Лавка семьи Фиц

Утром Алай едва смог встать на ноги... Вчера они вернулись ночью, сам герцог ждал их у порога, узнав, что его гости пропали. Увидев, ка кони вошли, он чуть ли не подбежал к ним, начав разглядывать, чтобы убедиться все ли в порядке. — Вы живые? Почему так поздно? Я уже решил, что что-то произошло? Что вы делали? Где были? Мильн начал разъяснять, пока Алай тактично ушёл на кухню... Там он нашёл остывший ужин, который сразу съел, даже не поинтересовавшись, как можно подогреть еду. Ночью его, как ни странно, ничего не беспокоило. На завтраке он встретился с Мильном, который выглядел слишком бодрым по сравнению с Алаем. Сегодня они должны были отправляться в путь от герцога. Алай решил, что все же лучше будет остаться в предоставленной одежде, чтобы не выделаться среди толпы. Впрочем, Даен и так её, можно сказать, подарил... Мильн был уже собран и готов отправляться. На нём висела сумка, Бог знает, с чем, потому что выглядела она пустой. — А вещи вы потом возьмете? – спросил маг. Алай отвёл взгляд в сторону, закусив губу. — Ну... У меня нет ничего с собой, — помедлив, он добавил: — даже денег... Мильн помассировать переносицу. — Как так? Алаю было бы очень выгодно сейчас ему сказать, что только два дня назад его случайно выкинуло в этот мир, и если бы он знал, что такое произойдет, то точно что-то взял бы с собой... — Меня обокрали прямо перед встречей с герцогом, — но Алай просто не мог сказать правды. Мильн снова окинул его своим нечитаемым взглядом. Алай стал замечать эту привычку за магом и даже почти понял, что значит этот жест. И по его наблюдениям он ничего хорошего за собой не скрывал... Мильн вздохнул. — Ладно, ничего страшного, — он махнул рукой, — сейчас дождемся Даена и пойдем. Он хотел попрощаться, просил у выхода подождать. Они устроились в гостинной. Алай умирал от скуки. За все время, проведенное здесь, он не один раз вспомнил телефон. Он так привык держать его в руках при каждом удобном и неудобном случае, что сейчас будто находился без опоры. — Как спалось, кстати? — неожиданно задал вопрос Мильн. Алай даже забыл, что прошлые две ночи ему во сне чудилась герцогиня. Он припомнил свои мысли, когда только оказался у реки и понял, что тогда он был прав, что пришествие в этот мир покажется ему очень далеким, когда он вернется домой. Уже было ощущение, что с него прошло не меньше года... — Мне ничего не снилось. Кажется, все сработало, герцогиня успокоилась. Маг кивнул в знак согласия. — Я сегодня до рассвета прогулялся по городу и не заметил даже серых нитей в воздухе. Теперь моей, а, может, и нашей, главной задачей будет разгадать её смерть. Алай заметил мелькнувшую усталость на лице Мильна. То и не удивительно, ведь он столько сделал за два дня, скорее всего, столько беспокоился, хотя совсем не показывал этого. Сам Алай, кажется, меньше переживал, пусть и находился в более патовой ситуации. — Если понадобится моя помощь, то я обязательно её окажу. Мильн улыбнулся. — А что Вы умеете? Этот вопрос поставил Алая в тупик. Он понял, что на самом деле окажется, скорее, обузой. — Ну... Что-то да умею. Может, я сейчас обучусь магии и стану не хуже Вас. Маг рассмеялся. Он пытался прикрыть рот рукой, но его попытки были тщетны. Алай улыбнулся, поддержав его. Да, слова были абсолютным абсурдом. — Я бы посмотрел на это! — воскликнул Мильн, с ухмылкой посмотрев на молодого человека. — Кто-то учится десятилетиями, а Вы за несколько дней хотите освоить все. — А сколько Вам лет? Мильн удивился вопросу и посмотрел куда-то в потолок, будто там был написан его возраст. — Мне... Двадцать... Двадцать шесть. Алай присмотрелся к Мильну. На вид тому с натяжкой можно было дать двадцать четыре года. До этого молодой человек вообще считал его своим ровесником. — Вы уже Великий маг в таком возрасте! Я слышу противоречия в Ваших речах... Мильн закатил глаза. — Это называют гениальностью. — Рад, что встретил в своей жизни такого одарённого человека, который старше меня всего на три года. Мне есть к чему стремиться... Правда, я уже опоздал. Улыбка не сходила с лица Мильна. — Не берите в голову. Кстати, может, перейдем на «ты»? Алай решил, что ему будет так только удобнее обращаться к Мильну. Все же у них не было пропасти в возрасте, пусть она и присутствовала в статусе, но раз сам маг плевал на неё то и Алай вполне мог. Возможно, Мильн предложил это именно для того, чтобы уменьшить свою внушительность в глазах нового товарища. — Давай. Наконец, пришёл герцог. Алай и Мильн направились к нему навстречу. Даен очень душевно их поблагодарил, пожал руку. К нему через минуту пришла жена, которая так же поблагодарила их за то, что они успокоили её мужа. Так они распрощались. Как только они вышли из дома, Алай спросил у мага: — Почему ты не сказал, что это, скорее всего, было убийство? — Герцог не знает о Тайном совете, а так как поводом для устранения герцогини, вероятно, послужило её членство в Тайном совете, то для объяснения пришлось бы раскрыть тайну. А мне лишние знающие не нужны. Алай поморщился, понимая, что он один из «лишних знающих». По крайней мере он причислял себя к ним. — А как же я? Мильн вздохнул. — Ну вот что ты хочешь услышать? — Правду, — незамедлительно ответил он. Маг бросил на молодого человека усталый взгляд. — Я взял всю ответственность на себя. Ты в путался в дело герцогини, вероятно, со временем узнал бы и о Тайном совете без меня. Если бы ты узнал о нем сам, то создал бы много проблем. Но вместе с тем я предполагаю, что Тайному совету скоро придет конец, а там станет все равно, кто знал о нем, а кто – нет. — Справедливо. Я не говорил, но во сне я уже слышал это название. Думаю, ты прав, что считаешь, будто её смерть связана с Тайным советом. — Спасибо, я давно уже это понял. Через час они уже вышли из города к реке. Им повезло, ведь лодочник находился на этом берегу и готов был перевезти двоих. За рекой пошёл густой лес. Где-то здесь Алая выкинуло из своего мира. Он специально пытался высмотреть это место, думая, что вдруг он не заметил, как с ним переместились и какие-то вещи. Но молодой человек даже не помнил самого места. Мысли его зашли о Мильне. Он понял, что в свои двадцать три ничего не добился. Осознавать это было больно, несмотря на то что до этого Алай даже не задумывался о становлении успешным до тридцати. — Наверно, родители гордятся тобой, — невольно произнёс он. Мильн ответил не сразу. Он задумался, подбирая слова. Алай теперь улавливал и эту паузу перед ответом, которая тоже что-то, безусловно, значила. — Не думаю. С матерью я давно не виделся, а отец... Так сказать, он думает, что я не на своем месте. — Как это? Мильн помассировал переносицу. — Там запутанная история. Алай понял, что залез туда, куда не стоило. — Ясно. Они продолжали идти по лесной чаще. Где-то с верхушек деревьев раздавалось птичье пение. Солнце осторожно листьями прикрывали деревья, создавая прохладную тень. Дул легкий ветерок. Алай даже обрадовался тому, что Мильн не решился все рассказывать. Маг был откровенно странным по мнению Алая. Наверно, он был живой библиотекой, раз знал все легенды. Молодой человек был уверен, что если он что-то спросит у Мильна от балды то тот спокойно расскажет новую историю из своего мира. В общем, Мильн много рассказывал, отвечал почти на все вопросы, но слишком редко их задавал в ответ, – если задавал вообще. Одновременно казалось, что он не заинтересован как и в беседе, так и в самом собеседнике, хотя на поверхности лежало, что это не так, ведь по его поступкам читалось обратное. А с другой стороны, Алаю начинало казаться, что Мильн и без того знает обо всем. Кажется, что тот с первой встречи понял, что Алай из другого мира, понял, что ему можно рассказать все и не понести за это никаких последствий, потому что этот человек исчезнет так же внезапно, как и появился, не успев ничего натворить, ибо этого нет в его планах. Основываясь на первом и последующем впечатлениях о маге Алай мог сказать, что тот очень хорошо разбирается в людях, видит их насквозь. Только вот и собеседников у него нет. Интересный феномен, так ведь? Когда в библиотеке нет читателей, то книги начинают гнить и теряют всякую ценность. Вероятно, и Мильн не был больно рад одиночеству. Почему Алай решил, что тот одинок? Да все просто, Мильн даже Даена не подпустил к себе на пушечный выстрел, хотя мог бы рассказать ему о всех своих переживаниях по поводу и герцогини и ее мужа. Маг легко отделывался от чужого внимания, остерегался толпы, в доказательство тому можно привести, что он не пошел на бал, а ходил по саду, где не было ни души. Алай, не являясь ни психологом, ни психотерапевтом, ни психиатром, имел мнение, что одинокие люди в своей апогее просто отделяются от мира, становятся чужими для него, как и мир становится чужд для них. Странно, что Мильн вообще заговорил с Алаем. Хотя если вспомнить первые попытки то можно легко понять, что в первую встречу заговорил сам Алай, маг же развеял неловкость. На первом завтраке Мильна лишь заинтересовала энергия Святой, пусть даже на данном основании он и предложил рассказать о ней. Еще, можно привести объяснение, что Мильн просто нашел такого же чуждого миру человека, который лишь делал вид, что ему не все равно на статус. А дальше все просто удобно сложилось. В общем-то все сложилось удобно и для Алая. Он нашел себе лучшего напарника, может, даже друга, в совершенно незнакомом мире. Они неосознанно заключили друг с другом договор, удобный обеим сторонам. На что в таком случае жаловаться? Начало смеркаться. Алай уже еле тащился за Мильном, который специально сбавил шаг, чтобы путешественник поспевал. В обед маг поделился купленной еще в городе едой, сказав, что будет все записывать на счет Алая, и тот должен будет потом оплатить долг. Молодой человек надеялся, что Мильн шутил… Уже как полчаса они вышли на широкую дорогу со следами от телег. Она была уложена половинами стволов деревьев, связанными друг с другом по краям толстой верёвкой. От дороги редко отходили едва заметные тропинки в лес. Вероятно, они вели в какое-то поселение, и ими пользовались местные. — Помогите! — глухо, откуда-то из глубины леса, отдался эхом крик. Кажется, он повторился ещё раза два, а потом оборвался. Они с Мильном остановились, переглянувшись. В немом разговоре они решили идти на крик. Туда как раз вела одна из узеньких тропинок. Они брели по ней достаточно долго, пока впереди не показалась странная фигура, застрявшая как будто в паутине. Белые шипастые нити обвивали крылья девушки, у которой на голове обычные уши замещали висячие широкие кончиками направленные в разные стороны. Девушка (Алай решил называть это существо пока что так) уже повисла на шипастых нитях вся израненная, перестав пытаться выбраться самостоятельно. К тому же к земле её тянул огромный рюкзак, давящий на неё и её крылья так, что они сильнее входили в шипы. Мильн уверенной походкой пошёл к ней, и Алай решил, что незнакомка не представляет опасности. — Это ловушка для духов, — пояснил Алаю маг, — а существо, попавшее в неё — небород. Это такие полулюди-полуптицы. Девушка вернулась в сознание. Измождённым взглядом она окинула прибывших. Тут же лицо её скривилось. — Может, поможете мне? Я обычный торговец! Мильн не стал ни о чем спрашивать, лишь подошёл к ловушке, схватившись за нити. Снова нити... Алай начал находить какую-то закономерность в магии... Тут же ловушка рассыпалась, но девушка не успела рухнуть на землю, маг вовремя подхватил её. Она тут же с силой оттолкнула его, отряхиваясь. Заметив, что на нее вопросительно смотрит две пары глаз, она заговорила: — Местные тут расставили своих ловушек. Видите ли, они хотят поймать какого-то демона! Спасибо вам большое, иначе я бы так и торчала здесь, — лицо её смягчилось, — вы маги, так? Мильн кивнул, пока Алай не успел намекнуть, что маг тут только один. Девушка тяжело поправила рюкзак на плечах, вжимая свои израненные крылья в спину. — Вы могли бы им помочь, а то, думаю, ни я первая, ни я последняя. — А ты могла бы показать, где их деревня? Девушка прищурилась, уже думая просто сказать направление, но в конце концов кивнула: — Ладно. Пойдёмте. Меня, если что, зовут Немиш. К вам как обращаться? — Я Мильн. — Алай. Последний приспустил очки ниже к кончику носа, чтобы не видеть неприятный вид Немиш, от которого становилось ее безумно жаль, но видеть дорогу под ногами. Тем временем Мильн поравнялся с Немиш. — Может, тебе помочь с рюкзаком. — Там важные вещи. На этом Мильн мог бы остановиться, но он пошёл дальше: — Я могу положить его в свою сумку без дна, — он демонстративно приоткрыл сумку, внутри которой была лишь чернота. Немиш ощущала боль и давление на крылья и даже несмотря на это долго думала над предложением. — Я знаю каждую вещь в своём рюкзаке, если обнаружу пропажу, то жди проклятья, — с этими словами она сняла рюкзак, расправляя крылья. Мильн почти что упал на землю с рюкзаком удивленный его весу, но не подал виду и спокойно поместил его в свою сумку, которая сначала очень сильно растянулась, а после пришла в привычное состояние. Немиш смотрела за этим с любопытством, но спрашивать не торопилась, а вот Алай начал расспрос: — И ты не чувствуешь даже веса, Мильн? Что вообще ты в ней хранишь? А дом сможет туда поместиться? Мильн улыбнулся, считая количество вопросов, но которые ему придется ответить... — Туда можно поместить, что угодно. Вес одной вещи будет равен где-то одному перу. В ней у меня все необходимое, но идея с домом весьма интересная... Скоро они добрались до деревни. Немиш, видимо, решила довести их до самого старосты. Она привела всех к дому, ничем не отличающегося от остальных, и постучала в дверь. Час был уже поздний, потому стоило ожидать, что никто не выйдет. Но через пару минут в окнах зажегся свет и на пороге появилась женщина, окинувшая взглядом пришедших. — Галь! — тут же прокричала она, обернувшись в дом. — Немиш, что с тобой случилось? Это главный маг позади тебя? Немиш удивилась, услышав «главный маг». Она обратила свой взгляд на Алая, который мотнул головой, а потом на Мильна. — Я попала в вашу ловушку... Эти люди помогли мне, и они сказали, что могут помочь и вам. К женщине пришёл из глубины дома мужчина лет сорока. — Ты попала в нашу ловушку... Нам очень жаль... Мы не ожидали, что в неё будут попадать ни в чем неповинные. Как мы можем загладить свою вину?.. Может, позвать лекаря? — Уж с лечением мы разберемся сами, магия лечит лучше всяких трав, — вмешался Мильн. Немиш кивнула на слова мага, скорее, автоматически, и без раздумий ответила старосте: — Да, лучше отдайте мне тот артефакт. Галь и его жена встретились взглядами. — Боюсь, это слишком... Может, если эти люди помогут против демона, мы отдадим его тебе и как компенсацию, и как благодарность? С сомнением Немиш кивнула. — Мы можем расположиться в том же доме на окраине? Староста согласился. Теперь Немиш повела своих новых спутников по деревне к самой её окраине, где был небольшой спуск с холма, на котором и стояла деревня. По пути она поясняла: — Староста, Галь, говорил, что у них уже с месяц водится какой-то демон, портящий пшеницу. И недавно он украл ребенка. — Не кажется ли странным, что демон до этого портил пшеницу, а теперь украл ребенка? — Алай искренне не мог найти в этом состыковку. Небород махнула рукой. — Возможно, он решил, что раз за порчу пшеницы его не изгоняют, то можно подобраться и поближе к людям. Кто его знает... Они пришли к дому. Выглядел он очень опрятно. Внутри никого не оказалось, Немиш пояснила, что семья, жившая здесь, уехала с появлением демона. Они расположились в доме. Комната была всего одна, но девушка сама вызвалась спать на кухне. Алай же сразу улегся, постелив себе накидку. Он не заметил, как уснул и как проснулся спустя какое-то время. Никого не оказалось в доме, и молодой человек стал нервничать, боясь, что что-то произошло. Он вышел во двор и, прислушавшись, уловил разговор Мильна и Немиш. Спасибо, что с ними все было в порядке... Алай осторожно облокотился о стену дома, вслушиваясь в слова. Маг и небород смотрели на звезды, пока первый залечивал крылья второй. — Сегодня красивая ночь, звезды горят как-то по-особенному... — начал Мильн. Немиш какое-то время молчала, но потом снизошла до слов: — Тебе так кажется? Вроде горят, как обычно. Алай сам неосознанно посмотрел на небо. В это мире звезды радугой рассыпались по небосводу. Яркие четырехконечные искры мерцали, указывая то в одну, то в другую сторону. Алай жалел, что никогда не смог бы увидеть подобного на своем небе... Свет фонарей, домов и предприятий соревновался со светом небес и побеждал. Иногда, идя вечером по улице, можно было заметить, как от самой земли где-то за горизонтом поднимается свет, обычно жёлтый или оранжевый, каким светят ночные фонари на улицах. И небо в таком случае становится черным пятном с парой белых точек. — И все же... Красиво. — В наших традициях указывается, что звезды — это судьбы каждого. Если найти на небе свою звезду, то можно узнать будущее. Правда, никто так до звёзд и не долетел. Алай отметил, что у Мильна появилась достойная соперница. Наверно, они смогли бы часами мериться количеством легенд, которе они знают, а Алай был бы не прочь все это время их слушать. — А ты пробовала? — Да куда мне. Мне говорят, что у меня с детства крылья слабые, я и сама это чувствую. Если не смогли лучшие из лучших, то я точно не смогу. Мильн тепло ей улыбнулся. Следующие его слова прозвучали так: — Какая разница, что не смогли другие? Немиш и сама посмеялась, правда, с горечью. — Сравнения не избежать. Везде одни сравнения. — К сожалению, нестфа. Алай удивился, впервые услышав, как кто-то использует «нестфа». Он решил, что будет лучшим решением пойти куда-нибудь по своим делам, чтобы случайно не выдать своего присутствия. Удивительно, было то, как Мильн смог забрать не только физический груз Немиш, но и душевный. Алай мог сказать магу спасибо за то, что он со своими способностями выводить людей на волнующие темы, все еще не залез в душу самого путешественника.