Смерть, цветущая у ручья

«Вроде бы 15 июня Мне кажется, я сойду с ума, если не напишу это. Годы в полной изоляции от общества не лучшим образом сказываются на моем понимании себя и всего происходящего вокруг. Я не говорил с человеком вот уже 3 года и 2 месяца, что ровно на год больше, чем пример старика Генри Торо. К его труду я, кстати, испытываю глубокое уважение, ведь, проверив его теорию на личном опыте, я пришел к такому же выводу: одиночество действительно помогает в полной мере раскрыться таланту творческой личности. Например, я очень продуктивно работал: за это время из-под моей руки вышел целый сборник стихов и две повести. Жаль, конечно, что никто кроме меня не сможет их прочесть и в полной мере почувствовать всю прелесть дикого горного леса. Он действительно вдохновляет меня больше, чем что-либо еще. Лишь мои ненаглядные акониты могут составить ему конкуренцию. Но, с другой стороны, они неотделимая часть леса, которая придает ему новые, раннее невиданные краски. На фоне бесконечной мыльной зелени темно-фиолетовые лепестки аконита - роскошные украшения, одинокие сапфиры, растущие из изумрудной россыпи густых листьев. Если бы только у меня было хотя бы что-то для рисования, я бы непременно запечатлел их мимолетную красоту, а получившуюся картину повесил на самое видное место. Тогда мне не придется лишний раз выходить из дома и спускаться к ручью, чтобы посмотреть на них. Я даже смогу видеть акониты круглый год, а не только во время цветения. Так жаль, что их красотой можно любоваться всего пару месяцев в году. Они-то точно заслужили наслаждаться полной, насыщенной жизнью. Не то, что этот придурок, отказавший мне в публикации. В жизни не видел человека подлее и лицемернее. "Мне очень нравится ваш слог, жду не дождусь нового материала. Уверяю вас, господин Минхо, место в нашем журнале вам обеспечено", - наглая ложь. И как я мог ему поверить? Жадный до глубины души: как только заявку на публикацию подал всеми любимый автор, место для какого-то Ли Минхо испарилось. Если бы не он, то я до сих пор бы жил в городе и имел возможность беспрепятственно взаимодействовать с людьми. Из-за этого ублюдка я теперь в розыске. Кто ж знал, что он окажется насколько хрупким и умрет из-за лишения пары конечностей? Хорошо, что никто не догадывался о том, что у меня есть загородный дом посреди леса, доставшийся еще от прадеда. Дом хоть и небольшой, зато очень уютный. Его крыша заросла мхом, но это только играет мне на руку, ведь так дом сливается с гущей леса и его сложнее обнаружить. Забор вокруг имеется, но от него мало толка, ведь лесные жители проели в нем несколько дыр. Но на благоустройство я не жалуюсь, ведь в моем жилище есть все необходимое для жизни и писательства. Я где-то вычитал, что человеческое тело при разложении выделяет тонну полезных органических веществ, которые прекрасно насыщают почву и служат удобрением для всего, что в ней растет. Так я и решил, что делать с телом. Пришлось разрезать его на небольшие кусочки, чтобы было удобнее закапывать и чтобы хватило на более широкую площадь. И действительно, цветы оказались довольны - они стали еще пышнее и ярче. Этот результат вызвал у меня глубокую зависимость, подобно тому, как люди, увидавшие собственными глазами величественные творения зодчества, воздвигнутые почти за тысячелетие до их рождения, испытывают внутренне отторжение к постройкам современных функционалистов. И теперь я, опьяненный бодрым ростом моих аконитов, одержим идеей их удобрения. Повезло, что время от времени в гущу леса все-таки кто-нибудь да заглядывает. Потерявшийся в кромешной тьме леса одинокий путник может стать очень легкой мишенью: ступает тише охотящегося хищника, озирается по сторонам - ищет спасение. Такого даже пугать своим присутствием жалко: от одного шороха немая походка превратится в звонкий топот, способный пробудить ото сна всю лесную живность. Именно поэтому я использую арбалет; один - два метких выстрела - и готов. Никто из них еще не находил мое заросшее мхом жилище, его просто не видно среди густых деревьев. Я успеваю обнаружить пленника леса до того, как он заметит меня" «17 июня Сегодня ночью я как обычно вышел погулять под мягким лунным светом, но мою идиллию прервала заплутавшая среди высоких дубов девушка. Тут я опешил: она заметила меня и ошибочно решила, что я лесник, который собирается ей помочь. Ступор длился недолго, и скоро наивная девушка лежала на земле, истекая кровью. Я отнес ее в дом и решил сразу же разделать на кухонном столе, чтобы за ночь труп не завонялся. Конечно, в таких миниатюрных дамах маловато питательных веществ, но я не мог отпустить ее живой. Голова, две руки, две ноги и туловище - все, что от нее осталось. Было бы неплохо придумать, как и куда сливать кровь с трупов, а то сил моих нет отмывать обрызганную кухню. Закончив с разделыванием, я поспешил к ручью, чтобы закопать останки. Аккуратно, чтобы не повредить корни, я вырыл шесть ям средней глубины, сбросил в них по конечности и засыпал землей. Под светом луны акониты выглядят завораживающе: их фиолетовые лепестки, обычно сливавшиеся с ночным мраком, налились теплой краской, и казалось, что они поглощают весь свет, который Луна любезно предоставляла лесу. Мне послышалось, что они говорят со мной. Еле уловимый чутким слухом охотника шепот, доносившийся от цветущих аконитов, благодарил меня за заботу. На моих глазах выступили слезы. Эта тайная признательность от главного предмета воздыхания была сравнима с неожиданным признанием о взаимности от давно любимого человека. Я почти потерял связь с реальностью, но тут же собрался и пообещал им, что принесу еще удобрений. Столько, сколько они захотят. Акониты ответили, что моего сегодняшнего подарка им хватит еще на долго, и они желают лишь одного. Чтобы я лично познал всю прелесть энергии, которую дает человеческое мясо, и разделил с ними этот незабываемый момент насыщения. Я совру, если скажу, что никогда не думал отрубить для себя кусочек бедра какого-нибудь аппетитного путешественника. Все-таки лесные обитатели мне порядком наскучили, хотелось чего-то нового. Но меня останавливало то, что этот человек не принадлежит мне. Он собственность тех цветов, растущих у родника. Но раз сегодня они передали мне право обладания лесными путниками, то я не могу отказаться от выполнения их желания." «20 июня Вчера я с ужасом для себя обнаружил, что у меня закончился чай, поэтому мне незамедлительно пришлось отправиться собирать необходимые травы. Был вечер. Солнце мелькало меж деревьев, готовясь скрыться за горизонтом. Из-за этого казалось, будто лес облили золотом, а привычные холодные кроны приобрели теплый оттенок, согревавший глаза. Но погода не была безоблачной, ведь с севера неслись темные тяжелые тучи, которые делили небосвод на две части: светлая, чистая сторона солнца и мрачная и опасная сторона дождевых облаков. Скоро вторая часть все-таки взяла верх, и начался проливной дождь, который сократил видимость в несколько раз, из-за чего мне пришлось задержаться. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, и наступила ночь. Дождь закончился, оставив после себя влагу на листве и запах озона. А я все бродил по лесу, пробираясь сквозь решетку могучих стволов и преодолевая капканы в виде густых корней, выбравшихся из-под земли. Через неизвестное количество времени, хотя мне кажется, что прошло около двадцати минут, я нашел опушку, которую освещал яркий свет луны, только что освободившейся от занавеси оголтелых туч. Ночное светило указало мне на целое поселение кустов мелиссы. "Джекпот", - подумал я и принялся собирать еще влажные листья. Уже дома я вскипятил чайник, заодно согревшись. Листья мелиссы я мыть не стал, ведь дождь уже сделал это за меня. Какой же все-таки чудесный травянистый запах у мелиссового чая! Я так долго держал перед лицом кружку, вдыхая ароматные пары, что чай успел подстыть. "Хотя бы не обожгу язык, как в прошлый раз", - подумал я и сделал глоток. Отвратительно. Я будто выпил жидкой травы, хотя, по сути, так и есть. Никакой уникальности, только неприятный горьковатый привкус на языке. Вот у всех трав есть свой индивидуальный вкус, за который их любят. А что насчет мелиссы? Не побоюсь сказать, что это худший чай за всю мою жизнь. Его можно заваривать разве что для прекрасного благоухания, на большее эта трава не претендует" «21 июня Сегодня был поистине уникальный день, который отпечатается в моей памяти надолго. Утром я проснулся не как обычно от ярких солнечных лучей на своем лице, а от... Стука в дверь... Сначала я подумал, что мне послышалось, и продолжил спать как ни в чем не бывало, но стук повторился. Потом еще раз, и еще. Я почувствовал, как мое сердце отбивало такой же неспокойный ритм, как рука того, кто стоял по ту сторону двери. Я тихо подошел ко входу с кувалдой в руках и застыл, надеясь, что этот кто-то уйдет, но, когда стук снова повторился, я резко дернул ручку, открывая дверь внутрь нараспашку. Стучавший молодой человек испугался громкого звука, хотя, очевидно, только его и ждал. - Доброе утро, извините за беспокойство, - парень на пороге явно нервничал. - Я вчера попал под ливень и заблудился. Я здесь ищу кое-что и был бы очень признателен... - Нет, - я толкнул дверь, чтобы она закрылась. - Постойте же, - парень просунул руку в проем, не давая двери захлопнуться. - Вы моя последняя надежда, помогите пожалуйста, - в этот раз его голос звучал еще более уверенно. - С чего вдруг? - я отпустил дверь и сжал кувалду за спиной. - Я тоже могу вам помочь. Наверняка... - парень бегло осмотрел участок. - Наверняка вам одному тяжело со всем справляться. "Можешь стать удобрением для цветов или моим завтраком", - пронеслось в голове, но озвучивать мысль я не стал, а лишь продолжил изучать довольно приятного на вид незнакомца. Его очаровательные беличьи щеки и щенячьи глаза не позволили мне обнажить кувалду и следом разделаться с ним, как с остальными. Я внимательно наблюдал за движениями его глаз, изучавших то участок, то мою правую руку, спрятанную за спиной. Удивительно, как такой хрупкий на вид парень оказался в гуще леса. - Вот, например, у вас здесь забор поломан, - он подбежал к ограде и указал на дыру в ней. - Я могу починить. Тут почти весь забор не в порядке. А он внимательный, меня действительно до ужаса раздражают эти дыры, ведь через них ко мне часто заходят всякие звери, которых может быть опасно выгонять. - Пока вся ограда не будет целой, ты отсюда не уйдешь. Потом посмотрим. Своевременное решение, о котором я возможно потом пожалею. Но это будет потом, а пока что я хочу посмотреть, как этот парень работает. - Спасибо! - незнакомец сложил ладони над головой и слега наклонился в знак благодарности. - Меня Джисон звать. - Сейчас, Джисон, я тебе инструменты вынесу, - ответил я и зашел в дом. Перед выходом я бросил кувалду за шкаф, чтобы не мешалась. Взяв коробку двумя руками, я открыл ногой дверь и, выглядывая из-за горы инструментов, аккуратно спустился по лестнице. Джисон, увидев меня, подбежал, чтобы перехватить коробку. Наши предплечья на мгновение соприкоснулись, хотя на нем была кофта с длинным рукавом, и парень с грузом на руках убежал к ограде. Я не двинулся с места, так и остался наблюдать за ним, стоя у порога. На самом деле я понятия не имею, как пользоваться всем этим хламом, который называется инструментами, но Джисон выглядел довольно уверенно. Через двадцать минут он заделал самую большую дыру, которой до этого можно было пользоваться вместо входа. Хорошо, что все доски были разбросаны по участку, парню нужно было лишь собрать их и выбрать самые крепкие. После большой дыры он приступил к тем, что поменьше, пока на ограде не осталось ни одной щели. Я не спускал глаз с этого молодого парня не потому, что боялся, что он украдет у меня затупившуюся пилу или разваливающийся молоток. На инструменты мне было все равно. Я не мог оторвать взгляд именно от него. Так задумчиво и усердно работал, что на лбу появились капли пота, а толстовка оказалась закинута на ограду, обнажая ловкие руки парня. Он не выглядел очень крепким, но и тощим назвать его язык не повернется. Всего лишь подтянутый парень, который любит погулять. Совсем один в горном лесу. Хотя, стоит сказать, что периодически просвечивающаяся через тонкую футболку изящная талия этого трудяги заставила пару раз сбиться мое дыхание. Чем больше я в него вглядывался, тем больше он мне напоминал шарнирную куклу: стройные конечности, но крепкая конструкция. - Я закончил, - измотанный парень забрал свои вещи и подошел к лестнице. Я молча развернулся и зашел в дом, а Джисон последовал за мной. - Там душ, - я указал на дверь в конце коридора, а сам пошел на кухню. Надеюсь, он сам разберется. В импровизированном холодильнике мяса хватит нам обоим, но лишь на завтрак и, может быть, обед. Сегодня точно придётся сходить пострелять и собрать грибов. Хотя бы чая у меня достаточно… К моменту, когда я подогрел нам завтрак, Джисон вышел из душа и, видимо, по запаху добрел до кухни. - Ты сказал, что что-то ищешь, - спросил я, лишь бы разбавить неловкую тишину. - Да, на самом деле я ищу кое-кого. Женщина лет пятидесяти пришла ко мне и начала умолять найти ее дочь, которая не вернулась из леса. Я сначала отказался, но она была непреклонна. - Почему именно ты? Вроде не похож на сыщика, да и поисковой собаки с собой нет. - Я подрабатывал личным детективом и однажды помог этой семье. Для меня это всего лишь обязанность, но та тетка все никак от меня не отставала. Жаловалась по каждому поводу, решив, что я всемогущий. Она настолько проела во мне желание заниматься расследованиями, что я закрыл свое агентство и заблокировал ее номер, - Джисон тяжело вздохнул, ковыряя заячье бедро. - А она все равно меня достала! Мол, найди мою дочь, ты же помнишь ее, знаешь, как выглядит. - Ты не думал просто избавиться от нее? - я был настолько увлечен поеданием белки, что не поднял взгляд на собеседника. - Так я как раз-таки и пытался. Заблокировал... - Нет. Я имею в виду, избавиться на совсем. Ты же юрист, наверняка мог бы незаметно ее убрать. - Вот именно, что я юрист! Я не могу просто взять и убить клиента. Какой из меня тогда детектив? - он оторвался от тарелки и посмотрел на меня. - Она же мешала тебе работать. Если бы не она, ты бы помог большему количеству людей. А из-за нее тебе пришлось совсем свернуть бизнес. Всего лишь одна жертва ради сотни клиентов, - для большей убедительности я тоже посмотрел на него. - Нет, я так не могу, - Джисон опустил глаза и снова принялся ковырять зайца. - Твое право. Так бы сейчас сидел в своем офисе и ел завтрак из доставки, а не торчал среди леса, - от белки осталась лишь горка костей. - Зато она сказала, что хорошо заплатит. - И это стоит того? - я встал из-за стола, выбросил остатки в окно и отнес тарелку в раковину. - Надеюсь, - он тоже закончил и полностью повторил мои действия. Я отправил Джисона в комнату для гостей. Хотя бы теперь это бесполезное раннее помещение нашло себе применение. Насчет охоты. Мы договорились пойти вместе через два часа, когда жара начнет спадать, но солнце еще будет светить достаточно ярко, чтобы разглядеть мелких белок на деревьях. А пока я пишу все, что произошло сегодня. Благо, времени у меня достаточно. Теперь я даже не знаю, продолжу ли писать, ведь единственной причиной, по которой я это делал, являлось то, что мне не с кем было поговорить." P.S. Ли Минхо все же бросил писать в своем дневнике за неимением весомых причин. В назначенное время двое вышли из дома, вооружённые арбалетом, кухонным ножом, рюкзаком-контейнером для тушек и глубокой корзиной. Джисон понятия не имел, что им предстоит делать, он лишь озирался по сторонам в поисках грибника или ягодного куста. Естественно, что горожанин никогда прежде не был на охоте, ведь зачем ему марать руки, если есть супермаркет? Пока Джисон витал в облаках, Минхо ловко попал в пробегавшую мимо лисицу. Животное преодолело еще пару метров, а после обессиленно свалилось на землю. - Ты когда-нибудь ел лису? - обеспокоенно начал Джисон. - Мне казалось, что они несъедобные. - От безысходности ты и человека съешь. Так что лиса очень даже неплохой вариант, - Минхо достал стрелу из тела зверя и положил тушу в контейнер. - Я однажды был в Дании на лисьей ферме. Там мне и рассказали, как обращаться с этими рыжими животными. Не самый лучший вариант, ну хотя бы не голодная смерть. Парни продвигались все глубже в лес, а в Джисоне накапливалась тревога от возможности заблудиться в незнакомой местности или того хуже - встретить медведя. Именно поэтому он ни на шаг не отставал от своего путеводителя и жадно хватался взглядом за каждую деталь леса, пытаясь запомнить дорогу. Кстати, с помощью его зоркого глаза парням удалось обнаружить раскидистую яблоню, увешанную плодами. Не хватило бы и десяти корзин, чтобы собрать все, поэтому они наполнили доверху то, что было. Возвращались они уже затемно, пробираясь сквозь толстые деревья, уникальность которых все-таки испарилась из памяти Джисона, так усердно пытавшегося их различать. Да и что теперь можно разглядеть в темноте? Лишь спина Минхо, виднеющаяся где-то впереди, и тусклый лунный свет, еле пробивавшийся сквозь густые кроны. Тут Джисон неожиданно для себя нащупал в кармане тот самый нож, которым его недавно почетно наградили и отправили на охоту. А ведь у него даже не было возможности им воспользоваться. Парень вынул лезвие из кармана и расположил его перед лицом, чтобы в нем отражался едва уловимый лунный свет. Тут Джисон заметил в отражении чей-то взгляд и повернулся в нужную сторону. Он закаменел, глядя в мертвое лицо дочки его заказчицы, стоявшей посреди цветника, укрывавшего ей по колено ноги. Волосы девушки, заброшенные на плечи, слиплись от ее собственной крови и лесной грязи, раскрасившей ей еще и когда-то белоснежное платье. Позади нее протекал ручей, отражавший луну, будто специально освещавшую именно это место. Девушка смотрела исподлобья, также, как и дюжина других мертвецов, расположившихся на поляне у воды. Они стояли хаотично, но позы у них были абсолютно идентичны: прямые руки, ровная спина и слегка опущенная голова. В Джисоне, казалось, жили только глаза: до смерти напуганный взгляд бегал по каждому лицу, пытаясь уловить хоть какое-то движение мышцы, хоть малейшую эмоцию, но мертвецы лишь излучали колющий холод, превративший парня в ледяную глыбу, не способную пошевелиться. Джисон почувствовал резкую нехватку кислорода, будто лед уже подобрался к его груди и был готов перекрыть горло, задушив парня. Представшая перед ним картина выглядела в точности, как забытое кладбище, на котором никто сотню лет не вырывал траву, но только вместо могильных плит стояли бледные измученные тела тех, кто должен был быть здесь похоронен. Сердце уже готовилось выпрыгнуть из груди, как кто-то дважды пальцем легонько коснулся плеча Джисона. Парень, вскрикнув, резко обернулся, но никого, кроме высоких деревьев, не обнаружил. - Ты там медведя что ли увидел? - почти крича, спросил Минхо, стоявший в паре десятков метрах от Джисона. Джисон, держась за грудь с ножом в руке, жадно глотал воздух и все-таки обернулся на освещенную поляну. Ни души. Он, словно освободившись от оков, поспешил догнать Минхо и спрятать нож туда, откуда он его достал. - Ты язык проглотил? - без капли раздражения в голосе спросил Минхо. - Просто показалось, - ответил Джисон. - От простого видения ты бы не сбил дыхание настолько, что чуть не свалился на землю, - Минхо остановился, развернул одной рукой парня напротив, а другой растянул кожу вокруг его глаза, прищуром вглядываясь в темноту чужих очей. Лицо Минхо на мгновение выразило глубокий ужас, но тут же снова сделалось серьезным. - Твои зрачки размером с острие иголки, а кожа холодна, как лед, - он опустил ладонь на щеку, чтобы удостовериться. - Только не говори, что ты торчок. - Ты серьезно? - это последнее, что Джисон ожидал от него услышать. - Да ладно, я шучу, - он снова развернулся и продолжил идти по тому же пути. - Надеюсь, ты все же расскажешь, что там увидел. Не получив ответ, Минхо взял парня за запястье, чтобы тот точно не потерялся, и быстрее зашагал в сторону дома. Остаток пути они провели в тишине. Добравшись до дома, парни поспешили приготовить то, что только что добыли. Джисон решил не оставаться в стороне и взял на себя бОльшую часть того, что им нужно было сделать. Пока он заканчивал готовить, Минхо ушел куда-то вглубь дома по неизвестным Джисону делам, поэтому парень решил начать ужинать самостоятельно. Он доел быстрее, чем вернулся Минхо, и тут же поспешил на улицу. Там у него было неотложное дело. Джисон соврал о том, почему он оказался в лесу. Но лишь отчасти. Никакой он не детектив, а простой шаман, которого очень заинтересовал данный лес, вокруг которого ходило множество слухов. Дело в том, что в нем пропадали люди, и никто не мог или не решался найти виновника. Джисон узнал всех пропавших в тех лицах под луной в цветнике, именно их фотографии были расклеены по городу. Сейчас он занимается тем, ради чего сюда пришел - проводить обряд по изгнанию злого духа. Он собрал все необходимое и вычислил того самого духа. Он стоит среди деревьев в паре сотен метров от Джисона, но парень хорошо его видит. Джисон знает, что тот, кто коснулся его плеча, сейчас смотрит на него также, как Джисон смотрит на него. По мере проведения обряда дух подходил все ближе и ближе, но парень не отвлекался и сосредоточенно следовал инструкции. Перед тем, как потушить костер, завершив обряд, Джисон на секунду обернулся, чтобы в последний раз посмотреть на виновника торжества. Он стоял вплотную по другую сторону забора, а лепестки костра освещали его лицо - немного вытянутый череп какого-то рогатого животного. Очевидно, что статичное лицо из кости не может выражать эмоций, но Джисон прочитал в этих пустых глазницах какое-то умиротворение, смешанное со смертельным унынием. Парень потушил костер, и дух исчез. Навсегда. Довольный выполненной работой, Джисон вернулся на кухню, где Минхо только что допил мелиссовый чай, который уже не казался парню столь отвратительным. Он был занят уборкой, поэтому не заметил присутствие еще одного человека и продолжил аккуратно раскладывать посуду в шкафчики. Джисон наблюдал, как Минхо с машинной точностью кладет тарелки одну за другой таким образом, что они еле слышно терлись друг об друга, не издавая звона. Взяв всю стопку, он поднял ее над головой, чтобы поставить в верхний шкафчик, и как только его руки приземлили посуду, Джисон промелькнул сзади и обнял хозяина дома со спины. Минхо, на мгновение испугавшись, сжал руки, обвившие его талию, и развернулся. Он не мог понять, что говорили ему глаза напротив, но и спросить не хватило духа. Так, ведомый лишь своими догадками, Минхо подтолкнул Джисона назад, крепко поддерживая за спину. Парень потерял равновесие и рефлекторно схватился за край стола, стоявшего позади. Хозяин дома подошел ближе, не оставляя Джисону выбора, кроме как залезть на стол. Положив одну руку на талию, а другой придерживая затылок, Минхо уже вплотную приблизился к лицу напротив и мог ощущать на щеке чужое щекочущее дыхание. Такая незапланированная и, возможно, преждевременная близость напрочь затуманила обоим парням рассудок, они оба вели себя не как прежде: что-то изменилось в них за этот вечер. Джисон был доволен выполненным заданием и чувствовал себя как никогда свободно, даже страшная картина из мертвых тел не могла перекрыть его искрящиеся настроение своими мрачными цветами, ведь мозг парня благополучно стер ее из памяти. Что же случилось с Минхо, Джисон мог только догадываться. Возможно, он просто давно ни с кем не общался, поэтому странно себя ведет. Джисон первый подался вперед, впиваясь в чужие приоткрытые губы и обвивая шею. Минхо тут же ответил и потянулся вслед за опускающимся на спину Джисоном, не разрывая их губ. Когда парень снизу оказался лежащим на деревянном столе, Минхо приподнялся на руках и посмотрел в глаза напротив. Теперь он увидел в них блеск и искреннюю радость, подкрепленную широкой улыбкой, демонстрирующей белоснежный ряд зубов. Минхо сам ненароком улыбнулся, глядя на разбросанные по столу слегка кучерявые волосы и открытую чистую шею. Не теряя ни секунды, он опустился к ней и принялся осыпать своими поцелуями, заставляя партнера дышать быстрее. Джисон, не зная куда деть руки, зарылся ими в чужие волосы и периодически сжимал или тянул их, прикрывая глаза от удовольствия, доставляемого чужими губами, касающимися его ключиц. Минхо принялся покусывать кожу, переходя к мочке уха и заставляя Джисона поскуливать и дергать пальцами на ногах от каждого касания. Он почти простонал, когда холодная рука Минхо нырнула под его футболку и коснулась горячей кожи. Почувсвовав чужие пальцы на своей груди, Джисон уже не мог сдержаться закусыванием губы: предательский звук все-таки вырвался из его горла, парень тут же прикусил свое запястье. Но Минхо его перехватил и сжал между деревом и своей ладонью. - Так что ты видел там, в лесу? - Минхо задал этот вопрос чуть ли не в губы Джисону - Я нашел ее, - парень притянул собеседника еще ближе за волосы, чтобы ответ был слышен лишь ему одному. - И где же? - нахмурившись, спросил Минхо. - Она умерла, - спокойно ответил Джисон, накручивая волосы Минхо на палец. - Я нашел ее вещи. То, что от нее осталось. - И ты их не забрал? - А зачем? - Доказательство ее смерти. - Она и так мне поверит, - Джисон широко улыбнулся, не оголяя зубы и поднимаясь на локтях. - Все же не очень убедительно. Утром Джисон проснулся от полной тишины, угрожающе витавшей в доме. Обойдя все помещение, Минхо он не нашел, поэтому все-таки решился зайти в его комнату, на всякий случай закрыв дверь. Там тоже никого не было, зато стол выглядел так, будто кто-то в спешке заканчивал работу и даже не удосужился разложить вещи и задвинуть стул перед уходом. Джисон с интересом разглядывал тетрадь, не решаясь взять ее в руки. "Я не смог уснуть сегодня ночью из-за доставших меня кошмаров. Я думал, что с появлением человека в моей жизни я наконец-таки избавлюсь от этого нагнетающего чувства, но они вцепились в меня своими корнями, обвив тело целиком. Я ошибался. Не стоило мне идти навстречу тем уродливым цветам у ручья, не стоило мне с ними говорить, тем более не стоило приносить им жертвы. Почему я был так слеп и сразу этого не понял?! Черт бы меня побрал отвечать им в ту ночь! Теперь их голос в моей голове постоянно... А я ведь действительно хотел убить Джисона вчера, когда мы возвращались с охоты. Удобный случай - недалеко от цветника. Но я увидел их - глаза этого парня, только что смотревшие в сторону того самого места. Не знаю, что он там увидел, но видимо акониты дали ему понять, что та, которую он ищет, мертва. Боже, я никогда прежде не видел столь дикого ужаса в чьем-то взгляде. В тот момент меня будто током прошибло: «Что я творю?». Почему-то до этого я ни разу не задавался этим вопросом. Что же я в них тогда такого нашел? Малюсенькие лепестки, еле видные на фоне раскидистой зелени. Подумаешь! В лесу тысячи подобных картин. Почему же я решил, что их жизни стоят дороже жизней тех бродяг? Почему Джисон должен умирать из-за них? *нечитаемое предложение из-за мокрых разводов* Нет, я не верю, что это я мог их убить! Меня подставили, мной управляли, но это был не я! Господь Бог мне судья, уж он-то точно знает, что я невиновен! Да, убийство того городского ублюдка было полностью осознанно и оправдано, у него не было права оставаться живым, но в чем провинились остальные? Я не могу позволить Джисону пострадать от своих рук, пусть и управляемых этими ужасными растениями. Он не заслуживает такого конца, я не хочу, чтобы он погиб. Мы только сблизились, и мне кажется, что мои чувства оказались взаимны. Я не могу позволить аконитам лишить меня такого подарка судьбы. Я не могу позволить аконитам лишить Джисона жизни. Я могу это исправить. Я могу сгладить свою вину и предотвратить последующие смерти. Решено. Я прямо сейчас иду и уничтожаю весь цветник, не оставляя ни одной травинки." Джисон закончил читать и задумчиво отвел взгляд. Это значит, что обряд, который он вчера провел, был бесполезен? Кого же тогда он изгнал? Неужели злой дух – это цветы? Нет, такого не может быть, дух может вселиться лишь в физическое тело человека. Тогда получается, что у него вовсе нет оболочки или он контролировал разум Минхо. Или все еще контролирует. Размышляя над этим, парень повернулся к двери и опешил. - Давно ты тут стоишь? - вырвалось изо рта Джисона, не смеющего сделать лишнее движение. - Минут пять, - тон Минхо звучал, как вчера с утра. Это не был тот человек, который несколько часов назад целовал его плечи. Джисон чувствовал от него лишь угрозу, хотелось разбить окно и убежать, но навряд ли он пролезет через крестообразную раму. - Ты так тихо зашел, - Джисон в ужасе перевел взгляд на правую руку Минхо, которой он крепко держал кувалду. - Просто ты слишком увлеченно читал, - он начал приближаться. Джисон судорожно озирался по сторонам в поисках спасения, но смерть неторопливой поступью сокращала расстояние. Нож в кармане. Джисон нащупал тот самый нож, который вчера ему дал Минхо. Когда тот оказался совсем близко и уже поднял кувалду для замаха, Джисон ловко обнажил холодное оружие и со всей силы начал наносить удары человеку напротив. Первый, второй, третий, один в правую руку, затем в левую, в грудь, в печень, по ногам, шее… Джисон не оставил на нем здорового места. Он несколько секунд смотрел на мертвое тело и, убедившись, что Минхо не дышит, выбежал из комнаты, чтобы забрать свои вещи и свалить отсюда как можно скорее. Хорошо, что времени разобрать рюкзак у него особо не было, и оставалось лишь положить туда пару вещей. Джисону действительно обидно. Не только потому, что он ошибался, и не потому, что возможно убил невиновно. Главной причиной была вынужденная оборона от духа, в результате которой ему пришлось убить Минхо. Все-таки его записи оставили отпечаток в душе Джисона, он испытывал искреннее сочувствие этому парню, а сердце разрывалось от несправедливости. Он еще раз убедился, что либо Бог полный засранец, либо его вовсе не существует. Застегнув последнюю молнию, Джисон поднял рюкзак и развернулся к выходу. Последнее, что он увидел перед смертью - истекающий кровью Минхо с блестящими от слез глазами, занесший кувалду за голову. *** - Сюда, я, кажется, что-то нашел! - кричал румяный парень, только-только устроившийся в полицию. Двое опытных полицейских с собаками поспешили на зов их товарища. - И что же ты нашел? - Банчан всматривался в черное пятно, лежавшее под забором какого-то лесного дома. - Он погиб, - заключил Феликс. - Но у него с собой есть какая-то записная книжка. Хотите прочту? Оба спутника утвердительно закивали. "Я знаю, что в этом лесу творится что-то нехорошее, злой дух завладел этими деревьями и всеми обитателями. Даже не знаю, справлюсь ли я с ним в одиночку, но обещаю, что сделаю для этого все возможное. Если вы это читаете, значит, я проиграл. Ян Чонин." Феликс еще раз сожалеюще оглядел мертвеца и заметил недалеко от него череп какого-то животного. - И что это значит? Его убил злой дух? - насмешливо спросил Сынмин. - Видимо, он носил это на голове, - Феликс примерил на себе маску трупа. - Фу, сними это, - Сынмин брезгливо замахал руками. – Он наверняка ничем его не обрабатывал. - Надо пойти дом проверить, - напомнил Банчан, когда одна из собак звонко залаяла в сторону жилища, срываясь с поводка. Парни вошли в незапертую дверь, пуская собак вперед. Животные разделились: одна повела хозяина вглубь дома, а другая в комнату недалеко от входа. Впрочем, картины они увидели схожие: много крови, но ни одного тела. - А вот и орудие, - Сынмин в перчатках поднял окровавленный нож и положил его в герметичную коробку для улик. - Я тоже кое-что нашел, - Банчан принес кувалду, завернутую в прозрачный пакет. - Куда могли деться тела? - Сынмин серьезно задумался. - Столько крови... Жертва не могла остаться в живых. - Нужно проверить все снаружи, - сказал Феликс и вышел из дома. Парни следовали за своими псами, которые вели их куда-то вглубь леса. Скоро они дошли до скромного водоема, заросшего травой. - Осторожно, - Сынмин протянул руку, останавливая спутников, и натянул поводок собаки, чтобы она не убежала. - Это ядовитые цветы. Ими даже дышать опасно, а здесь в глуши нам никто не поможет. Тут собаки громко залаяли в сторону цветника, но не решались подойти ближе. - Я схожу проверю, - Феликс закрыл себе нос и рот футболкой и пошел вглубь зарослей. - Хотя бы ты не ходи, - сказал Сынмин Банчану. - Здесь двое! - закричал Феликс. - Иду! - Банчан последовал за новичком. - О Боже, ну удачи составить компанию тем двоим, - Сынмин сложил руки и недовольно посмотрел на товарищей. - Ладно, иду. Открывшаяся парням картина не укладывалась у них в головах. Они молча смотрели на нее, не решась произнести ни слова. - Как он мог с такими ранениями пройти около километра? - Банчан озвучил мысль, застывшую в мыслях всех присутствующих. - У него минимум десять ножевых ранений... - Судя по всему, он еще и убил второго, - в ужасе заметил Феликс, - У него на голове след от той кувалды. Вернее, на том, что осталось от его головы. Череп парня был проломлен тяжелым предметом, а лицо превратилось в кашу. Одна рука была безжалостно оторвана, остальное тело не пострадало. - Он еще и весит килограмм шетьдесят пять, его нужно было как-то донести сюда, - сказал Сынмин. - Может им помог третий человек? - предположил Сынмин. - Точно не тот, что лежит под забором, он умер раньше, - заметил Феликс. - Кто-то нашел вторую руку?, - спросил Банчан, шарясь в траве. Парни огляделись по сторонам, но ничего не нашли. Одна из собак, все-таки решившаяся зайти в заросли, принесла Сынмину большую кость. - Какого хрена... - Сынмину не потребовалось много времени, что идентифицировать плечевую кость. - Посмотрите, у него на зубах остатки мяса, - показал Феликс и посмотрел на остальных. В головах парней синхронно сложилась картина произошедшего, заставившая пробудиться тайный страх, такой чуждый холодным сердцам полицейских. Ведь даже самому неопытному из них было очевидно, что ни человек, ни любой из обитателей леса на такое не способен.