Тьма внутри каждого.

Взрыв не был похож на обычный свет. Это был свет, который выжигал саму тьму, аннигилируя её на фундаментальном уровне. Он не имел ни жара, ни цвета, но его сияние, казалось, проникало до самых костей. Первобытный рёв, вырвавшийся из глотки существа, был не звуком, а вибрацией самой реальности, которая заставила саму землю содрогнуться. Барьер Невилла, не выдержав двойного удара — яростного натиска Тени и очищающей волны зелья, — с оглушительным треском лопнул. Стена из живого плюща и грибов рассыпалась в прах, который тут же подхватил и унёс прочь магический вихрь. Невилла отбросило назад, и он тяжело рухнул на спину, хватая ртом воздух. Его магия была истощена до последней капли. Гарри стоял в эпицентре этого хаоса, в своём круге из чёрного базальта. Он не закрыл глаза. Он смотрел, как сущность, захватившая Рона, корчится в агонии. Тень Пожирателя больше не была бесформенным облаком. Под действием зелья она обрела уродливую, гротескную форму — клубок шипящих, извивающихся щупалец из чистой черноты, которые на глазах иссыхали, превращаясь в серый пепел. Рёв сменился пронзительным, нечеловеческим визгом — звуком абсолютного отрицания бытия. Существо метнулось к Гарри, движимое последней, отчаянной жаждой. Оно не могло дотянуться до него физически — аура древнего дракона была непроницаемой стеной — и попыталось поглотить его магию, его волю. Гарри почувствовал это как ледяной сквозняк в сознании, попытку стереть его «я». Но он не отступил. Он не стал призывать силу. Он просто был ею. — Нет, — произнёс он спокойно, и его голос прозвучал так же холодно и твёрдо, как камень под его ногами. Он сделал один-единственный шаг вперёд, переступая границу своего круга. В тот же миг аура древнего монстра окутала его полностью. Он протянул руку и коснулся иссохшего щупальца Тени. Контакт был подобен удару молнии. Но эта молния била в обе стороны. Там, где пальцы Гарри касались тьмы, она не просто исчезала — она кристаллизовалась. Щупальце, а затем и вся беснующаяся масса, начало покрываться коркой чёрного льда, застывая в вечном мгновении своей гибели. Визг оборвался. Существо замерло. На поляне у озера стояла статуя из обсидиана — застывший в прыжке монстр с раскрытой пастью. Наступила абсолютная тишина. Луна первой нарушила её, бесшумно спустившись со своего холма. Она подошла к застывшей фигуре и легонько коснулась её рукой. Камень был холодным. — Оно ушло, — тихо сказала она. — Пусто. Гарри медленно опустил руку. Чёрный лёд на его пальцах растаял, оставив после себя лишь холод. Он обернулся к Невиллу, который с трудом поднимался на ноги. — Ты как? — спросил Гарри. — Как будто по мне стадо взрывопотамов пробежало, — криво усмехнулся Невилл, отряхивая мантию. — Но жить буду. Они оба посмотрели на центральную фигуру этой жуткой композиции. Рон лежал на земле внутри каменного кокона, который создал Гарри. Он был без сознания, его грудь едва заметно вздымалась. — Мы... сделали это? — хрипло спросил Невилл, всё ещё не веря своим глазам. Гарри не ответил. Он медленно подошёл к другу и опустился рядом с ним на колени. Он проверил пульс Рона — тот был слабым, но ровным. На его лице и руках виднелись глубокие царапины и ожоги от контакта с Тенью, но смертельных ран не было. — Он будет жить, — сказал Гарри, поднимаясь. В его голосе звучало безмерное облегчение. Луна подошла к ним и положила руку Гарри на плечо. — Ты был прав. Это был вызов. И ты победил. Гарри посмотрел на застывшего монстра из обсидиана, затем на измождённого Невилла и мирно спящего Рона. Битва была окончена. Они победили древнее зло силой трёх совершенно разных магий: первобытной мощи земли, неуёмной силы жизни и чистого, незамутнённого взгляда на истину. Но глядя на чёрную статую, Гарри понимал: эта ночь навсегда изменила их всех. И прежде всего — его самого. Он чувствовал отголоски той ледяной, терпеливой силы внутри себя. Она никуда не делась. Она просто уснула, ожидая своего часа. Гарри наклонился и легко поднял Рона на руки. — Пора возвращаться в замок. Ему нужна помощь мадам Помфри. И нам всем нужен отдых. Невилл лишь молча кивнул и пошёл рядом с Луной следом за Гарри, который нёс их друга обратно к огням Хогвартса сквозь непроглядную тьму ночи.