Принятие. Предательство. Потеря.

После того вечера в пустом классе мир словно сдвинулся на полшага. Не громко и не заметно для других, но для Гарри ощутимо. Он шёл по коридору и вдруг понял, что больше не ищет Драко взглядом из тревоги. Он искал его, как ищут что-то своё. Привычное. Нужное. Драко нашёлся возле окна на третьем этаже. Он стоял, прислонившись плечом к каменной стене, и смотрел во двор, где ветер трепал оголённые ветки. — Ты всегда здесь прячешься? — спросил Гарри, подходя. — Не прячусь, — тихо ответил Драко. — Думаю. Он повернулся. Их взгляды встретились — и ни один не отвёл глаза. Между ними больше не было той острой, болезненной дистанции. Только осторожность. Как будто оба боялись спугнуть что-то очень хрупкое. — Я не знал, как к тебе подойти, — признался Гарри. — Даже после всего. — Я тоже, — выдохнул Драко. — Обычно я знаю, как держать людей на расстоянии. А с тобой… не выходит. Это прозвучало не как упрёк, как правда. Гарри шагнул ближе. Слишком близко для «врагов». Слишком естественно для тех, кто больше не хочет притворяться. — Я всё время думаю о тебе, — сказал он тихо. — Даже когда не должен. Драко слабо усмехнулся. — А я злюсь на себя за то же самое. Он посмотрел на Гарри так, будто искал разрешение. — Ты не обязан… — Я хочу, — перебил Гарри. Слова вышли прежде, чем он успел испугаться. На мгновение Драко замер. Потом осторожно, будто проверяя реальность, протянул руку и коснулся края мантии Гарри. Неуверенно. Почти несмело. Гарри не отступил, он позволил. Это прикосновение было не о желании — о доверии. — Ты понимаешь, что мы делаем? — прошептал Драко. — Да, — ответил Гарри. — И если честно, мне всё равно, кто это увидит. В глазах Драко мелькнуло что-то тёплое. Опасное. — Ты всегда был таким, Поттер, — сказал он. — Иди туда, куда нельзя. — Может, просто туда, где ты, — ответил Гарри. Драко тихо рассмеялся — впервые без яда, без защиты. Они сидели рядом у окна ещё долго. Плечо к плечу. Не касаясь, но чувствуя друг друга слишком отчётливо, чтобы это можно было назвать случайностью. В этот момент не существовало Слизерина и Гриффиндора. Не было семей, ожиданий, будущих катастроф. Были только они. И этого было достаточно.