Мой секрет

Нет такой боли, нет такого страдания, телесного или душевного, которых не ослабило бы время и не исцелила бы смерть.

Мигель де Сервантес.

      В агентстве воцарил хаос. После известия о смерти Союн всё перевернулось с ног на голову. И без того напряжённая атмосфера превратилась в настоящую панику. Луна исчезла с экранов. Папарацци успели заснять, как она в слезах покидает агентство и уезжает на машине в неизвестном направлении. Фотографии и видео разлетелись по всем новостным сайтам и социальным сетям, вызвав волну возмущения и негодования.       Журналисты и фанаты набросились на Луну с вопросами и обвинениями: как она могла не знать о состоянии сестры? Как она могла не замечать её страданий? Почему она не помогла ей? Неужели она была настолько слепа и эгоистична, что не видела, что происходит с её собственной сестрой? Стали появляться анонимные статьи, в которых Господина Кима критиковали за жестокое обращение с айдолами, за стремление к прибыли любой ценой, за то, что он не заботился о психическом здоровье своих подопечных.       Господину Киму пришлось давать публичные объяснения, оправдываться и пытаться снять с себя ответственность. Он говорил о том, что невозможно уследить за всеми, что у каждого айдола своя жизнь и свои проблемы. Он лгал, утверждая, что с Союн всё было в порядке, что она не жаловалась и не проявляла признаков депрессии.       За несколько недель нервы Господина Кима были изрядно потрепаны. Он не спал ночами, постоянно разговаривал по телефону с адвокатами пытаясь удержать ситуацию под контролем. Рейтинг агентства падал, и будущее компании висело на волоске.       В отчаянии Господин Ким запретил другим группам приближаться к агентству, опасаясь, что они станут следующими жертвами скандала. Он также запретил группе Арисоль появляться на публике, чтобы их не засыпали вопросами о Союн и о том, что произошло. Ему не хватало только того, чтобы шквал критики и обвинений обрушился и на них.       Господин Ким быстро нашёл выход из сложившейся ситуации. Конечно же, деньги решают всё. Он подкупил журналистов, чтобы они перестали писать негативные статьи, заплатил им, чтобы они писали положительные отзывы о его агентстве. Когда ситуация немного успокоилась и общественное мнение начало меняться в лучшую сторону, он разрешил группам вернуться к работе, чтобы показать, что жизнь в агентстве продолжается и что они не собираются сдаваться.       Арисоль посмотрела на Наён и Сохи, и её сердце сжалось от боли. Они не могли улыбаться, их глаза были полны слёз и страха. Теперь они понимали, насколько были слепы, насколько им промыли мозги и как жестоко они относились к другим группам, не замечая их страданий. Они смотрели на Арисоль, на её изможденное, худое тело, и поняли, что могут потерять и её. Страх за неё был настолько силён, что они были готовы на всё, лишь бы спасти её.       Арисоль пыталась их успокоить, говорила, что с ней всё в порядке, что она справляется со стрессом, что она нормально ест и спит. Но они не слушали, перебивали её и говорили, что возьмут на себя ответственность за её здоровье, что они не позволят ей умереть, как Союн. И тут они произнесли имя, от которого Арисоль похолодела: – Мы подключим Госпожу Сумин. – Только этого не хватало. – подумала Арисоль, с ужасом представляя, как Госпожа Сумин будет следить за каждым её шагом, контролировать её питание, тренировки и возможно, даже насильно кормить её, запихивая еду в рот. Арисоль тяжело выдохнула, чувствуя, как нарастает паника. Пока Наён и Сохи продолжали говорить ей, что позаботятся о ней, что они не допустят повторения трагедии Союн, она лишь отстранённо кивала. Ей этого не хотелось, она не нуждалась в опеке, ей это было не нужно, она справится… сама.       Через пару дней раздался телефонный звонок. Это была мать. Арисоль уже догадывалась, что её ждет. – Арисоль? - раздался в трубке холодный голос матери. – Это правда? Ты причастна к этому? – Арисоль выдохнула в трубку, собираясь с духом. Она знала, что мать узнала о смерти Союн, и о её связи с этой трагедией. – Ты совсем с ума сошла? Тебе пора завязывать с этим! Ты заигралась, Арисоль! Ты думаешь, это игра? Ты думаешь, тебе всё сойдет с рук? Тридцать восемь убийств, Арисоль! Тридцать восемь! Даже если ты не совершала их сама, ты причастна. Ты! – мать выпалила всё, что хотела сказать.       Арисоль слушала мать, и словно медленно вернулась в детство. Она словно снова стала той маленькой девочкой, которую мать отчитывала за убийство Скарлетт. Тогда, в детстве, она уже понимала, что сделала что-то плохое. Сейчас же она ощущала лишь пустоту.       Может, мама переживала? Может, мама надеялась, что она завяжет с этой тёмной стороной своей жизни, что она выберет другой путь? Но, нет. С каждым годом Арисоль становилась всё хуже и хуже, погружаясь во тьму всё глубже. А когда она связалась с отцом, то стала совершенно неуправляемой, потеряв всякий контроль над собой. Мать кричала в трубку, её голос срывался от слёз и бессилия. Она требовала, чтобы Арисоль перестала ходить к отцу в клуб, перестала связываться с этими людьми и вела себя подобающе своему статусу айдола, подобающе статусу дочери, которую растила. – Ты можешь попасться в любой момент! Ты понимаешь это? Они найдут тебя! Всё, что тебе нужно – это карьера. – кричала мать, и в её голосе слышались нотки отчаяния. Она боялась потерять свою дочь, так же как и мужа, когда-то, боялась, что она пойдёт по пути, с которого нет возврата.       Мать была права, как бы Арисоль ни хотела этого признавать. Она зашла слишком далеко, и теперь ей грозила опасность. Но отказаться от того, что она начала, было уже невозможно. Отец предлагал ей отказаться, но она не захотела. Арисоль понимала, что это не выход. Союн мертва, и теперь рейтинг агентства под угрозой. Если она сейчас отступит, все её усилия пойдут прахом, и она потеряет всё, чего добивалась так долго.       Нужно было как можно скорее вернуться в строй, выйти на сцену и показать всем, на что они способны. Нужно было доказать, что GOOD по-прежнему лучшая группа и что им нет равных.       Вечером того же дня Арисоль пришла в клуб «Эдемов сад». Атмосфера стала напряжённой и тревожной. Все ходили как тени, избегая смотреть друг другу в глаза. Господина Джина нигде не было видно. Словно он растворился в воздухе, исчез без следа. Арисоль, не обращая ни на кого внимания, направилась прямо в кабинет своего отца. Дверь была открыта, и она, не постучавшись, вошла внутрь.       Эдем, как всегда, спокойно сидел за столом, просматривая какие-то бумаги. Казалось, что ничего не произошло, что Союн всё ещё жива, а клуб был в таком же рассвете сил, что и всегда. Узнав шаги своей дочери, Эдем поднял голову и посмотрел на нее с широкой любящей улыбкой. – Арисоль, моя дорогая! Как я рад тебя видеть! – произнес он мягким, бархатным голосом.       Как же он ею гордился! Его маленькая принцесса, его талантливая и целеустремлённая дочь шла к своей цели, не останавливаясь ни перед чем. И плевать, что по головам, плевать на чужие страдания и слёзы. Главное – это успех, власть и богатство. Эдем давно хотел разрушить агентство PJK Entertainment, отомстить Господину Киму за старые обиды. И теперь его принцесса поможет ему в этом. Она станет его оружием, его инструментом, его главным козырем в этой жестокой игре.       Арисоль неуверенно села в кресло рядом с отцовским столом, чувствуя себя не в своей тарелке. Эдем смотрел на неё с улыбкой, в которой читались гордость, любовь и манипуляция. Арисоль неловко улыбнулась в ответ, стараясь скрыть своё беспокойство. Ей нужно было знать, что случилось с Господином Джином. – Отец, где Господин Джин? С ним всё в порядке? – спросила она, стараясь не выдать своего волнения. Эдем, не меняя выражения лица, спокойно ответил: – А, Господин Джин… Я его уволил. Он больше не работает на меня. – Арисоль вскочила с места, как ужаленная. – Как уволил? Почему? За что? –закричала она, чувствуя, как нарастает паника. Неужели это из-за смерти Союн? Не может быть! Так нельзя! – Господин Джин работает на меня! Ты не имеешь права отстранять его от работы! – Эдем не ожидал, что его дочь настолько сблизилась с Господином Джином, чтобы отгораживать его, и перечить ему. – Арисоль, ты должна понимать, что это моя компания, и я решаю, кто здесь работает, а кто нет! – возразил он. – Нет, отец! Это не так! – воскликнула Арисоль, её глаза сверкали от ярости. – Господин Джин выполняет мои поручения, он помогает мне, и ты не имеешь права лишать меня моего же подручного! – Эдем достал телефон и быстро связался с одним из своих подопечных, отдав короткий приказ: – Найдите Джина и привезите его сюда.       Господин Джин приехал через полчаса. Он выглядел уставшим и подавленным, но держался с достоинством. Он, молча, вошёл в кабинет, посмотрел на своего бывшего босса и на Арисоль. Эдем, перехватив взгляд Господина Джина, посмотрел на дочь, затем снова на Господина Джина и произнёс угрожающим тоном: – Джин, я знаю, что ты предан Арисоль, и ценю это. Но запомни: если с головы моей дочери упадёт хоть один волосок, я уничтожу тебя. Ты меня понял? – Господин Джин кивнул, не отрывая взгляда от Арисоль. Казалось, он пытался прочитать в её глазах правду, понять, что здесь происходит.       Он смотрел на Арисоль и быстро понял, что это её рук дело. Она что-то задумала, пытаясь вернуть его на прежнее место. Неужели она действительно так о нём заботится? Неужели она снова хочет, поиграть в игру, используя его в своих целях? – Мне нужно работать. Вы оба свободны. Джин, можешь вернуться к своим обязанностям. Арисоль, тебе пора готовиться к выступлению. – Эдем выгнал их из кабинета, оставив наедине в коридоре. Арисоль повернулась к Господину Джину и слабо улыбнулась, стараясь скрыть волнение. Господин Джин посмотрел на неё с благодарностью в глазах. – Спасибо, Арисоль. Я не знаю, что бы я без тебя делал. – вместо ответа Арисоль слегка ударила его по затылку. – Что вы творите? Совсем с ума сошли? Вы хоть понимаете, что натворили? – прошипела она, стараясь не повышать голос. – Мне нужны подробности! Как вы довели Союн до такого состояния?       Они быстро огляделись, убедившись, что их никто не видит, и спрятались в кабинете Господина Джина. Он закрыл дверь на ключ и жестом предложил Арисоль сесть. Джин рассказал, что не имеет прямого отношения к её повешению. Он лишь выполнял приказы Эдема, оказывая давление на Союн и заставляя её работать на износ. Он признался, что несколько раз жестоко избивал её, но заверил, что не причастен к её смерти.       Арисоль посмотрела на него, её глаза были полны гнева и презрения. Он стоял перед ней на коленях, как побитый щенок, ожидая наказания. Ей стало противно и в то же время смешно. Неожиданно для самой себя она тихо рассмеялась, вызвав удивление на лице Господина Джина. – Вы такой жалкий, Господин Джин. И вы действительно думаете, что я вам поверю? – несмотря на это, она снова улыбнулась, глядя на его растерянное лицо. – Знаете, Господин Джин, если бы вас не было, я не знаю, что бы я без вас делала. Вы мне очень помогаете. Правда… – Господин Джин изумленно посмотрел на неё, не веря своим ушам. – Арисоль… – он запнулся, не зная, что сказать. Потом вдруг рассмеялся, облегченно выдохнув. – Знаешь, Арисоль, я уже не молод. Может, пора перестать обращаться ко мне на “вы”? Давай просто на “ты”? Что скажешь? – Арисоль пожала плечами, делая вид, что ей всё равно. – Делайте, что хотите. Мне все равно. – ответила она, отворачиваясь. Но в глубине души она была рада, что он снова рядом, что он снова готов её поддержать. Она кивнула, соглашаясь с его предложением. В этом не было ничего страшного.       Господин Джин положил голову на колени Арисоль. Она удивлённо замерла, но, к его счастью, не оттолкнула его. Будучи ребёнком и подростком, Арисоль не позволяла мужчинам даже прикасаться к себе, кроме отца, Минхёка и Господина Джихо. Они были единственными, кому она доверяла, единственными, кто не вызывал у неё отвращения. А теперь Господин Джин, словно бродячий пёс, нашедший приют, нагло лёг к ней на колени, и она позволила ему это.       Он был полностью в её власти. Она имела над ним больше власти, чем когда-либо прежде. Она знала, что он сделает всё, что она прикажет, что он пойдёт за ней хоть на край света. А в случае приступа, если её гнев выйдет из-под контроля, она могла убить его, как и любого другого. И он знал это. И всё равно был готов рискнуть.       Арисоль, словно очнувшись от оцепенения, нежно коснулась волос Господина Джина. Они были мягкими и шелковистыми на ощупь. Она никогда раньше не прикасалась к нему так близко. Ей даже стало немного неловко. Господин Джин только наглее потерся носом о её колено и прикрыл глаза, наслаждаясь этой близостью. Он был готов отдать всё, лишь бы этот момент длился вечно.       Ночь выдалась ужасной. Арисоль ворочалась во сне, её мучили кошмары. Она видела Союн, которая в панике убегала от Господина Джина, умоляя о пощаде. Но он был неумолим, его глаза горели злобой и ненавистью.       А потом появился Господин Чжон, правая рука Туёна, безжалостный и жестокий, точная копия своего босса. Знал ли Туён, чем на самом деле занимается его отец? Знал ли он, что его отец - всего лишь марионетка в чужих руках?       Союн пыталась убежать, но её схватили, вырубили и увезли в неизвестном направлении. И тогда Арисоль проснулась в холодном поту, с криком, застывшим на губах.       Она проснулась на диване в кабинете Господина Джина. Он не спал, а сидел за ноутбуком, его лицо было сосредоточенным и серьёзным. Арисоль потерла глаза, пытаясь прогнать остатки кошмара, и посмотрела на него. Её тело все еще дрожало от страха, а сердце бешено колотилось в груди.       Увидев, что Арисоль проснулась, Господин Джин тут же отложил ноутбук и подскочил к ней. Он подал ей стакан воды и обеспокоенно спросил: – Арисоль, всё в порядке? Тебе приснился плохой сон? – Арисоль кивнула, принимая воду и делая несколько глотков. – Да, всё хорошо. Просто немного устала. – пробормотала она, стараясь скрыть дрожь в голосе. Она не помнила, как уснула. Видимо, сильно устала после стольких концертов и переживаний. Арисоль посмотрела на Господина Джина и спросила. – А твой сын? Разве он не переживает что тебя нет дома? – Господин Джин на мгновение замялся, а затем ответил с натянутой улыбкой: – Он на съемках. У него сейчас много работы. И к тому же моё исчезновение для него не новость. Он привык.       Арисоль нервно улыбнулась, чувствуя, как снова начинают дрожать её руки. Она достаточно увидела во сне. Господин Джин солгал ей. Неудивительно, он просто боялся её реакции. Но она не дура. Она видела, что Господин Чжон был причастен к смерти Союн.       Арисоль нечасто общалась с Союн, но Союн часто бежала к ней после того, как Арисоль ей помогла. Союн чувствовала в ней силу и защиту. А теперь она мертва. Арисоль чувствовала себя виноватой в её смерти.       Прошло ещё несколько дней, а состояние Арисоль продолжало ухудшаться. Она стала, есть непрерывно, даже во время репетиций, не обращая внимания на недовольные взгляды менеджера и подруг. Её мучил неутолимый голод, и она ела всё подряд, не разбирая вкуса и качества продуктов. Она не могла насытиться, словно в ней была бездонная пропасть, которую невозможно было заполнить.       Она просто хотела поскорее набрать вес, вернуться к прежним формам и доказать всем, что с ней всё в порядке. Но, к сожалению, вес оставался прежним. Все её усилия были тщетны.       Лечение анорексии оказалось сложнее, чем она думала. Стресс, постоянное напряжение, страх разоблачения - всё это плохо влияло на её организм, сводя на нет, все попытки набрать вес и вернуться к нормальной жизни.       Арисоль больше всего переживала из-за того, что у неё до сих пор не было месячных. У всех девушек как у всех, а у неё из-за многочисленных стрессов, постоянных диет и изнурительных тренировок они даже не начались. Она чувствовала себя неполноценной, словно в ней чего-то не хватало.       Она принимала гормоны, надеясь, что они помогут ей, что они запустят этот важный процесс в её жизнь. Каждый день с замиранием сердца Арисоль проверяла, не начались ли они. Но их всё не было.       Арисоль чувствовала себя в ловушке. Она отчаянно пыталась выбраться из этого замкнутого круга, но каждый раз натыкалась на стену. Она боялась, что никогда не сможет вернуться к нормальной жизни, что её тело навсегда останется изуродованным этой болезнью.       Арисоль сидела в кафе, спрятавшись от посторонних глаз. Она пила чай и смотрела в окно, пытаясь отвлечься от гнетущих мыслей. Вдруг она увидела Дина, идущего к ней. Она тяжело выдохнула, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Она не была готова к этой встрече, она не знала, что ему сказать.       Дин подошёл к ней, нежно улыбнулся и приобнял её, как всегда, словно ничего не произошло. Он не задавал вопросов, не упрекал её ни в чём. Он просто был рядом, как и всегда. Арисоль положила голову ему на плечо, чувствуя, как расслабляется её тело. Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности, рядом с ним она могла быть собой.       Но она чувствовала, что что-то изменилось. Лицо Дина изменилось, он был грустен, и это было видно невооружённым глазом. Его глаза, обычно такие весёлые и лучистые, сейчас были полны печали и беспокойства.       Они не виделись месяц. Целый месяц! В агентстве они лишь случайно пересекались, стараясь не привлекать внимания. Он очень скучал по ней, не мог нормально спать, есть, и работать, постоянно думая о ней.       Дин скучал по её смеху, по её голосу, по её объятиям. Он скучал по их долгим разговорам, по их прогулкам под луной. Теперь они были оба, марионетками агентства.       Дин боялся, что теряет её, что она отдаляется от него с каждым днём. Он боялся, что она снова погружается во тьму и что он не сможет её спасти.       Он нежно провел рукой по её волосам и снова назвал её «тыковкой», как делал всегда, когда хотел показать свою нежность и любовь. Но почему-то Арисоль отстранилась, словно его прикосновение стало для нее невыносимым.       Она чувствовала себя отвратительно, когда смотрела на него, словно он был запятнан чем-то грязным и мерзким. Её сердце бешено колотилось в груди, а в голове вспыхивали яркие, пугающие образы.       Она увидела его лежащим в луже крови, с ножом в груди, его лицо было искажено гримасой боли и ужаса. И снова её охватила паника, парализующий страх сковал её разум и тело.       Нет! Нет! Нет! Не может быть! Только не он! Только не Дин! Этого не может быть!       Арисоль вскочила с места, словно её ударило током, и, бормоча бессвязные извинения, выбежала из кафе, оставив его в полном недоумении. Она бежала, сама не зная куда, просто хотела убежать от этих ужасных образов, от этих пугающих голосов в своей голове.       Нет! Нет! Нет! Она не убьёт его! Она не позволит этому случиться! Она должна защитить его!       И тут, словно из своих нор, вылезли голоса, которые молчали всё это время, голоса, которые она так отчаянно пыталась заглушить. Они снова начали смеяться, издеваться над ней, нашептывать ей ужасные вещи. – Дин станет отличной приманкой в клубе твоего отца. – хихикали они. – Он такой наивный, такой доверчивый. Он станет настоящим украшением для нашей коллекции. Твой папочка будет в восторге!       Арисоль забежала в ближайший туалет и с силой ударила себя по щекам, пытаясь прийти в себя. Она посмотрела в зеркало и увидела в отражении не себя, а монстра. В её глазах плескалось безумие, в них не было ни капли жалости и сострадания.       Сердце продолжало бешено колотиться, в ушах звенело от напряжения. Она сдерживалась из последних сил, чтобы не выбежать на улицу и не убить кого-нибудь по дороге.       Но голоса в голове становились всё громче и настойчивее, они давили на неё, требуя крови, требуя жертв. И она сдалась, сломалась под их напором.       Выйдя на улицу, она шла как во сне, не видя и не слыша ничего вокруг. Она искала жертву, того, на ком могла бы выместить свою злость и ненависть.       И вот, в тёмном углу улицы она увидела молодого парня, который шёл домой после работы. Он был один, беззащитен и уязвим. Это был идеальный кандидат.       Арисоль подошла к нему сзади и вонзила нож ему в спину. Парень вскрикнул от боли и упал на землю, захлёбываясь кровью. Арисоль продолжала наносить удары, не останавливаясь ни на секунду, пока парень не перестал двигаться. Кровь была повсюду: на её одежде, на её руках, на её лице.       Она развернулась и возвращалась домой медленно, словно пьяная, хромая на одну ногу. Её голова была повернута набок, а на губах застыла безумная улыбка. Она сделала это, сделала, утолила свою жажду! Как же ей это нравилось!       К счастью, Наён и Сохи не было дома, когда Арисоль вернулась. Это было удачей, потому что она не знала, как объяснить им своё состояние. Она запрыгнула в душ, смывая с себя кровь и грязь. Вода была обжигающе горячей, но она не чувствовала боли. Ей нужно было очиститься, избавиться от этого мерзкого ощущения на коже.       Закончив с душем, она собрала окровавленную одежду и сожгла ее во дворе. Ей было плевать на едкий запах дыма, она просто хотела уничтожить все улики, всё, что могло связать её с этим ужасным преступлением. Она взяла дезодорант и побрызгала им всё что могла, пытаясь замаскировать запах крови и дыма. Затем она открыла все окна, чтобы проветрить дом.       Она стала ждать возвращения подруг, сердце её колотилось в груди, как у загнанного зверька. Она не знала, что им сказать, как себя вести. Ей просто нужно было их увидеть, убедиться, что с ними всё в порядке. Наён и Сохи вернулись через несколько часов, их лица были обеспокоены и взволнованы. Они быстро включили телевизор, чтобы ввести Арисоль в курс дела. Наён схватила пульт и нажала на кнопку включения. – Ты слышала новости? – спросила она, глядя на Арисоль с тревогой в глазах. Сохи молча, кивнула, её лицо было бледным. Ведущая новостей рассказывала об убийстве молодого парня, о том, как жестоко и зверски он был убит. – Сегодня днём в городе произошло ужасное преступление. – произнесла ведущая с дрожью в голосе. – Молодой человек был найден мёртвым в тёмном переулке. По предварительным данным, он был убит с особой жестокостью. – она призывала власти как можно скорее найти и наказать преступника.       Арисоль смотрела телевизор, и перед её глазами снова пронеслась сцена убийства. Она видела, как парень падает на землю, как его кровь заливает асфальт, её руки и ноги. Она вспоминала его предсмертный крик, как приятно!       В кадре показали родителей убитого парня, его мать, которая безутешно плакала, и отца, который молча, стоял рядом, сжимая кулаки. Арисоль проглотила комок в горле, вспоминая, как в детстве она убила Скарлетт и как на неё набросилась её мать, обвиняя во всём, ругая и проклиная. Наён и Сохи были в ужасе, они не могли поверить, что такое могло случиться в их городе. – Это какой-то кошмар. – прошептала Сохи, закрывая лицо руками. – Как такое вообще возможно? – Бедный парень, бедные его родители. – добавила Наён, её голос дрожал. А ведущая тем временем требовала помощи властей и призывала всех быть осторожными, ведь в городе это убийство было не первым. – Мы призываем всех жителей города быть бдительными и осторожными. – заканчивала ведущая свою речь. – Не выходите на улицу в одиночку в тёмное время суток. Если вы увидите что-то подозрительное, немедленно сообщите в полицию. В нашем городе завелся снова серийный убийца.       Жители города начали возмущаться, требуя немедленного расследования и поимки убийцы. В социальных сетях и на форумах люди высказывали свои опасения и делились теориями. И очень скоро по городу поползли слухи, связывающие это убийство с прошлым Юнги и его семьи.       Многие вспомнили, о её отце – Юнги, известном своими жестокими преступлениями и психическими расстройствами. Люди начали говорить о том, что яблоко от яблони недалеко падает, что Арисоль унаследовала склонность к насилию от своего отца.       В социальных сетях появились гневные комментарии, в которых люди требовали привлечь Арисоль к ответственности, обвиняя её в том, что она покрывает преступления своего отца. - Она такая же, как и он! Они оба психопаты! - писали люди.       Но власти быстро опровергли информацию об участии Юнги в этом убийстве. Представители полиции заявили, что Юнги давно мёртв и что психиатрическая больница, в которой он лежал, может это подтвердить. Они также предупредили людей, что распространение ложной информации является преступлением и будет преследоваться по закону.       Арисоль усмехнулась, глядя на споры людей в интернете. Какие же они все наивные и глупые! Они верят всему, что им говорят, и не видят правды, которая у них перед глазами.       Её отец был мертв. Юнги был мертв, это правда. Но Эдем был жив, он был живее всех живых. Он взял себе новое имя, новое лицо, новую жизнь. И он снова убивал, но на этот раз его целью было не просто утоление жажды крови, а нечто большее. На этот раз он разрушал компанию PJK Entertainment. Это - была его месть, его план по уничтожению всего, чего добился его старый друг. И Арисоль была его главным оружием, его верной помощницей.       Пока Сохи и Наён в панике обзванивали и просили Госпожу Сумин усилить охрану, чтобы хоть как-то защитить себя и Арисоль от возможной угрозы, Арисоль ни о чём не переживала.       Она сидела на диване, пустым взглядом уставившись в стену, и машинально жевала мандарины один за другим. Она не чувствовала вкуса, не ощущала насыщения. Ей просто нужно было чем-то занять руки и мысли, чтобы не сойти с ума.       К счастью, Минхёк перестал ей писать. Она была благодарна ему за это, хотя в глубине души скучала по его сообщениям. Но она понимала, что общение с ним опасно для неё. Если бы он только знал, кто её отец, что он сделал, кем она стала… Если бы он узнал правду, то отвернулся бы от неё, не разговаривал бы с ней, избегал бы её. И она бы его не винила.       В глубине души Арисоль мечтала снова его увидеть, хотя бы мельком, услышать его голос. Но это было слишком рискованно, слишком опасно для него. В любой момент она могла сорваться и навредить ему.       Она всё больше задумывалась о том, кто он на самом деле. Почему ей раньше не приходило это в голову? Почему она не попыталась узнать о нём больше? В интернете информация о нём была скрыта, как будто специально. Арисоль это настораживало. Это означало, что Минхёк не простой мужчина, за ним стояло нечто большее.       Арисоль понимала, что ей нужна помощь в этом деле, и решила обратиться к Господину Джину. Она набрала его номер и попросила найти информацию о Минхёке. – Только сделай всё аккуратно, Джин. И не напортачь, как всегда. – предупредила она его.       Господин Джин пообещал сделать всё возможное, но на этот раз всё было, куда не просто. Минхёк скрывал свою жизнь от посторонних, и очень хорошо. Потребуется больше времени.       Пока Господин Джин рыскал в поисках информации, время шло своим чередом. Группа Арисоль, несмотря на все трудности и скандалы, смогла одержать победу в реалити-шоу Queendom, обойдя всех своих конкурентов.       Арисоль гордилась тем, что делала для группы, гордилась своей работой, своей преданностью своим мечтам. Она выкладывалась на полную, чтобы добиться успеха, и её упорство приносило свои плоды.       Но безумие не покидало её, оно таилось в глубине её души, готовое вырваться наружу в любой момент. Её снова начало накрывать, чувство тревоги и страха захлестывало её с головой.       Вернувшись домой, она больше не могла притворяться, что всё в порядке. Она пряталась в своей комнате, не обращая внимания на встревоженные лица подруг, которые пытались поговорить с ней. Она заперлась на замок, чтобы никого не видеть и ничего не слышать.       Она сидела в тёмном углу комнаты, сжавшись в комок, и боролась с очередной панической атакой. Сердце бешено колотилось, дыхание перехватывало, в ушах звенело. Ей казалось, что она задыхается, что её вот-вот поглотит тьма. Голоса, которые она так отчаянно пыталась заглушить, вернулись, насмехаясь над ней, подшучивая над её страхами. – Еще одно убийство, и будет ровно сорок. Какое красивое число, Арисоль! Тебе нравится, кем ты стала? – Нет! – пробормотала она, переворачиваясь на другой бок, лбом прикасаясь к холодной стене.       Голоса продолжали говорить ей, что она должна продолжать, что выхода нет, и остановиться она не сможет. Она была больна, лечиться она не хотела. Карьера была куда важнее здоровья!