Партия для бессмертных

Девятый день в особняке встретил Тэхёна странной тишиной. Не той, которая была раньше — зловещей, выжидающей. А другой — спокойной, почти умиротворённой. Словно сам дом затаил дыхание перед чем-то важным. Тэхён проснулся, и первое, что он увидел, — кинжал, который лежал на тумбочке. Серебряный, с узором из вьюнков на клинке. Он провёл пальцами по лезвию — оно было холодным, гладким, опасным. «Скоро, — подумал он. — Совсем скоро». Он встал, умылся ледяной водой, оделся. На кухне его ждал завтрак — рис, суп, чай. Хосок стоял в углу и смотрел на него с беспокойством. — Сегодня ты поедешь в город, — сказал мальчик. Тэхён замер с ложкой в руке. — В город? — Да, — кивнул Хосок. — Чонгук сказал передать тебе, что тебе нужно купить кое-что. Он оставил записку. На столе лежал сложенный лист бумаги. Тэхён развернул его и прочитал: «Тэхён. Сегодня ты должен поехать в Кымсон-ни. В старую лавку на главной улице. Спроси у хозяина «то, что пахнет солнцем». Он даст тебе то, что нужно. Я не могу пойти с тобой — днём я слишком слаб. Но я буду ждать тебя. Возьми с собой кинжал. И будь осторожен. Не доверяй никому, кроме хозяина лавки. Чонгук». Тэхён сложил записку и спрятал в карман. — Хорошо, — сказал он. — Я поеду. Хосок подошёл ближе и положил свою маленькую холодную ладонь на его руку. — Возьми меня с собой, — сказал он. — Я могу защитить тебя. Если что-то случится. Тэхён улыбнулся. — Ты не можешь выйти из дома, правда? Хосок покачал головой. — Я привязан к этому месту. Но я могу быть с тобой в мыслях. Если тебе станет страшно — просто подумай обо мне. Я приду. Тэхён кивнул и вышел из дома.

***

Дорога в Кымсон-ни заняла около получаса. Тэхён шёл пешком, чувствуя, как утреннее солнце греет его лицо. Впервые за долгое время он был вне особняка, и мир вокруг казался почти нормальным. Обычные дома, обычные люди, обычная жизнь. Но он знал, что эта нормальность обманчива. Главная улица Кымсон-ни была тихой, почти безлюдной. Только несколько стариков сидели на лавочках и провожали его взглядом. Тэхён чувствовал их взгляды — изучающие, подозрительные. Он ускорил шаг. Лавка, которую описал Чонгук, находилась в конце улицы. Она была старой, с выцветшей вывеской и пыльными витринами. Тэхён толкнул дверь, и входная дверь скрипнула. Внутри было темно и пахло травами. На полках стояли банки с чем-то непонятным, свитки, книги. За прилавком сидел старик с длинной седой бородой и пронзительными голубыми глазами. — Я знал, что ты придёшь, — сказал он, не поднимая головы. — Чонгук предупредил меня. — Мне нужно то, что пахнет солнцем, — сказал Тэхён. Старик поднял голову и посмотрел на него. Его глаза казались такими же старыми, как эти горы. — Ты знаешь, что это такое? — спросил он. Тэхён покачал головой. — Нет. Но Чонгук сказал, что вы дадите мне это. Старик кивнул и встал. Он ушёл в заднюю комнату и вернулся с маленьким мешочком из тёмной кожи. — Здесь то, что тебе нужно, — сказал он, протягивая мешочек Тэхёну. — Это масло, которое горит в присутствии тьмы. Если ты нанесёшь его на клинок, он сможет пробить любую защиту. Даже ту, что создана Тенью. Тэхён взял мешочек. Он был тёплым — почти горячим. — Спасибо, — сказал он. — Сколько я должен? Старик покачал головой. — Ничего. Твой дедушка уже заплатил за это. Много лет назад. Он сказал, что однажды придёт его внук, и я должен отдать ему это. Бесплатно. Тэхён сжал мешочек в руке. — Дедушка... — Он был хорошим человеком, — сказал старик. — Лучшим из них. Он пытался исправить то, что совершил его предок. И он верил, что ты закончишь это дело. Тэхён чувствовал, как слёзы подступают к глазам. — Я не подведу его. Старик улыбнулся — теплой, мудрой улыбкой. — Я знаю, что не подведёшь. Ты — его кровь. И ты сильный. Даже если ты этого ещё не знаешь.

***

Он вышел из лавки и направился обратно к особняку. В руке он сжимал мешочек с маслом, и он согревал его ладонь, как маленькое солнце. На полпути он услышал шаги за спиной. Тэхён обернулся, но никого не было. Только тихая улочка и шелест ветра в листьях. Он ускорил шаг. Шаги не отставали. Тэхён почти бежал, когда из-за поворота вышла фигура. Он остановился, замер. Это был тот самый монстр, который приходил к нему в первую ночь. Высокий, с красными глазами и оскаленной пастью. Он ухмыльнулся, глядя на Тэхёна. — Привет, малыш, — сказал он. — Куда это ты так спешишь? Тэхён попятился, нащупывая в кармане кинжал. — Оставь меня в покое, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Не могу, — ухмыльнулся монстр. — Тень хочет тебя. И я должен доставить тебя к нему. Живым или мёртвым — без разницы. Но живым мне больше нравится. Ты пахнешь так вкусно. Он шагнул вперёд, и Тэхён выхватил кинжал. Лезвие тускло блеснуло в утреннем свете. — Не подходи, — сказал он. — Я предупреждаю. Монстр засмеялся. — Ты думаешь, что твоя маленькая игрушка остановит меня? Ты наивен, мальчик. Он бросился вперёд. Тэхён уклонился — рефлексы, которые тренировал с ним Чонгук, сработали автоматически. Он прыгнул в сторону, перекатился, вскочил на ноги. Монстр развернулся, удивлённый. — О, у нас есть навыки. Интересно. Он атаковал снова, и Тэхён снова увернулся. Но в этот раз он не просто защищался — он атаковал. Кинжал описал дугу и вонзился в плечо монстра. Тот заорал — яростно, пронзительно. Из раны пошёл чёрный дым, и монстр отшатнулся. — Ты заплатишь за это! — закричал он. Но Тэхён не ждал. Он развернулся и побежал к особняку, сжимая в руке окровавленный кинжал. Он вбежал в дом, захлопнул дверь, задвинул засов. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. — Тэхён! — раздался голос Чонгука. Тэхён обернулся. Чонгук стоял в холле, бледный, встревоженный. — Что случилось? Я чувствовал твою кровь... — Он напал на меня, — выдохнул Тэхён. — Монстр из первой ночи. Я ранил его. Кинжалом. Чонгук подошёл к нему, взял за плечи, осмотрел. — Ты ранен? — Нет, — сказал Тэхён. — Это его кровь. Чонгук посмотрел на кинжал, потом на Тэхёна. В его глазах горела гордость. — Ты справился, — сказал он. — Ты сражался с ним и справился. — Он хотел забрать меня к Тени, — сказал Тэхён. — Он сказал, что я должен прийти живым. Чонгук сжал его плечи. — Ты не пойдёшь к нему. Не сейчас. Ты пойдёшь, когда будешь готов. Когда у тебя будет всё, что нужно. Тэхён кивнул и протянул ему мешочек с маслом. — Хозяин лавки дал мне это, — сказал он. — Масло, которое горит в присутствии тьмы. Чонгук взял мешочек, открыл, понюхал. — Это то, что нужно, — сказал он. — Завтра мы нанесём его на клинок. И тогда ты будешь готов. Тэхён выдохнул с облегчением. — Я так устал, — признался он. — Я хочу, чтобы это закончилось. Чонгук обнял его, прижал к себе. — Скоро, — сказал он. — Осталось совсем немного.

***

Ночью они лежали в кровати, обнявшись. Тэхён чувствовал холод Чонгука, но этот холод уже был ему родным. — Чонгук, — сказал он. — Если я умру... — Ты не умрёшь, — перебил Чонгук. — Я не позволю. — Но если... — Нет, — сказал он. — Ты не умрёшь. Я отдам свою вечность, чтобы ты жил. Тэхён поднял голову и посмотрел на него. — Я не хочу, чтобы ты жертвовал собой. Я хочу, чтобы ты тоже жил. Чонгук улыбнулся — той самой теплой улыбкой. — Я уже живу, — сказал он. — Рядом с тобой я живу. Настоящей жизнью. И даже если я умру — я умру счастливым. Тэхён прижался к нему и закрыл глаза. «Я не дам тебе умереть, — подумал он. — Я спасу тебя. Спасу всех нас». Он заснул с этой мыслью, чувствуя, как рука Чонгука сжимает его ладонь.