Тьма внутри каждого.

Снейп шёл быстро, не оглядываясь, но Гарри чувствовал: профессор не даст ему упасть. Каждый шаг отдавался болью, но ещё сильнее жгла обида и чувство безысходности. Коридоры подземелий казались бесконечными, пока наконец зельевар не распахнул тяжёлую дверь своего кабинета. Внутри было сумрачно и прохладно. Пахло старыми книгами, пергаментом и чем-то неуловимо горьким. — Все сюда, — бросил Снейп ледяным тоном, и в кабинет, толкаясь и бросая на Гарри злобные взгляды, вошли Кормак, Дин, Симус и Рон. Гарри остался стоять у двери, прижимаясь к стене. Он чувствовал, как по подбородку снова потекла кровь из сломанного носа. Снейп обвёл всех присутствующих тяжёлым взглядом. Его лицо было непроницаемой маской, но в глазах плескалась едва сдерживаемая ярость. — Поттер, — голос профессора был тихим, но от него по спине бежали мурашки. — Ко мне. Встаньте здесь. Гарри сделал несколько неуверенных шагов и остановился рядом со столом Снейпа. Он старался не смотреть на Рона и его компанию, но физически ощущал их ненависть. — Итак, — Снейп медленно повернулся к четвёрке гриффиндорцев. — Решили продемонстрировать свои выдающиеся способности в избиении однокурсников? Весьма по-гриффиндорски. Потрудитесь объяснить причину этого... нападения. Рон выступил вперёд, его лицо было бледным, но в глазах горел вызов. — Он сам виноват! Он опасен! У него рога! Он проклятый! — Молчать! Я так и предполагал, что внятных объяснений от вас не дождёшься. Что ж... Неделя отработок у Фильча превращается в месяц. И, пожалуй, я сниму с каждого ещё по двадцать баллов. Просто чтобы поддержать атмосферу всеобщего уныния. Кормак открыл было рот, чтобы возразить, но под взглядом Снейпа осёкся и опустил голову. — А теперь вон. Живо. Четвёрка вылетела из кабинета так быстро, словно за ними гналась стая дементоров. Последним выходил Рон. Уже в дверях он обернулся и посмотрел на Гарри с такой лютой злобой, что у того внутри всё похолодело. Снейп дождался, пока шаги стихнут в коридоре, и только потом повернулся к Гарри. — Встаньте ровнее, Поттер, — уже мягче сказал он. — Я должен осмотреть повреждения. Гарри повиновался. Снейп провёл палочкой вдоль его тела, бормоча диагностические заклинания. Его лицо оставалось бесстрастным, но пальцы чуть крепче сжали палочку, когда он увидел сломанный нос и ушибы на рёбрах. — Нос я вправлю сейчас. Будет больно. Потерпите. Одно короткое движение палочкой, вспышка боли — и дышать стало легче. Снейп протянул ему склянку с зельем: — Выпейте до дна. Это костерост и кровевосстанавливающее. Поможет к утру. Гарри взял склянку дрожащими руками. Он посмотрел на профессора. В его взгляде смешались страх, боль и что-то ещё — робкая искра благодарности. — Спасибо... сэр. Снейп ничего не ответил. Он лишь коротко кивнул на дверь: — Идите. И держитесь подальше от тёмных коридоров без сопровождения. По крайней мере... пока я не разберусь с этим балаганом. Гарри вышел в пустой коридор. В голове шумело от зелья и пережитого ужаса. Он понимал: наказание Снейпа не остановит Рона и его друзей. Наоборот. Теперь их ненависть разгорится с новой силой. Они будут считать его предателем, который нажаловался преподавателю. Он добрёл до Выручай-комнаты и трижды прошёл мимо стены, думая о месте, где можно спрятаться. Дверь появилась так же бесшумно, как всегда. Внутри было тепло и уютно: два спальных мешка лежали у камина, на столе стоял чайник с горячим чаем. Невилл сидел в кресле с книгой в руках, но при виде Гарри вскочил на ноги. — Гарри! Что случилось? Ты весь в крови! Гарри молча прошёл внутрь и рухнул на свой спальник. Слёзы, которые он сдерживал перед Снейпом, теперь хлынули сами собой. Невилл сел рядом и неловко обнял его за плечи. — Они... они снова напали? — тихо спросил он. Гарри только кивнул, уткнувшись лицом в колени. — Это никогда не закончится... Они ненавидят меня ещё больше... Невилл ничего не сказал. Он просто сидел рядом, давая другу выплакаться. В камине потрескивал огонь, а за стенами замка бушевала метель. Но здесь, в их маленьком убежище, было почти безопасно. Почти.