Необычный Хэллоуин

      Два месяца пролетели практически незаметно. И несмотря на то, что однотонная рутина преобладала, всё же были, хоть и недолгие, проблески чего-то яркого, разбавляющего всю серость будней.       Хотя, о какой серости могла идти речь, если лето в этом году выдалось долгим. Ещё до середины сентября никого не покидало ощущение того, что оно продолжается. Только к концу месяца холод начал потихоньку пробираться в город, и погода всё чаще обязывала надевать вместо лёгких футболок что-то потеплее.       К концу октября тепло, хоть и не такое ощутимое, всё ещё держалось, поэтому можно было спокойно позволить себе ходить на улице в одном свитере.       С момента первого учебного дня много всего произошло в студенческой жизни Николая, и в большинстве своём в положительную сторону.       О, как же он восторгался мыслью о том, что теперь у его группы было новое расписание. Подумать только, власть имущие всё же додумались поделить их недели на чётные и нечётные. Колонки с названиями стали выглядеть даже приятнее для глаз, на них теперь можно было смотреть без слёз.       Огромный объём часов пар по Истории никто не захотел уменьшить, а жаль, меньше учебных часов – больше свободного времени. К слову, об Истории, название у этого предмета стало, по истине, говорящим.       Гоголь всё никак не мог представить себе в голове то, как бы выглядел их будущий преподаватель. Чаще всего на ум приходил образ вечно бухтящего старичка с тростью, обязательно профессора, и безусловно находящегося на пороге возникновения у оного деменции.       Но кто же знал, что им действительно назначат деда предпенсионного возраста, но не абы какого, а бывалого военного, посвятившего несколько десятков лет этому делу. С его появлением, на парах Истории уже ни у кого не получалось расслабиться. Царила атмосфера полного повиновения, в воздухе вечно витало напряжение и бесконечные рассказы о былом прошлом.       Несмотря на то, что препод заставлял «ходить всех по струнке», старикан был горазд рассказывать истории из своей жизни, вступать в споры со студентами, и при этом удерживать огромный авторитет.       Бывало что он рассказывал одну и ту же историю несколько раз, но никто не смел его перебивать, делая вид искренней заинтересованности, ибо, все знали ещё со школы золотое правило: «Если учитель решил рассказать историю из жизни, то нужно, во что бы то ни стало, заставить его рассказывать её как можно дольше, желательно до конца урока.».       Поэтому его одногруппники из раза в раз слушали, чуть ли не с отвисшей челюстью повторяющиеся через пару истории про украденные у их препода джинсы в девяностые, про любимые рок-группы молодости, или про то как он пил с немками кумыс во время своей службы в Казахстане.       Николаю новый преподаватель в целом понравился, хотя бы за то, что тот радовал их группу разного рода байками и рассказами. В остальном он оставался всё таким же преподносителем учебного материала, каким его обязывал быть институт. Благо, передавать суть тем у него получалось хорошо, а заснуть, даже при всём желании, ни у кого бы на его парах не получилось: тебе либо давали подсрачник, либо заваливали кучей вопросов в духе «сколько раз посрал Пётр I во второе воскресенье мая тысяча семьсот двенадцатого года?»…       Ввиду нового расписания, История, как раз была первой парой в это утро, и что не мало важно, не в простой день, а в понедельник.       Но сегодня был не просто понедельник, а последний день октября.       Как сам Сигма говорил ещё в сентябре, на эту дату было запланировано мероприятие, которое вскоре подтвердилось. Примерно за месяц до начала эта информация просочилась в массы, и с тех пор уже все были в курсе этого события. Новость была настолько часто обсуждаема, что кто-то решил пустить слух, смеха ради, о том, что какому-то первокурснику мерещились ночью тараканы, шушукающиеся об этом.       Ближе к середине октября составили список тех, кто решил пойти. Удивительно, но не смотря на весь ажиотаж, желающих было не так много, как ожидалось. По всей видимости, кто-то успел передумать, и, пожалуй, не маловажным фактором сыграло то, что празднование выпадает на понедельник.       Ранее были споры насчёт этого, хотели перенести всё на пару дней назад, чтобы отпраздновать в субботу или воскресенье, однако, какой-то умник вякнул что «не гоже справлять не по времени». И так вышло, что его многие поддержали.       И вот, именно благодаря этому чуваку, Гоголь пребывал в состоянии раздумья: а стоит ли ему вообще ехать непонятно куда на ночь глядя? Безусловно, он в любом случае пропустил бы все пары во вторник, поскольку прогнозировал вернуться назад только утром, ведь общественный транспорт не ходит ночью. В целом, было уже слишком поздно что-то менять.       Автобус был выбран, маршрут построен, пиво куплено. Условились ехать вместе с Сигмой и ещё каким-то парнем. По крайней мере, если они заблукают где-то в лесу, то выживать втроём будет проще. На этот случай, Гоголь уже подготовил зажигалку, купленную специально, оставалось надеяться, что до её применения, дело не дойдёт.       Все мысли занимала предстоящая вечеринка. Самую необходимую за сегодня пару он посетил, а значит, на остальные можно забить. В гримёрном зале его уже дожидался свитер, подготовленный для вечера.       Чтобы понять масштаб всей ответственности подготовки, нужно было прикладывать к этому руку или знать всю внутрянку. Гоголь заглядывал в списки и заметки Сигмы, оставленные на общем столе, и иногда присвистывал, понимая, что не в каждом учебном заведении есть настолько ответственные инициаторы тусовок.       Те, кто планировал пойти, должны были скинуться за аренду, еду и напитки. В общей сложности, вышло человек пятьдесят, и сумма взноса составила примерно сто пятьдесят рублей. Кто-то пожертвовал больше, но только с целью, чтобы купили гору колы с ментосом и тыквы с декорациями.       Начало планировалось на девять вечера, а вход был строго в тематических нарядах. Каких-то невероятных костюмов никто не ожидал увидеть, было достаточно надеть оранжевый свитер с зелёной шапкой, и вуаля – ты в костюме тыквы!       Гоголь тоже решил облачиться в свитер, но не слишком банальный. Ради этого ему пришлось научиться вязать, и пользоваться помощью девочек из гримёрной. Те, умилялись тому, что парень хочет этому научиться, и с энтузиазмом давали ему уроки.       В оконцовке, у него был готовый свитер и несколько шарфов в качестве благодарности. Но на этом он решил не останавливаться, и перефаршмачил одну из простыней в плащ. Засветиться в новом образе перед соседом, до начала тусовки, не хотелось. А Сигма, в свою очередь, тоже сохранял интригу, что вызывало предвкушающее чувство.       В гримёрке было пусто, все были на парах или в общаге. Обычно, в этом месте жизнь кипела во второй половине дня.       Коля порылся в ящике, и достав свой комплект, запихал в рюкзак. На выходе, зацепил стоящую подле стола гитару, и неспешным шагом направился в актовый, напевая песню из охотников за приведениями.

***

      После одиночной репетиции оставалась ещё куча времени, и проведя его за шастаньем по улицам и почёсыванием бродячих котов, Гоголь вернулся в общагу ближе к четырём.       Сосед ещё был на парах, поэтому парень переоделся в заготовленный костюм, дополнив его белыми штанами и палёными конверсами. Связанный им белый свитер имел несколько дыр и необработанные края, но так Коле нравилось даже больше. Его бабушка, увидь Гоголя таким, уже бы начала причитать, что того погрызли соседские собаки.       Он достал из комода чёрные пиксельные очки, и медленно надев их, выставил руки пистолетами, глядя на себя в зеркало: - Ва-у… – протянул он.- Самый крутой призрак на районе - в здании. – после чего «выстрелил несколько раз», сопровождая действия звуками.       Окончив затянувшееся позирование, он извлёк из мини холодильника упаковку банок пива, впихнул в рюкзак, и закинул сверху пачку чипсов и несколько шоколадных батончиков.       Понятия не имея, чем он будет заниматься кроме танцев, объедания, питья, и травления баек, было решено взять с собой гитару. Всё же, в программу мероприятия был включён пункт «рассказывать страшилки у костра», а там, где костёр, там и гитара.       Дожидаться Сигму было решено во дворе шараги. Коля кинул тому смс, что уже ждёт-не дождётся, когда тот наконец выползет на улицу.       Коротая время за Сабвей Сёрфом, незаметно, прошло около полу часа. Выведший из очередного забега звук котящихся по асфальту колёс, заставил Гоголя обернуться, оторвав спину от здания. Выглянув за угол, он увидел Сигму и какого-то парня. Оба катили чемоданы. - Сигма! Ну наконец-то! Как те мой образ? – он показательно покружился, - И познакомь меня с нашим попутчиком. Я тя раньше не видел, ты с какого курса? – обратился он к другому. - Это Ацуши, студент по обмену из Японии, помогает мне решать организационные вопросы. – представил Сигма. - А ты и не говорил, шо у тя есть зам! Ещё и иностранец! - Я с первого курса продюсерства. – сказал Ацуши с небольшим акцентом. У нас с Сергеем взаимовыгодное общение: он помогает мне освоиться и улучшить язык, а я помогаю ему в делах. - Сергеем… - несколько опешивши повторил Гоголь. – Ты б его ещё по фамилии назвал. В своих кругах он – Сигма. - указал пальцем на закатившего глаза. - Хорошо… - запнувшись, пробормотал Ацуши. - Ну и как те учёба? Слухай, а у тя довольно неплохой русский, учил у себя или вже здесь? А могёшь казать шо-нить на своём? А ты знаком с еврейскими анекдотами…       Громкое «Кхм» со стороны Сигмы, прервало бесконечный поток Гоголевских вопросов, заставив того недовольно цыкнуть. - Как я и говорил. – сказал парень, обращаясь к озадаченному Ацуши. - «Как я и говорил»? Вы шо, обсуждали меня? – уперев руки в бока, возмутился Николай. - Мне нужно было морально подготовить парня к твоему не закрывающемуся рту. И что это за оборванный свитер? Тебя погрызли псы, пока ждал нас?       Гоголь взял край свитера, оттянув его вперёд, демонстрируя, заинтересованному Ацуши. – Вам нравится? Сам пошил. – и горделиво вскинул голову. - С учётом, что это свитер на Хэллоуин, да. Но носить такое каждый день, я бы не стал. – Рецензировал Сигма. – и очки поверх повязки выглядят довольно странно. – он протянул руку. - Ах… Я вже давно смерился с тем, шо не смогу их носить. – сняв их, и вложив в протянутую ладонь, вздохнул Гоголь. – а ты у нас прям Миранда Присли! - Да, ты не знал? – надев Гоголевские очки, и встав в нарочито модельную позу, пафосно заявил Сигма. - О! Постой так, я тя щёлкну пару раз! – достав телефон из кармана, оживился Коля. – И совместное селфи, на память! – закончив фотографировать друга, он притянул поближе Ацуши, и скорчив рожицу, сделал пару снимков. - У меня здесь такое глупое лицо. – усмехнулся Сигма, просматривая галерею. – Надеюсь, это останется просто «фотографией на память», а не разлетится по чатам. - Боишься, шо все прознают, шо ты не только сноб и книжный червь? Напишу «хештег тусовщик Сигма», и прифотошоплю огонь с долларовыми купюрами. – мечтательно пробормотал светловолосый.       Закатив глаза, староста снял очки, возвращая владельцу. Но тот дал их Ацуши, сказав, что это подарок на память. Тот, прижал их к груди, и сказал что-то на своём языке, сделав поклон, и вызвав поднятие брови у Николая.       Сигма объяснил, что такое поведение было – особенностью другой культуры, и что Ацуши таким образом выразил благодарность. В ответ на это, Николай лишь прикинул, как бы выглядела благодарность, если бы мелкому подарили что-то более существенное, чем пластиковые очки. - К слову, ребята, шо у вас в чемоданах? – заглянув за спины Сигмы и Ацуши, поинтересовался Гоголь. - Часть декораций, еда и двадцать бутылок колы. – ответил младший. - Вы там бассейн планируете заливать или как? – присвистнул, подхватывая рюкзак с гитарой, Коля. - Надеюсь, что до этого не дойдёт. – мысленно перекрестился староста. – К слову, бассейна на участке нет, зато есть внушительного размера сад и фонтан. - М-да, вечеринка, так вечеринка! Шо за вечеринка без бассейна? - Сейчас уже не время для купания, бархатный сезон закончился, а на следующей неделе обещали похолодание и дожди. Так что, я крайне рад, тому, что обойдётся без чистки бассейна. – выдохнул Сигма с облегчением. - Думаешь, много людей останется на уборку после тусы? – смеясь спросил Коля. - Не знаю, но в идеале, должны остаться все, а иначе, мы вычислим всех сбежавших по списку, и заставим дежурить неделю. - Ты оказывается такой жестокий, Сигма. – Гоголь остановился, вместе с идущими к выходу с территории университета, и заглянул старосте в лицо. - Не жестокий, а справедливый. К тому же, мы это решили всем советом. И все приглашённые были заранее предупреждены о последующей уборке. - Эт верно… Слухай, я ток понял, ты ведь не оделся для дресс-кода! Дюже обычно выглядишь! – спохватился Гоголь. - По-твоему я каждый день хожу в костюме? – скрестив руки на груди, возмутился староста. - Ты носишь рубашки с жилетками, хоть у нас и нет формы, кто тя знает!? - Это, - Сигма жестом провёл сверху вниз, - мой костюм на Хэллоуин. Твои предположения? - А… э… Первоклассник без цветов? - Нет! Это костюм гробовщика. Исключительно чёрный цвет и лакированная обувь. Стильно, элегантно и минималистично. - Ты эт щас придумал? – спросил Гоголь. – Похоже, ты будешь единственным, кто никак не запарился. Но, отдаю должное, задумка неплохая. - Твой гроб – первый в очереди. - Спасибо, Сигмушка! Я так рад, шо ты по дружбе ставишь меня в верх списка! – Нарочито радостно умилился Николай. - Я не совсем понимаю радость гробам. – сказал Ацуши. - Да эт такой юмор, Ацу! Хош, я кажу те больше смешных шуток? - Займётесь этим в автобусе. – сверяясь с гугл картами, пробубнил староста. - Ацу, а у тя шо за костюм? Ушки таки пушистые. - Бьякко. – поняв, что такой ответ, мало чем может помочь, он сказал уже на русском, стараясь, вспомнить перевод слов. – Белый тигр. В нашей древней мифологии, это один из четырёх небесных хранителей. А сейчас просто красивое животное. - О… - протянул Гоголь. – Так у вас Хэллоуин это не шо-то страшное, а шо-то жутко милое? - Можно сказать и так. Я могу рассказать тебе больше о наших традициях, если хочешь. - Тока, при условии, шо ты тож будешь слухать мои шутки!       Сигма, качал головой, слушая их разговор, радуясь тому, что парни нашли общий язык. Единственное, что вызывало опасение, это если Гоголь начнёт учить Ацуши арестантскому сленгу и пояснять за смысл их загадок. Но подобное поведение, староста планировал вовремя пресечь.       Добравшись до остановки, и покуковав некоторое время, парни забрались в практически пустой автобус, идущий за город.       Расположившись на двух сидениях, Гоголь и Ацуши начали вести оживлённую беседу, а Сигма, как отшельник, сел сзади них, закинув на соседнее сидение Гоголевскую гитару, прижался щекой к стеклу, и задремал.