Тайм аут

Ту Тайм стоит, оперевшись о раковину. Холодный пот выступил на лбу, а голова разрывалась от мыслей о произошедшем на столько сильно, что начала болеть. Мир вокруг казался таким нереальным. Посмотрев в зеркало напротив, он почувствовал сильное отвращение от осознания, что было минутами ранее. Он тяжело вздохнул, открывая кран и умываясь холодной водой, чтобы прийти в себя. Ту Тайм вытер лицо полотенцем, а затем прикрыл глаза, погружаясь в глубокие раздумья.

—

Открыв глаза он посмотрел на своего наставника. Ту Тайм перебирал пальцами, взволновано слушая монолог собеседника. За спиной шумела вода, изредка капли попадали на спину. Сидя у фонтана, перед ними открывался прекрасный вид на благоухающие в саду цветы. От ярко сияющего солнца уже ничего не осталось, кроме алого заката, что плавно переливался в тёмно-синее небо. Отвлекаясь от вида пейзажа, Ту Тайм глянул на рядом сидящего человека. —Господин Амарах, какие души становятся подношением ради ритуала второй жизни? Амарах медленно повернулся к Ту Тайму, на его лице было выражение спокойствия и уважения, вызванного интересом своего ученика к культу. Его голос звучал почти лениво, будто рассуждал о погоде. —Ах, Ту Тайм, Ты как всегда задаёшь интересные вопросы. Спавн не терпит посредственности души. Лишь последователи, в чьём сердце полно веры и стремления к самопожертвованию, достойны любви всевышнего и шанса на вторую жизнь. —Великий Спавн так великодушен. . . Господин Амарах, считаете ли вы меня достойным? Я не чувствую в себе того, что вы описали. . . Амарах аккуратно опустил свою руку на плечо Ту Тайма. Он нежно похлопал его, приводя в чувства. —Не надо себя так недооценивать, Ту Тайм. Амарах встаёт напротив своего ученика, подхватывая его лицо рукой за подбородок и приподнимая, заставляя посмотреть на себя. —Всё происходит со временем. Именно поэтому я помогу тебе достичь того совершенства, которое требует Великий Спавн. Мне просто нужно увидеть, на сколько сильно ты этого хочешь, на сколько сильно ты горишь этим. —Я молюсь каждый день, я делаю подношения, я много всего делаю. Разве этого недостаточно? . . —Ты делаешь то, что делают другие. Так может каждый. Надо показать то, что будет выделять тебя среди других. —Но я не знаю, что ещё можно делать. . . —Ох, заблудшая душа, я помогу тебе и тогда Великий Спавн благословит тебя.

—

Ту Тайм сидел на холодном полу у стены, прижимая ноги к себе и утыкаясь лицом в полотенце. Он запрокинул голову, опираясь о стену позади, и тяжело выдохнул. —Считается ли это отступлением от учений? . . Он положил полотенце, встал, опираясь на раковину, и, развернувшись, со всей силы ударил себя головой о стену. По лицу медленно начала стекать кровь, а лоб больно защипало.

—

В мрачной комнате, тёмной от позднего времени на улице, были видны два силуэта, лица которых освещались тусклым светом, исходящей от свечи, что стояла на прикроватной тумбочке. Оба силуэта двигались в один такт. Ту Тайм уже бы уткнулся лицом в подушку, скрывая невыносимую боль на лице, но его крепко за волосы держала рука человека, что в это время грубо делал толчки, проникая глубже в своего ученика. Второй рукой Амарах поддерживал корпус Ту Тайма, чтобы тот не разлёгся на кровати. По всей комнате раздавались до ужаса неприличные звуки: стоны, вздохи, хрипы и удары плоти друг о друга, сопровождающиеся мерзким хлюпаньем. Ту Тайм уже много раз пожалел о том, что согласился на эту "помощь", но тут же ругал себя за подобные мысли, ведь не станет же он сомневаться в правильности действий своего наставника. От некоторых особо резких и больных толчков Ту Тайм сжимал в руках простыню до сильной боли в костяшках, да так, что они белели и иногда неприятно хрустели. Амарах же с каждой минутой приближался к своему концу, что означало, что толчки стали реже, но жёстче. В скором времени он кончил в Ту Тайма и, удовлетворившись результатом, отпустил его волосы. Лицо Ту Тайма сразу же упало на подушку. Он тяжело дышал и всё ещё иногда хрипел от боли. Обессиленный и изрядно потрёпанный он почти сразу уснул. Амарах посмотрел на него, неоднозначно хмыкнул, привёл себя в порядок и ушёл из комнаты, оставляя ученика отдыхать.

—

Ту Тайм потрогал свой лоб, нащупывая неприятную, слегка липкую жидкость. Он посмотрел на себя в зеркало так, будто увидел нечто противное. —Разве это не выделяет меня? Поэтому Великий Спавн даровал мне вторую жизнь? . . Он открыл холодную воду, смыл кровь с пальцев и то, что было на лбу. Было неприятно и больно, но ему сейчас было всё равно на эти ощущения.

—

—Ту Тайм, твоё индивидуальное учение длится уже месяц. Сегодня мы разбавим наш урок чем-то новеньким. Великий Спавн запомнит тебя и дарует своё благословление, если увидит то, на сколько далеко ты готов зайти ради него. Мы просто постепенно будем модифицировать наши занятия. Ту Тайм молча смотрел на Амараха, сомневаясь над правдивостью слов своего наставника. Немного помолчав, он нерешительно и тихо спросил: —Господин Амарах, а Великий Спавн точно заметит меня? . . М-мне просто кажется, что ничего не изменилось. . . Амарах застыл на месте, а затем медленно посмотрел на Ту Тайма, отвлекаясь от своих дел. Хоть он и выглядел спокойным, но атмосфера точно стала напряжённее, а взгляд его был готов прожечь в Ту Тайме дыру, от чего второй чуть вздрогнул, непроизвольно отходя на шаг назад. Он смотрел так буквально пару секунд, а затем тяжело вздохнул, рукой потирая переносицу, приподнимая очки. Теперь он снова выглядел абсолютно невозмутимым. —Ты смеешь сомневаться в учениях? Если ты не замечаешь, не значит, что этого нет. Очевидно, он не будет проявлять внимание так прямо, как тебе этого хотелось бы. Он уважает всех своих последователей и не стал бы на показ выделять кого-то конкретного. Представь что чувствовали бы другие, чья душа не привлекает внимания. Или ты хочешь чувствовать превосходство над другими? Он задал вопрос, но без выбора ответа. Ту Тайм беспокойно перешагивал с ноги на ногу, ощущая себя очень плохо, от вины, что заставил наставника объяснять столь очевидные вещи. Вопрос Амараха не требовал ответа, но Ту Тайм всё равно тихо подал голос: —Я ни в коем случае так не думаю и не смел бы. . . Простите. . . Амарах пару секунд смотрел на Ту Тайма, анализируя его поведение, а затем кивнул. —Вот и хорошо. Постарайся в следующий раз подумать, прежде чем в пустую кидаться обвинениями. Он, последний раз окинув Ту Тайма взглядом, ушёл, оставляя Ту Тайма на едине с собой. В тот день учения проходили в особенности жестоко, чтобы преподать урок и направить на путь истинный.

—

Ту Тайм ещё долго смотрел на себя в зеркало, а затем улыбнулся с таким безумием, какого раньше свет не видывал. Он взялся руками за лицо, слегка давя пальцами на нежную, светлую кожу. —Кх-кх. . .Хи-хи-хи. . . ахахаХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА. . . ПРОСТИТЕ, ГОСПОДИН АМАРАХ! Должно быть столь продолжительно отсутствие служения дают о себе знать. Как я мог забыть, что ВЕЛИКИЙ СПАВН заметил меня лишь благодаря ВАМ! В честь уважения к своему наставнику, я продолжу свои учения. Я просто ОБЯЗАН оправдать надежды возложенные на МЕНЯ! После своего монолога, Ту Тайм поднял полотенце с пола и повесил обратно на крючок, предварительно вытерев им своё, снова мокрое, лицо. Ту Тайм быстро, но не без мучений от боли и в голове, и во всём остальном теле, принял душ. Он отмыл от себя то, что только недавно считал грязью, и оделся. Ещё минут пять он умывался холодной водой, стараясь привести себя в человеческий вид, что было сложно сделать, с учётом всех тех эмоций, что он пережил за бедный час. Ту Тайм открыл дверь, наконец выйдя из ванной. Он потерял счёт времени и даже не знал, насколько долго там был. Почти сразу он спустился вниз, в поисках Эллиота, чтобы тот помог ему обработать рану на лбу, что всё ещё неприятно щипала и не прекращала давать о себе знать. По мимо этой раны, голова разболелась не на шутку сильно. Ту Тайм думал о том, не довёл ли он себя до сотрясения мозга тем ударом.