Принятие. Предательство. Потеря.

Гарри начал замечать это не сразу. Сначала мелочи. Задержанные взгляды. Чуть более долгие паузы в разговорах. Вопросы, которые не задавались вслух, но висели в воздухе так отчётливо, что от них хотелось отвернуться. Он стал чувствовать себя… видимым. Не в привычном смысле, не как Мальчик-который-выжил. Иначе. Будто кто-то смотрел не на него, а сквозь него, пытаясь разглядеть то, что он сам ещё не до конца понимал. Гермиона стала чаще замолкать на полуслове, когда он входил в комнату. Рон пару раз бросал на него быстрые, оценивающие взгляды, а потом тут же отводил глаза. Джинни держалась спокойно, слишком спокойно. Это было даже хуже. Гарри делал вид, что ничего не замечает. На уроке трансфигурации он сел на привычное место, механически достал учебник, перо, пергамент. Рядом кто-то шептался, где-то скрипели стулья. Всё было как обычно. И всё же он знал. Драко Малфой сидел через два ряда. Гарри не смотрел в его сторону. Не сразу. Он пытался сосредоточиться на голосе профессора, на формуле заклинания, на движениях палочки. Но внимание снова и снова ускользало, будто тянуло магнитом. Он почувствовал взгляд ещё до того, как позволил себе поднять глаза. Малфой смотрел не вызывающе. Не с привычным презрением. Его взгляд был сосредоточенным, напряжённым, словно он пытался удержать что-то под контролем и не был уверен, что у него получится. Гарри отвернулся первым. Сердце билось слишком быстро. Это злило. Почему каждый раз так? После урока они вышли почти одновременно. Коридор был заполнен учениками, шумом, голосами. Малфой шёл впереди, чуть быстрее обычного. Его спина была напряжённой, плечи подняты, будто он готовился к удару, которого не видел. Гарри поймал себя на том, что следит за каждым его движением. Он остановился. Это было глупо. Опасно. Но мысль о том, что Малфой просто исчезнет за поворотом, вызвала странное, неприятное ощущение, будто что-то важное ускользало. Коридор постепенно пустел. Шаги становились реже, голоса тише. Малфой уже собирался свернуть за угол, когда Гарри остановился. - Малфой. Он сказал это ровно, без привычной резкости. Но достаточно громко, чтобы тот услышал. Драко остановился не сразу. Секунда. Другая. Потом медленно обернулся. - Что? - холодно спросил он. - Решил продолжить следить за мной открыто? Гарри сделал шаг вперёд. Не резко. Уверенно. - Ты слишком часто смотришь в мою сторону, чтобы делать вид, что тебе всё равно. Брови Малфоя едва заметно дёрнулись. - Тебе показалось. - Нет, - Гарри качнул головой. - И ты это знаешь. Малфой скрестил руки на груди. Привычный защитный жест. - Ты всегда был плох в интерпретациях, Поттер. - Тогда объясни, - Гарри сократил расстояние между ними ещё на шаг. - Объясни, почему ты каждый раз рядом. Почему исчезаешь, стоит мне приблизиться. Почему злишься, когда я просто смотрю. В глазах Малфоя вспыхнуло раздражение. - Ты слишком много на себя берёшь. - Возможно, - спокойно ответил Гарри. - Но это лучше, чем делать вид, что ничего не происходит. Малфой усмехнулся, но в этой улыбке не было уверенности. - И что же, по-твоему, происходит? Гарри задержал на нём взгляд. Дольше, чем позволял себе раньше. - Ты что-то скрываешь, - сказал он тихо. - И это связано со мной. Повисла пауза. Драко выпрямился, словно собираясь с силами. - Тебе стоит держаться подальше, Поттер, - сказал он холодно. - Ты не понимаешь, куда лезешь. - Тогда объясни, - на этот раз в голосе Гарри прозвучало упрямство. - Или признай, что боишься. Это попало точно. - Осторожнее со словами, - резко бросил Малфой. - Ты не имеешь права. - Имею, - перебил Гарри. - Потому что это касается меня. Потому что ты сам меня втянул. Малфой смотрел на него несколько секунд. В его взгляде было слишком много всего сразу - злость, напряжение, что-то ещё, более глубокое. - Ты не знаешь, что просишь, - наконец сказал он. - Тогда скажи, - Гарри не отступил. - Я устал гадать. Драко сделал шаг назад. Разорвал дистанцию. - Ты всегда был слишком навязчивый, Поттер. Он развернулся и ушёл, не оглядываясь. Гарри остался стоять, чувствуя, как внутри всё гудит от напряжения. На этот раз он не сомневался: он был прав. И Малфой это знал.