Marauders

Войдя в свободное купе, Джессика тут же заняла место у окна. Марлин села напротив неё, а Джеймс устроился рядом с Марлин. За окном перрон всё ещё гудел голосами, но поезд уже дал протяжный гудок. Друзья не успели завести разговор, как состав тронулся. И почти в тот же миг дверь купе с грохотом отъехала в сторону. На пороге стоял тот самый мальчишка с Косого переулка, который отпустил ехидное замечание про любовь Джима к новой метле. — Я буду сидеть с вами, — заявил он, даже не спрашивая разрешения. — Свободных мест больше нет. И, не дожидаясь ответа, устроился рядом с Джесси. Она чуть подвинулась, но промолчала. В воздухе повисло напряжение — плотное, почти осязаемое. Первым его нарушил Джеймс. Он повернулся к незнакомцу и с дружелюбной прямотой, свойственной ему с детства, произнёс: — Я Джеймс Поттер. Это Марлин Маккиннон, — он указал на блондинку, которая с любопытством разглядывала новенького. — А это Джессика Рокс, — его рука переместилась на брюнетку, которая уже перевела взгляд на незнакомца с немым вопросом. — А ты? — Я Сириус, — коротко представился сероглазый брюнет и, чуть помедлив, добавил: — Блэк. Фамилия повисла в воздухе. Блэк. Разумеется, все слышали о Блэках. Но если Сириус и ждал какой-то особенной реакции, то её не последовало. Марлин просто кивнула. А потом вдруг посмотрела на него с любопытством и сказала: — Кстати, а я тебя не помню. В Косом переулке я с родителями закупалась в другой день. А Джесси и Джеймс, судя по всему, тебя уже встречали? — Было дело, — хмыкнула Джессика. — У витрины с метлой. — И что там произошло? — Марлин перевела взгляд с Джесси на Джеймса, который вдруг сделал оскорблённое лицо. — Этот, — Джеймс театрально ткнул пальцем в Сириуса, — заявил, что я женюсь на «Нимбусе-1001». — Я просто предположил, — с невозмутимым видом поправил Сириус. — Предположил?! — Ну а как ещё это называть? Ты стоял, прижавшись носом к стеклу, и смотрел на неё так, будто она сейчас оживёт и пригласит тебя на танец. Марлин фыркнула, Джесси прыснула, и через секунду купе наполнилось смехом. Джеймс попытался сохранить гордый вид, но не выдержал и захохотал вместе со всеми. — Ладно-ладно, — отсмеявшись, признал он, — метла и правда потрясающая. Ты бы тоже залип, Блэк. — Возможно, — согласился Сириус, и в его серых глазах мелькнуло что-то похожее на азарт. — Я бы от такой не отказался. — О! — Джеймс мгновенно оживился. — Ты гоняешь? — Пока нет. Но мечтаю научиться. — Тогда научимся вместе! Как только нам разрешат, я первый дам тебе её опробовать! — Ты сначала купи её, — вставила Джесси. — Куплю! И дам Блэку. А ты, Рокс, будешь завидовать. — Ага, размечтался. — А ты, значит, Джессика, — Сириус повернулся к брюнетке и посмотрел на неё с откровенным интересом, будто только сейчас разглядел как следует. — Рокс. Красивая фамилия. — Спасибо, — спокойно ответила Джесси. — У тебя тоже... громкая. Он хмыкнул, оценив её прямоту. — Это точно. Но, как я уже сказал, я не в неё. — И это заметно, — улыбнулась Джесси. Они продолжали болтать и перешучиваться. Марлин рассказала, как выбирала себе сову и та чуть не улетела прямо из магазина. Джеймс поведал, что мечтает стать лучшим ловцом в истории Хогвартса. Сириус оказался обладателем едкого, но острого чувства юмора, и его замечания то и дело вызывали взрывы смеха. Джесси парировала его колкости с такой же лёгкостью, с какой отбивала бладжеры на тренировках по квиддичу — мысленно, конечно; на метлу её пока не пускали, но она была уверена, что у неё получится. Сириус, сам того не заметив, втянулся в разговор окончательно. Ему ещё не доводилось вот так сидеть с кем-то, кто не смотрит на него с опаской или ожиданием чего-то «благородного». Здесь, в этом купе, он был просто Сириусом — и, кажется, впервые за долгое время ему это нравилось. Когда за окном начало темнеть и по вагону проехала тележка со сладостями, напряжение исчезло без следа. Осталась только лёгкая, искрящаяся радость. --- — Первокурсники! Все за мной! — огромный человек с длинной косматой бородой махал рукой, подзывая к себе детей. Когда толпа одиннадцатилетних магов сгрудилась вокруг него, он широко улыбнулся и представился: — Я Рубеус Хагрид, лесничий в Хогвартсе. Прошу за мной и не отставайте! Голос у него был гулкий, как колокол, но добрый. «Великан», — мелькнуло в голове у Джесси. Она никогда не видела великанов, но этот — если он, конечно, был великаном — внушал не страх, а какое-то странное, уютное доверие. Тропа вела вниз, к большому озеру. Деревья расступились, и перед первокурсниками открылся замок. Хогвартс. Он высился на скале, отражаясь в чёрной воде тысячами огоньков в окнах. Башни уходили в ночное небо, а сам замок казался живым — огромным, древним и прекрасным. У Джесси перехватило дыхание. Она покосилась на Марлин — та стояла с приоткрытым ртом. Джеймс молчал, что для него было редкостью. Даже Сириус, до этого отпускавший шуточки, замер. — Садимся по лодкам! Не более четырёх человек в одной! — зычно скомандовал Хагрид. Разумеется, Джеймс, Джессика, Марлин и Сириус сели в одну лодку. Та качнулась на воде, и они медленно поплыли к замку. — А что будет, если я нырну прямо сейчас? — вдруг спросил Сириус, глядя на тёмную воду. Джессика хмыкнула. — Много вариантов. Первый: тебя утащит на дно какое-нибудь водяное нечто. Второй: тебя исключат из школы до того, как ты в неё зашёл. Третий: ты просто замёрзнешь и утонешь. Сириус повернулся к ней с явным интересом. Было видно, что он не ожидал получить развёрнутый ответ. — И сколько ещё вариантов может быть? — Много, — Джесси посмотрела на него своими синими глазами, в которых отражались огни замка. — Но хорошего финала нет ни в одном. Сириус усмехнулся. Что-то в этой девчонке с чёрными волосами и острым языком ему определённо нравилось. --- Первокурсники выстроились в Большом зале напротив старого потрёпанного табурета, на котором лежала Распределяющая шляпа. Зал сиял: тысячи свечей парили под зачарованным потолком, отражавшим ночное небо. Джессика смотрела на звёзды, пытаясь унять волнение. Больше всего она хотела попасть на Гриффиндор — факультет мамы. Но и Когтевран, где учились отец и Миранда, она бы тоже приняла с достоинством. Шляпа запела свою песню, зал взорвался аплодисментами, а затем профессор Макгонагалл — строгая женщина в изумрудном плаще — развернула пергамент. — Блэк, Сириус! По залу пробежал шёпот. Блэк на Слизерине — это было предсказуемо. Но шляпа, едва коснувшись головы мальчишки, вдруг выкрикнула: — Гриффиндор! Тишина. А потом гриффиндорский стол взорвался овациями. Сириус поднялся с табурета, и на его лице мелькнуло странное выражение: облегчение пополам с вызовом. Сириус ухмыльнулся и направился к ало-золотому столу. Дальше распределение понеслось одно за другим. Римус Люпин — Гриффиндор. Мэри Макдональд — Гриффиндор. Марлин Маккиннон — Гриффиндор. Питер Петтигрю — Гриффиндор. Фрэнк Лонгботтом — Гриффиндор. И, наконец, Джеймс Поттер, который даже не успел сесть на табурет, как шляпа рявкнула: «Гриффиндор!» — и он с победным видом понёсся к столу. — Рокс, Джессика! Джесси выдохнула и села на табурет. Шляпа опустилась ей на голову. — Хм, — раздался вкрадчивый голос прямо в её сознании. — Ещё одна Рокс. Я помню твою мать. Храбрая женщина. И упрямая. Вижу, ты пошла в неё. Ум остр, сердце горячее... Очень горячее. Да... Непростой выбор. Но, пожалуй, ты знаешь, куда просишься. Гриффиндор! Джессика, не помня себя от радости, побежала к своим. Джеймс подвинулся, освобождая ей место рядом с Сириусом. — Отлично! Мы теперь все на одном факультете! — воскликнул он, сияя. Остаток распределения Джесси смотрела уже вполглаза. Последней на табурет села рыжеволосая девочка с ярко-зелёными глазами. — Эванс, Лили! Шляпа думала чуть дольше обычного, но наконец выкрикнула: «Гриффиндор!» — и за столом стало ещё на одного человека больше. --- — Да, ужин был чудесный, — мечтательно протянула Марлин, когда первокурсники потянулись за старостами. — И не говори, — согласился Джеймс, счастливо поглаживая живот. — Я, кажется, съел целую гору запечённой картошки. — По тебе заметно, — фыркнула Джесси, за что получила от друга шутливый тычок в плечо. У портрета Полной Дамы староста остановился: — Чтобы войти в гостиную Гриффиндора, нужно пройти сквозь этот портрет. Пароль: «Острый кинжал». Портрет отворился, словно дверь. Гостиная встретила их теплом и ало-золотым уютом: пылающий камин, мягкие диваны, кресла, в которых так и хотелось утонуть. Староста указал, где находятся спальни мальчиков и девочек. Марлин тут же схватила Джесси за руку и потащила к двери с табличкой «Первый курс». Внутри оказалась просторная круглая комната с шестью кроватями под балдахинами. — Чур, это моя! — Марлин с разбегу упала на кровать у окна. — Надеюсь, никто не против? Джесси закатила глаза и села на соседнюю кровать, ближе к двери. Следом за ними в спальню вошли ещё три девочки. Рыжеволосая Лили Эванс заняла кровать между Марлин и Джесси. Напротив Джесси расположилась Алиса Фортескью — миловидная блондинка с волнистыми волосами пшеничного оттенка. А между ней и Марлин — Мэри Макдональд, темнокожая девочка с задорными кудряшками. Марлин, как самая бойкая, решила взять инициативу в свои руки: — Я Марлин Маккиннон! Давайте знакомиться! — Мэри Макдональд, — улыбнулась кудрявая девочка. — Джессика Рокс. Можно просто Джесси. — Алиса Фортескью. Очень приятно! Все посмотрели на зеленоглазую соседку. Она сидела на кровати, подтянув колени к груди, и молчала. — Ты Лили, верно? — мягко спросила Джессика, вспомнив имя с распределения. — Да, — тихо ответила та. — Лили Эванс. Повисла небольшая пауза. Молчаливая. Но Джесси не стала давить — в конце концов, у всех свои причины для грусти. Может, тоскует по дому. Может, просто стесняется. Джесси быстро переоделась в уютную пижаму и забралась под одеяло. Она лежала в темноте, слушая, как Марлин, Мэри и Алиса тихо перешёптываются и смеются, и думала обо всём сразу: о новых знакомых, о красивом замке, о профессорах. О мальчишке по имени Сириус, который сел с ними, хотя его никто не звал. О том, как тепло улыбнулся ей Джеймс, когда её распределили на Гриффиндор. С этими мыслями она и уснула — впервые на новом месте, но с ощущением, что она именно там, где должна быть. --- Первый учебный день — и уже проспать. В этом вся суть Джессики и Марлин: вечно опаздывают. На то они и лучшие подруги. Блондинка и брюнетка неслись со скоростью, которой позавидовал бы и снитч, — на Трансфигурацию, которую вела их декан. Опаздывать на первый же урок к Минерве Макгонагалл было сродни самоубийству. Джесси рванула дверь кабинета, уже набирая воздух для извинений: — Здравствуйте, простите за... Но кабинет был пуст. Лишь на столе профессора сидела кошка — строгая, с тёмными отметинами вокруг глаз. — ...опоздание, — растерянно закончила Джесси. Она заметила Джеймса и Сириуса — те сидели за одной партой и отчаянно жестикулировали. Джеймс тыкал пальцем в кошку. Потом на парту. Потом снова на кошку. Стол. Кошка. Превращение. Джессика изогнула бровь, совершенно ничего не понимая, махнула на них рукой и потащила сонную Марлин за парту прямо перед Поттером и Блэком. — Так где всё-таки профессор? — шёпотом спросила она, выкладывая пергаменты. — Эта кошка и есть Макгонагалл, — с наслаждением сообщил Сириус. — Она превратилась прямо у нас на глазах! — добавил Джим с горящими глазами. — Из кошки — в декана. Мы чуть с табуретов не попадали! Джесси перевела ошарашенный взгляд на кошку, но та уже спрыгнула со стола и — секундой позже — перед партой стояла профессор Макгонагалл собственной персоной. — Молодые люди, — произнесла она ледяным тоном, от которого захотелось немедленно испариться, — вы все четверо опоздали на мой урок и к тому же разговариваете. Четыре головы мгновенно уткнулись в пергаменты. До конца урока никто из них не проронил ни звука, и, что самое удивительное, Джеймс и Сириус даже попытались что-то записать. Попытались. Получилось, правда, не очень, но Джесси мысленно поставила им галочку за старание. --- — Да, к этой кошечке точно нельзя опаздывать, — выдохнула Марлин, когда они вышли в коридор. — Полностью согласен, — кивнул Сириус, поправляя растрепавшиеся волосы. — Кстати, как ваши соседки? — спросил Джеймс, развернувшись лицом к друзьям и шагая спиной вперёд. — Всё устраивает? — Прикольные девчонки! — оживилась Марлин. — Я полночи болтала с Мэри и Алисой. А Лили и Джесси уснули, представляете? Прямо в разгар беседы! — Я бы с удовольствием поболтала, — зевнула Джессика, — но спать хотелось до жути. Мы с Джимом накануне полночи играли в волшебные шахматы и взрывающиеся карты. — И кто победил? — поинтересовался Сириус. — Конечно, я, — в один голос заявили Джесси и Джеймс и тут же уставились друг на друга. — Вообще-то я, — прищурился Джеймс. — Ты проиграл три партии из четырёх, Поттер, не смеши Блэка. Сириус действительно хмыкнул, и в его серых глазах заплясали искорки веселья. — Ладно, — вмешалась Марлин, — а как ваши соседи? Ты говорил, их трое, да? — Ага, — Джеймс наконец перестал идти спиной вперёд и поравнялся с остальными. — Римус, Питер и Фрэнк. Классные ребята. Фрэнк, правда, не особо общительный, весь вечер просидел в гостиной. А Римус и Питер — отличные. Римус, кстати, жутко умный — я думаю, он нас всех за пояс заткнёт. — Уже завидую, — улыбнулась Джесси. — А ты не завидуй, — Сириус вдруг пихнул её локтем — легонько, почти по-дружески. — Ты и сама кого хочешь за пояс заткнёшь. Мы с Джеймсом уже убедились. — О, вы даже в этом признались? — Джесси театрально прижала руку к сердцу. — Прогресс. --- Дни летели безумно быстро. Не успели оглянуться — на дворе уже 31 октября. Хэллоуин. За прошедшие недели Джессика и Марлин крепко подружились с Мэри и Алисой. С Лили Эванс по-прежнему было непросто: она часто уходила, когда девочки заводили разговор, и появлялась только ближе ко сну. Джесси не давила — ей самой было знакомо чувство, когда хочется побыть одной. С мальчиками дела обстояли иначе. Римус и Питер быстро стали частью их компании. Они часто сидели в гостиной у камина, реже — в библиотеке, и болтали обо всём на свете. Римус оказался спокойным и начитанным, Питер — восторженным и преданным. А Джеймс и Сириус... эти двое словно нашли друг друга сквозь время и пространство. Они понимали один другого с полуслова, с полувзгляда — и вместе представляли собой ходячую катастрофу. Джессика, к собственному удивлению, стала отличной ученицей. Она прилежно занималась, поднимала руку, приносила баллы факультету — и теряла их почти с той же скоростью, стоило ей оказаться в компании Поттера и Блэка. Те вечно что-то чудили и неизменно втягивали её в свои проделки. Остальных они тоже звали, но те благоразумно отказывались, зная, что добром это не кончится. Что касается учёбы, Джим и Сириус не особо блистали. Оба в голос заявляли, что лучше взорвут котёл, чем сварят зелье. Джессика сначала закатывала глаза и пыталась их заставить учиться, но вскоре сдалась. Теперь она больше занималась с Римусом и Питером — и даже находила в этом тихое удовольствие. Близился вечер, а с ним и праздничный ужин. — Ну что, Джессика, — раздался знакомый голос, — устроим сегодня что-то грандиозное в честь Хэллоуина? Джеймс догнал её по пути из библиотеки. С другой стороны, будто из ниоткуда, возник Сириус. — Хэллоуин как Хэллоуин, — строго ответила Джесси, даже не сбавляя шага. — Ничего грандиозного не нужно. — Да ладно тебе, — Сириус сделал щенячьи глаза. — Ну пожалуйста. — Нет. — Хорошо... — грустно вздохнул Джим. — А если мы... — Нет, — перебила Джесси, даже не дав ему договорить. — Если вы вдвоём пойдёте устраивать розыгрыш, половине Хогвартса можно будет сказать «до свидания». А вторую половину просто разнесёт взрывной волной. Джеймс и Сириус переглянулись. По их лицам расползлись одинаковые, до жути довольные улыбки — похоже, перспектива «разнести половину Хогвартса» их только вдохновила. — Хорошо, — великодушно согласился Сириус и вдруг закинул руку на плечо Джесси. — Раз ты не хочешь устраивать ничего грандиозного и нам не даёшь, тогда мы идём гулять ночью. И это не обсуждается. — А если нас поймает Филч? Или ещё хуже — кто-нибудь из профессоров? — Сколько раз мы ходили гулять ночью, и ты каждый раз задаёшь этот вопрос, — парировал Джеймс. — И ни разу нас не поймали. Джесси тяжело вздохнула. Они всё равно утащат её — так было всегда, с самого первого дня их странной, но нерушимой дружбы. Сопротивляться не имело смысла. Она молча кивнула и свернула в гостиную, оставив мальчишек довольно переглядываться за её спиной. --- Праздничный ужин прошёл великолепно. Зал был украшен тыквами, в воздухе парили свечи, а еды было столько, что хватило бы на целую армию. Когда всё закончилось, Римус, Питер, Джеймс, Сириус и Джессика поднялись в спальню мальчиков. — Это был превосходный ужин! — Питер блаженно рухнул на свою кровать. — Да, я, кажется, не ела так вкусно со дня рождения, — Джесси устроилась на кровати Джеймса, поджав под себя ноги. — Хорошо бы, если бы сегодня ничего не случилось, — Римус выразительно посмотрел на буйную троицу. — Хотя бы один вечер... спокойно. — Ну, — протянул Сириус, усаживаясь на пол и прислоняясь спиной к тумбочке, — в принципе, ничего не случится. Но спокойно мы этот вечер точно не проведём. — И что вы придумали? — с интересом спросил Питер. — Опять розыгрыш? Или что-нибудь взорвать хотите? — Ни то, ни другое, — отозвался Джеймс. — Она запретила. Он ткнул пальцем в Джесси. Та немедленно схватила подушку и с размаху ударила его по голове. — И правильно сделала, — заметил Римус. — Так что в итоге? — Мы пойдём гулять после комендантского часа, — объявил Сириус таким тоном, будто речь шла о королевском указе. Джеймс и Джесси переглянулись и хором спросили: — Вы с нами? — Я точно! — тут же выкрикнул Питер, подскакивая на кровати. Все посмотрели на Римуса. Тот вздохнул — как вздыхает человек, который уже понял, что спокойный вечер отменяется. — Ну... если только прогуляться... — неуверенно пробормотал он. — Просто прогуляться. Никаких розыгрышей. — Обещаем, — хором сказали Джеймс и Сириус с таким честным видом, что Римус им, конечно, не поверил. --- Ночной Хогвартс был совсем другим. Факелы на стенах горели вполсилы, отбрасывая длинные дрожащие тени. Коридоры, днём полные шума и смеха, теперь лежали пустые и безмолвные, как гигантская зачарованная пещера. Пятеро первокурсников шли тесной группой, стараясь ступать как можно тише, и разговаривали приглушёнными голосами. — А страшно тут ночью, — честно признался Питер, ёжась под мантией. — Мне даже нравится, — отозвалась Джесси, вглядываясь в темноту. — Как будто замок только наш. — Так и есть, — сказал Сириус. — Спит весь Хогвартс, а мы... Он не договорил: где-то в конце коридора раздалось короткое, требовательное мяу. — Чёрт, это кошка Филча! — прошипел Питер. — Сюда! — Сириус махнул рукой в сторону неприметного прохода, который в дневное время никто из них даже не заметил бы. Они нырнули в узкий коридор, и он вывел их к старой двери. Тяжёлой, тёмного дерева, с потемневшей от времени ручкой. — Выбора нет, — резюмировал Римус. — Придётся войти. — Обратно мы точно не вернёмся, — Джеймс дёрнул ручку, и та неожиданно легко поддалась. — Хорошо, что не заперто. Они вошли. Комната, встретившая их, была пыльной и заброшенной: вдоль стен громоздились какие-то ящики, накрытые паутиной, воздух пах старым деревом и запустением. — Похоже на заброшенный кабинет, — сказала Джесси, закашлявшись от пыли. — Смотрите, — Питер указал на трибуну в углу. Они подошли ближе. На трибуне лежала табличка с выцарапанной надписью: Честным, верным и мудрым — покой. Смелым — путь, что лежит предо мной. Непросто меня отыскать, Чтоб тайну мою разгадать. Под надписью красовалась стрелка, указывающая за спины первокурсников. Они обернулись. Там, где минуту назад была глухая стена, теперь виднелась ещё одна дверь — низкая, обитая железом. — Ух ты! Ну что, пойдём? — глаза Джеймса загорелись тем самым огнём, который обычно предвещал неприятности. Сириус ухмыльнулся другу — без слов, одним выражением лица давая понять, что он «за». — Вы вообще адекватные? — Римус указал на дверь. — Идти туда, ночью, непонятно куда? А если там пятиметровый тролль? Или даже два? — И что? — спросил Сириус так искренне, что Римус на мгновение потерял дар речи. — И что?! — повторил он громким шёпотом и тут же осёкся, вспомнив, что они прячутся. — Вы вообще понимаете... — Да ладно тебе, Римус, — Джеймс хлопнул его по плечу. — Что такого? Дамблдор не безумец, чтобы держать в Хогвартсе тролля. Наверное. — Римус прав, — неожиданно поддержала Джесси. — Сегодня точно не пойдём. Римус благодарно выдохнул. Наконец-то хоть кто-то его понимает. — Пойдём туда, если ещё раз попадётся, — добавила Джесси. У Римуса снова поползли вверх брови. — Так я в этом участвовать не собираюсь! — Посмотрим, — загадочно протянула Джесси и первой направилась к выходу. Они благополучно добрались до гостиной. У камина, в тепле и уюте, напряжение ночной вылазки постепенно отпустило. Но ещё долго они сидели впятером, глядя на огонь, и тихо, с горящими глазами обсуждали, что же может скрываться за загадочной дверью. В этом шёпоте было всё: страх, любопытство, азарт и то удивительное, захватывающее чувство, когда пятеро друзей делят одну тайну на всех.