Благородный разбойник

Моргана чувствует холод, её пробивает дрожь. Рядом, в клетке, сидит Гвен. Служанка крепко держит её за руку, жмётся к плечу и дрожит… дрожит всем телом. Они обе напуганы, обе растеряны. Но, в отличие от Гвиневры, Моргана держится холодно, упрямо давит подступающее отчаяние в душе и не выказывает страха. Она не собирается подчиняться пленителям, не собирается уступать им. Разбойники не увидят в её глазах ужаса, а в осанке — покорности. Она не доставит им подобного удовольствия! Девушка сжимает руки в кулаки, так сильно, что ногти впиваются в ладони. Шумно выдыхает и почти рычит, яростно зыркая на разбойников. Гвен вздрагивает, но не отстраняется. — Не надо, — шепчет служанка, — не сейчас. — Нужен план, — вторит ей Моргана, грозно и едва различимо. Гвен молчит, только качает головой и бросает испуганный взгляд на дежурившего подле клетки разбойника. Стражник — тощий, словно жердь, в худенькой кольчуге поверх гамбезона — не выглядит грозно, не кажется страшным. А вот меч и кинжал, заткнутый за пояс — вполне! Разбойник сидит на земле, навалившись спиной на дерево. Он кажется спокойным, умиротворённым, немного пьяным. В его фляге, думается Моргане, что-то крепче воды! — Не бойся, — обнимая подругу за плечи, тихо шепчет Моргана, — он тебя не тронет. Никто из них тебя не обидит. Верь мне, Гвен! И, будто распознав её шёпот, разбойник вскидывает голову. Взгляд скрывает тень, на губах играет улыбка, хитрая, хмельная. Мужчина громко икает, прикладывается к пойлу и, шумно выдохнув в сальный рукав гамбезона, начинает напевать омерзительно пошлую песню про пьяную Мэри. Моргана морщится и отворачивается, сосредотачивая взгляд на своих коленках. Этот вид кажется ей намного приятнее грязного, небритого лица разбойника! Клетка с девушками и прилагающимся к ним стражником стоит на окраине поляны в тёмном лесу. Чуть в стороне привязаны лошади. В центре — костёр, а вокруг него — десяток подвыпивших разбойников. Мужчины разной степени отвратительности и безобразности громко хохочут, отпускают пошлые шутки и делятся грядущими планами. Они пьют, много и практически без остановки. Моргана украдкой наблюдает за ними, следит, слушает. Из обрывков разговоров разбойников девушка узнаёт, что те везут их к Хенгисту, в замок Глостер. Это плохо! Хенгист — бандит и работорговец, враг Утера и всего Камелота. И это ещё ужаснее! Страшно представить, на что способен такой человек и что тот сделает с подопечной ненавистного короля. Повезёт, размышляет Моргана, если просто затребует выкуп золотом! От мрачных мыслей девушку отвлекает шорох, тихий, едва различимый для слуха. Она вздрагивает и резко вскидывает голову. Моргана не спешит оборачиваться, не торопиться искать источник шума. Вместо этого она замирает, затихает и вся обращается в слух. Гвен, словно чувствует повисшее в воздухе напряжение, и, уподобившись Моргане, старается не дышать. Их осторожность оказывается вознаграждённой, когда за спинами девушек, в опасной близости от клетки, хрустит ветка. Моргана выпрямляется и оборачивается к стражнику. Тот не замечает вторженца, кем бы тот ни был, и продолжает одиноко пьянствовать, бросая тоскливые взгляды на общее сборище. Девушка чувствует, как учащается дыхание, как заходится в бешеном ритме сердце. Что это? Спасение, или, быть может, окончательная погибель? Подкрепление разбойникам, или помощь для пленниц? Она не позволяет себе развивать эти мысли, искать ответы, тешиться надеждами. Моргана медленно, несмело поворачивает голову и бросает короткий взгляд через плечо. Всего мгновение, но этого хватает, чтобы различить тень чужого присутствия. Девушка чувствует на себе его взгляд, испытующий, пронизывающий, колкий. Она дёргает плечами в попытке избавиться от наваждения, сбросить его. Но ничего не выходит! Неизвестный продолжает глядеть ей в спину, продолжает таиться в тенях и прятаться в темноте. Гвен не видит его, не чувствует. И Моргана, признаться честно, завидует её неведению. Выдерживать взгляд неизвестного чужака становится невыносимо. Она ёрзает на месте, вытягивает ноги и тут же, когда ночной холод касается обнажённых лодыжек, подгибает обратно. Девушка теряет спокойствие, лишается самообладания и едва сдерживает крик, когда тёплая, мужская ладонь касается её руки. — Тише, — доносится до ушей Морганы глухой шёпот. — Я не враг вам, миледи. Она оборачивается к неизвестному, но, как и прежде, видит лишь тень, лишь силуэт. Отблесков пламени костра не хватает, чтобы высветить фигуру их… спасителя?.. — Кто вы? — спрашивает Моргана, чувствуя, как смещается Гвен и закрывает их с незнакомцем от подвыпившего стражника. Девушка испытывает гордость за подругу и уважает её смелость. Кажется, их дружба уже давно перешагнула тот рубеж, когда чтобы понять друг друга, оценить обстановку и принять правильное решение, нужны объяснения и просьбы, обличённые в слова. Теперь им достаточно одного лишь жеста, вздоха, взгляда. И это, думается Моргане, просто прекрасно! — Неравнодушный прохожий, — отвечает он и в его голосе слышится усмешка. Моргана ощущает тепло, разливающееся в груди, поддержку, расправляющую плечи. Девушка прикрывает глаза и выдыхает. — Вы один? — шепчет Моргана, позволяя ноткам надежды просочиться в голос. — Один, — он кивает в ответ, девушка не видит этого, лишь чувствует. — А их?.. Сколько? — Десять, — торопливо проговаривает Моргана, но тут же, оглянувшись на разбойника-стражника, исправляется: — Одиннадцать. И в этот самый момент она понимает, что один воин, каким бы смелым, отважным, умелым и ловким тот ни был, не сможет ничего противопоставить ораве бандитов. Это просто невозможно, нереально! Надежда гаснет в её груди, она чувствует это, ощущает, как теплота в сердце сменяется трепетом и дрожью. Моргана вздрагивает, когда по щеке скатывается одинокая слезинка, холодная и солёная. Что-то надламывается в ней и она едва сдерживается, чтобы не разрыдаться в голос. Её надежды рушатся, осыпаются прахом. Страх захватывает девушку, накрывает с головой и просачивается в образовавшиеся бреши её защиты. Она дрожит, не от холода, а от захватившего душу ужаса. Нет больше и невыносимее потери, чем потеря надежды! — Спокойнее, миледи, — глухой шёпот неизвестного вновь вырывает её из плена дурных мыслей. И только теперь девушка осознаёт, что всё это время мужчина держит её за руку, аккуратно сжимая ладонь. Его рука тёплая, мозолистая, большая. И она, эта самая рука, удерживает Моргану на краю пропасти, не даёт пасть, не позволяет раствориться в тревогах и страхах, терзающих душу. — Вы один, — Моргана не спрашивает, утверждает. — Один, — его ответ, несмотря на надежды девушки, не меняется. — Не волнуйтесь об этом, — в его словах слышится усмешка. — Мне хватит сил разобраться с десятком нетрезвых разбойников. — Самоуверенно, — тихо роняет Моргана. — Это правда, — пожимает плечами неизвестный. Опять же, она этого не видит, чувствует. Моргана качает головой. — Надеюсь, у вас есть план, — говорит она. Мужчина молчит, не отвечает, только чуть сильнее сжимает её ладонь и, наконец, отпускает. Моргана теряется, когда перестаёт чувствовать тепло его руки. Девушка порывисто оборачивается, проходится взглядом по теням, ищет его силуэт, сокрытый в темноте ночи, и не находит. Неизвестный пропадает, исчезает также неожиданно, нежданно, как и появляется! — Что?.. — выдыхает Моргана. — Миледи! — вторя девушке, тоненько вскрикивает Гвен. Моргана оборачивается, вытягивает шею и смотрит туда, куда направлен взгляд подруги. В нескольких шагах от клетки стоит он, неизвестный. Не скрывается в тенях, не таится в темноте, в тишине, а красуется на свету, в отсветах пламени костра. Она видит только его спину, широкие плечи, худую фигуру, завёрнутую в походный плащ из чёрного, плотного материала. Голову мужчины покрывает капюшон. — Ты ещё кто такой?! — кричит старший разбойник, чьего имени Моргана не помнит. Он вскакивает на ноги, обнажает меч и, чуть качнувшись, выступает на встречу неизвестному. Мужчина молчит, не отвечает и, как кажется Моргане, даже не шевелится. — Парень, — говорит другой разбойник, выступая из-за спины главаря, — ты обстановку-то улавливаешь? Понимаешь, кто перед тобой? Вопрос бандита — пухлого и грузного — сопровождается смехом, громким, раскатистым. Разбойники веселятся, хохочут, сверкают редкими, гнилыми зубами и пьют. Даже в присутствии неизвестного они не оставляют праздного настроя. — Как тебя зовут? — задаёт новый вопрос старший разбойник. — Откуда ты? И куда направляешься? Неизвестный не отвечает. Он переступает с ноги на ногу, оборачивается к клетке и Моргане, наконец, представляется шанс рассмотреть его. Половина лица мужчины — подбородок, губы, нос — скрыта платком; волосы и лоб — капюшоном. Ей видны только его глаза, глубокие и притягательные. Их взгляды пересекаются, и Моргана ощущает поддержку, видит его силу и понимает — слова незнакомца не пустое бахвальство. — Странно, — выдыхает он, оборачиваясь к разбойникам, — я думал, что невольничье ремесло запрещено на землях короля Утера, — мужчина отступает на полшага и накрывает ладонью эфес меча, висящего на поясе. — Не пойму, — фыркает старший, — ты глупец, или, быть может, храбрец? — Иногда, — говорит неизвестный, — это одно и тоже. У Морганы перехватывает дыхание, отчаянный крик застревает в горле, когда один из разбойников обнажает меч и бросается вперёд. Атака сопровождается громким хохотом. Их спаситель — Моргана решает именовать неизвестного именно так — отступает в сторону и уклоняется от выпада врага. Он ставит подножку и разбойник падает, вспахивая носом землю. Бандит пьян… слишком пьян, чтобы встать на ноги и продолжить поединок. Мужчина поднимает меч противника и отбрасывает его в сторону. Он оборачивается к разбойникам и спрашивает, чуть насмешливо и дерзко: — Кто следующий? Звук его голоса не успевает стихнуть в ночи, как бандиты бросаются вперёд, всей оравой. Мужчина обнажает меч и занимает оборонительную позицию. Он отражает первый удар, уходит от второго и отклоняет третий. Схватка быстро, стремительно набирает обороты. Разбойники бросаются на своего противника по очереди, друг за другом, словно свора собак. Они окружают его, берут в кольцо. А тот, вместо того чтобы отступить, держится расслабленно и спокойно. Он не паникует, не теряет терпения и не бросается в бой. Неизвестный выжидает, следит за движениями противников, склонив голову к плечу. После первой волны атак на ногах остаются шестеро — спаситель и пятеро разбойников. Остальные повержены, но не убиты. Они лежат на земле, кто без сознания, кто не в силах подняться. Последние стонут от боли и плюются проклятьями. Моргана не отводит взгляда от неизвестного. Он держится спокойно, непоколебимо, словно скала посреди бушующего шторма. Мужчина не атакует сам, только защищается. Он уходит от ударов, уворачивается и заставляет своих противников ошибаться. Неизвестный использует силу разбойников против них самих и побеждает их, будто играючи. Девушка восхищается его техникой, его движениями, его стилем. Она впервые наблюдает за таким поединком, не рыцарским, не турнирным, не дуэльным. Это что-то иное, что-то до обыденного простое и одновременно с тем не достижимое для понимания. Моргана следит за движениями спасителя и с удивлением отмечает, насколько свободно тот держится в бою. Он словно предугадывает, предсказывает атаки и спокойно уворачивается от них. Это похоже на танец, завораживающий и опасный! Наконец, настаёт момент, когда мужчина атакует сам. Ступает вперёд. Отклоняет чужой клинок и замахивается своим. Точный рубящий удар и его противник падает наземь. Остаются трое — старший разбойник, их стражник и спаситель. Моргана чувствует, как Гвен сжимает её руку. Она приобнимает девушку за плечи, притягивает к себе. Все звуки в одночасье стихают. Моргана отчётливо слышит стук собственного сердца, которому вторит сердцебиение Гвиневры. Девушки замирают в ожидании окончания битвы. — Он ведь победит? — шепчет Гвен. Моргана не отвечает, лишь коротко кивает и крепче обнимает подругу. Она понимает — их судьба решится в следующие минуты. Будут ли они спасены, или останутся пленниками в клетке. — Кто ты? — спрашивает старший разбойник, указывая на неизвестного мечом. — Кому ты служишь? Мужчина молчит, оставляя вопросы разбойника без ответов, и, кажется, злит его этим ещё сильнее. С громким криком главарь бандитов бросается в бой. Он замахивается мечом, но неизвестный даёт ему достойный отпор. Мужчина парирует удар, выбивает оружие из рук врага и пронзает его своим клинком. — Это было неизбежно, — говорит он, пристально вглядываясь в лицо разбойника и наблюдая за тем, как тускнеют его глаза, а жизнь покидает его тело. Моргана шумно выдыхает, а Гвен расслабляется в её объятиях. Сердце девушки радостно замирает, чтобы в следующий миг бухнуться в пятки от ужаса, когда, краем глаза, она улавливает движение. Одиннадцатый, понимает она и кричит: — Осторожно! Но прежде чем это предостережение успевает сорваться с её губ, неизвестный оборачивается, уходит от размашистого удара последнего разбойника и вонзает кинжал ему в горло. Брызжет кровь, бандит хрипит и оседает на землю. Всё заканчивается, быстро и стремительно. Два мертвеца, девять поверженных, неспособных продолжить сражение бандитов, один победитель. Незнакомец освобождает их, помогает выбраться из клетки. — Спасибо, — благодарит Моргана, сжимая ладонь мужчины и глядя ему в глаза. — Могу я узнать ваше имя? — Зовите меня — Кай, миледи, — отвечает он, склонив голову. — Кай, — повторяет Моргана, — спасибо тебе. Девушка улыбается ему. Кай щурит глаза и, высвободив ладонь из её хватки, отступает. Он поднимает руку и лёгким движением скидывает капюшон, освобождая светлые кудри. — Я представился, — говорит он, снимая платок и открывая лицо. Моргана перестаёт дышать, когда видит его лицо, красивое, благородное. Он походит на лорда, хоть и выглядит, как разбойник. Благородный разбойник, улыбается своим мыслям девушка. — Я — Гвиневра, — нарушает затянувшееся молчание Гвен, просто и непосредственно. — Моргана, — коротко представляется уже она сама. — Леди Моргана из Камелота? — он приподнимает брови в удивлении. — Верно, — кивает Моргана, продолжая смотреть ему в глаза. — Вы далеко от дома, миледи, — Кай хмурится и опускает взгляд. — Я провожу вас до призамкового города. А пока, — он смотрит по сторонам и добавляет: — Нам стоит покинуть это место. Здесь по-прежнему опасно. Кровь привлечёт диких зверей, да и бандиты скоро очухаются. Моргана кивает ему и окидывает взглядом лагерь разбойников. Тлеет костёр, угли алеют в его центре. Лошади беспокойно всхрапывают и роют землю копытами. Бандиты лежат вповалку. Те, в ком ещё теплится жизнь, хрипят и стонут от боли. Она чувствует удовлетворение, наблюдая их страдания, и не скрывает улыбки, усталой, лёгкой. Моргана вскидывает голову, устремляет взгляд к небесам и тихо шепчет: — Рассвет. Девушка наблюдает за восходом солнца. Жёлтый диск поднимается над горизонтом, освещая его своими красноватыми лучами. Лес пробуждается. Пробуждаются растения, птицы, звери. Моргана чувствует это, ощущает тепло нового дня, тянется к нему… — Миледи, нужно идти, — голос Кая нарушает волшебство момента, развеивает наваждение. Она оборачивается к нему, улыбается и коротко кивает. Мужчина хмурится и протягивает ей свой плащ. — Вот, возьмите. Он тёплый. Моргана смотрит на него и качает головой. — Отдайте его Гвен. — Она уже нашла, чем утеплиться, — фыркает в ответ Кай и кивает в сторону Гвиневры, облачённой в хламиду одного из разбойников. И Моргане ничего не остаётся, кроме как принять плащ спасителя и накинуть на плечи. — А как же ты? — спрашивает Моргана. — Мне не холодно, — он пожимает плечами. Проходит совсем немного времени, когда они наконец отправляются в путь. Моргана и Гвен — верхом на лошадях, а Кай — пешком. Девушка предлагает ему присоединиться к ней самой, или к Гвиневре. Кай качает головой и продолжает упрямо ступать вперёд. — Мой конь ждёт у тропы, — говорит он. — Нужно только выйти из леса. Так и происходит! Они выбираются из чащи, к тропе, у кромки которой мирно щиплет траву чёрный жеребец. Конь поднимает голову, смотрит на Моргану, затем на Гвен и, наконец, находит глазами хозяина. Он громко фыркает и тычется носом Каю в плечо. — Ладно-ладно, — улыбается Кай, — не ворчи. Он запрыгивает в седло и их путь продолжается. Дорога до Камелота занимает три дня. Кай держит слово и провожает их до призамкового города. Они много разговаривают в пути, общаются, узнают друг друга. Моргана видит его доброту, его чистое сердце. Ей нравится дразнить его, заставлять краснеть. Последнее у Кая получается особенно мило, невинно. Он практически не говорит, не рассказывает о себе, только слушает. — Как ты оказался в этих лесах? — как-то спрашивает Моргана. Он отводит взгляд в сторону и тихо отвечает: — Заблудился. — Заблудился? — удивлённо повторяет Моргана. Гвен с недоверием смотрит на их спасителя и неслышно, неразличимо фыркает в кулак. На этом их разговор прерывается. Продолжать беседу и оставаться серьёзной Моргана оказывается не в состоянии. Из груди рвётся смех, а красные уши спутника ещё больше забавляют девушку. Их совместное путешествие заканчивается на третий день. Они достигают границы призамкового города и стражники в цветах Пендрагонов трубят об их прибытии. Кай спешно прощается, разворачивает коня и удаляется прочь. Моргана смотрит ему в спину, долго, пристально. Девушка ждёт, что он обернётся, остановится. И когда этого не происходит, она тяжело выдыхает и позволяет рыцарям увлечь её за собой, в город, в замок. — Жаль, — много позже говорит она Гвиневре, — что мы больше не встретимся… Но, насколько великое удивление испытывает девушка, когда видит его вновь в составе делегации одного из союзных королевств. Кай сидит во главе партии, а его голову украшает серебряный венец наследного принца!..