой взгляд на единственного человека в помещении. За стойкой находилась девушка среднего роста, как ему показалось, с волнистыми волосами чуть ниже плеч, оттенка молочного шоколада и большими кошачьими глазами, цвета которых он не мог разглядеть с расстояния. Потому, молодой мужчина, не дождавшись ее ответа, приблизился к барной стойке и удивился еще больше. Такого цвета глаз ему не доводилось видеть еще никогда ранее. Глаза незнакомки напомнили Феррану солнечный янтарь в тени оливковых рощ. Глубокие, ясные, с тонким золотисто-зеленым свечением, словно в них таилась капля южного света. Взгляд ее был уверенным, слегка отстраненным, как будто она одновременно находилась здесь и была где-то далеко. — Да, мы открыты. Просто судьба сегодня к нам не благосклонна, — пожала плечами девушка, скрещивая руки на стойке и чуть наклоняясь вперед, — Чего пожелаете? Сразу предупрежу - если вы ищите глянцевое меню и латте с розовой пенкой, то это не к нам. — Хорошо, видимо мне повезло, что я поклонник орчаты, — усмехнувшись, проговорил Торрес, повторяя движение испанки, но та ничуть не смутилась резкому сокращению расстояния между ними, лишь снисходительно улыбнулась, кивнула головой и приступила к изготовлению напитка, — Такая жара, кошмар просто. — Я думала, вы привыкли к такой погоде, — все с такой же улыбкой на лице, не отвлекаясь от своего дела ответила Ариадна, — Туристам куда тяжелее ее переносить, а вы местный как никак. — Так вы знаете кто я? — Бросьте, вся Валенсия знает кто Вы, сеньор Торрес. А мне еще вдобавок приходится выслушивать ворчание отца, как только вы появляетесь на экране, — шатенка поставила стакан с готовым напитком перед футболистом, — Ваш заказ готов. — Благодарю, — испанец кивнул и сделал первый глоток, чувствуя как приятный холод растекся по горлу, вмиг освежая, а мягкий миндальный вкус придал бодрости, — Это не молоко, а золото, красавица!* После фразы футболиста, оба молодых человека рассмеялись. Ариадна подумала, до чего же глупо и одновременно смешно прозвучало это из уст Феррана, да и к тому же, вся ситуация ей показалась до жути сюрреалистичной - всемирно известный футболист сидел напротив нее, в пустующем семейном ресторанчике, распивал орчату и пытался пошутить, что получалось у него не совсем хорошо. Феррану же, шутка показалась весьма удачной, как минимум по причине того, что он добился задуманного - сумел вызвать у девушки смех, такой очаровательный, мягкий и звонкий, прямо как он себе и воображал. — Значит, твой отец фанат футбола? Но при этом у него избирательный вкус и меня он явно недолюбливает, — прищурил ореховые глаза Торрес, ненавязчиво переходя на более неофициальное обращение и внимательно наблюдая за реакцией брюнетки. Ариадна, в свою очередь, устремила глаза в потолок, надув губы, изображая тем самым глубокую задумчивость, но спустя мгновение вернула прежнее выражение лица и ответила: — Не волнуйся. Его предвзятость на меня не распространяется. После услышанного, настрой молодого нападающего «Барселоны» стал еще более воинственным и уверенным, нежели раннее. — Значит, у меня есть шанс? Покачав головой и улыбаясь уголком губ, де ла Торре поставила перед футболистом чек, заметив то, с какой нечеловеческой скоростью он допил свой напиток, не оставив на дне стакана и капли. — Только если ты не будешь мне мешать читать, сеньор Торрес. Парень опустил глаза на стол, куда барменша положила чек, в котором помимо счета было еще кое-что, что не могло проскользнуть от его внимания: закрученная, почти каллиграфическая буква «А». Край губ Феррана приподнялся в легкой улыбке, а на душе появилось приятное ощущение чего-то теплого. — Это было... элегантное «проваливай»? В хамелеоновых глазах девушки держалось все такое же стойкое и уверенное в себе спокойствие, но к нему наконец добавился и легкий интерес, все это время ожидаемый футболистом. — Нет, сеньор Торрес. Это было элегантное «пора», не более. Будучи человеком, способным вовремя уловить намек, Ферран согласно кивнул и встав со своего места, оставил купюру на столе. Правда, уходить он не спешил, несколько секунд раздумывая над следующим шагом и набравшись смелости, произнес: — А если, я все же вернусь? — Вернись, — как ни в чем не бывало ответила брюнетка, при этом стараясь не показать своих истинных эмоций, — Но только если на улице будет невыносимо жарко и тебе правда захочется пить. После этих слов, Ариадна опустила глаза к книге, показывая всем своим видом, что разговор окончен, что вновь вызвало улыбку на лице Феррана. Когда он вышел из заведения, а колокольчики на двери зазвенели за ним, она все еще держала в руке книгу - но пальцы не переворачивали страницу, а уголки губ приподнялись в глупой улыбке.