Игла и карточка

Наступил сентябрь. Отвратный месяц, даже не из-за начала учёбы, отнюдь. Сам по себе первый месяц осени очень неприятный – сначала жара, а потом погода становится непредсказуемой и, что обиднее всего, не самой приятной. На удивление, первый день «золотого» времени года явился не таким жарким, прямо-таки щадящим, но при этом солнечным, что не могло не радовать. Худой, по меркам своего возраста, низкорослый парень стоял на заднем дворе своего нового учебного заведения – индустриального техникума, находился юноша среди толпы таких же как он подростков, не обремененных великим интеллектом. Парня звали Элокс. Он здесь оказался по очень простой причине – в 10 класс не взяли, из школы почти выгнали пинком под зад со словами: «Ты ЕГЭ не сдашь, не порть нам статистку». Справедливости ради, они были правы, он едва сдал ОГЭ с первого раза, состоял на учёте, был очень проблемным учеником для хорошей школы, и со своим нищим на средний балл аттестатом поступил в рандомное место на рандомную специальность, какое-то там сварное дело.. Да кого, собственно, это ебет? Главное учиться где-то для галочки, остальное – дело десятое. И вот, спустя 40 минут прослушивания никому не нужных речей об учёбе, кучку зеленых парнишек повели в само здание техникума. Выглядело оно, мягко говоря, не очень, как снаружи, так и внутри. Стены обшарпанные, плитка на полу местами была потрескавшаяся, а где-то её куски вовсе отсутствовали, потолок тоже был украшен трещинами, вокруг пахло сыростью, да так сильно, что дышать в коридорном помещении становилось тяжеловато. Очень соответствует заведению в награду за балл аттестата 3,8. Словом, место, где воспитывают миллионеров, гениев и президентов. Столичные вузы прикурили от такой роскоши. Первокурсники, среди которых всё еще был Элокс, поднялись на второй этаж по наполовину разбитой лестнице и вошли в аудиторию кривым строем. Теперь уже здесь состоится часовая лекция – повод поспать, а ведь там еще несколько пар, на которых новоиспеченный студент собирался хорошенько отдохнуть. Минуло две пары по безделию, а значит пора потратить перерыв на более интересное занятие. Разумеется, речь идет о перекуре. В первые же часы учёбы Элокс разузнал, что все курящие стоят на улице, поэтому в компании шоколадного чапмана и старой зажигалки он отправился именно на зданий дворик, где все уважающие себя студенты пропускают сигаретку-другую, он же теперь в их числе, да? Наверное, по крайней мере ему так казалось, он уже не школьник из 9 «Г» класса, а студент 1 курса и он может на полных правах курить в перерывах. Улица встретила подростка своим теплом и легким ласкающим ветерком. За углом уже стояла компания студентов, на вид с 4 курса. Они выглядели как потенциальная угроза для щупленького первачка, поэтому Элокс отошел на другой конец двора, где уже вытащил из кармана полупустую пачку сигарет вместе с едва работающей зажигалкой. Прикурил. Тяжка, другая. Густой дым окутал легкие изнутри, давая расслабление и желание продолжать волочить своё ничтожное существование ради сверточка с табаком и легким ароматом шоколада. Он так и жил последние несколько лет, учитывая все события, что с ним происходили, единственная отдушина в этом блядском, полном зла и разочарования мире. Свидание Элокса с шоколадным чапманом закончилось через полных удовольствия 5 минут. В самом конце подросток кинул взгляд на группу смеющихся и громко болтающих старшекурсников и случайно поймал на себе пристальный взор одного из них – высокого, подкаченного и очень красивого, от чего юноша смущенно отвел взгляд и юркнул обратно в здание техникума. Впереди была ещё одна пара, снова сидеть и пытаться не уснуть – непосильная задача. Учёба на сегодня закончилась и наш студент выдохнул, наконец покинув стены и территорию обшарпанного техникума, где находиться было немного страшно. Домой он сразу не пошёл: сначала прошелся до магазина за дешевой шоколадкой и энергетиком, потом поскитался по дворам, далее решил немного выпить в честь начала учебного года, праздник как никак. В конце концов Элокс в одиночку нажрался в каком-то богом забытом дворе и решил двигаться в сторону своей сталинки в спальном районе, понимая, что время уже позднее и тёмное. Улица Копейкина, д. 157, ему сюда. Железная дверь любезно раскрылась, впуская подростка в подъезд, убитый, вонючий, но родной. Лестница провела на второй этаж, где находилась квартира Элокса. Ключ провернулся в замке с щелчками, парень появился на пороге. «Мама, я дома, пил, курил, хочешь заходи в комнату и ещё разок меня отпизди», – язвительно бросил он по приходе и сразу двинулся к своей комнате, зная, что мать активизируется через пару минут, как раз тогда, когда её убитый алкоголем мозг обработает информацию о том, что сын пришел пьяный под ночь и что надо бы приложить ему разок-другой. Так и случилось, через минуту женщина без стука зашла в комнату своего чада и начала кричать так, будто ему было не без разницы. Он лишь сверлил родительницу пьяным расслабленным взглядом, даже не моргнул на пощёчину – привык, это хотя бы какое-то внимание от родной матери, точнее так Элокс себя успокаивал. В любом случае, скандал закончился через полчаса и теперь он мог лечь спать после очередной экстренной дозы любимого никотина. Окурок был успешно затушен об руку и выброшен в пепельницу на подоконнике. Тишина, покой и одиночество. Последнее убивало больше всего, но юноша научился жить с ним. Может быть, когда-нибудь что-нибудь поменяется. Он не знал как скоро эти изменения наступят.