Служение графу

Три года в Уэстонском колледже тянулись, словно густая патока с серебряной ложки — медленно, тягуче, неотвратимо. Каждый день был расписан по минутам: ранние подъёмы под звон колокола, лекции по классической филологии и экономике, практические занятия по фехтованию и стрельбе и строгое соблюдение этикета. Сиэль терпеливо сносил эту рутину, но в глубине души считал дни до свободы. Он оттачивал навыки, запоминал лица и слабости окружающих, учился скрывать истинные мысли за маской вежливой отстранённости. Колледж стал для него школой выживания — не только академической, но и социальной. Он научился читать между строк, распознавать фальшь в комплиментах и рассчитывать каждый шаг. В тихие ночные часы, лёжа без сна, он снова и снова возвращался к мысли о «Бюро сделок» — словно к маяку в бурю. Эта идея стала его тайной целью, путеводной звездой на ближайшие годы. И вот наконец долгожданный выпускной. Просторный зал поместья Фантомхайв утопал в цветах и свете сотен свечей. Хрустальные люстры переливались, отражая блики на полированном паркете. Почти вся родня Сиэля собралась, чтобы отпраздновать это событие в тесном кругу. До этого они так же торжественно отмечали окончание учёбы Элизабет и Эдварда — теперь настал черёд Сиэля. Фрэнсис, наблюдая за юношей из-за веера, задумчиво покачала головой. Она твёрдо знала: мальчику осталось ещё два года до того, как он вступит в свои права, а это значит, что его нужно ещё лучше подготовить к серьёзным обязательствам, которые вскоре лягут на его плечи. Она отметила про себя, как повзрослел Сиэль — в его взгляде появилась глубина, а движения стали более сдержанными и уверенными. Пока дядя Алексис и Дитрих потягивали шампанское у камина, обмениваясь шутками, Эдвард подошёл к Сиэлю — Ну что, Фантомхайв, поздравляю с выпускным, — произнёс он, хлопнув кузена по плечу. — Теперь через два года ты возьмёшь бразды правления этим поместьем и, разумеется, сможешь работать в полную силу. Сиэль кивнул, но слова кузена доносились до него словно сквозь туман. Все мысли были о «Бюро» и о том, какие возможности оно может ему предоставить. Пока Эдвард, как белый шум, что‑то говорил о перспективах и обязанностях наследника, Сиэль всё глубже погружался в размышления. Его вернула к реальности Элизабет, которая, улыбаясь, подошла и пригласила его на танец. Сиэль не сразу отреагировал — настолько глубоко он ушёл в свои мысли. Только когда Элизабет повторила просьбу, слегка коснувшись его руки, он очнулся и согласился. Во время танца Сиэль невольно залюбовался кузиной. Она выросла из шумной и весёлой девочки в прекрасную девушку с золотистыми волосами, ниспадающими локонами, и яркими зелёными глазами, искрящимися в свете свечей. Нежно‑розовое платье с кружевными вставками подчёркивало её изящество, а нитка жемчуга на шее добавляла благородства образу. Вечер плавно перетёк в ночь. Гости постепенно расходились: кто‑то отправился спать, другие переместились в бильярдную, где уже слышался стук шаров и весёлый смех, третьи уединились за карточными столами с бокалами портвейна. Сиэль дождался, пока шум в залах станет тише, а коридоры опустеют. Под покровом ночи он пробрался в свои покои, быстро собрал небольшой саквояж — смена одежды, пара пистолетов, небольшой запас монет и документы на вымышленное имя. Накинул тёмный плащ с капюшоном, скрывая лицо, и бесшумно покинул поместье через потайной ход, известный лишь членам семьи. Он шёл по тихим улицам Лондона, растворяясь в тени домов. Фонари отбрасывали тусклый свет, а туман, поднимавшийся от Темзы, окутывал улицы призрачной дымкой. Его путь лежал в Уайтчепел — туда, где криминал не знал границ, где слухи становились реальностью, а «Бюро сделок» ждало тех, кто готов заплатить за исполнение своих самых тёмных желаний. Путь оказался непростым, ещё сложнее оказалось найти то, что ему было нужно. Сиэль порядком устал. Вместо надёжных телохранителей он встречал лишь пьяниц, воров и беззаботных попрошаек. Один раз его попытались ограбить — двое мужчин в тёмных плащах вышли из‑за угла, но, увидев рукоять пистолета, торчащую из-под плаща Сиэля, быстро отступили, бормоча проклятия. Ему предлагали сомнительные услуги — от хриплого «Привет, красавчик, давай развлечёмся» до циничного «Не хочешь ли подзаработать на своём теле?». Сиэль лишь сжимал зубы и шёл дальше, стараясь не привлекать внимания. Он запоминал улицы, повороты, запахи — смесь гниющих овощей, конского навоза и влажного камня. Уайтчепел жил своей жизнью: здесь кричали торговцы, смеялись проститутки, шёпотом договаривались о сделках преступники. Он остановился в баре, где вывеска висела на честном слове, готовая сорваться при первом порыве ветра. Само заведение оказалось на удивление опрятным, несмотря на плачевное внешнее состояние. Пол был вымыт, столы вытерты, а бармен — седой мужчина со шрамом через всю щеку — следил за порядком с невозмутимостью сторожевого пса. Сиэль заказал воды и немного еды — холодный ростбиф и кусок чёрного хлеба. Он сидел у стены, наблюдая за посетителями, стараясь слиться с обстановкой. Где‑то краем уха граф уловил интересный разговор: — Люди слабы. Они лгут, предают, бросают на произвол судьбы. Но мы… держим слово. За определённую плату, разумеется. Защита от тех, кто сильнее, быстрее, опаснее. Цена? Всего лишь капля того, что вы всё равно потеряете. Так что, вы согласны на наши условия? Или предпочтёте испытать судьбу? Эти слова зацепили Фантомхайва. Он резко встал из‑за стола, рассчитался с барменом и подошёл к девушке с рыжими волосами, которая вела беседу с каким‑то грузным мужчиной. Та не сразу обратила внимание на юношу — она была занята тем, что ловко выуживала из клиента согласия на сделку. Но когда Сиэль тихо спросил: — Случайно, ты не из «Бюро»? Девушка замерла, затем медленно повернулась к нему. Её бирюзовые глаза сверкнули в полумраке. Она окинула его взглядом — от лакированных туфель до воротника рубашки, выглядывающего из‑под плаща. — Ну разумеется, нет, с чего ты взял? — усмехнулась она. — Я слышал ваш разговор. — Ой, мальчик, некрасиво подслушивать, — она покачала головой, но в глубине души Мэгги усмехалась. Да, она специально говорила достаточно громко, чтобы кто‑нибудь заинтересовался. Ломать комедию тоже было частью работы. — Тогда, значит, я ошибся, — Сиэль сделал шаг назад, собираясь развернуться. Но Мэгги схватила его за руку с неожиданной силой: — Постой. Куда же ты? Раз уж пришёл — поговорим. Она потащила его на улицу. Сиэль опешил, но послушно позволил вести себя — в конце концов, он искал именно это место. Они свернули в узкий переулок между баром и старым складом. Мэгги прижала его к стене, пристально глядя в глаза: — Скажи мне на милость, аристократ, что ты тут вынюхиваешь? Хочешь нашу контору прикрыть — не выйдет, у нас полно влиятельных клиентов. Говори, что тебе нужно, щегол! Сиэль не дрогнул. Он спокойно выдержал её взгляд и чётко произнёс: — Я ищу «Бюро сделок». Хочу заключить договор. Мэгги отпустила его, недоверчиво прищурившись. В её глазах читалось удивление — аристократы редко искали их услуг. Обычно приходили мафиози, дельцы чёрного рынка или отчаявшиеся люди, которым больше некуда было идти. — Что ж, — протянула она, оценивающе оглядывая его ещё раз. — Похоже, слухи дошли и до вашего круга. Что ж, не стану отпускать такого ценного клиента. Идём. Они двинулись через лабиринт переулков. Мэгги шла быстро, ловко лавируя между кучами мусора и спящими бродягами. Сиэль старался не отставать, запоминая маршрут: два поворота налево, один направо, затем через арку с выбитыми стёклами, мимо заброшенной конюшни, где пахло сеном и плесенью. Наконец они остановились перед ничем не примечательным зданием с потускневшей латунной табличкой: «Бюро сделок. Консультации». Дверь была массивной, из тёмного дуба, с кованым молотком в виде змеи. — Добро пожаловать, — усмехнулась Мэгги, доставая ключ. — Только помни: здесь не дают обещаний, которые не могут выполнить. И цена всегда выше, чем кажется на первый взгляд. Она открыла дверь, и Сиэль шагнул внутрь, в полутьму помещения, где пахло кожей, чернилами и чем‑то ещё — едва уловимым, но тревожным, напоминающим о том, что он только что переступил черту между миром аристократов и миром тех, кто живёт по другим законам.