В ритме твоего сердца (Троп: Новенький в компании)

Едва переступив порог, Тэхён оказался в потоке голосов, шагов и обрывков чужих разговоров. Где-то неподалёку звякнула кофемашина, выпуская в воздух терпкий аромат свежемолотых зёрен, над головой эхом прокатился чей-то смех. Высокие потолки усиливали шум, превращая его в ровный гул, похожий на шум прибоя, а солнечный свет, проникавший сквозь огромные окна, отражался от стеклянных перил и светлого мраморного пола. Тэхён замедлил шаг, позволяя себе осмотреться. Напряжение, незаметно сковывавшее плечи с самого утра, постепенно отпускало. Рядом с центральной лестницей возвышался большой информационный стенд, у которого шелестели прикреплённые листы с расписанием и списками групп. Первокурсники то и дело поправляли их, пытаясь отыскать свои фамилии среди длинных колонок имён. Каждый год администрация размещала здесь списки студентов, номера групп, схемы корпусов и расписание занятий, помогая новичкам быстрее освоиться в первые учебные дни. Тэхён направился к стенду и, скользнув взглядом по длинным колонкам фамилий, почти сразу нашёл свою группу — Ф-101. Он уже собирался отойти, когда заметил стоявшего рядом парня. Невысокий, со светлыми волосами, мягкими прядями обрамлявшими лицо, он сосредоточенно изучал расписание, слегка морща нос и едва слышно шевеля губами, словно повторял про себя номера аудиторий, чтобы ничего не забыть. Рядом с ним было удивительно спокойно. Едва уловимый аромат карамели мягко окутывал Тэхёна, вызывая странное ощущение спокойствия. Почувствовав на себе взгляд, парень обернулся и сразу искренне и открыто улыбнулся, словно они были знакомы уже давно. — Привет, — мягко произнёс парень, слегка поправляя лямку рюкзака на плече. — Я Пак Чимин. Его голос оказался удивительно приятным — тёплым, бархатистым, с едва заметными улыбчивыми нотками. — Ким Тэхён. — Ты тоже первокурсник? Тэхён кивнул. Чимин быстро перевёл взгляд обратно на список, пробежался глазами по строчкам и вдруг радостно выдохнул: — Подожди, мы в одной группе. Подойдя ближе, Тэхён скользнул взглядом по списку и почти сразу нашёл их фамилии, стоявшие рядом друг с другом. Что-то внутри едва заметно дрогнуло, разливаясь тихим теплом где-то под рёбрами. Этого оказалось достаточно, чтобы на губах Тэхёна появилась лёгкая улыбка. — Похоже на то. — Это здорово, — Чимин посмотрел на него с неподдельным облегчением. — Если честно, я немного переживал. На нашем потоке я пока никого не знаю. В его словах не было ни капли наигранности — только искренность, обезоруживающая своей простотой. — Теперь знаешь, — спокойно ответил Тэхён. Лицо Чимина мгновенно просияло, а тихий смех, сорвавшийся с его губ, наполнил момент лёгкостью и уютом. — Тогда будем держаться вместе? — спросил он чуть тише. Тэхён посмотрел на него внимательнее. В открытом взгляде Чимина смешались надежда и лёгкое смущение, и почему-то в его компании было удивительно легко и спокойно. — Не против. Чимин снова повернулся к стенду и указал пальцем на расписание. — У нас сейчас философия. Аудитория триста двенадцать. Если честно, я уже успел запутаться в этих корпусах. Тэхён быстро изучил схему здания и тихо усмехнулся. — Значит, будем искать вместе. Они направились к лестнице плечом к плечу, постепенно растворяясь в потоке студентов, а Тэхён неожиданно поймал себя на мысли, что университет, который ещё утром казался чем-то новым и неизвестным, больше не выглядит чужим.

── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Поднимаясь по широкой лестнице вместе с Чимином, Тэхён всё чаще ловил себя на том, что прислушивается не только к голосу нового знакомого, но и ко всему, что происходило вокруг. Университет жил собственным ритмом — где-то наверху раздавался звонкий смех, отражаясь от высоких потолков и рассыпаясь по этажам мягким эхом; мимо торопливо проходили студенты со стаканчиками кофе в руках, а из открытых дверей небольшой кофейни на первом этаже тянуло ароматом свежей выпечки и обжаренных зёрен. Чимин шёл рядом, время от времени сверяясь со схемой корпусов в телефоне, и каждый раз едва заметно хмурил брови, когда очередной указатель под потолком только сильнее запутывал его. — Почему мне кажется, что здесь всё специально устроено так, чтобы первокурсники терялись? — пробормотал он, переводя взгляд с экрана на длинный ряд табличек над лестничными пролётами. Тэхён тихо усмехнулся. — Возможно, это часть посвящения. Чимин вскинул голову и несколько секунд смотрел на него так серьёзно, словно действительно обдумывал эту версию, а потом рассмеялся, запрокинув голову, отчего несколько студентов, проходивших мимо, невольно обернулись. — Тогда нам хотя бы должны выдавать компас. Уголки губ Тэхёна дрогнули сами собой. Он легко находил общий язык с людьми и никогда не испытывал неловкости в разговорах с незнакомцами, но между ним и окружающими почти всегда оставалось едва заметное расстояние, которое он выстраивал скорее по привычке, чем осознанно. Ему не приходилось подбирать слова, просчитывать впечатление, которое он производит, или заполнять неловкие паузы — разговор складывался сам собой. Они свернули в длинный коридор третьего этажа, где поток студентов становился плотнее. Кто-то сидел прямо на широких подоконниках, кто-то стоял небольшими группами у дверей аудиторий, а кто-то, нервно перелистывая конспекты, уже готовился к первым занятиям. Тэхён машинально пробежался глазами по табличкам на дверях. Триста шесть. Триста восемь. Триста десять. — Нам сюда, — выдохнул Чимин, останавливаясь возле аудитории триста двенадцать. Возле двери уже собралась небольшая группа студентов, а над ручкой белел лист с объявлением: «В связи с увольнением преподавателя философии занятия для групп Ф-101 и Ф-102 временно проводятся совместно с потоком третьего курса». Чимин удивлённо моргнул и ещё раз перечитал объявление. — Подожди... То есть мы будем заниматься вместе со старшекурсниками? Тэхён лишь неопределённо повёл плечом, скользнув взглядом по листу. — Видимо, так и есть. Чимин задумчиво прикусил губу и покосился на дверь аудитории, из-за которой уже доносился приглушённый гул голосов. — Очень надеюсь, что среди новых групп найдётся хоть кто-то, на кого приятно смотреть. Чимин невинно пожал плечами. — Учёба учёбой, а эстетическое удовольствие ещё никто не отменял. Тэхён тихо усмехнулся. — Сейчас проверим. Уголки губ Чимина дрогнули в улыбке, и в следующую секунду дверь аудитории распахнулась, выпуская в коридор волну голосов, запах кофе и сухой меловой пыли. Поток студентов неспешно потянулся внутрь аудитории. Поднимаясь по широким ступеням амфитеатра, Тэхён на ходу окинул взглядом аудиторию: длинные ряды столешниц поднимались один над другим, большая интерактивная панель занимала почти всю стену, а высокие окна пропускали достаточно света, чтобы солнечные блики медленно скользили по светлому дереву и стеклянным перилам. Они с Чимином устроились у окна на предпоследнем ряду, откуда открывался вид и на аудиторию, и на кроны деревьев, покачивавшиеся за стеклом. Пока вокруг шуршали тетради, негромко переговаривались студенты и кто-то у самого входа безуспешно пытался разобраться с расписанием, Чимин наклонился ближе и, понизив голос, принялся рассказывать, как утром свернул не на ту улицу и почти двадцать минут кружил вокруг соседнего корпуса, искренне не понимая, что не так. Тэхён слушал, время от времени тихо усмехаясь, а Чимин, увлекаясь собственным рассказом, то забавно морщил нос, то разводил руками, словно заново переживал утреннюю растерянность. В какой-то момент он придвинулся чуть ближе — настолько естественно, что его плечо едва ощутимо коснулось рукава рубашки Тэхёна. — Если честно, я переживал, что в своей группе так ни с кем и не сближусь, — признался он, раскладывая перед собой тетрадь. Тэхён перевёл взгляд на его профиль. Несколько светлых прядей упали Чимину на лоб, а пальцы машинально перебирали ремешок рюкзака. — Но ты же познакомился со мной. Чимин поднял глаза, и в уголках его губ мелькнула улыбка. — И это, кажется, лучшее, что случилось со мной сегодня. Тэхён слегка наклонил голову, собираясь ответить, но в этот момент шум в аудитории изменился. У входа оборвался чей-то смех, по рядам прокатился едва различимый шёпот, а несколько омег почти одновременно выпрямились и машинально поправили волосы. Тэхён невольно проследил за направлением чужих взглядов. В аудиторию вошла компания альф. Они поднимались по ступеням неторопливо, продолжая разговор так непринуждённо, словно давно привыкли к тому, что чужие взгляды сами находят их в любой толпе. Тёмноволосый альфа шёл чуть впереди остальных. Чёрную кожаную куртку он держал в руке, небрежно перебросив через плечо, а белая футболка подчёркивала широкую линию плеч и открывала взгляду тёмные линии татуировок, уходившие под рукава. Большим пальцем он медленно прокручивал кольцо на руке, слушая друзей вполуха. В какой-то момент он поднял голову, машинально скользнув взглядом по аудитории. Его внимание лениво скользило по незнакомым лицам, пока не остановилось на светлых волосах у окна. Серо-голубые глаза встретились с тёмными. Всего на мгновение. Но этого хватило, чтобы шаг альфы едва заметно сбился с привычного ритма, а язык скользнул по внутренней стороне щеки — короткое, почти неосознанное движение. Между ними оставалось всего несколько ступеней. Шум голосов по-прежнему заполнял аудиторию: кто-то негромко смеялся у первых рядов, шелестели страницы тетрадей, однако всё это вдруг отступило куда-то на второй план, растворившись в одном коротком взгляде. Тэхён отвёл глаза первым и снова сосредоточился на раскрытой тетради Чимина. Тот увлечённо продолжал рассказывать забавные истории из своей повседневной жизни, время от времени выводя на полях короткие линии и небрежные завитки. В этот момент компания парней поравнялась с их рядом, продолжая подниматься выше по ступеням. Чимин на мгновение запнулся, уловив знакомое движение рядом, и обернулся через плечо. Несколько парней обменялись с ним короткими кивками, словно виделись уже не в первый раз. — Привет, Гук, — произнёс он, слегка приподняв руку. Чонгук перевёл взгляд на него и коротко кивнул в ответ. В этом коротком приветствии чувствовалась привычная непринуждённость людей, которым не требовались лишние слова. Чимин тут же снова повернулся к Тэхёну и как ни в чём не бывало вернулся к своему рассказу. Тэхён улыбнулся, возвращаясь к разговору. Прежде чем пройти дальше и занять место на последнем ряду за ними, Чонгук ещё на секунду задержал взгляд на светлых прядях, мягко касавшихся воротника белой рубашки Тэхёна, и машинально отметил про себя, что позже стоит расспросить Чимина о новом знакомом. Увлечённый разговором, Тэхён не замечал, что сидящий позади альфа уже во второй раз отрывал взгляд от телефона, невольно возвращаясь к его затылку. Дверь аудитории закрылась, отсекая шум коридора и оставляя за собой лишь приглушённый гул голосов, шелест страниц и тихий скрип отодвигаемых стульев. Преподаватель поднялся к кафедре, поприветствовал студентов и начал перекличку, пока в аудитории постепенно стихали последние разговоры. Чимин придвинул к себе тетрадь и, слегка наклонившись к Тэхёну, едва слышно прошептал: — Надеюсь, философия окажется не такой нудной, как о ней говорят. Тэхён тихо усмехнулся, устраиваясь поудобнее за столом. — Надеюсь. Чимин улыбнулся в ответ и наконец перевёл внимание на преподавателя. Тэхён открыл тетрадь, собираясь сделать первую запись, когда неожиданно почувствовал на себе чей-то внимательный взгляд. Он не спешил оборачиваться, но это ощущение не исчезало, словно кто-то за его спиной раз за разом невольно возвращался к нему взглядом, сам того не замечая. Спустя несколько секунд Тэхён всё же слегка повернул голову, и этого едва заметного движения оказалось достаточно, чтобы встретиться глазами с Чонгуком. Тот не отвёл взгляд сразу. Взгляд Чонгука оставался спокойным и расслабленным, однако в его глубине всё ещё угадывалось то самое любопытство, которое Тэхён успел заметить у входа в университет. Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга, не произнося ни слова, пока шум аудитории, голос преподавателя и шелест тетрадей постепенно растворялись где-то на периферии сознания. Затем Чонгук медленно перевёл взгляд на преподавателя, будто ничего не произошло, а Тэхён едва заметно приподнял уголки губ и вновь опустил глаза к раскрытой тетради.

── ⋆⋅☆⋅⋆ ──

Лекция началась размеренным голосом профессора, который неторопливо прохаживался вдоль интерактивной панели, рассуждая о природе человеческого сознания и первых философских школах. Аудитория постепенно погружалась в привычный учебный ритм. Кто-то торопливо записывал каждое слово, кто-то безуспешно боролся с сонливостью, подпирая щёку ладонью, а кто-то украдкой листал сообщения в телефоне, пряча экран под столешницей. Неподалёку несколько омег негромко переговаривались, время от времени оглядываясь на последние ряды. Их приглушённый смех и заинтересованные взгляды лишь подтверждали то, что Тэхён понял ещё у входа в университет: Чонгук давно привык быть в центре внимания. Тэхён сидел вполоборота к окну, машинально перекатывая ручку между пальцами и глядя на строки конспекта, но почти не слышал слов преподавателя. Рядом Чимин сосредоточенно выводил в тетради строчки конспекта, время от времени хмурясь и перечитывая написанное. — Он вообще когда-нибудь делает паузы? — едва слышно пробормотал Чимин, наклоняясь ближе и бросая быстрый взгляд в сторону преподавателя. — У меня скоро рука отвалится всё это записывать. Тэхён невольно улыбнулся. — Просто записывай главное, — тихо ответил он. Чимин обречённо вздохнул, быстро вывел ещё несколько строк и, недовольно поморщившись, на мгновение встряхнул затёкшей кистью. Лекция продолжалась своим размеренным, почти убаюкивающим ритмом. Голос профессора ровно разливался по аудитории, шелест страниц смешивался со скрипом ручек, а за высокими окнами медленно покачивались кроны деревьев, отбрасывая на столешницы подвижные солнечные блики. Тэхён попытался сосредоточиться на конспекте, однако взгляд то и дело цеплялся за одну и ту же строчку, не задерживаясь на смысле сказанного. Он не оборачивался, но отчётливо ощущал присутствие сидевшего позади альфы — спокойное, ненавязчивое и вместе с тем удивительно осязаемое. Несколько раз ему казалось, будто Чонгук снова задерживает на нём взгляд, и каждый раз внутри что-то едва заметно отзывалось тихим, необъяснимым волнением. Когда прозвенел звонок, аудитория ожила почти мгновенно. Размеренный голос профессора утонул в шуме разговоров, шелесте тетрадей и торопливых шагах студентов, поднимавшихся со своих мест. Чимин с облегчением захлопнул тетрадь и потянулся. — Ещё пять минут — и по аудитории разнёсся бы мой храп. Тэхён тихо усмехнулся, убирая конспекты в рюкзак. Студенты постепенно заполняли проходы между рядами, неторопливо спускаясь к выходу, и вскоре движение почти остановилось. Тэхён поднялся вслед за Чимином, но был вынужден задержаться, пропуская поток людей. В этот момент компания альф, сидевшая на последнем ряду, тоже начала спускаться вниз. Пространство между столешницами оказалось слишком узким, чтобы разойтись свободно. Чонгук оказался рядом неожиданно близко — настолько, что Тэхён отчётливо почувствовал исходящее от него тепло. Сандал и кедр смешались с его собственным ароматом лаванды и ванили, создавая странное, почти осязаемое ощущение близости. Чонгук на мгновение повернул голову в его сторону, и их взгляды снова встретились. На этот раз — чуть дольше, чем прежде. В тёмных глазах не было ни насмешки, ни показной самоуверенности. Только искреннее, ничем не прикрытое любопытство. А затем Чонгук отвёл взгляд и продолжил спускаться по ступеням амфитеатра вместе с друзьями, на ходу отвечая на очередную реплику Хосока. Тэхён проводил его взглядом чуть дольше, чем следовало, и лишь услышав негромкий голос Чимина, понял, что всё это время продолжал смотреть ему вслед. — Идём? Тэхён перевёл взгляд на друга и едва заметно улыбнулся. — Идём.