Сказка ложь, да в ней намёк

Иллуги ждал. Прошла неделя. Голова после дежурств стала болеть чаще. Если вечером, перед патруле, он чувствовал себя хорошо, то к утру, находясь в своей каморке, он хотел лезть на стену. Или хотя бы удариться головой ещё раз, чтобы всё наконец закончилось. В такие моменты он жалел, что выжил после падения. Но если бы не падение, то он бы не узнал о нечисти. О настоящей нечисти. Не той, что в учебниках и приказах, а той, что дышит, живёт, помнит. Мысли возвращались снова и снова, как боль - приступами, неожиданно, в самые неподходящие моменты. Почему он вообще доверился Флинсу? Вдруг чёрт с маяка решил его обмануть, усыпить длительность, а потом нанести удар. Иллуги доверился так стремительно из-за того, что он не убил его, а, наоборот, помог, обработал рану и проводил до Пирамиды? Но ведь его же с детства учили, что нечисть зло, она обманывает. Сейчас казалось, что не всё так однозначно. Люди тоже умеют обманывать, использовать. Возможно он слишком сильно ударился головой. Главное было не выдавать свою слабость. Никому. Ни единой душе. Людей в Пирамиде и так катастрофически не хватало, а тут он снова в лазарет сляжет. Нет, этого допустить нельзя. Он не любил тратить время впустую, а тут ещё на других свою работу переложит. А потом снова сидеть в ожидании, когда отпустят на ночной патруль. Ночные патрули были единственным, ради чего он держался. На них он мог встречаться с Флинсом. Тот, как обычно, появлялся словно из неоткуда, тихо подкрадываясь, будто соткавшись из самого воздуха, из теней, из дыхания леса. Они обходили маршрут, разговаривая на разные темы. Точнее Иллуги постоянно задавал вопросы, а Флинс отвечал на них спокойно и неспешно. В конце пути он так же тихо исчезал в темноте, будто не сопровождал юного командира и не отвечал на его вопросы. Так, ночь за ночью, Иллуги узнавал о нечисти. Узнал, что у каждого обитателя леса есть своё имя, свой нрав, своя история. Узнал, что анчутки - не злые духи, а скорее озорники, которых надо знать и как с ними обращаться. Узнал, что с ним хочет встретиться Леший. А сегодня на ночном обходе разговор зашёл о другом. - Получается светоносцы не всегда уничтожали нечисть? - спросил Иллуги, когда они вышли на знакомую тропу. - Да, - с обычным спокойствием ответил Флинс. - Когда-то они охраняли границу между Явью и Навью. Следили, чтобы равновесие не нарушалось. - Но всё изменилось... - Иллуги приостановился. Опять приступ головной боли. - Когда? Что случилось? - Давно. Очень давно. Леший как раз помнит те времена. Он расскажет вам, молодой господин, что произошло тогда. Почему светоносцы начали истреблять нечисть без разбора. Почему забыли о равновесии. Иллуги шумно вздохнул. Ещё одна тайна, которая перевернёт его жизнь с ног на голову. - А ты? Когда ты на маяке поселился? - спросил Иллуги, чтобы отвлечься. - Не так давно, может лет сто назад. Может больше, - задумчиво ответил Флинс. - Не считал. - Ты не считаешь годы? - удивился юноша. Для него, воспитанного в строгих стенах Пирамиды, каждая неделя на службе имела значение, каждый день был отмечен в расписании, каждая ночь - в отчётном журнале. Время было тканью, из которой соткана жизнь светоносца. А этот... этот человек-не-человек просто не считал годы. - Нет, а зачем? - удивился Флинс в ответ. - Я не веду сельское хозяйство, редко покидаю маяк при свете дня. Нам, нечисти, не требуется вести календари. Всё в мире идёт своим чередом. Зима сменяет осень, лето - весну, деревья растут, лес живёт. Этого довольно. Флинс недолго промолчал. - Я тоже помню те времена. Они шли дальше уже в тишине. Лес вокруг жил своей ночной жизнью: где-то ухнула сова, прошуршало что-то в кустах, ветви скрежетали друг о друга. Иллуги привык к этим звукам за те дни, что провёл в патрулях с Флинсом. Раньше они заставляли его сжимать копьё крепче, готовиться к атаке. Теперь он просто слушал. Голова продолжала болеть. Несильно, но настойчиво, как напоминание о том, что он всё ещё человек, всё ещё светоносец, который стоит на границе. Границе мира нечисти и мира людей. Как жить так, чтобы всем было хорошо? Чтобы не лилась кровь, чтобы не гибли понапрасну ни его товарищи, ни те, кого они привыкли считать врагами? - Молодой господин, - голос Флинса прозвучал мягко, - вы сегодня бледнее обычного. Даже при лунном свете видно. Голова болит? - Терпимо. - Если вам не станет легче, я сведу вас к Кикиморе. Кикимора. Та самая, которой в Пирамиде пугали новичков. Та самая, что, по слухам, сбивает с дороги, заставляя кружить по болоту, заманивает путников в трясину блуждающими огоньками. Неужели и с ней Иллуги придется встретиться? - Само пройдет, - упрямо буркнул он. - Не впервой. - Молодой господин, здоровье - это не то, с чем нужно шутить, - серьезно сказал Флинс. Иллуги тихо вздохнул, признавая его правоту, но в слух не желал это говорить. Он не любил признавать свою слабость. Он командир, а командир должен вести вперёд. Он ответственен за жизнь других. - Молодой господин, дальше сами. Иллуги кивнул и пошел прямо. Он знал, что обернувшись не увидит Флинса, исчезнувшего во тьме утреннего леса. Кикимора. Леший. Анчутки. Флинс. Мир, о котором он ничего не знал, разворачивался перед ним, огромный, сложный, живой. И ему предстояло научиться в нём ориентироваться.

***

Иллуги уже придумал план как попасть в лес днём и не вызвать подозрений. План был прост, как всё гениальное, но требовал немалой дерзости. И сейчас он стремительно шёл в лазарет, чтобы осуществить его. Травы. Там всегда нужны были травы для настоек. Те самые травы, что растут только в глубине леса. Зверобой, что цветёт на старых вырубках и отгоняет нечисть. Корень плакун-травы, что собирают на убывающую луну. Тысячелистник, заживляющий раны. Можжевеловые ягоды для грудных сборов. С трудом, пустив в ход всё своё красноречие и умение убеждать, уговорив Ивара выдать заветный список, Иллуги мчался к Никите. Он быстрым шагом зашёл к старшине. - Чего тебе? Опять насчёт патруля? - спросил Никита. - В лес. Днём. Сейчас. За травами. - быстро и сбивчиво проговорил юноша. - Вот в лазарете список составили. Никита взял список, пробежал глазами, нахмурился. Потом перевёл взгляд на Иллуги. - Один? - Один. Я справлюсь. Травы собирать, не с нечистью биться. Много ума не надо. Повисла тишина. Иллуги слышал, как за стеной кто-то переговаривается, как где-то далеко хлопает дверь. Сердце стучало где-то в горле. - Иллуги, ты себя в зеркало видел? Бледный, как покойник. Под глазами круги. Когда ты в последний раз спал нормально? - Все хорошо. Я в норме. Я справлюсь. - упрямо повторял Иллуги. Никита молчал. Молчал так долго, что Иллуги уже начал мысленно прощаться с планом. Сейчас его отправят в лес в сопровождении кого-то и он не сможет сойти с тропинки. Вся затея рухнет, не успев начаться. - Хорошо, иди один. Но если с тобой что-то случится, больше одного не выпущу. До конца года будешь в Пирамиде сидеть, бумажки перебирать. Получилось. Иллуги, не попрощавшись, вылетел и помчался к себе собирать вещи. Холщовая сумка для трав, свернутый в трубочку список, копьё, на всякий случай, потому что лес есть лес, и выходить в него без оружия даже днём считается самоубийством, а отсутствие копья вызвало бы ненужные вопросы у дозорных. Впервые он выдвигался в лес днём. Солнце пробивалось сквозь густую листву деревьев. Было непривычно тепло, по ночам всегда царил холод, что шёл и от ветра с залива, и от взглядов нечисти, таящийся во тьме. Ветер тихо колыхал траву. Привычная тропинка выглядела совершенно по-другому, не так как ночью. Мир казался совсем иным. Всю неделю Иллули представлял встречу с Лешим. Как встретит хозяина леса. Будет ли он таким, как в быличках, что рассказывали старшие ратники - косматым, страшным, ростом с вековую ель, с глазами-плошками, горящими зелёным огнём? Или будет таким, как в книгах, что он читал ещё в детстве, тайком от Никиты - мудрым стариком с посохом, обвитым плющом, с голосом, похожим на шум ветра в кронах? Какую историю узнает от него. Что перевернуло жизнь Яви и Нави, сделав их врагами. Что с ним будет дальше, будет ли отрезан путь назад. - Молодой господин, - прервал его размышления знакомый голос. Иллуги уже привык к внезапным появлениям и больше не вздрагивал, не хватался за копьё и не прокручивал в голове всю свою недолгую жизнь. - Ты и вправду чёрт, Флинс! Ну разве можно так пугать? Флинс появился из тени дерева. Не изменяет своим традициям даже днём. Но теперь его можно было рассмотреть под солнечным светом, не урывками в дрожащем свете фонаря. И Иллуги поймал себя на мысли, что, знай его сослуживцы, что чёрт с маяка выглядит вот так, вполне как человек, даже как человек благородного происхождения, они бы ни за что его не распознали. Скорее уж приняли бы за сумасшедшего отшельника. Аристократ в лесу, на заброшенном маяке, с голубо-фиолетовым фонарём в руке. Зрелище, достойное отдельной байки. - Ну что, пойдем? Флинс чуть склонил голову и сделал приглашающий жест в сторону едва заметной тропки, уходящей в самую чащу, куда светоносцы не заходили. - Пойдёмте, молодой господин. Вас ждут. Они свернули на тропинку. Она вела вглубь леса. Туда, где деревья стояли стеной, а мох был таким глубоким, что шаги тонули в нём, как в воде. - А почему Лешему нужно встретиться именно днём? - спросил Иллуги, перешагивая через замшелый ствол упавшего дерева. - Вроде же ночью проще? Ночью до тебя никому нет дела. - Проще, но есть и другая сторона. Пока другая нечисть спит в своих норах и дуплах, можно говорить спокойно и без лишних ушей. Новость о светоносце, которого принял лес, будет слишком громкой, для обитателей Нави. Она разлетится быстро и наведёт много шума. А шум сей может привлечь внимание тех, кому знать о вас вовсе не следует. Посему лучше встретиться с Хозяином Леса теперь, пока всё тихо. Так будет спокойнее для всех. Они шли дальше, всё глубже и глубже. Вдруг деревья расступились, словно раздвинулись по чьей-то воли. Они вышли на поляну. Посередине, врастая корнями в самое сердце земли, стоял вековой дуб. Он был таким огромным, что крона его терялась где-то в вышине, заслоняя небо. Флинс остановился на самой границе леса и поляны. - Идите, вас ждут, молодой господин. Ступайте смело. - А ты..? - Иллуги обернулся, чувствуя как внутри что-то сжимается от волнения. - А я подожду вас здесь. Иллуги неуверенно шагнул вперёд. Под ногой мягко пружинил мох. Поляна дышала, и дыхание это было древним, как сам мир. - Проходи, Светоносец, проходи, не робей, - послышался голос. Он раздавался будто отовсюду разом. - Давненько я не видел людей в своём лесу. Да и люди не желали меня видеть. Слышал я, узнать ты хочешь, что случилось, отчего равновесие нарушилось? - Да, - твёрдо ответил Иллуги. - Хочу. - Хорошо, Светоносец, расскажу. Голос Лешего на мгновение стих, словно собирая воедино древние воспоминания. Ветер пробежал по поляне, шевельнул листву дуба, и где-то в вышине зашумели, зашептались ветви. - Давно это было. Очень Давно. Светоносцы тогда стояли на границе Яви и Нави. Охраняли её. Не враждовали с нами. Нет, мы были соседями, осторожными, но мирными. Но вот только пришёл к ним новый старшина, как сейчас помню. Литейщик факелов, так вы его запомнили, так вы до сих пор почитаете его. Он пошёл против давно установившегося порядка. Сказал, что нечисть - зло, что мы - скверна, и подлежит истреблению. Светоносцы подняли оружие против нас. И началась война. Кто-то ушел на тот берег залива, в Навь, под защиту Кощея. Кто-то остался здесь, в лесах и болотах, и прячется до сих пор. Равновесие было нарушено. И с тех пор оно так и не восстановилось. Иллуги молча слушал внимательно, боясь пропустить что-то важное. Литейщик факелов. Это самая уважаемая фигура в Пирамиде. Он основал их базу. Основал, чтобы истреблять нечисть без разбора? Вот только зачем? - Но что им двигало? Зачем ему это было нужно? - К сожалению, Светоносец, я не знаю, что происходило в рядах твоих предшественников. Спроси об этом хранителя границы. Кирюша твой был тогда в рядах светоносцев, он должен знать. Вот только вспоминать не любит. Иллуги замер. Сердце пропустило удар. Флинс был светоносцем? Тот самый Флинс, что теперь живёт на старом маяке, ходит в ночной дозор с голубо-фиолетовым фонарём и называет нечисть своими друзьями? Чёрт со старого маяка - бывший светоносец. - А что будет, если равновесие окончательно рухнет? - Беда, - ответил Леший. - Беда будет. Страшная. Не только для обитателей Нави. Для Яви тоже. Иллуги молча опустил взгляд. - Светоносец, ты знаешь слишком много. Больше остальных. Больше, чем дозволено знать простому командиру. За такие знания могут и голову с плеч снести. Тебя может поджидать опасность где угодно. И в лесу, и в Пирамиде. Понимаешь ли ты это? - Понимаю, - твёрдо ответил Иллуги. - Я никому не расскажу об обитателях Нави. Никому. Даже если будет пытать. Даже если пустят под трибунал и приговорят к смерти. Никому. Подул свежий ветерок, принеся откуда-то издалека запах цветущего вереска и нагретой солнцем смолы. Ветви дуба зашумели, но теперь в их шуме слышалось что-то похожее на одобрение. - Светоносец, одному будет в Пирамиде опасно. В помощь тебе соловей. Назовешь его сам. Он не привередливый, сможешь с ним ужиться в Пирамиде. Поможет весточку доставить. Из чащи тёмной выведет. С ближайшей ветки дуба спорхнула маленькая серая птичка и, покружив над головой Иллуги, села ему на плечо. Иллуги замер, боясь дышать. Соловей склонил голову набок, блеснул чёрной бусинкой глаза и тихо, мелодично свистнул - будто поздоровался. - Спасибо, - тихо поблагодарил Иллуги, не в силах отвести взгляд от птицы. - Не убегай так быстро, Светоносец. С пустыми руками не возвращайся. Возьми на том камне, что справа от тебя, травы. Все, что в списке у тебя, даже больше. А теперь иди. И помни, что лес принял тебя. Иллуги спрятал травы в сумку. Соловей по-прежнему сидел у него на плече и, казалось, никуда не собирался улетать. Сделав глубокий вдох, Иллуги развернулся и пошёл к краю поляны, где его терпеливо дожидался Флинс. - Вижу молодой господин обзавелся новым другом. Весьма достойный спутник, надо признать. Как вы намерены его назвать? - Аэдон, - ответил Иллуги, не задумываясь. Они направились обратно по тропе. Лес постепенно становился светлее, и сквозь ветви уже проглядывало дневное небо. Иллуги шёл молча, собираясь с мыслями. - Так ты.. Ты был светоносцем? - Да, молодой господин, был когда-то. Там своя история. Долгая и сложная. Я расскажу вам её позже. - Как думаешь, можно восстановить равновесие? Ты, как участник тех событий, что думаешь? - Мне кажется, что это уже практически невозможно. Светоносцы забыли о равновесии. Забыли о границе. Для них теперь есть только истребление. Изменить умы сотен людей, выросших на этих догматах... это почти непосильная задача. - Но шанс есть? - Шанс всегда есть, молодой господин. Пока есть хотя бы один человек, готовый слушать и слышать, шанс остаётся. Показалась знакомая тропинка, что вела к Пирамиде. Флинс остановился. - Здесь я вас покину. - Мы сможем встретиться следующей ночью. После дневного выхода, отпустят только через ночь. - Я буду ждать, молодой господин. До следующей ночи. Флинс сделал шаг в тень деревьев и исчез. Иллуги пошёл к Пирамиде. Ветер трепал его волосы, а вокруг него летал Аэдон, то обгоняя его, то возвращаясь, то садясь ненадолго на плечо. Со стороны могло показаться, что юный командир просто приручил лесную птаху. Он отнес травы в лазарет. Потом отчитался Никите. Старшина выслушал, кивнул и отпустил. И вот теперь, наконец, он вернулся в свою каморку. За окном догорал закат. Аэдон устроился на подоконнике и тихо, задумчиво насвистывал какую-то мелодию. Иллуги смотрел на догорающий закат. Было много мыслей. Голова всё ещё болела. Но пока на стену лезть не хотелось.