Порог аптеки

Молодой директор компании, унаследовавший место от своего отца, кого в широких кругах уважали и боготворили. Филиалы по всей стране, обширное собственное производство, миллионы выпущенных в продажу оригинальных изделий, о которых мечтали как омеги, так и альфы. Ювелирные изделия, разнообразие от самых маленьких сережек до самых больших браслетов, чистое серебро, золото, драгоценные камни. Собственные разработки, выкупленные десятки помещений под магазины. Работа онлайн, сайты, консультанты, отец отрепетировал все до самых мелочей. На ногах он держался только за счет больших доз выпитого кофеина и принесенного секретарем завтрака. Субин сидел над подписями последних бумаг уже битый час и устало растирал глаза. Серебрянные часы собственного бренда, который благо к компании отца никак не относился, показывали уже одиннадцать дня. По двери привычно послышались два коротких стука. — Входите — произнес он, отложив ручку. В помещении показался омега, в серых классических брюках и облегающей тело белой водолазке. Он вежливо попросил прощения за беспокойство и прошел к его столу. — Пришел ответ о принятии условий — оповестил он, передавая ему два листа уже с готовыми печатями и свежими подписями. Как же было иронично, что их условия все же приняла компания, владельцем которой являлся отец Енджуна. — Что скажешь? — задумчиво произнес Субин, потирая подбородок и поднимая на него глаза. Парень был старше Субина, давно работал в компании, как и всегда явно имея свое мнение по поводу новых договоров, за которое отец Субина его и ценил. — Их компания имеет гораздо большую целевую аудиторию, в отличии от нас — будто заученно, но вполне уверенно говорит омега, чьи пухлые губы отливали блеском бальзама — Для нас это будет большим плюсом, так как от сотрудничества с ними мы получим не только прибыль, но и поток новых клиентов. — Здесь ты прав, но что ты скажешь конкретно об этих людях? — внезапно спрашивает Субин, что явно заставило парня сглотнуть. — Ваш отец тесно с ними сотрудничал, к работе они относятся крайне ответственно — отвечает секретарь, что было ему несвойственно, отводя глаза в сторону. — Мой отец и сейчас настаивает на сотрудничестве с ними, но меня интересует другой вопрос — говорит Субин, совершенно не торопясь отпускать омегу — Судя по тому что я о них знаю, им не выгодно сотрудничество с нами, быть точнее мы для них мелкая рыбешка. Скажи мне честно, тогда зачем? — Господин Чхве, я думаю этот вопрос вам будет лучше уточнить у вашего отца. Омега явно знал ответ, который Субина так интересовал, а потому он и поднялся с места, вставая вплотную перед ним. — Отец не скажет мне напрямую, что продает им левый товар и дело только в этом — шепотом произносит Субин, пристально и требовательно глядя ему в глаза — Если ты думаешь, что я не в курсе о его махинациях, ты ошибаешься. Омега твердо держался в ответ, расправил плечи недовольно поджав губы и явно не боялся чужого напора. — Все верно — отвечает секретарь, слишком откровенно. Субин закатывает глаза, отходя назад и возвращая ему эти бумаги. — Скажи что я не буду это подписывать. — Но Господин Чхве… — лишь произносит омега. — Нет — твердо отвечает он. Имея свой бренд наручных часов, Субину вовсе не требовалось сейчас становиться директором компании отца, которую он к слову с рождения собирался передать ему. Он строил свое дело с шестнадцати лет и эти десять лет угробил на то, чтобы сейчас его собственный бренд был узнаваем и имел «имя». Только вместо похвалы отца, альфа получал вечные теплые объятья папы и его поддержку, постоянное «Не обижайся на отца, знай что он гордится тобой». Отказаться от места директора его компании Субин не смог, как и отказаться от незапланированной свадьбы. Домой Субин вернулся только ближе к одиннадцати ночи, уставший, в плохом настроении, а в добавок получив с десяток упреков и несколько осуждений со стороны. Эту неделю дома он не появлялся, ночевал прямо там в офисе, свалившись на большой диван теперь уже в своем кабинете, либо приходил уже глубокой ночью и уходил рано утром. И все эти семь дней мозги кипели одним и тем же. — Господин — поклонившись сказал помощник, появившись сразу как Субин переступил порог дома. — Тебе то чего не спится? — пробурчал альфа, раздраженно скинув с себя обувь. — Прошу прощения, я ждал вас — отвечает альфа, чуть старше самого Субина — Ваш отец звонил, просил оповестить его о вашем возвращении. — Лучше скажи, этот дома? — выдал альфа, передавая ему в руки свой пиджак — На стирку, пожалуйста. — Извините, «этот»? — непонимающе захлопав глазами спросил он. — Бомгю — закатил глаза Субин, так и сжав кулаки — Он куда-то уходил? Почему за сегодня мне не писали никакой информации? — Молодой Господин не покидал сегодня дом — отвечает помощник, невозмутимо пожав плечами — Утром он уезжал в универститет, а после вернулся, я сообщал вам об этом. — И что все? — нахмурился Субин. — Да, уверяю вас, больше он не покидал дом. Брови альфы взлетели наверх, как и его плечи что передернулись в непонимании. — Благодарю, спокойной ночи — кивнул Субин, удаляясь вдоль коридора к лестнице. Комната нового мужа была в другом конце от его собственной, но сейчас в ней все еще явно горел свет. Именно потому идя туда он даже не задумывался о том, стоило ли ему вообще это делать. Допекли. Постучавшись в комнату, он не собирался врываться туда без согласия. Бомгю открыл дверь достаточно быстро, застывая перед ним с удивленным взглядом. — Здравствуйте — произносит омега, поклонившись ему. Субин усмехается, неясно чему да и словно не к месту, оглядывает его потрепанный вид. Волосы были без укладки, спутанные и волнистые, торчавшие в разные стороны. На плечах висело зеленое худи больших размеров, что определенно делало его фигуру в разы меньше. На ногах были легкие синие штаны и разноцветные носки. Выглядело нелепо, как и его лицо без макияжа. Неделю назад. Папа упрашивал приехать с самого утра. Что-то да случилось и Субин это понимал. Уже поздно вечером вырвавшись из плена работы, он был готов противостоять всему, что отец выскажет за его отказ в сотрудничестве с компанией отца Енджуна. Люди непростые, имеющие статус выше них, владеющие связями и влиянием. — Сынок, прошу тебя только не злись, хорошо? — с порога начал папа, встретивший его, сходу укладывавший его взлохмаченные волосы и приглаживая его воротник рубашки. — Папа, все хорошо, не волнуйтесь — мягко просит Субин, отодвигая от себя его руки и нагнувшись к нему ласково обнимает — Пап, пожалуйста, побудьте в спальне. — Субини, там что-то серьезное, да? — крепко обнимая сына, спрашивает омега — Ты только не нервничай, ты мне скажи потом, я с отцом поговорю. Я постараюсь помочь тебе… — Пап — улыбнувшись зовет Субин, нехотя отлипая от него и заглядывая в глаза — Все нормально, правда. Я разберусь, вы же знаете — посмеявшись говорит альфа. Только папу это ни капли не утешало, да и правду он знал, там явно что-то серьезное. Уже в личном кабинете отца Субин держался из последних сил, лишь бы не говорить ничего резкого и неуместного. Просторное помещение, по бокам стеллажи с документациями, очередные десятки книг, прямо над его столом большая семейная фотография в обрамленной золотой рамке. На кожанном большом кресле возвышался и он, глава семьи и по мнению большинства великий человек. Он что-то писал в своем блокноте, поглядывая на экран ноутбука перед собой. Субин же решил зайти с козырей, сразу свободно пройдя к нему и усевшись в кресле напротив. — Отец, я отказался от сотрудничества… — сразу начал он свою заготовленую речь. — Я знаю, не продолжай — твердо отвечает старший, чем только вызывает больше вопросов. В минутах молчания отец заканчивал свою работу, а Субин сгорал от нетерпения, задаваясь вопросом своего присутствия, если не по теме отказа. — Почему на Бомгю все еще не стоит твоей метки? — вдруг произнес мужчина, отложив в сторону блокнот, спрятав ручку в общий стакан и выжидающе поправив свои очки. Это и было началом конца, когда взгляд отца смотрел слишком злостно, его морщинистые руки сжались в замок, а жилки на лице напряглись. — Почему от этого вопроса страдает его семья? — продолжил он — Знаешь, сколько сейчас на них вылилось подозрений, о том что брак фиктивный? — Отец… — округлив глаза произносит Субин, но оправданий не находил. — Знаешь, сколько того же мнения услышал лично я? О том что мой сын взял в мужья омегу ради прибыли? — вдруг громче заговорил мужчина, но строго держал себя, тут же смягчившись — Субин, ты же альфа. — Да как я могу, послушайте… — не выдержал сын, сжав кулаки на коленях и упрямо глядя в глаза — Я даже не хочу ег… — Хватит — криком выдает отец, приложив ладонью по столу, отчего Субин заметно вздрогнул и отвернулся — Поставь ему метку, меня не волнует каким образом, того требует его семья и лично я, так понятно? Вылетая к парадному входу дома, альфа горел смутным пониманием, что выбора у него не было. — Субини — слышался голос папы с лестницы, прежде чем он успел уйти. — Пап — устало вздохнул Субин, все же замирая на месте, глядя как тот оживленно бежал к нему. — Сынок, я слышал… — покачал головой омега, что еще больше расстраивало младшего — Они требуют метку, да? Он отвел глаза, то ли от стыда за собственную беспомощность, то ли от отсутствия выбора. То ли это проклятое «Ты должен» уже встало поперек горла. — Мне жаль, сынок… — произносит папа, но и сам от отчаяния только опустил взгляд. Здесь и он был бессилен, перед альфами что уже давно все решили. — Субини, только не делай ему больно, я прошу тебя. Он еще совсем молод, постарайся сгладить его страдания, будь с ним ласков — говорил папа, стараясь сгладить острые колючки сына, что невольно лезли наружу. Три дня назад. Оказавшись первый раз в доме Бомгю, Субин мягко сказать был удивлен, бесчисленное количество золота, слишком ляпистый декор, повсюду зеленые растения в больших горшках. Все это казалось слишком показушным и неуютным, как и сам отец омеги. Они сидели на диване, рядом с Субином находились два младших брата Бомгю, оба альфы и оба наследники компании. Сбоку на кресле сидел отец, напротив его довольно молодой омега, родной папа только для двух младших сыновей. — Вы не хотите навестить сына? — спрашивал Субин по пути беседы, на которую была последняя надежда. Высокий мужчина, в отличном синем костюме идеального кроя, что явно скрывал его большой живот, как и рубашка что под воротом прятала висевший подбородок. — С ним что-то не так? У вас есть проблемы? — ответил старший альфа, чем ввел еще в большее заблуждение. — Бомгю давно стал самостоятельным мальчиком, вполне может позаботиться о себе сам — совершенно незаинтересованно ответил муж его отца, что держал в руках бокал красного вина. — Если он что-то натворил, скажи мне об этом, тогда я поговорю с ним — сказал сам отец, что крайне некрасиво закатил глаза. — Я не хочу ставить ему метку — прямо выдал Субин, еще не осознавая что этим сильно подпортил и без того плачевное положение. — Неудивительно, такого как он мало кто будет хотеть — внезапно подает голос один из братьев. — Во всех смыслах — усмехнулся второй брат, на что Субин не смог сдержать удивления. Сегодня. Тогда Субин и ушел со скандалом, по правде говоря не получив ни капли раскаяния о том что буквальным образом продали сына. Компания отца давным-давно имела с ними тесное сотрудничество, а потому и резкий упадок их прибыли, негативно сказывался и на семье Субина. Только о создании моста, ради поднятия с колен компании семьи Бомгю, альфа понимал лишь косвенно. Потому что оказаться на этом пути он не хотел, как и сейчас заходить в его комнату на эмоциях. — Субин? — осторожно произнес Бомгю, отходя на пару шагов назад. — Как обживаешься? — оглядывая комнату спросил альфа, нахально проходя к кровати. На его удивление, все было чисто, вещи разложены по местам, да и новых то особо не появилось. Все было пусто, как и до прихода омеги. Он отдал ему самую большую спальню в доме, лишь потому что в ней не было его вещей. — Все хорошо, спасибо — кивнул омега, нервно отшатнувшись к столу, где лежал его открытый блокнот и стоял открытый ноутбук. Какой-то включенный фильм и карандашные рисунки в скетчбуке. — Отец звонил? — спросил Субин, оторвав взгляд от его набросков. Бомгю сглотнул, забегав глазами по полу и запрятав ладони в рукава, только положительно кивнул головой. — Мне уже неделю капают на мозги с тем, что ты до сих пор ходишь без моей метки. Он сам был не рад, а глядя на зажатого парня, по которому даже дома явно не скучали, внутри мешалось сожаление с отчаянием. — Я не хочу… — шепотом произнес Бомгю, но Субин уже шагал в его сторону. — Я тоже не горю желанием — выдал альфа, своим присутствием загоняя в угол, быть точнее к стене рядом с прикроватной тумбочкой — Но либо мы это сделаем сами, либо нас заставят это делать у всех на виду. — Что? — подняв глаза, нахмурился омега. — Я пытался поговорить с твоим отцом, как оказалось, ему на тебя…"плевать" будет мягко сказано — говорит Субин, чем явно заставляет Бомгю отвернуться и замолчать — А с моим тем более говорить бесполезно — признается альфа, тяжело вздохнув. — Но мы же и так расписались — подает голос омега, поднимая глаза, видя альфу перед собой в последнем метре, пока сам уперся спиной в стену — Неужели нельзя обойтись без этого? — Нельзя — твердо отвечает Субин, рассматривая его лицо, что кривилось от обиды. Бомгю не ответил, но и не сбегал, так и стоял молча скрестив руки за спиной и чего-то ожидая. Второму же ждать было нечего, его согласия он спрашивать не собирался. Подошел ближе и оглянув еще раз его потерянные глаза, что глядели в пол, наклонился к нему. Руки опустились на тонкую изящную талию, что скрывалась под бесформенной вещью. Бомгю отклонился к стене, опустил голову, чувствуя как пальцы старшего плавно поднимались то выше, то ниже, будто пытаясь дать привыкнуть к себе. Пальцы правой руки подцепили подбородок, Бомгю не смотрел на него, держал взгляд где-то на чужой груди и поддаваться не хотел. Но губы коснулись чужих, как и в первый раз аккуратно и медленно, еще ожидая ответа. Только Бомгю не отвечал, зажмурил глаза и не сопротивлялся. Просто потому что так было нужно. По правде говоря, ему были противны эти прикосновения, внутри выворачивало от ощущения его губ на своих, что уже говорить о том что для Бомгю запах Субина не был привлекателен. Когда ладонь альфы опустилась на бедро и слегка сжала, Бомгю уже понимал, к чему все шло и в каких масштабах. Он поджал плечи, хотел отстраниться, но не смел. Ощущая это чувство горечи, что теплилось внутри от обиды, глаза наполнялись слезами, как и в груди были неприятные ощущения пустоты. К кровати он повел его за руку, сначала сел сам, затем потянул к себе омегу, на что он долго не решался. С тяжелым вздохом он все же оказался на его бедрах, не знал куда деть руки, как бы спрятать глаза. Тогда Субин взяв его ладони в свои, уложил их на свои плечи, сразу через рубашку ощутив дрожь в его пальцах. Целовал все также медленно, стараясь не торопиться, пытаясь не злиться. В голове вспоминал слова папы, все же и этот омега не был ни в чем виноват и страдал наверное похуже Субина от этих решений старших. Он прижал его ближе к себе за талию, ощутив как от неожиданности омега вцепился пальцами в белую ткань на нем. Бомгю пробовал отвечать на поцелуй, робко и с явной неохотой. А от ощущения рук что аккуратно стали забираться под худи, на теле появились неприятные мурашки. Холодные пальцы Субина ощущались совсем неправильно на аккуратной тонкой талии, такой гладкой мягкой коже. Бомгю невольно оторвался от поцелуя, потому что все это буквально пришлось терпеть, как и поцелуи что перешли на скулы, а затем ниже на шею. Он не понимал, что чувстовал, когда одна ладонь альфы опустилась на ягодицу, только оглаживая и прижимая к себе. Тем более было сложно понять собственные ощущения, когда он чувствовал под своим бельем явное возбуждение. Но чувствуя вставший член Субина хотелось сбежать. Его руки потянули худи наверх, а Бомгю до последнего хотел его задержать. Оказавшись обнаженным по пояс перед ним, омега еще больше запутался в собственных чувствах. По правде признаться, поцелуи Субина по груди оказались очень приятными, а два пальца коснулись соска ощутимо сдавливая. Он прикусил свой язык, но вместо стона не сдержал слышного выдоха. На кровати было еще более неясно, лежа под альфой, что навис сверху и опустился над его грудью, губами обхватив другой сосок, обводя по нему языком, едва ощутимо прикусив. По телу прошелся электрический разряд, что заставил очнуться. Лежа под ним, с раздвинутыми в стороны ногами, стоило альфе толкнуться вперед, через слои одежды омега снова почувствовал его возбуждение. В такой позе, с открытым верхом, на глаза продолжили наворачиваться слезы, а руки невольно уперлись в плечи Субина. — Не надо… — прошептал омега, попытавшись оттолкнуть — Пожалуйста… Субин поднял взгляд, что выглядел скорее устало, нежели разочарованно, но неожиданно сразу поднялся, садясь обратно на край кровати и передавая ему худи. — Я девственник… — тихо признался Бомгю. Он и сам не знал что делать, от того и руки сами вцепились в волосы, отвернувшись пока омега быстро оделся. — Прошу вас, мы можем не делать этого? — попросил он, глядя на альфу с последней надеждой. — Метка должна быть — ответил Субин, пытаясь придумать хоть что-то, как бы они могли обойти эту систему. Бомгю поджал колени к своей груди, надолго замолчал, в этой тишине слыша лишь тяжелое дыхание альфы. — Тогда просто поставьте — выдает омега, слишком неожиданно, что даже заставило Субина нахмуриться. — Насколько я знаю, без близости для тебя это будет тяжелее и заживать будет болезненнее… — Ничего — произносит Бомгю — Но у меня есть условие — тише добавляет он, вынудив обернуться на себя — Отец заставил меня собрать вещи и буквально выгнал из дома, потому что они все считали меня лишним. Его голос внезапно стал раздраженным и оскорбленным, хотя звучал крайне уверенно и четко. — Мой папа умер когда я был маленьким и я стал обузой для отца — продолжает Бомгю, чувствуя что альфа явно внимательно слушал — А потом появился его омега, который родил ему двух прекрасных наследников. Ни с кем из них я не общался, всю жизнь просто жил в том доме, ел отдельно, иногда жил у друзей. Казалось, что именно это должен был знать Субин. — Я умею не мешать, понимаете? Но сейчас, пока я не закончил учебу и не имею стабильной работы, мне больше некуда пойти, кроме этого дома — говорит Бомгю и Субин наконец понимает к чему все сводилось — У меня уже есть подработка онлайн и накопления, но они уходят на оплату университета и курсы. — Отец не помогает тебе? — задается вопросом Субин. — Нет, он просто давал мне крышу над головой и еду — ответил омега, чем явно крайне удивил. — Дальше — кивает альфа. — Мне нужно время до конца моей учебы. Я закончу, к тому времени смогу позволить себе свое жилье и тогда уйду. Я не буду вас беспокоить, а вы меня — продолжает омега, отчего брови альфы все же в удивлении поднялись — Вы поставите мне метку, но больше никогда ко мне не прикоснетесь. — Ты осознаешь, что нас будут ждать огромные проблемы если ты уйдешь от меня? — спрашивает Субин, заранее думая о том как вообще можно будет это преподнести. — Понимаю, но поверьте мне, к окончанию моей учебы отец потеряет компанию и никакой мост между компаниями ему не поможет — твердо отвечает Бомгю, на что Субин отворачивает глаза задумываясь. — Почему ты так решил? — Потому что уже сейчас отец передает большую часть полномочий двум моим братьям. — Прямо как мой отец — усмехнулся Субин, имея такой же путь сейчас. — Поверьте, они двое не справятся, это лишь вопрос времени — говорит Бомгю, пожимая плечами — Как только компания разорится, я буду свободен, а соответственно и вы. — Ты так уверен в этом? — спрашивает альфа, на что младший уверенно кивает. — Так вы… — уже волнительно произносит омега — Согласны? — А если компания не разорится? Установленный мост должен поднять процент твоего отца, впоследствие и его уровень. Я видел статистику, еще два года назад твой отец обходил многих, в том числе и нас. — Его упад начался как раз после включения имен братьев в работу, как только они взялись за процесс, все начало рушиться. Вы можете быть уверены, в том что я говорю. У Субина не было как такого варианта, кроме как довериться его словам. Он согласился на условия, которые вполне ему подходили. Каждый продолжит жить свою жизнь, не думая о другом, именно это ему и нужно было. — Иди сюда — позвал Субин, похлопав по месту рядом с собой. Сказать что Бомгю доверился в ответ было сложно. Если говорить точно, то в его голове четкий построенный план не должен был разрушиться. Сейчас под прицелом своего отца, за любое неверное действие, он не мог позволить себе уйти вникуда. Осталось дождаться, когда он потеряет все свое влияние, а Бомгю наконец сможет стать «никем». Лишь бы от него осталось только имя, без намека на статус его семьи. — Уверен? — переспросил Субин, как только Бомгю оказался перед ним. На этот раз омега сам потянулся к нему, потому что самому страшно было невероятно до дрожи в коленях. Особенно понимая, что собственное возбуждение не проходило, а от того и чувства мешались в разы гуще. Он сидел на кровати, ноги закинув на бедра альфы, чувствуя как по спине трепетно поглаживали, будто пытаясь успокоить. Вторая рука Субина держалась на талии, а Бомгю невольно снова вцепился в его плечи, стоило альфе повернуться корпусом к нему. — Будет сильно больно…? — прошептал омега, а Субин чувствовал его мурашки и явную дрожь. — Я постараюсь аккуратно — лишь смог ответить альфа. И для Субина это было в первый раз, но что-то внутреннее подсказывало ему что делать. Он должен был его расслабить, хотя бы попытаться. Плавно водил руками прижав грудью к себе. После и вовсе подхватил под бедра и посадил боком на свои бедра. Поцелуи по шее пошли рядами, а Бомгю только больше сжимал в ладонях его плечи и наконец прикрыл глаза. Он ощущал как простые поцелуи сменились на более мокрые, а после чувствовал влажный язык на своей коже. Не видя лица альфы, это становилось приятнее, Бомгю немного опустил плечи, наклонил голову от него, чтобы дать больше пространства. Этим самым и давая знак о своей готовности, если это так можно было назвать. Сначала он почувствовал легкий прикус, который сразу лизнули языком. Так Субин явно дал понять что следующий останется на нем шрамом. Зубы сомкнулись на сгибе шеи ближе к ключицам, именно так след должно было быть видно, но и была возможность прикрыть его воротом. Бомгю вскрикнул, сжал его плечи так сильно, что под рубашкой после останутся красные следы. Он хотел вырваться лишь интуитивно, потому что приятно не было ни капли, но руки альфы крепко прижали к себе. Рваное дыхание явно звучало облегчением, чувствуя как через несколько секунд Субин отпустил, а после стал зализывать место где появились мелкие капли крови. — Прости — произнес альфа, стараясь облегчить его боль. Это и правда смягчало, от его языка что нежно водил по следу, Бомгю не хотел быстро уходить, только глаза все же открыл. Стоило Субину немного отстраниться, как омега остановил его. — Можете еще немного…пожалуйста — попросил он, на что альфа только погладил его по талии, заглядывая в наполненные слезами глаза. — Так легче? — спросил он, получив положительный кивок. Потому и остался, бережно зализывая место, что все еще кровоточило. Только когда Бомгю поднялся с его бедер, Субин его отпустил. — Я приглашу врача, ближайшие дни нужно будет понаблюдать — говорит альфа, видя как тот неровно прошел к зеркалу. — Хорошо — лишь тихо ответил Бомгю, отшатываясь от увиденного и скрываясь за дверьми личной ванной комнаты. Тем и заставив уйти Субина.