Целители души

— Можешь больше не прятаться, — произнес я, не поворачивая головы и продолжая спокойно созерцать спящий Кантерлот. Мой слух легко улавливал её дыхание и стук сердца. Из густой темноты покоев Луны бесшумной, но понурой тенью выскользнула Сильвер Стринг. Ночная пони несмело вышла на залитый лунным серебром балкон и тяжело уселась на мраморный пол неподалеку от меня, обхватив себя крыльями. Она подняла на меня совершенно растерянный, почти детский взгляд. — Я не понимаю… — её голос предательски дрогнул. — Они же кровные враги. Солнечная Тварь предала её, отняла у нас ночь и безжалостно изгнала Госпожу на луну! А теперь… Как она может? Вот так просто обнимать её. Разве это вообще возможно? — О, так мир оказался не черно-белым? А старые сказки, на которых строилась вся твоя жизнь, внезапно оказались не совсем правдивы? — я усмехнулся, обнажив клыки, и наконец повернул к ней тяжелую голову. — Так бывает, Сильвер. Ты живешь большую часть жизни, свято веря в свою правду, готов убивать и умирать за нее. Но в какой-то момент, когда оседает пыль, выясняется, что это не совсем правда. А может, и вообще чья-то ловкая ложь. А может, всё услышанное тобой и было правдой, вот только… не всей. Или просто не твоей правдой. — И что мне теперь делать со всем этим? — ночная пегаска в отчаянии прижала уши. Я посмотрел прямо в её мерцающие золотистые глаза. — Жить, Сильвер. Просто жить дальше. А если так сильно хочешь узнать, как всё было на самом деле тысячу лет назад и почему Найтмер сейчас плачет в объятиях своего «заклятого врага» … ну, может, просто наберешься смелости и спросишь её саму? — Я не посмею! — в ужасе пискнула пегаска, отпрянув. — Она же сама Истинная Госпожа! — О, поверь мне на слово, быть неприступной «Госпожой» — это то, чего Найт сейчас желает меньше всего. А вот завести преданного друга, который не будет ей врать, льстить и лебезить при каждом чихе, она бы точно не отказалась. — Но я же… я же просто обычная пегаска. Я скептически хмыкнул, окинув взглядом её броню: — Обычная? Серьезно? Такая уж прямо и обычная? — Ну, может, не совсем рядовая, — Сильвер нервно дернула кисточкой на ухе. — Но где я, пыль под её копытами, а где Госпожа? — М-м… ну, прямо сейчас ты мирно сидишь на балконе со мной, а твоя недосягаемая Найтмер рыдает в коридоре в компании сестер. Как тебе такой ответ? Заметь, это все чистая правда! — я чуть подался вперед. — Сильвер, запомни одну вещь. Найтмер, Луна, Селестия… под всем этим величием они все — обычные живые пони. Им так же больно, им так же бывает страшно, и им так же нужно дружеское плечо и душевное тепло близких. И поверь, им в сотни раз сложнее завести настоящих друзей из-за своего бессмертия и статуса. Все смотрят на них и видят лишь монумент. «Госпожу», «Принцессу», титул. А с титулом, увы, невозможно дружить. Так что засунь свой пиетет подальше. Посмотри на Найтмер Мун не как на икону для поклонения, а как на уставшую пони. Ей и так тяжело адаптироваться, а тут еще ты со своим фанатичным раболепием. — Это… это всё сложно, — выдохнула Сильвер, потирая лоб копытом. — А кто обещал, что будет легко? В этой жизни вообще мало простых вещей. Так что скажешь? — Я попробую, — тверже произнесла ночная воительница, выпрямляя спину. — Но кроме этого… мне же обязательно надо будет доложить Совету в Холлоу Шейдс, что Госпожа вернулась. И что на этот раз это не иллюзия, а настоящая Королева. — Далеко лететь? — Пару часов в интенсивном темпе на своих крыльях, а на границе меня подхватит дежурная колесница. Обернусь туда и обратно примерно за сутки. — Полетишь завтра, ближе к вечеру. Сначала поговоришь с Найтмер. Выяснишь её реальные планы, а уже после — полетишь с докладом, чтобы ваши главные не натворили глупостей от избытка эмоций. — Я поняла. Сделаю, как вы кажете, господин Консорт. — Консорт? Сильвер, будь проще и не выдумывай мне титулы. И можно на «ты», я вроде не принцесса. В этот момент тишину балкона разорвал громкий, раскатистый рык. И на этот раз он исходил вовсе не от меня. Живот смущенной ночной пегаски возмущенно заурчал, требуя заслуженных калорий после всех этих эмоциональных потрясений. А я вдруг тоже отчетливо осознал, что зверски проголодался — день выдался безумно долгим. Но возвращаться в столовую через коридор, оккупированный обнимающимися и плачущими сестрами, мне категорически не хотелось, а других выходов с этого балкона для меня не было, ну разве что вниз, с моим то крылом. — Сильвер! — с легкой улыбкой окликнул я. — А не могла бы ты, используя свои выдающиеся навыки скрытности, раздобыть нам чего-нибудь сытного перекусить? Чувствую, охранять этот балкон мне предстоит еще долго. Глаза пегаски радостно блеснули в лунном свете, а на губах появилась знакомая хищная ухмылка. — Ни слова больше! Сейчас пулей смотаюсь в столовую к этим железнобоким олухам и сопру нам лучший паек из-под самого носа повара! Я с удовлетворением улыбнулся. Жизнерадостность и позитивный настрой стремительно возвращались к ночной пони. Пусть пока отвлечется от болезненной переоценки ценностей и займется чем-то простым и понятным. Проводив взглядом растворившийся в ночном небе силуэт Сильвер Стринг, я снова облокотился на парапет, стал слушать тихий шепот ветра и принялся ждать свой честно заработанный ворованный ужин.

***

Сидя на прохладном мраморе балкона, примыкающего к покоям Луны, я с удовольствием хрустел сочной грушей. Сильвер Стринг вернулась из своего диверсионно-кулинарного похода основательно нагруженной. Как эта относительно небольшая ночная пегаска умудрилась незаметно протащить через полдворца здоровенный мешок с фруктами, гору свежей выпечки, да еще и массивный серебряный поднос с целым тортом в придачу — оставалось для меня загадкой. Или дворец никто не охраняет? Впрочем, сейчас я был куда больше заинтересован в методичном поедании трофеев, нежели в точном расчете максимальной грузоподъемности ночных пегасов и вопросов охраны правительственных объектов. Позади, в густом полумраке покоев, послышалось тихое копошение, а затем — размеренный цокот копыт, приближающийся к нашей стихийной «поляне». Из тени на балкон вышла Найтмер Мун. — Ужин при луне. Как это романтично, Блэк, а ты времени даром не теряешь, — с легкой усмешкой, произнесла она бархатным голосом. К чему именно был этот пассаж, я не понял, но решил благоразумно не подавать виду. Многие тонкие грани общения пони для меня всё еще оставались загадкой. — Присоединяйся. Краденые дворцовые пирожки сегодня особенно хороши, да и груши вполне ничего, — я пожал плечами. — А еще у нас есть целый торт! Обернувшись на подругу и навострив уши, я не услышал в комнатах ни звука кроме тихого сопения двух пони. — А где остальные? — Спят, — Найтмер присела рядом. — Луна полностью истощена. Мири, снова отличилась и приняла гениальное решение. Она додумалась запитать сдерживающую печать напрямую от магического источника моей сестры. Вся её магия уходила в никуда, почти не восполняясь. Но теперь всё позади, пусть выспится. А Тия… она просто вымоталась после такого сумасшедшего дня. Так что я их обеих уложила. Ну точнее перенесла на кровать, уснули они еще в коридоре. — Сама-то как? — Устала. Но… мне очень хорошо, — Найтмер улыбнулась и подняла свои бирюзовые глаза к сверкающему диску луны. — Я бесконечно рада, что мы снова вместе. Мне так безумно её не хватало все эти пустые годы. Знаешь, Блэк… пожалуй, прямо сейчас я могу назвать себя счастливой. — Выходит, моя работа здесь официально закончена? — ровным голосом констатировал я. Шлеп! Найтмер с неожиданной силой звонко стукнула меня крылом прямо по затылку. — Эй, ты чего еще удумал, глупый монстр?! — её глаза возмущенно вспыхнули, а уши плотно прижались к голове. — Решил меня бросить, как только запахло миром? А как же все эти твои заявления про «мужа», а как же «я всегда буду с тобой»?! — Найт, перестань меня бить, — я примирительно фыркнул. — То, что моя «работа» вроде как закончена, вовсе не значит, что я собираюсь куда-то исчезнуть. Теперь я буду рядом не потому, что должен, а потому что мне самому этого хочется. — Дурак! — выдохнула аликорница, резко ткнувшись мягким носом мне в шею, и громко, с облегчением фыркнула. — Думай же, что говоришь. До смерти перепугал. Легко улыбнувшись, я привычным жестом укрыл Найт своим здоровым крылом. — Пока сама не прогонишь — не уйду. Вот, возьми пирожок с вишней успокойся. — Дурак, — повторила она, но подхваченную телекинезом выпечку взяла, моментально откусила добрую половину и принялась жевать с показательно-обиженным видом. Устроив голову на моем плече, Найтмер молча продолжила есть пирожки. На балконе наступила тишина, прерываемая лишь звуками уничтожаемой пищи. После обильного ужина, дожевывая последний кусок торта, Найтмер задумчиво посмотрела на ночную пегаску: — Сильвер Стринг. Пегаска, до этого момента старавшаяся слиться с мрамором и отрешенно поедавшая ворованное манго, замерла. Она с искренним сожалением посмотрела на недоеденный фрукт, послушно отложила его в сторону, вытянулась по стойке «смирно» прямо сидя на ковре и навострила ушки. — Да, Истинная Госпожа? — Просто Найтмер. И давай общаться на «ты», — отмахнулась аликорна. — Я уже очень давно не главнокомандующий Ночной Стражи и, благодарение звездам, даже не действующая принцесса. Я с довольной ухмылкой покосился на ночную пони. — Так точно, гос… Найтмер, — пегаска прижала ушки, явно борясь с ломкой шаблонов. — Ничего, ты привыкнешь, — мягко улыбнулась Найт. — Лучше расскажи мне, как ты вообще умудрилась очутиться во дворце Селестии? Мне докладывали, что Дети Ночи категорически не любят покидать окрестности Туманных гор. Ха, докладывали ей, ишь важная какая. Я вспомнил тот разговор с Мири, когда она и рассказала, как обстоят дела с ночными пони. Благодаря ей, мы с подругой довольно немало знали о жизни ночного народа. Улыбнувшись, я наклонил голову и ткнулся носом в макушку Найт. — Ну да, гос… Найтмер. Но когда с луны внезапно пропал ваш… твой лик, а по городам поползли упорные слухи о возвращении Принцессы Ночи, командир отправил меня на разведку. Прилетев сюда, в Кантерлот, и не найдя вас… тебя, а обнаружив лишь светлую копию, я отослала свой отряд домой с докладом, а сама осталась наблюдать. И ждать. Ну и пришлось жить во дворце с тех пор. — Ты… пряталась в моем дворце несколько месяцев? — вдруг раздался за нашими спинами хриплый, уставший голос. Мы обернулись. В дверях стояла Селестия. Её грива выглядела сейчас настоящей и слегка растрепанной, а под глазами залегли тени. — А ты чего проснулась-то? — искренне удивилась Найтмер, не убирая головы с моего плеча. — Солнце пора поднимать, — обреченно вздохнула Селестия и широко зевнула. Она сонно осмотрела балкон, нашу колоритную компанию, раскиданную выпечку, и вдруг её взгляд зацепился за центр импровизированного стола. Глаза Принцессы Дня медленно расширились до размеров чайных блюдец. — Где… где вы взяли этот торт? — Селестия дрожащим копытом указала на распотрошенный поднос с грудой кремовых объедков. Повисла тяжелая пауза. Все посмотрели на Сильвер Стринг. Пегаска нервно сглотнула. — Ну… сначала я залетела в столовую гвардии. Но, осмотрев её ассортимент, я резонно рассудила, что кормить этими солдатскими отбросами целого аликорна совершенно непозволительно. Ну и… заглянула в королевскую кухню. А там как раз так удачно стоял этот красивый торт… и пирожки… — пегаска незаметно сместилась так, чтобы я оказался между ней и возмущенной принцессой и теперь опасливо выглядывала на нее надежно прикрытая моим телом. С глубоко несчастным выражением мордочки Селестия медленно осела на круп и прижала уши к голове. — Вы цинично украли и съели мой личный завтрак… это был мой торт, — почти плача, убитым голосом констатировала тысячелетняя правительница Эквестрии. — я на него так надеялась, а вы... день прожит зря. — Вот, съешь лучше пирожок с яблоком! Он очень вкусный, — Найтмер великодушно решила спасти положение и левитировала сестре выпечку. — И полезнее торта. Не оборачиваясь и продолжая сверлить остатки загубленного торта полным вселенской скорби взглядом, Селестия механически задвигала челюстями, пережевывая пирожок. — Найтмер, ты не понимаешь! Он вам… он вам хотя бы понравился? — жалобно и тонко спросила она. — Торт был в целом неплох, — честно признала Найт. — На мой вкус — там было слишком много сахара, но в целом было неплохо, — авторитетно добавил я. Услышав это, Селестия сердито фыркнула и метнула в мою сторону гневный взгляд, мигом растеряв всю свою плаксивость: — Не может быть «слишком много сахара», когда дело касается хорошего торта!! Это закон! Оскорблено вздернув носик, и бросив последний прощальный взгляд на оскверненный кулинарный шедевр, белая аликорна с достоинством встала. Она подошла к самому краю мраморных перил и ярко зажгла свой золотой рог. Из-за горизонта, прогоняя тьму, медленно и неотвратимо поднималось солнце. Начинался новый день.