Тише чем за сценой

На следующий день. За час до саундчека. Полина приехала в клуб раньше всех — хотела поймать кадры пустого зала, настраивающих осветчиков, гитары в чехлах. Вчерашний поцелуй всё ещё жил под её рёбрами. Она монтировала в углу гримёрки, когда дверь открылась. — Ты та самая новая видеограф? — спросил негромкий голос. Полина подняла голову. Перед ней стояла девушка с коротким тёмно-синим каре и цепким взглядом. На шее — медиатор на кожаном шнурке. — Лера. Басистка, — представилась она, не улыбнувшись. — Слышала, ты вчера долго сидела с Варей после концерта. — Да, мы обсуждали съёмку, — нейтрально ответила Полина. — Обсуждали. — Лера присела на край стола, загораживая ей свет. — Знаешь, я за ней семь лет. С того момента, как мы начинали в подвале. И никогда она не приглашала видеографов на кофе. Полина не отвела взгляд. — А вы с Варей… встречаетесь? Лера хмыкнула. — А ты прямо спросила. — Она взяла со стола чужой стикер с эскизом Полины. — Мы пробовали. Два года назад. Закончилось тем, что она почти перестала со мной разговаривать вне сцены. Варя не умеет расставаться. Она умеет только молчать. — Зачем вы мне это говорите? — Чтобы ты знала: я не враг. — Лера вернула стикер на место. — Но если вы случайно начнёте — а я вижу, как она вчера смотрела на твою камеру, — она сделает тебе больно. Не специально. Так она устроена. В дверях появилась Варя. Увидев их рядом, замерла на секунду. — Лер. Ты чего здесь? — Обсуждаем сет-лист, — легко соврала та, вставая. — Полина хочет снять крупным планом твои пальцы на припеве. Я сказала, что это моя партия. Она вышла, хлопнув дверью сильнее, чем нужно. Варя опустилась на стул напротив Полины, не подходя ближе. — Что она тебе сказала на самом деле? — Что вы пробовали быть вместе. Варя закрыла глаза. — Мы были молодыми и глупыми. Два года назад. Я не хотела её ранить. — Ты её ранила, — мягко сказала Полина. — Она до сих пор сидит рядом с тобой на сцене и носит твой медиатор на шее. Варя открыла глаза. В них была вина и что-то ещё — упрямое. — А ты поверишь мне или ей? Полина посмотрела на свои руки. Ещё помнившие вчерашние аккорды. — Я не знаю, чему верить. Но я хочу узнать сама. — Тогда останься, — тихо попросила Варя. — На весь тур. Я попросила Лию. Она согласна. За стеной начал настраиваться барабанщик. Глухой, как сердце, ритм. — Только, — Варя наконец подвинулась ближе, касаясь коленом её колена, — не смотри на Леру во время моей партии. Пожалуйста. Полина улыбнулась, но улыбка вышла грустной: — А ты не будешь смотреть на неё, когда играешь? Варя не ответила. А за окном снова пошёл снег.