Зарисовка по азуртаймам

Это был обычный вторник. Никаких особых дат, никаких поводов. Просто серое утро за окном, каша на завтрак и Ту-Тайм, который в сотый раз пытался научить Плюшика сидеть ровно. — Если ты будешь падать, как ты защитишь меня от ночных кошмаров? — строго выговаривал он пингвину, ставя его на комод. Азур наблюдал за этим со стороны, попивая кофе. В руке он прятал нечто за спиной — то, что купил час назад, пока Ту-Тайм еще спал, раскинувшись звездой на всей кровати. — Ту-Тайм, — позвал он спокойно. — А? Я тут воспитываю бойца! — Ту-Тайм обернулся, и в этот момент Азур протянул ему букет. Не огромный, не пафосный. Просто горсть полевых цветов — васильки, ромашки, какие-то нежные колоски, перевязанные простой бечевкой. Они пахли летом и свободой, даже здесь, в четырех стенах их квартиры. Ту-Тайм замер. — Это... — он моргнул, будто не веря глазам. — Это мне? — Нет, Плюшику, — ровно ответил Азур, но в уголках губ уже пряталась улыбка. — Конечно тебе. Ту-Тайм взял букет так осторожно, будто это были не цветы, а хрустальные бабочки. Он уткнулся в них носом, вдохнул запах, и вдруг его глаза стали огромными и влажными. — Ты чего? — Азур чуть напрягся. — Не нравится? — Нравится, — голос Ту-Тайма дрогнул. — Просто... мне никто никогда не дарил цветы. Просто так. Азур выдохнул. Подошел ближе, обнял вместе с букетом, прижав к себе. — Значит, буду дарить. Часто. Ту-Тайм шмыгнул носом и уткнулся лбом ему в ключицу. — Ты дурак, Азур. — Знаю. Они стояли так посреди комнаты — Азур с кофейной кружкой в одной руке и Ту-Таймом в другой, Ту-Тайм с букетом, прижатым к груди, и Плюшик, который наконец перестал падать, наблюдая за этой сценой с комода. Весь день цветы кочевали по квартире. Сначала они стояли на подоконнике, потом Ту-Тайм переставил их на стол, потом — на тумбочку у кровати, чтобы видеть первым делом утром. — Они завянут, — заметил Азур, наблюдая, как Ту-Тайм в сотый раз поправляет букет. — Завянут, — согласился Ту-Тайм. — Но я запомню. А вечером, когда они уже лежали в темноте, Ту-Тайм вдруг сказал в тишину: — Знаешь, я, наверное, тоже хочу тебе что-то подарить. Но не знаю что. — Ты уже подарил, — ответил Азур, притягивая его ближе. — Что? — Себя. И прежде чем Ту-Тайм успел возмутиться, что это «не считается», он уже сопел, убаюканный теплом и запахом полевых цветов, которые все еще стояли на тумбочке, охраняя их сон.