TOUCH

Двор напоминал улей с огромными пчёлами: омеги и альфы кружили вокруг большого стола, жужжали, расставляя тарелки с приборами и наводили последний лоск. Параллельно не унимались дети, продолжая свои прятки, догонялки или охоту на мыльные пузыри. Постепенно всем удалось рассесться за стол, а прежний гам сменился на более тихие душевные разговоры. Тянулись минуты в ожидании именинника.  Кстати, где он? Первыми повод для беспокойства дали дети: те начали тихо перешёптываться, о том, что они давно потеряли из виду Шиона. Беспокойство быстро подхватили его родители: — Хей, ребята, а вы видели вашего брата? Где он? — Минхо низко наклонился к четвёрке за стол, чтобы остальные гости не услышали его голос. Сыльги стояла позади мужа и активно глазами сканировала двор в поисках своего младшего ребёнка.  — Нет, мы его не видели. И, кажется, уже давно. — От осознания плечи Джено заметно напряглись.  Гости начали шептаться и, наконец, кто-то из детей подал голос: — А Шион ушёл.  — Малыш, куда он мог уйти? — Сыльги села на корточки перед ребёнком.  — Не знаю. Но мы поругались и он ушёл. Больше мы его не видели. — Ребёнок виновато опустил глаза. Сыльги поднялась на ноги и обеспокоено посмотрела на мужа.  — Нужно его найти. Может, он просто спрятался в доме.  Четвёрка первой вскочила из-за стола и отправилась изучать комнаты в поисках Шиона. К ним присоединились и некоторые из гостей, поэтому дом обыскали достаточно быстро. Проверили буквально каждый угол, но именинник так и не нашёлся. Напряжение продолжало оседать в воздухе. Для простого розыгрыша, именинник слишком хорошо спрятался. Тогда Минхо озвучил самое тревожное предположение: — Он мог уйти в лес.  Когда тревога стала осязаемой, первым зерно спокойствия посадил Минхён: — Тогда нужно разделиться и пойти искать. Скоро стемнеет. — Он оглянулся на закатное солнце, а затем прямо на Сыльги. — Шион будет в порядке, он знает этот лес. Но мы знаем его лучше, поэтому мы найдём его.  Минхён посмотрел на свою пару и следом на Джено с Джемином. Все кивнули в согласии. Действительно: детьми они часто бывали в этом лесу и знают буквально каждое его дерево и каждый его кустик. Минхён продолжил: — Я пойду с Донхёком. А ты, — он посмотрел на Джено, — идите с Джемином вместе.  Джемин лишь ещё раз в согласии кивнул,  а Джено успел направить молчаливый взгляд в друга: «Опять ты за своё?».  Минхён подмигнул, хлопнул пару раз Джено по плечу и ушёл с Донхёком в одну сторону, пока Джемин сделал несколько шагов в другую сторону леса: — Ты идёшь? — Вопрос, обращённый брюнету.  Джено смахнул с головы своё оцепенение, молча кивнул Джемину и отправился следом за ним.  Казалось, ничего не изменилось с тех пор, как они в последний раз были здесь. Только деревья стали старше, а некоторые тропинки заросли молодой травой. Тени от забитых листвой крон всё так же танцевали на земле, всё так же шуршали ветки под ногами и всё так же пахло смолой и сладковатой цветочной пыльцой. Из непривычного были только нотки горького грейпфрута. Запах альфы менялся не то от неловкой компании Джемина, не то из-за переживаний о младшем брате.  Джемин уверен, что второе.  Джено старается не выдать первое.  — Шион! Если бы они не окликали альфочку по имени, чтобы тот мог отозваться и найтись, то их бы сопровождал третий путник — холодная и напряжённая тишина между ними.  В какой-то момент тишина оказалась слишком густой, но ни у одного из них буквы не складывались в слова, а слова в предложения. Но Джемин решился первым начать разговор:  — Ты помнишь первый поход, когда мы были здесь все вместе? Джемин шёл впереди и оглянулся на брюнета, чтобы получить ответ.  А ответ был прост: конечно Джено прекрасно помнит этот день. Но альфа долго не мог выдавить из себя и слова, потому что этот взгляд, эти большие глаза, направленные прямо на него, лишали альфу любой почвы из под ног.  — Э, да. — Брюнет наконец совладал с мыслями в своей голове. — Помню, как Минхён подобрал огромную ящерицу и кошмарил ею вас с Донхёком.  Омега засмеялся, предаваясь воспоминаниям об этом дне, и это было лучшей музыкой для ушей Джено.  — Только не делай вид, что ты её не боялся! Ты визжал от ящерицы не меньше меня с Хёком.  Возможность подразнить Джено зажгла ещё бóльшие искры в Джемине, но альфа упорно скрывал свою улыбку за каменным выражением лица.  — Не было такого.  Джено успел обогнать Джемина, но его ухмылка, которую он так пытался спрятать, выдала всю его напускную суровость и стала спусковым крючком для Наны.  — Ах ты! — Омега не нашёл лучшего наказания за очевидную ложь Джено, кроме как толкнуть его по спине, как если бы альфа был его давним другом, как Донхёк или же Марк.  Джено обернулся в неверии: пусть это не было касанием кожа к коже, но это было совершенно точно первым разом, когда Джемин сам сокращал дистанцию до предельного минимума. Наконец, Джено улыбался уже открыто — чего и добивался Нана. Складка между бровей альфы сильно тяготила Джемина и он нашёл свой способ, как её разгладить. Но омега не собирался сбавлять уровень раздрая, тем более, что благодаря его наглости лицо Джено так просияло. И омега продолжал этот напор даже молча: одним только движением бровей вверх и хитрой улыбкой его вид так и кричал «А что ты мне сделаешь?». Омега сделал шаг назад, пока альфа делал полшага вперёд к нему. Две пары глаз смотрели друг на друга с детским озорством. Джено наблюдал, на что дальше решится Нана, а Джемин, уже закусив нижнюю губу, делал спиной ещё несколько шагов. Гляделки эти увлекли настолько, что омега, забыв о всякой осторожности, поскользнулся на зелёном ковре из влажного мха. И ничего не спасало его взбалмошную голову от столкновения с землёй.  Ничего, кроме крепких и сильных рук, которые успели схватить омегу под рёбра.  Но это не любовный сериал, где босс компании ловит свою неуклюжую подчиненную в коридоре, а монтажёры добавят спец эффектов с лепестками сакуры в розовом фильтре. Да и старушка-гравитация выполняет свою работу исправно вот уже 13 миллионов лет, так что падения обоим полностью избежать не удалось. Спаситель принял удар на свои колени, больно ударившись ими о землю, чтобы смягчить удар для Джемина, но бедро омеги всё равно жёстко прошлось по ближайшему булыжнику. И не было никаких летающих вокруг лепестков, как и не было слишком сладкого саундтрека, свойственного таким сценам в фильмах. Была только грязь на штанах, поступающий жар боли от ссадин и учащённый от испуга пульс. Руки Джено всё ещё стискивали бока омеги сквозь одежду, пока пальцы Джемина крепко схватились за рукава футболки альфы. Наверняка у обоих останутся болючие синяки. Они так и продолжили бы глупо хлопать глазами с открытыми ртами, если бы не раздался детский голос: — Здесь есть кто-нибудь? Малыш так и застал старшего брата во время немой сцены в корявой нелепой позе с Джемином на руках.  — Мама тебя за это не похвалит. Отец тем более.  Солнце уже скрылось за горизонтом, но его оранжевое зарево в небе сохраняло видимость в лесу, но совсем скоро начнёт стремительно темнеть. Шли по тропинке гуськом, но Шион в самой середине этой цепочки шагал очень медленно, будто не хотел возвращаться вовсе, из-за чего замедлялся и Джено, идущий прямо за ним.  — Я знаю. Я не хотел её расстраивать. — Маленький альфа всё медленнее передвигал свои ножки, постоянно отвлекаясь на то, чтобы пинать мелкие камни и ветки на пути. — Я поэтому и цветы не стал рвать на её клумбе. Чтобы она не злилась.  — Цветы? — Джемин, идущий впереди как мама-утка, повернул голову, чтобы услышать ответ и заметил, насколько от него отстали эти двое.  — Я хотел собрать букетик, поэтому пришёл сюда. Но я не нашёл цветы. — Маленькая ножка посильнее пнула близлежащий камень, но промахнулась.  — Подожди, ты хотел собрать букет маме? — Джено начал подгонять брата.  — Нет, не ей. Но теперь, наверное, ей я тоже должен букет. — Ребёнок обернулся на старшего брата в надежде увидеть в его глазах ответ. — Тогда она меня простит за побег? Джемин, так и не дождавшись, что его догонят, сам пошёл на встречу застывшим ребятам: — Перед кем ты хотел извиниться, Шион? Кто-то из детей за столом сказал, что вы поругались.  — Юши? Юши говорил обо мне? — До этого понурый и явно расстроенный чему-то альфочка заметно оживился при упоминании его друга.  — Тааак, теперь выкладывай, чем ты провинился перед ним. — Шион хотел было пойти дальше, чтобы избавить себя от необходимости отвечать на вопрос, но его остановил уже севший на корточки и схвативший его за шкирку брат. Теперь, когда их лица были на одном уровне, а строгие глаза Джено требовали ответа, Шиону стало ещё тяжелее озвучивать правду.  На помощь пришёл Джемин, который заметил скованность ребёнка: — Скоро стемнеет и нам нужно быстрее возвращаться. Но, если ты всё расскажешь сначала нам, то мы сможем откупить тебя перед родителями. Договорились? — Джемин сам опустился на один уровень с Шионом, чтобы посмотреть в его детское личико и получить от него неуверенный кивок.  Шион обиженным оленёнком смотрел из-под нахмуренных бровок и с минуту решал, стоит ли говорить всё. В итоге, он набрал побольше воздуха в свои лёгкие, задрал подбородок, надул губы и начал тараторить: — Юши не хотел со мной играть в мои игры, а мне очень хотелось поиграть именно с ним. Но он постоянно играл с Сакуей, а не со мной. Я расстроился и наругал его, обозвал глупым. — Альфочка съёжился, поймав строгий взгляд старшего брата. — Потом он совсем-совсем со мной играть перестал. И даже не разговаривал. А мне стало стыдно. — Ребёнок продолжал лепетать, а Джено и Джемин только и успевали переглядываться  друг на друга в попытках уловить суть. — Вот я и решил, что надо извиниться с цветами, но мамины цветы рвать нельзя, поэтому я и пришёл сюда. Пока цветы искал, услышал вас. Вот. — Шион громко выдохнул и стал внимательно рассматривать носки своей обуви, пока двое взрослых всё ещё переваривали услышанное.  Первым всё понял Джемин: — Хей, — он стал рукой поправлять чёлку , которая лезла на глаза Шиона, — можно вопрос? Юши — омега? — Да.  — Он тебе нравится? — Да.  В этом всё дело. Ребёнок впервые влюбился. И по всей видимости, влюбился не взаимно.  Шион всё ещё стыдливо смотрел под ноги, пока между Джемином и Джено разыгрывался молчаливый диалог. Было очевидно, что с Шионом следует поговорить на тему общения с омегами, но было неясно с чего начинать и кто должен говорить. Джемин глазами отправлял сигналы: «Вперёд, он же твой брат!», на что Джено хмурил брови и мотал головой: «Ты омега, ты лучше разбираешься в чувствах!». В этой немой битве победил глубокий и сердитый взгляд Джемина, поэтому Джено пришлось принять своё поражение и первому открыть рот:  — Мило, конечно, что ты решил подарить Юши цветы. Но плохо, что ты ему нагрубил. — Альфа прочистил горло, чтобы голос его звучал увереннее и убедительнее. — Так не следует общаться с омегами. Особенно, если этот омега тебе нравится.  Шион продолжал смотреть вниз, будто и не слушая вовсе, тогда Джено решил быть более откровенным: — Я сам ребёнком однажды нагрубил кое-кому и мне тоже, как и тебе, было стыдно. — Джено кожей чувствовал взгляд Джемина на себе, но ему удалось поймать и внимание Шиона тоже.  — Правда? И как ты извинился? — Я до сих пор извиняюсь, если честно. — Джемин всё ещё не сводил глаз, но альфе не хватало решимости посмотреть в ответ.  — Какой ужас! — Шион сполз на землю и плюхнулся прямо на тропинку, прикрывая ладошками лицо. — Мне тоже столько же нужно извиняться перед Юши?! Сверчки начали стрекотать, исполняя свою симфонию громче, оповещая о том, что ночь входит в свои права.  — Вовсе нет! — Теперь Джемин трепал каштановую макушку, взъерошивая то, что сам минуту назад поправлял. — Тот омега уже простил Джено, так что и Юши обязательно простит тебя.  — Правда? — Альфочка открыл лицо и уставился прямо на Джемина.  — Прада.  — Не врёшь? Джемин встал в полный рост и протянул руку Шиону: — Не вру. — И улыбался. Улыбался так, что и Шион и Джено смотрели на него снизу вверх прямо как на какое-то божество или супергероя.  Маленькая ладошка схватила руку омеги и протянула вторую ладошку брату.  Выходили из леса они уже затемно, успев накануне выцепить слабый сотовый сигнал среди толстых стволов деревьев и предупредить семью, что пропажа нашлась. Шион счастливый вприпрыжку нёс в руках две небольшие охапки наскоро сорванных лесных колокольчиков. Омега держал в руках третий букет, украдкой собранный Джено и подаренный через Шиона.  Маленький альфа двигался с уверенностью, что всё можно исправить, а Джемин и Джено шли с чувством, что этот лес добродушно забрал некоторые осколки их прошлых страхов.