Niagara Falls

Тэхён проснулся от ярких солнечных лучей, пробивающихся сквозь отверстие в потолке. Свет красиво переливался в воде, мягко освещая кораллы над кроватью и тёмные стены комнаты. Сонно потягиваясь и щурясь от солнца, парень перевернулся на другой бок, надеясь увидеть Чонгука. Но рядом была лишь пустая половина кровати. Почему-то от этого стало грустно. Хотелось проснуться и всё ещё чувствовать сильную руку на своей талии. От воспоминаний о прошлой ночи по коже сразу пробежали мурашки. В объятиях старшего действительно было так спокойно и уютно, что Тэхён уснул почти мгновенно. Недовольно надув губы от разочарования, парень всё же сел на кровати, собираясь встать и пойти умываться, как вдруг заметил на полу возле своей стороны новую одежду. Короткие тёмно-коричневые шорты, по ощущениям сшитые из каких-то растений, Тэхён точно не знал каких, и бежевая майка из такого же мягкого материала с завязками на спине, делавшими её более свободной и удобной для воды. От мысли, что Чонгук заранее позаботился о том, чтобы у него было что надеть после пробуждения, щёки Тэхёна тут же покрылись лёгким румянцем. Парень быстро натянул на себя оставленные русалом вещи. С шортами всё оказалось просто, а вот с майкой начались настоящие мучения. Тэхён никак не мог дотянуться до нитей на спине и нормально завязать их. Он подошёл к большому зеркалу возле стены, пытаясь использовать отражение, чтобы увидеть, где находятся белые мягкие нитки. Парень выворачивал руки во все стороны, но ничего не получалось. Уже почти сдавшись и решив переодеться обратно в свою старую футболку, Тэхён вдруг услышал за спиной: — Помощь нужна? Парень вздрогнул и резко обернулся к двери, всё ещё придерживая майку одной рукой, чтобы та не сползла. Он даже не услышал, как вошёл Чонгук. Наверное, был слишком сосредоточен на борьбе с завязками. — Да, пожалуйста. Чонгук подплыл ближе, мысленно отмечая, что только проснувшийся Тэхён выглядел особенно очаровательно. Его кудрявые волосы после сна растрепались ещё сильнее обычного, делая парня каким-то особенно домашним и уютным. И почему-то Чонгук вдруг поймал себя на мысли, что скучал по ощущению этих мягких кудрей на своей ладони. Тэхён даже не понял, как быстро русал справился со всеми узлами. Казалось, прошло меньше секунды. От случайных касаний тёплых пальцев к своей спине по телу снова побежали мурашки. — Быстро ты. — удивлённо пробормотал парень. — И ты научишься. — спокойно заверил его Чонгук. — Тебе удобно? — Очень. Такие мягкие… — закивал Тэхён, заглядывая прямо в янтарные глаза напротив. Только сейчас он заметил, что те выглядели немного уставшими, несмотря на позднее утро. — Из чего они сделаны? — Из морского льна и ламинарии. А завязки на спине — из нитей медуз. — Медуз?.. Глаза Тэхёна сразу округлились, а лицо немного скривилось. Он никогда не любил медуз. Они напоминали ему странное желе, которое парень терпеть не мог. Чонгук лишь тихо усмехнулся с такой реакции. — Да. Некоторые медузы оставляют после себя нити. Мы их собираем и шьём из них одежду. Боишься их?  — Есть такое… — признался Тэхён, смущённо почесав шею. — Придётся это исправить. Здесь полно медуз. Эта новость совсем не радовала. — А ты мне поможешь? — Ким сразу оживился.  — Помогу. — невозмутимо согласился русал. — Но сейчас тебе нужно идти на завтрак. Он уже почти закончился. Чонгук проснулся ещё ранним утром, несмотря на то, что кое-кто, тихо сопящий у него под боком, заставил лечь спать глубокой ночью. Но русал не жаловался. Работа не ждала. В их подводном мире у каждого были свои обязанности, на которых и держалось всё существование русалов. Только королевская семья почти ничего не делала, но слишком многие либо боялись что-то сказать, либо были довольны нынешней системой. Не Чонгук. Но выбора у него всё равно не было. Его и так уже считали предателем. Поэтому с самого утра он успел быстро заплыть к швее за одеждой для Тэхёна. Сначала даже задумался, стоит ли вообще брать майку — русалы редко носили что-то сверху. Но потом представил, как Тэхён будет смущаться без неё, и всё же захватил. А после ещё несколько минут просто смотрел на спящего младшего, не решаясь будить его раньше времени. Хотелось, чтобы тот хотя бы нормально выспался. И только потом Чонгук отправился работать. — А ты пойдёшь со мной? — с надеждой спросил Тэхён. — Я уже позавтракал, Тэ. — ответил русал. — На часах почти одиннадцать. Поторопись, потому что Рэмо уже нашёл тебе какую-то работу с двенадцати. В голосе сразу послышалось раздражение при упоминании короля. Чонгуку совершенно не нравилось, на каких условиях Тэхён вообще находился во дворце. Это заставляло постоянно быть настороже. А вид страха в глазах напротив болезненно сжимал что-то внутри. — Не бойся, Тэхён. Я буду неподалёку. — уже мягче добавил русал. Парень тут же слегка улыбнулся и кивнул. Чонгук стал для Тэхёна чем-то вроде безопасного места, несмотря на то что они знали друг друга совсем недолго. Это просто чувствовалось. Забота, поддержка и желание защитить — без какой-либо выгоды. И это заставляло Тэхёна продолжать двигаться вперёд в совершенно новой для него жизни. Проводив младшего до столовой, Чонгук ещё пару секунд смотрел вслед уплывающему Тэхёну, надеясь, что хотя бы этот день у него пройдёт спокойно. А затем развернулся и направился в свой кабинет.

🧜

Хотелось натянуть на голову капюшон и спрятать глаза за тёмными очками, лишь бы больше не чувствовать на себе взгляды русалов со всех сторон. Они не трогали Тэхёна и ничего ему не говорили, но этого и не требовалось. Одни только взгляды прожигали кожу, заставляя чувствовать себя лишним и чужим. Никто даже глазом не повёл, когда парень случайно ударился головой о кораллы, пытаясь найти среди них нужные травы, хотя все прекрасно знали — там их никогда не бывает, и Тэхён только зря тратит время. Сегодняшней работой от Рэмо был сбор лечебных растений. Без объяснений. Без помощи. К счастью, Тэхён всё ещё помнил рассказы Лии и примерно представлял, как должны выглядеть нужные травы. Только вот удача явно была не на его стороне. Спустя несколько часов он нашёл всего два нужных растения, в то время как у остальных работников их уже было по десять, а то и пятнадцать. Тэхён чувствовал себя ужасно. И не только морально от постоянного давления чужих взглядов, но и физически. С самого утра неприятно ныло под рёбрами, а голову будто окунули в кипяток. В теле стоял странный жар, делая дыхание тяжелее. Но парень упрямо продолжал делать вид, что всё нормально. По крайней мере до того момента, пока не столкнулся с Лией на кухне перед обедом. Русалка, державшая в руках корзину с морскими травами, вдруг резко замерла, испуганно уставившись куда-то под рёбра Тэхёна. — Тэхён… — выдохнула она. — Что случилось? На встревоженный голос жены почти сразу приплыл Сокджин. Но стоило его взгляду опуститься ниже, как раздражение на лице сменилось удивлением и чем-то похожим на беспокойство. — Это кто тебя так? — нахмурился он, показывая взглядом на кровь, медленно стекающую из-под рёбер парня. Тэхён и сам только сейчас заметил, что старые рубцы снова начали кровоточить. Да, они болели ещё с утра, но терпимо. А ткань одежды впитывала кровь и воду так хорошо, что дискомфорта почти не чувствовалось. Видимо, раны открылись уже давно — судя по майке, местами полностью пропитанной алыми пятнами. И никто из русалов, работавших рядом, даже не сказал ему об этом. — Я… не знаю. — растерянно ответил Тэхён. Лия тут же принялась искать чистые полотенца и осторожно прижимать их к его рёбрам. — Тебе нужно к доктору. — быстро сказала она, поднимая взгляд на мужа. — Джин-и, отведи его. Во взгляде русалки читалось настоящее беспокойство. Сокджин недовольно цокнул языком, но спорить с любимой женой явно не собирался. Лишь коротко махнул рукой Тэхёну: — Плыви за мной. Всю дорогу они молчали. Только где-то вдалеке шумели сильные течения Ниагары, а мимо проплывали русалы, сразу провожая человека косыми взглядами. Лишь возле одной из дверей Сокджин наконец нарушил тишину: — Не думай, что нравишься мне только потому, что я тебе помогаю. — холодно бросил он. — Я всё ещё презираю таких, как ты. Взгляд русала медленно скользнул по человеческим ногам Тэхёна, явно намекая на отсутствие хвоста. — Но ты вернулся и спас Чонгука. Поэтому я тебе благодарен. Тэхён лишь понимающе кивнул. Через минуту они уже остановились возле нужной двери. — Заходи. — коротко бросил Сокджин и сразу уплыл обратно работать. Тэхён ещё несколько секунд мялся возле входа. Было страшно. А вдруг доктор окажется таким же, как остальные? Будет смотреть с презрением? Или вообще откажется помогать человеку? Но кровь всё ещё не останавливалась, поэтому парень всё же осторожно постучал и приоткрыл дверь. Страх исчез почти мгновенно. Потому что за столом, заваленным книгами, банками с растениями и какими-то медицинскими инструментами, сидел Чонгук. Его золотой хвост лениво покачивался в воде, а сам русал, слегка нахмурившись, что-то внимательно вычитывал в огромной потрёпанной книге. На загорелой спине красиво выделялись знакомые шрамы. Помещение совсем не походило на обычной человеческий медпункт. Стены были увиты светящимися водорослями и кораллами, на полках стояли стеклянные банки с разноцветными порошками, сушёными растениями и странными морскими существами. В воздухе витал лёгкий запах соли, трав и чего-то сладкого. — Чонгук?.. — тихо позвал Тэхён. Русал сразу поднял голову. И стоило янтарным глазам увидеть окровавленную майку, как спокойствие на лице мгновенно исчезло. — Тэхён, что случилось? — обеспокоенно спросил Чонгук, тут же подплывая ближе. Он уже собирался идти на обед — работы сегодня почти не было. Большинство русалов презирали предателя и предпочитали обращаться к другим лекарям. Но теперь, глядя на кровь на одежде Тэхёна, в голове крутилось только одно: не стоило оставлять его одного. — Ты доктор? — вместо ответа спросил Тэхён, не отрывая взгляда от янтарных глаз напротив. — А как, по-твоему, я вылечил тебя тогда? — выдохнул Чонгук, всё ещё внимательно осматривая парня. — Ложись на кушетку, Тэ. Он кивнул в сторону длинной мягкой скамьи у стены, оплетённой светлыми растениями вместо ткани. Тэхён послушно лёг, всё ещё не до конца веря, что Чонгук оказался врачом. В глазах парня доктора всегда были почти как боги — люди, способные спасать чужие жизни. — Сними майку, малыш. Чонгук и сам не понял, как это прозвище сорвалось с губ. Но почему-то именно оно казалось самым подходящим для Тэхёна. Парень тут же покраснел. То ли от самого слова, то ли от мысли, что придётся сидеть полуголым перед Чонгуком. Но просьбу всё же выполнил, тихо морщась от боли, когда ткань отлипала от ран. Кровь всё ещё медленно стекала по коже. Янтарные глаза напротив стали ещё более серьёзными. Чонгук быстро натянул медицинские перчатки из тонкого водонепроницаемого материала и взял с полки небольшой комок тёмно-зелёного морского мха. — Сейчас будет немного неприятно. Русал осторожно прижал растение к ранам, слегка надавливая. Тэхён резко втянул воздух сквозь зубы и сжал пальцами край кушетки. — Потерпи немного, Тэ. — уже тише попросил Чонгук. — Морской мох остановит кровь. Иначе я не смогу нормально осмотреть раны. Парень лишь кивнул, всё ещё болезненно морщась. Но спустя пару минут жжение действительно начало стихать. А вместе с ним остановилась и кровь. Теперь рубцы было видно намного лучше. Они стали шире. Глубже. И всё больше напоминали… настоящие жабры. Чонгук нахмурился. — Тэхён, это… — Жабры. — сам закончил за него парень. Брови русала слегка приподнялись. — Как давно? — С детства были просто царапины. Но после того, как перевернулась лодка… они стали больше. Лицо Чонгука стало ещё серьёзнее. Это выглядело неправильно. Слишком быстро. Слишком глубоко. Такого он ещё никогда не видел. — Чонгук… что со мной происходит? — уже обеспокоенно спросил Тэхён. Русал тяжело вздохнул, не отвечая сразу. Лишь осторожно коснулся пальцами края рубцов, внимательно осматривая их. Тэхён тихо зашипел от неприятных ощущений. — Я вколю тебе обезболивающее и пока понаблюдаем дальше. — наконец произнёс Чонгук. — Работы у меня сегодня уже нет. Тэхён заметно напрягся, увидев шприц с голубоватой жидкостью. Иглы он ненавидел ещё с детства. Парень тут же зажмурился. Чонгук не смог сдержать лёгкую усмешку. Совсем ребёнок. — Малыш. От тихого голоса Тэхён всё-таки открыл глаза. Янтарный взгляд напротив был наполнен такой заботой, что внутри сразу стало спокойнее. — Я постараюсь сделать быстро. Но можешь сжать мою руку, если будет больно. Тэхён кивнул, надеясь, что справится сам. Но стоило игле коснуться кожи возле рубцов, как тело сразу пронзила резкая боль. Парень тихо всхлипнул и всё-таки крепко вцепился в ладонь Чонгука. Так сильно, что обычному человеку наверняка стало бы больно. Но русал даже не поморщился. Лишь продолжал спокойно держать его руку, пока действие лекарства постепенно не начинало работать. Спустя полминуты всё закончилось. Тэхён наконец выдохнул и быстро вытер выступившие слёзы, чувствуя ужасный стыд. Ему уже давно не пять лет. А плачет из-за укола как ребёнок. — Прости за мою реакцию… — тихо пробормотал парень. — Это правда больно. — мягко улыбнулся Чонгук, начиная аккуратно перевязывать его рёбра. — Я бы тоже заплакал. Тэхён тихо фыркнул от недоверия. — Пока придётся походить без футболки. — продолжил объяснять русал. — Ткань будет только раздражать кожу. И никакой тяжёлой работы. Мы поговорим с Рэмо. При упоминании короля Тэхён сразу напрягся. — Разве он не будет против? — тихо спросил парень. — Ему невыгодна твоя смерть, Тэхён. — с горечью ответил Чонгук. От одной мысли, что Рэмо воспринимает Тэхёна как подопытного кролика, внутри всё неприятно сжималось. Но идти против короля Чонгук всё равно не мог. Поэтому лишь тихо добавил: — И не говори Рэмо, что именно я спас тебя тринадцать лет назад. Он не понял, что ты тот же мальчик. — Но почему? — Не давай ему лишних подсказок. Лучше пусть продолжает бояться того, чего не понимает. Тэхён медленно кивнул. Тело всё ещё неприятно ломило, а веки вдруг стали невероятно тяжёлыми. Он сам не заметил, как уснул прямо на кушетке под внимательным взглядом янтарных глаз.

🧜

Проснуться Тэхёна заставил громкий звук чего-то тяжёлого. Будто кто-то из русалов с силой швырнул что-то в стену или уронил массивный ящик где-то за пределами медпункта. В любом случае сон сразу пропал. В помещении стало заметно темнее. Сквозь высокие окна и отверстия в стенах пробивались уже не яркие солнечные лучи, а мягкий оранжевый свет заката, красиво рассеивающийся в воде. Светящиеся водоросли вдоль стен едва мерцали голубоватым светом, делая медпункт почти уютным. Тэхён проспал несколько часов. Парень находился в комнате один. Его явно не хотели тревожить — все источники света были выключены, а вокруг стояла почти полная тишина. Жабры больше не кровили, но всё ещё неприятно ныли. Мысли о том, что вообще происходит с его телом, пугали всё сильнее. Тэхён решил, что обязательно сегодня же заставит Чонгука нормально всё объяснить. Потому что ранее русал так и не ответил на главный вопрос. Осторожно поднявшись с кушетки, парень направился к двери. Он уже собирался открыть её, как вдруг услышал знакомые голоса по ту сторону стены. — Ты думаешь, он превращается? — послышался удивлённый голос Сокджина. — Я точно не знаю. — устало ответил Чонгук. — В книге сказано, что у всех разная реакция на чары, которые я использовал. Поэтому сложно сказать наверняка. — Нужно просто подождать. Посмотреть, появится ли хвост… — Хвост?! Тэхён резко распахнул дверь, перебивая разговор и заставляя обоих русалов вздрогнуть от неожиданности. Брови парня почти залезли на лоб, а в чёрных глазах уже читалось раздражение вперемешку со страхом. — Тэхён, тише. — сразу произнёс Чонгук, быстро оглядываясь по сторонам коридора и надеясь, что их никто не услышал. — Нет, объясни мне сейчас же! — голос Тэхёна всё равно дрожал. — Какие ещё чары? Кто я вообще такой?! Ему было страшно. Очень. Чонгук видел это по дрожащим пальцам и сбившемуся дыханию. — Малыш, зайди обратно в комнату, пожалуйста. И я всё тебе объясню. — спокойно сказал русал, никак не реагируя на повышенный тон младшего. Тэхён недовольно цокнул, но всё-таки выполнил просьбу. Уже через минуту Чонгук зашёл внутрь, закрывая дверь за собой. Без Сокджина. В помещении снова стало тихо. Слышался только шум воды за стенами медпункта и редкое потрескивание светящихся кораллов. Чонгук тяжело выдохнул и наконец начал говорить: — Не у всех русалов одинаковые способности. Они зависят от цвета хвоста. Тэхён молча слушал. — Изумрудные и зелёные оттенки самые распространённые. Они дают связь с природой: помогают выращивать кораллы, управлять растениями и приручать морских существ. Синие — силу и скорость. Фиолетовые обладают гипнозом. Розовые известны голосом сирен и чрезвычайной красотой. Красные наполнены особой выносливостью. Чёрные могут контролировать течения. Белые умеют сливаться с водой. Серебристые обладают очень острым слухом и зрением. А золотые, как у меня, связаны с целительством. Чонгук слегка дёрнул хвостом от волнения. — Если в хвосте смешано несколько оттенков, способности тоже могут сочетаться. Тэхён даже представить не мог, насколько всё это сложно. Русалы оказались совсем не такими, какими их показывали в мультиках. — Когда тринадцать лет назад я нашёл тебя после падения… твоё сердце почти не билось. — голос Чонгука стал тише. — Моих способностей было недостаточно, чтобы просто вылечить тебя. Поэтому я использовал древние чары превращения. Тэхён напрягся ещё сильнее. — Их создали очень давно целители из глубоководных морей. Эти чары позволяли передавать сущность русала другому существу и менять его тело, чтобы оно могло жить под водой. Но их почти никто не использовал. Слишком опасно. В комнате повисла тишина. — Я превратил тебя в русала, чтобы твои лёгкие не отказали под водой. Тэхён не моргал. Казалось, мозг просто отказывался воспринимать услышанное. — После превращения твоё тело всё равно оставалось человеческим. Чтобы чары полностью сработали, тебе нужно было постоянно находиться в воде. Но тебя почти сразу вернули на сушу. — Чонгук говорил осторожно, будто боялся напугать ещё сильнее. — Поэтому превращение будто… остановилось. Тэхён нервно сглотнул. — Тогда почему я так боялся воды? — Это побочный эффект чар. — тихо ответил Чонгук. — Твоё тело тянулось к воде, потому что она была нужна ему для завершения превращения. Но человеческий мозг не понимал, что происходит, и пытался защитить тебя страхом. Тэхён замер. Всё это время вода одновременно звала его… и пугала. — А золотая пыль морского лотоса забрала твои воспоминания. — продолжил русал. — Пока ты снова не увидишь меня. Тэхён медленно опустил взгляд куда-то вниз. В голове шумело. — Получается… я тоже русал?.. Чонгук молча кивнул. Тогда он просто хотел спасти маленького мальчика. И совершенно не думал о том, чем это может закончиться спустя тринадцать лет. — Тогда почему у меня до сих пор нет хвоста? Чонгук заметно напрягся. — Русалы рождаются с ногами. Хвост появляется только спустя несколько месяцев. Это болезненный процесс — кости полностью перестраиваются. Поэтому превращение опасно, если ребёнку уже больше года. Тэхён сразу понял, к чему тот ведёт. — А мне уже далеко не год… — Да. — тихо подтвердил Чонгук. — Поэтому процесс будет намного тяжелее. И… опаснее. Русал честно не скрывал своего волнения. За всю свою жизнь он никогда не сталкивался с подобным случаем. Тэхён почувствовал, как внутри всё похолодело. Он русал. Настоящий русал. От этой мысли становилось почти страшно. А как же родители?.. Он ведь надеялся, что однажды сможет снова их увидеть. Вернуться домой. А теперь… хвост. Другая жизнь. Другой мир. — Когда это начнётся?.. — тихо спросил парень. Чонгук перевёл взгляд на его рёбра. — Судя по состоянию жабр… примерно через месяц. Он слегка прикусил губу. Жабры всегда менялись перед появлением хвоста. Но у Тэхёна всё происходило слишком резко. Слишком болезненно. И Чонгук невольно начал задаваться вопросом, не совершил ли ошибку тринадцать лет назад, подарив тому мальчику жизнь. Вдруг Тэхён не хотел жить так?.. — Ты будешь рядом? — тихий голос вырвал его из мыслей. В нём больше не было злости. Только страх. — Конечно, малыш. — почти сразу ответил Чонгук уже привычным мягким тоном. На самом деле внутри у него всё сжималось от тревоги. Он уже мысленно перебирал книги в библиотеке и редкие записи о подобных чарах. Нужно было понять, как помочь Тэхёну пережить превращение. — Тебе нужно поесть. — добавил русал уже спокойнее. — Организму нужны силы для превращения. Сможешь дойти до столовой или принести еду сюда? В янтарных глазах снова появилась привычная забота. — Я сам. — тихо ответил Тэхён, качнув кудрявой макушкой. А потом вдруг добавил: — Но сходи со мной. Чонгук изначально собирался пропустить ужин и сразу отправиться в библиотеку. Но как он вообще мог отказать сейчас? Во взгляде Тэхёна было столько растерянности, что оставлять его одного совершенно не хотелось. Поэтому русал лишь коротко кивнул и вместе с младшим выплыл из медпункта в уже тёмные коридоры дворца, где за огромными окнами шумели вечерние воды Ниагары.

🧜

В большом кафетерии уже собралось множество русалов. Кто-то стоял у длинных столов с едой, накладывая себе на подносы рис, морепродукты и яркие фрукты, а кто-то ужинал семьями за круглыми столиками из светлого коралла. По стенам мягко мерцали голубые водоросли, а огромные окна открывали вид на бурные течения Ниагары, проходящие совсем рядом со дворцом. Иногда сильные потоки воды ударялись о прозрачные стены, заставляя свет красиво дрожать по всему помещению. Но стоило Чонгуку и Тэхёну войти внутрь, как атмосфера мгновенно изменилась. Русалы начали бросать на них тяжёлые пренебрежительные взгляды. Предатель и его человек. Если Чонгук давно привык к подобному отношению и почти не обращал внимания, то Тэхён заметно нервничал. Его пальцы теребили ткань шорт, а искусанные губы снова начали кровить. — Тэ, мы можем взять еду и уйти обратно в комнату. Не обязательно оставаться здесь. — тихо предложил Чонгук, замечая состояние младшего. Тэхён лишь отрицательно качнул головой и молча начал накладывать себе рис. Он больше не сможет убегать. Теперь он один из них. И рано или поздно русалам придётся это принять. Может… когда у него появится хвост? Набрав полный поднос еды, парни направились к столику, где им уже заняли места Сокджин и Лия. Рядом, в маленьком детском кресле в форме ракушки, сидела Айрис. Стоило малышке увидеть Чонгука, как она сразу потянула к нему маленькие ручки. Русал тихо усмехнулся. — Привет, принцесса. Соскучилась? Он легко поднял девочку на руки, и на лице Чонгука появилась такая тёплая улыбка, какой Тэхён раньше у него никогда не видел. Малышка довольно захихикала, пока русал осторожно покачивал её у своей груди. Тэхён замер, наблюдая за этой картиной. С Чонгуком рядом с другими русалами он почти всегда видел лишь усталость, раздражение или холодную сдержанность. Но сейчас всё было иначе. Лия лишь умилялась, объясняя Тэхёну, что именно Чонгук принимал у неё роды, а теперь постоянно проверяет состояние Айрис и приходит поиграть с дочкой лучшего друга. — Он всегда любил детей. — с улыбкой сказала русалка. — Ради них Чонгук вообще способен забыть о своём плохом настроении. Тэхёна это почему-то тронуло ещё сильнее. Не у всех хватает терпения на детей. Сам Тэхён всегда чувствовал себя одиноким и когда-то очень хотел младшего брата или сестру. Но их семья финансово едва справлялась даже с жизнью втроём. — Хочешь подержать? — вдруг спросил Чонгук, показывая на Айрис. Тэхён чуть не подавился рисом от неожиданности. — Я?.. — переспросил он, будто не веря. — Я никогда не держал детей. — Ничего страшного. Я помогу. Чонгук подплыл ближе, останавливаясь за спиной младшего, и осторожно пересадил малышку тому на руки. Айрис тут же с любопытством начала рассматривать новое лицо перед собой. Руки Чонгука мягко касались плеч и запястий Тэхёна, пока он спокойно объяснял, как правильно держать ребёнка. Его тихий голос звучал прямо возле уха, отчего по коже младшего сразу пробежали мурашки. — Вот так. Молодец. — мягко похвалил русал, поправляя положение рук Тэхёна. — А теперь слегка покачай её. Детям это нравится. Тэхён послушно сделал, как сказали. И Айрис почти сразу довольно захихикала, широко улыбаясь. Улыбки невольно появились у всех за столом. Даже у Сокджина. — Тэ, как ты себя чувствуешь? — спросила Лия, всё ещё умиляясь происходящему, но её взгляд всё равно то и дело цеплялся за перебинтованную грудь парня. — Уже намного лучше, спасибо. — тихо ответил Тэхён, осторожно возвращая малышку отцу. — Чонгук отличный доктор. — с лёгкой улыбкой добавила Лия. Тэхён сразу согласно кивнул. Чонгук действительно был хорош в своём деле. Сам русал лишь смущённо пробормотал что-то вроде «да брось» и вернулся к ужину, украдкой наблюдая за Тэхёном, который с удовольствием ел манго. Милый. Как всегда. Рядом с Тэхёном Чонгук почему-то больше не чувствовал ту постоянную тяжесть внутри, к которой привык за последние годы. Наоборот — впервые за долгое время появлялось желание просыпаться по утрам. Это чувство было совершенно новым. И пугающе приятным. Ужин постепенно подходил к концу. Русалы один за другим покидали столовую, а Айрис вообще уснула на руках Сокджина, тихо посапывая. И вдруг посреди помещения включился огромный телевизор, встроенный прямо в стену кафетерия. На экране появилось раздражённое лицо Рэмо. Судя по фону, король ужинал в собственной комнате — он никогда не ел вместе с остальными, считая это ниже своего статуса. Тэхён вздрогнул от неожиданности, едва не уронив вилку. Он всё ещё не мог привыкнуть к тому, что под водой вообще существуют телевизоры, электричество и техника. Когда-то Лия объяснила ему, что русалы используют мощные течения Ниагары для работы коралловых механизмов, а электрические рыбы передают энергию и свет по всему дворцу. Для Тэхёна это всё ещё казалось чем-то фантастическим. Заметив напряжённые лица за столом, парень тихо спросил: — Что происходит? — Если Рэмо выходит на связь вот так внезапно — значит, ничего хорошего. — мрачно ответил Сокджин. Тем временем голос короля уже разнёсся по всей столовой: — Наши охранники сегодня сообщили мне, что на территорию снова заплыла лодка с людьми. На этот раз в два раза больше прошлой. Лицо Рэмо искажалось раздражением. — Журналисты и водолазы. Они решили найти тела тех, кого мы потопили месяц назад. Тэхён почувствовал, как внутри всё похолодело. — Я думал, мы уже дали понять, что сюда соваться не стоит. Но люди, видимо, плохо понимают намёки. Голос короля стал жёстче. — Уничтожьте их. Всех. В столовой повисла тяжёлая тишина. — Через десять минут лодка будет здесь. Так что действуйте немедленно. Экран погас. Русалы начали быстро подниматься со своих мест и уплывать прочь. В глазах Тэхёна появился настоящий ужас. — Чонгук, мы должны их остановить! — почти умоляюще произнёс он, встречаясь взглядом с янтарными глазами напротив. В тех читалась боль. — Малыш… мы не можем. — тихо ответил Чонгук. — Они их убьют! Всех убьют! Мы должны что-то сделать! — Тэ, мы не можем… — Чонгук, пожалуйста! — Нет, Тэхён! Нет! — голос русала наконец стал громче. Тэхён замер, смотря на него взглядом, полным боли и разочарования. А потом развернулся и быстро уплыл прочь из столовой. Чонгук сорвался за ним почти сразу. Он слишком хорошо понимал, что сейчас творится в голове Тэхёна. — Тэхён! — кричал русал, догоняя младшего в длинных коридорах дворца. — Ты не понимаешь! У нас нет плана! Мы не можем с голыми руками пойти против сотен русалов! — Нет, это ты не понимаешь! — крикнул в ответ Тэхён, даже не оборачиваясь. — Они убьют их так же, как убили Себастьяна! Голос младшего дрожал всё сильнее. — Тебе не понять, ты ничего не знаешь о несправедливости! Последняя фраза ударила Чонгука сильнее любого оружия. Русал остановился. Янтарные глаза наполнились болью. — Я ничего не знаю о несправедливости?.. — тихо переспросил он с горькой усмешкой. — Очень справедливо было, когда двадцать лет назад люди выловили всю мою семью ради своих экспериментов? Тэхён тоже остановился посреди коридора. — Что?.. Голос сразу стал тише. — Сотни людей приплыли на нашу территорию, чтобы узнать, существуем ли мы. — продолжал Чонгук, и в его голосе впервые слышалась такая открытая боль. — Они нашли дворец. Убили половину русалов. А некоторых забрали с собой. Для опытов. Русал судорожно выдохнул. — Моих родителей. Моего младшего брата. Сестру. Перед глазами снова вспыхнули воспоминания того дня. Кровь в воде. Крики. Разрушенные коридоры. И ощущение, будто внутри что-то умерло навсегда. Чонгук горько усмехнулся, опуская взгляд куда-то в сторону. — После этого… я так и не смог почувствовать себя частью этого мира. Его голос стал тише. — Даже среди своих я всё равно остался чужим. Предателем. Слишком «человечным» для русалов. Янтарные глаза на мгновение прикрылись. — Это очень одиноко, Тэ. И всё только потому, что людям стало любопытно. Тэхён смотрел на него в полном шоке. — Чонгук… прости… я не знал… — Вот именно, Тэ. — ответил русал уже тише, но в голосе всё ещё чувствовалась боль. — Ты сначала делаешь, а потом думаешь. Слёзы сами полились из глаз Тэхёна. Парень дрожал, прижавшись лбом к холодной коралловой стене. Почему всё так?.. Почему люди и русалы не могут просто жить мирно? Сколько уже погибло из-за этой ненависти? Как Чонгук вообще пережил такое?.. Из мыслей его вырвали сильные руки, осторожно обвившие талию. — Малыш… Несмотря на собственную боль, Чонгук всё равно не смог оставить его одного. — Чонгук… — всхлипнул Тэхён, разворачиваясь и крепко обнимая русала за шею. — Мне так жаль… — Я знаю. — тихо ответил Чонгук, мягко зарываясь пальцами в светлые кудри и осторожно поглаживая голову младшего. Они так и стояли посреди длинного коридора дворца, пока остальные русалы проплывали мимо, направляясь к лодке людей. И почему-то именно сейчас казалось, что только они вдвоём действительно понимают всю жестокость этого мира. У них была одна боль на двоих. Когда всхлипы Тэхёна наконец начали стихать, парень медленно отстранился, всё ещё держась руками за плечи Чонгука. Их лица оказались слишком близко. Настолько, что носы почти соприкасались. Чонгук перевёл взгляд на покрасневший нос Тэхёна, припухшие искусанные губы и влажные ресницы. Даже сейчас он казался ему невероятно красивым. Хотелось снова прижать его к себе и никуда не отпускать. Русал замер лишь на мгновение, будто всё ещё сомневался, имеет ли право. А потом медленно подался вперёд, осторожно касаясь губ Тэхёна своими. Поцелуй вышел мягким. Почти невесомым. Будто Чонгук боялся спугнуть младшего или сделать что-то не так. Но Тэхён не отстранился. Наоборот — тихо выдохнул прямо в чужие губы и сам потянулся ближе, осторожно отвечая на поцелуй. Тёплые ладони сжали плечи Чонгука чуть крепче, а внутри всё вдруг стало таким непривычно спокойным, что от этого почти кружилась голова. В этом поцелуе не было жадности или похоти. Только поддержка, усталость и странное чувство, будто рядом наконец оказался кто-то, кто действительно понимает твою боль. Губы Чонгука были тёплыми и мягкими, с лёгким солоноватым привкусом воды. От него пахло морем, лекарственными травами и чем-то удивительно уютным. Тэхён никогда раньше так не целовался. Без спешки. Без желания что-то доказать. Просто… бережно. Будто его действительно держали рядом, а не использовали как временное спасение от одиночества. Когда Чонгук чуть углубил поцелуй, проводя большим пальцем по щеке младшего, по телу Тэхёна снова побежали мурашки, а сердце застучало так громко, что казалось, это слышит весь дворец. Отстранился русал неохотно, всё ещё оставаясь слишком близко. Их дыхание смешивалось в воде, а янтарные глаза напротив впервые выглядели такими живыми. — Прости, если я… — Всё хорошо. — тихо перебил его Тэхён. — Я тоже этого хотел. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, всё ещё находясь слишком близко. А потом Тэхён неожиданно тихо произнёс: — Ты больше не один, Чонгук. Янтарные глаза дрогнули. Будто эти слова задели что-то слишком глубоко внутри. Чонгук ничего не ответил. Лишь чуть сильнее сжал чужую ладонь в своих руках. Но спустя пару секунд взгляд младшего снова потускнел. — Мне нужно побыть одному… слишком много всего произошло сегодня. Чонгук понимающе кивнул. — Только не делай ничего глупого, малыш. — Не буду. Обещаю. Тэхён попытался улыбнуться, но в глазах всё ещё оставалась горечь. Парень медленно направился к своей комнате, пытаясь понять, как жить дальше в мире, полном такой жестокости. Чонгук ещё долго смотрел ему вслед. Губы всё ещё горели после поцелуя, а сердце билось непривычно быстро. Он никогда раньше не чувствовал ничего подобного после чужих прикосновений.

🧜

Русал сидел на кровати, читая уже третью книгу за ночь только с одной целью — понять, как помочь Тэхёну. На часах было почти четыре утра. Небольшой ночник у изголовья кровати тускло подсвечивал страницы, отбрасывая золотистые блики на стены и кораллы комнаты. За небольшим окном медленно колыхались тёмные воды Ниагары, а редкие серебристые рыбы проплывали мимо, оставляя за собой мерцающий след. Буквы перед глазами уже начинали расплываться от усталости. Хотелось просто закрыть глаза и уснуть хотя бы на пару часов. Но Чонгук продолжал читать. Третья книга за ночь не дала ничего полезного. В старых записях говорилось лишь о маленьких детях пяти-шести лет, переживающих похожие чары. О взрослых не было ни слова. Казалось, искать дальше бессмысленно. Но русал всё равно открыл уже четвёртую книгу. Из чтения его вырвал звук распахнувшейся двери. В комнату буквально ввалился Тэхён. Выглядел он ужасно. Едва держался на ногах, тяжело дышал, весь дрожал и буквально стекал потом. Бинты на груди уже полностью пропитались кровью, а лицо болезненно сморщилось. Чонгук моментально подскочил с кровати и успел подхватить младшего прежде, чем тот упал, крепко хватая его за талию. — Тэхён, что случилось?! — голос русала мгновенно стал паническим. Тэхён лишь болезненно поморщился. — Я… не знаю… — даже говорить было трудно. — У меня жар… а ноги будто ломают… Чонгук почувствовал, как внутри всё оборвалось. Если ломает ноги — значит процесс уже начался. Хвост. Но это невозможно. Прошла даже не неделя нахождения Тэхёна в воде. Слишком рано. Слишком быстро. Он ещё даже не нашёл способ помочь ему пережить превращение. Паника ледяной волной пробежала по телу, но Чонгук изо всех сил старался не показывать этого младшему. Русал осторожно поднял Тэхёна на руки и уложил на кровать. — Чонгук… мне очень больно… Голос Тэхёна дрожал так жалобно, что у русала болезненно сжалось сердце. Чёрные глаза смотрели с такой надеждой, будто Чонгук действительно способен всё исправить. — Я знаю, малыш… потерпи немного… — тихо сказал он, пытаясь успокоить и Тэхёна, и самого себя. Но уже через несколько секунд парень начал срываться на болезненные крики. Чонгук чувствовал, как внутри всё холодеет от ужаса. Когда через превращение проходят маленькие дети — это намного легче. Их кости ещё не успевают полностью сформироваться. Но Тэхён… Чонгук даже представить боялся, какую боль сейчас испытывает его тело. Думать нужно было быстро. Русал сразу решил идти в медпункт — там хотя бы были лекарства и хорошая звукоизоляция. Он снова подхватил Тэхёна на руки, слыша сдавленный стон боли прямо возле своего плеча. Под ладонью чувствовалось, как кости в ногах младшего буквально начинают перестраиваться. От этого становилось дурно. Когда они добрались до медпункта, Чонгук осторожно уложил Тэхёна на кушетку, а сам тут же начал метаться по комнате, открывая шкафы и ящики в поисках хоть чего-нибудь, что могло помочь. Крики Тэхёна пронзали всё помещение. Парень даже не поморщился, когда игла капельницы вошла в вену — эта боль была ничем по сравнению с тем, что происходило сейчас внутри его тела. Обезболивающее почти не действовало. Тэхён только сильнее сжимал простыни и кричал. Чонгук уже буквально хватался за голову. Он не знал, что делать. Таблетка за таблеткой, новые отвары. лечебные водоросли — ничего не помогало. А надрывный плач Тэхёна заставлял янтарные глаза наполняться влагой. Русал быстро вытер слёзы, не позволяя себе расклеиться. Он должен помочь. Обязан. Через несколько минут в медпункт влетели Сокджин и Лия — Чонгук успел отправить им сообщение. И оба тут же замерли, увидев происходящее. Они никогда не видели Чонгука таким растерянным. Обычно доктор всегда был спокойным и уверенным в себе. Сейчас же он выглядел так, будто мир рушится прямо у него на глазах. Сокджин попытался хоть немного разрядить атмосферу: — Тэхён, ты кричишь громче, чем Лия во время родов. Но младший лишь снова болезненно вскрикнул, а Чонгук кинул на друга настолько тяжёлый взгляд, что тот сразу замолчал. — Заткнись, Джин. — прошипел русал. Лия только согласно кивнула. — Мы поищем ещё лекарства в главном хранилище. — быстро сказала она. — Спасибо… — тихо выдохнул Чонгук, даже не отрывая взгляда от Тэхёна. Когда дверь за ними закрылась, в медпункте снова остались только крики, шум воды за окнами и тяжёлое дыхание. Чонгук судорожно перебирал новые водоросли и баночки, пока его не остановил тихий дрожащий голос: — Чонгук… поцелуй меня… Русал замер. А потом всё, что было у него в руках, выскользнуло и медленно разлетелось по воде. Он мгновенно оказался рядом с Тэхёном, садясь на край кушетки и осторожно обнимая младшего. И почти сразу прижался губами к его губам. Так мягко. Так бережно. Будто боялся причинить ещё больше боли. Тэхён тут же ответил на поцелуй, дрожащими руками цепляясь за плечи Чонгука так, словно это было единственное, что удерживает его в реальности. И, кажется, боль действительно ненадолго отступала. Хотя бы немного. Хотя бы пока чужие губы касались его собственных. Чонгук целовал медленно, осторожно гладя младшего по волосам и щекам, позволяя тому царапать ногтями свою спину до крови, лишь бы выплеснуть часть боли. Если бы он мог — забрал бы всё это себе. Без раздумий. Тэхён тихо всхлипывал прямо в поцелуй, сильнее прижимаясь к русалу, пока по телу снова проходила волна мучительной боли. — Чонгук… — вдруг испуганно выдохнул он, отстраняясь. Глаза младшего стали огромными от шока. — Это… это не похоже ни на один цвет, о котором ты рассказывал… Чонгук перевёл взгляд вниз. И замер. Ступни Тэхёна уже покрывались чешуёй. Радужной. Переливающейся всеми цветами сразу под светом ламп медпункта. На несколько секунд в комнате повисла абсолютная тишина. Чонгук почувствовал, как сердце пропустило удар. Нет. Этого не может быть. Когда он рассказывал Тэхёну о хвостах, то даже не упомянул радужный. Потому что за всю историю о нём существовали лишь легенды. Всего одна русалка. Один-единственный случай. И именно такой хвост сейчас появлялся у Ким Тэхёна. В этот момент в медпункт вернулись Сокджин и Лия. И оба застыли прямо в дверях, глядя на радужные чешуйки с таким потрясением, будто перестали дышать. Самый могущественный хвост в истории. И достался он никому иному, как Ким Тэхёну.