вспомни

Лёша осмотрел своё тело. К руке была присоединена капельница. На голове он почувствовал бинт — неприятный и немного шершавый, такой, который скрипит, если его сжать пальцами. Всё тело ломило, словно его долго и упорно били, а потом решили оставить в покое. Особенно сильно ныла шея и правая сторона туловища. Даже просто лежать было не очень приятно. На улице было светло. Сквозь жалюзи пробивались солнечные лучи и полосами ложились на пол и стены палаты. Где-то за окном проезжали машины, слышались голоса людей. Обычный день. Обычная жизнь. Будто ничего не произошло. Он хотел посмотреть время, но телефона рядом не оказалось. Лёша попытался встать, однако голову тут же пронзила резкая пульсирующая боль. Перед глазами на несколько секунд потемнело, а в ушах появился противный звон. Он тихо выругался и снова сел, упираясь спиной в подушку. Сердце билось быстрее обычного, а мысли путались. Он вообще не понимал, что произошло. Последнее, что он помнил, — дорога. Потом какой-то толчок. Очень резкий. Настолько резкий, что после него в памяти оставалась лишь пустота. Из коридора послышались приближающиеся шаги. Лёша поднял голову. Шаги становились всё ближе. Через несколько секунд они остановились возле двери его палаты. Дверь медленно открылась. На пороге стояла мама. Она выглядела уставшей. Под глазами залегли небольшие тени, а волосы были собраны кое-как, будто она не особо следила за собой последние несколько дней. В руках у неё был пакет. Она зашла в палату и поставила его на тумбочку. Внутри Лёша заметил фрукты, печенье без сахара и несколько питьевых йогуртов. — Лёшенька, доброе утро. Я так переживала за тебя! Как ты себя чувствуешь? — с мягкостью и облегчением произнесла мама. Лёша кашлянул, проверяя голос. — Привет, мам. Мне уже лучше, но… я плохо помню, что случилось. Помню только какой-то резкий толчок и всё. Мама заметно напряглась. — Ты… в аварию попал на машине, — произнесла она, присаживаясь на стул возле кровати. Лёша замолчал. Слово «авария» неприятно отозвалось где-то внутри. Он попытался вспомнить хоть что-нибудь. Перед глазами начали мелькать обрывки. Дорога. Руль. Свет фар. Чья-то машина. Потом пустота. А затем… Светловолосый парень. Тот самый. Со своим грёбаным свечением. «Да что за херня? Кто это вообще такой?» Он нахмурился. Мама снова нарушила тишину. — Ты долго не просыпался. Слава Богу, что всё хорошо. Врачи сказали, что тебе очень повезло. Тебя будто что-то прикрыло от удара. Если бы не это везение, последствия были бы намного серьёзнее. Ты сильно ударился головой, но всё обошлось. Представляешь, у тебя даже телефон почти цел остался. Она слегка улыбнулась. Лёша продолжал смотреть в одну точку. «Прикрыло? Чего? Как это вообще возможно?» И тут его словно ударило воспоминанием. Асфальт. Холодный. Мокрый. Яркий свет мигалок. Носилки. Собственное тело. Кровь на виске. Чья-то рука на плече. Кулон. Стоп. Какой ещё кулон? Он резко моргнул. Быть такого не может. — Спасибо, мам. Мне намного лучше. Он всё ещё был растерян, но постарался этого не показывать. — Ну ты поправляйся. Я тебе тут фруктов принесла. Она подошла ближе, поцеловала его в лоб и направилась к двери. — Я вечером ещё зайду. — Хорошо. Дверь закрылась. Палата снова погрузилась в тишину. Лёша посмотрел на пакет с фруктами. Потом на тумбочку. И в этот момент в голове снова раздался голос. Тихий. Спокойный. Словно далёкое эхо. Не пугающее. Наоборот. Успокаивающее. Почти усыпляющее. «Тумбочка. Кулон. Не думай.» Лёшу передёрнуло. По спине пробежали мурашки. «Ну я ведь не дебил? Крыша ещё не поехала… надеюсь.» Он сам не понял, что его заставило это сделать. Словно тело двигалось раньше мыслей. Приподнявшись, он потянулся к тумбочке и открыл верхний ящик. Замер. Там действительно лежал кулон. Белый. Блестящий. Небольшой камень переливался на свету, а цепочка выглядела позолоченной. «Блять.» Лёша уставился на находку. Секунд десять просто смотрел. Потом ещё десять. В голове было пусто. Он не понимал, что происходит. Почему голос оказался прав. Почему кулон действительно здесь. Что это за парень. Что вообще происходит после этой аварии. Он осторожно достал кулон и закрыл ящик. Покрутил украшение в руках. На обратной стороне обнаружилась маленькая выцарапанная буква «С». «Какая-нибудь Соня потеряла свой кулон, а я уже веду себя как последний вор.» Но вернуть его обратно он почему-то не смог. Что-то внутри буквально заставляло надеть украшение. И спустя несколько секунд раздумий он всё-таки надел его. В течение дня к нему несколько раз заходили медсёстры. Проверяли капельницу, приносили лекарства, задавали какие-то вопросы. Лёша отвечал почти автоматически, потому что мысли были заняты совсем другим. Кулоном. Голосом. И светловолосым парнем. Через некоторое время дверь снова открылась. В палату вошёл Илья. — Привет, Лёх, — с улыбкой произнёс он. — Здарова. — Ты как вообще? Ты всех с ума свёл. Я как только узнал, сразу Дане и Фраме сказал. Мы переживали. — Да лучше уже намного. Не ссы. — Я тебе шоколадок принёс. Сказали, нельзя вроде, но похуй. — Нашёлся похуист. — Лучше бы спасибо сказал. — Это всё херня, Илья. Я, короче, хз… слушай. Илья вопросительно посмотрел на него. Лёша некоторое время молчал, подбирая слова. Он и сам понимал, насколько по-идиотски это звучит. — У меня какие-то ебнутые воспоминания проскакивают после всего этого. То я будто с асфальта встаю и вижу машину, на которой разбился. Себя видел на носилках. У меня кровь из виска текла. Потом помню чей-то голос. Он сказал достать кулон из тумбочки. Я проснулся, посмотрел — а там реально кулон. Лёша вытащил украшение из-под футболки. — Тут ещё и буква «С» выцарапана. И ещё… Он замялся. — У меня постоянно в голове появляется какой-то светловолосый парень. И он как будто светился. Я клянусь, будто реально был там, во время аварии. Илья не рассмеялся. Не посмотрел на него как на сумасшедшего. Он просто задумался. — Ну… разные ситуации бывают. Если это прям воспоминания, то не думаю, что ты кукухой поехал. А что ты ещё знаешь про аварию? — Эм… мама сказала, что меня будто что-то защитило от сильного удара. И что если бы не это «везение», то я бы, может, с пеной у рта тут валялся. — Слушай, Лёх. Я как-то слышал историю. Знакомая знакомой рассказывала. Она попала в клиническую смерть и во время этого видела какого-то чела. Он ей что-то сказал, а потом всё оказалось правдой. Она говорила, что он был похож на ангела-хранителя. — Да бред это всё. Эти ангелы-хранители. Ты же знаешь, что я не верующий. — Ну ты сам подумай и сопоставь факты. Лёша промолчал. Потому что фактов действительно становилось слишком много. Слишком много для обычного совпадения. Илья тоже немного помолчал. Потом поднялся со стула. — Короче, ты давай тут не сдохни. Ты меня, чмоня, бросил одному этот грёбаный проект делать. Я пошёл. Зайду ещё. — Ага. За Ильёй закрылась дверь. Лёша посмотрел в окно. Солнце уже начало понемногу уходить вниз. Его неудержимо клонило в сон. Он широко зевнул. Настолько широко, что даже услышал лёгкий хруст челюсти. Глаза слипались. Думать становилось всё сложнее. Постепенно он сполз ниже по подушке. С каждым морганием веки тяжелели всё сильнее. И вскоре он уснул. Во сне он снова увидел его. Того самого светловолосого парня. Теперь Лёша мог рассмотреть его лучше. Светлые волосы. Спокойная улыбка. Полупрозрачные крылья за спиной. Не огромные и пафосные, как в фильмах. Наоборот. Какие-то настоящие. Живые. Парень выглядел так, будто совсем не удивлён их встрече. — Ты этот кулон не выбрасывай, ладно? — первым заговорил он. А потом добавил: — Телефон под подушкой. Лёша стоял посреди бесконечной белой пустоты и смотрел на него. Хотел задать тысячу вопросов. Кто он? Что ему нужно? Почему появился именно после аварии? Но не успел. Мир резко исчез. Лёша открыл глаза. Несколько секунд он не понимал, где находится. Потом вспомнил. Больницу. Аварию. И этого парня. Не медля ни секунды, он сунул руку под подушку. Пальцы сразу нащупали что-то холодное и твёрдое. Лёша резко вытащил предмет наружу. Телефон. Его телефон. Экран был покрыт трещинами. Пострадало в основном защитное стекло, но выглядело всё равно так себе. Несколько секунд он просто смотрел на него. А потом осознание ударило сильнее любой головной боли. В памяти всплыли слова Ильи про ангела-хранителя. Нет. Не может же всё настолько совпасть. Но и в ангелов он никогда не верил. Что за тупость…