I remember you…

Сначала был стук сердца. Мерный и успокаивающий. Было тепло, хоть ничего и не было понятно. Некая субстанция обволакивала обеих, обретших только что физическое и цифровое тела, сущностей. У одного из них поднималась и опускалась в такт дыханию грудь, а второй дышал через него. Множество ниточек соединяли обе части в области груди. Объект, которому дали имя Нео, кажется, первым приходит в себя. Его пальцы дернулись, прежде чем сжаться пару раз. Он еще не способен на логическое понимание, но, кажется, им движут сейчас инстинкты: он понимает что не цел, но понимает и то, что та утерянная частичка сейчас находится по другую сторону тонкого слоя стены. У второго объекта, получившего свое имя Смит, глаза лишь едва приоткрыты. Его зрачки, без понимания происходящего, цепляются за особо выделившиеся объекты в данной субстанции, в то время как первая часть начинает осознавать разделение. Ладони Нео машинально тянутся к стеклу. Мозговой активности не наблюдается, им движет восприятие. Нити, связывающие их, дают им возможность чувствовать друг друга и посылать сигналы реакций и нужное тепло для обоих организмов. Нагие колени и ладони прижимаются к стеклу, глаза все еще безмятежно закрыты, ни единый мускул на лице не дрогнул. Оба были в полусне, осознавая свое рождение. Ярко-синие глаза наконец цепляются за размытую фигурку за стеклом. Тело автоматически трепетно дергается от импульса, посланного по их общим узам, и тянется в ответ, более сознательно касаясь стекла. Пальцы Смита бессмысленно скользят по стеклу, будто не осознавая существования препятствия. Но в один момент, его рука упирается в одно конкретное место. Цифровую оболочку размытого стекла бьет рябью, когда у Смита получается просунуть руку, на секунду потерявшую оболочку, превратившись в голограмму. Через некоторое время его рука вновь обретает форму и касается кожи шеи Нео, от чего тот чуть вздрагивает. Следом тоже самое делает и Нео, окончательно ломая стену защиты, просовывает обе руки и касается обнаженного тела. Они не просто обнимаются, они пытаются срастись снова, заполнить пустоту внутри себя друг другом и вновь стать едиными. Дыхание Нео восстанавливается в родных руках, а код Смита перестает сбоить, наконец успокаиваясь. Через время оба медленно перестают двигаться. Обретенный вновь покой позволяет лени взять вверх, но каким бы хрупким не казалось это объятие – они держались друг за друга крепко. Полупрозрачная субстанция, имитирующая амниотическую жидкость в утробе матери, помогала привыкнуть и пережить разделение. По-человечески холодный нос Нео уткнулся в шею Смита, темные волосы приятно щекотали его щеки, вызывая покраснение и приятное покалывание. Лениво приоткрытые глаза Смита вновь закрываются и его голова машинально прижимается к голове Нео. Слом защиты не ускользает из внимания Архитектора. Он замечает эту попытку срастись снова, несмотря на принудительное хирургическое разделение, и, с помощью пару нажатий на главной консоли, уплотняет защиту, что приводит к разрыву объятия и резкого всплеска нужды со стороны обоих. Но почему-то до сих пор не удавалось разделить те нити, через которые они продолжали ощущать друг друга. Их узы продолжали проходить сквозь защиту, намертво связывая их. Пора вытаскивать аномалию из «инкубатора».