Бруклинский мост

Хватит ли мне смелости?

Под вечер Бродвей менял свой ритм и переставал быть простой офисной улицей, по которой торопились клерки с портфелями. Когда загорались вывески театров, а свет рекламных экранов начинал отражаться в тёмных витринах, деловой шум незаметно уступал место совсем другому движению: люди фотографировались возле афиш, смеялись, перекрикивая музыку, доносившуюся из открытых дверей ресторанов. Несколько часов назад здесь ещё можно было встретить усталых офисных работников, но теперь Манхэттен переоделся в вечерний наряд, и больше ничего не напоминало о дневной суете. Сегодня молодого почтальона уволили с работы. Ещё днём Лерой сдал форму почтовой службы. В этом были и свои плюсы: он терпеть не мог эту работу. Лерой свернул с оживлённого Бродвея и направился в сторону Бруклинского моста, сам не задумываясь, почему выбрал именно этот маршрут. Он шагал, куда глаза глядят, пока мысли медленно кружили вокруг одного и того же, не находя ответа. Что теперь делать завтра утром? Куда идти? Чем платить за аренду? Вопросы возникали один за другим, однако не вызывали желания искать решение. Будущее, которое ещё несколько дней назад казалось хотя бы смутным продолжением настоящего, вдруг оборвалось, и дальше начиналось что-то лишённое очертаний и смысла. Шум машин сливался в ровный гул, голоса прохожих постепенно исчезали. Влажный воздух океана, пахнущий солью, оседал на лице холодной моросью. Пройдя вдоль моста, Лерой останавливается. Наверное, он уже всё для себя решил. Парень опирается руками на парапет. Где-то впереди горят огни. Юноша оборачивается, проверяя, есть ли рядом с ним кто-нибудь ещё. Медленно перелезая за парапет, Лерой прикрывает глаза. Он все ещё придерживает себя.

Сделал ли он достаточно?

Ветер стал ощутимо сильнее, а рокот воды внизу, которого Лерой раньше не замечал, теперь звучал отчётливо. Парень опустил взгляд, он не мог чётко разглядеть, что было под ногами. Вода ждала. Пальцы, вцепившиеся в край парапета, побелели от напряжения. Лерой снова посмотрел вперёд на огни, отражавшиеся на тёмной поверхности.

Может ли сделать что-нибудь ещё?

Может быть, существовало что-то, что юноша упустил? Какой-то разговор, который стоило начать раньше. Какое-то решение, которое он так и не решился принять. Какой-то человек, которому можно было довериться. Парень медленно разжал одну руку, продолжая держаться второй, и закрыл глаза, пытаясь прислушаться к чему-то внутри себя. В ответ Лерой услышал только шум ветра и далёкий гул ночного города. Футболка прилипла к спине. Мерещилось, будто он вот-вот соскользнет. Юноша коротко выдыхает через нос, будто хотел посмеяться, но передумал. Челюсть сжалась сама собой. На секунду он зажмуривается, пытаясь набраться не хватающей смелости. Ветер усиливается, сбивает дыхание. Лерой соскальзывает. Он охает. Старается схватиться за край. Сердце уходит в пятки. Футболка колышется на ветру. Впервые за весь вечер его мысли стали удивительно ясными. Он не хотел падать.