Октавия: Память. Свет. Забвение. Глава 1.

Глава 1.

Октавия: Память. Свет. Забвение.

      Зелёная поляна давно осталась позади.       Путники шли шаг за шагом по узкой дороге среди заснеженных склонов, иногда нарушая тишину короткими вопросами. Путь предстоял долгий. Даже молчание начинало утомлять.       Тиф сохраняла спокойное лицо. Она шла, глядя вперёд, с немного пустыми глазами. Она была там — в своей голове. Столько мыслей накатывались снежным комом и вырывались из неё тяжёлым выдохом.       Она почти не улыбалась, изредка говорила тихо и ровно — выученно.       «Дитя забвения? Что это вообще? Чушь какая-то. Наговорили ерунды, чтобы я эту святошу сопроводил!», — Ирбис закатил глаза. — Пф.       «А впрочем, какая разница. Сопровождать легче, чем мечом махать. Так проще. Так спокойнее.»       От этой мысли он улыбнулся. Но улыбка сползла, как только он осмотрел свой ремень.       «Вот же морр! Оружия нет».       — А-а-а… Тиф, верно?       — Да.       — Тут такое дело… Не займёшь немного пыли? Я отдам тебе… потом…       Тиф опешила и посмотрела на Ирбиса в недоумении.       — З-зачем тебе?       — Мне нужно купить оружие.       В голове Тиф мелькнули нападение морров, погоня, укрытие от солдат… Она немного замялась, но в конечном итоге протянула мешочек, в который было чуть больше наполовины:       — Хорошо, вот — держи, — она отвернула голову раняя косой взгляд.       Глаза Ирбиса расширились.       «Крилль меня побери, да это же целое состояние! На неё можно купить два… нет, три меча!»       — Ты уверена?       — Конечно.       — Я просил немного.       — Здесь немного.       Ирбис медленно перевёл удивленный взгляд с мешочка на Тиф. Он подвязал его на пояс, как Тиф неожиданно взяла Ирбиса за руку.       Тудум… тудум…       Сердце забилось где-то в голове. Вибрация прошлась по телу от плеча, кристалл начал блекло сиять. Внутри стоял звон — тихий, ненавязчивый. Сквозь него пробивался голос. Совсем неразборчивый, он шептал что-то на неизвестном Ирбису языке. Он то понимал, то терял нить. Ирбис оглянулся — никого. Но голос продолжал что-то повторять, одно и то же, все одно и то же… «И.. р… и… п…ом …и»       «Как странно… но я же это слышал? Правда ведь?» - на лбу выступил холодный пот, такое пугало его, до мурашек. Это не монстр вживую, от которого можно отбиться… Это что то внутри…       Ирбис посмотрел на Тиф. Она беспощадно тянула его руку, пытаясь утащить за собой.       — И куда это мы? — Ирбис стоял неподвижно, будто никто его не пытался сдвинуть с места.       — Надо торопиться к старейшинам. У них карта Октавии… — Тиф всё сильнее тянула его, но солдат стоял непоколебимо. — Нам нужно успеть до ночи.       Она нахмурилась и отпустила руку.       Ирбис цокнул, закатил глаза и поплёлся за ней.       Впереди виднелись ворота, высокие, украшенные золотом и красными флагами. Над ними был символ Снежной Долины – солнечный ободок и копье с посохом перекрещенные внутри.       Деревянные ворота были раскрыты, у них же стоял блокпост.       — Следующий… Документы… Откуда? — сидящий на пропускном посту посмотрел на беженца из-под лобья и указал рукой. — Блок три по левому краю. Сле-едующий… — лениво протянул солдат в обмундировании.       Его латы блистали на солнце, отражая лучи и ослепляя беженцев. Лицо было скучающим — работа непыльная, но быстро надоедает. Он сидел вразвалочку, подпёр голову рукой и едва сдерживал зевоту.       Их было невероятное количество… Старики, дети, женщины. И ни одного мужчины.       «Так много пострадавших… А ведь в тех местах была их жизнь…» — подумала Тиф, сжимая плащ на уровне сердца.       Очередь почти не двигалась. Она была пугающе длинной и тихой. Лишь плач ребёнка разбивал эту тишину в дребезги. Запах фейерверков… а точнее, пороха и дыма — вот что чувствовалось, когда путники стояли в ней.       «Вот же… Как долго!» — Ирбис напрягся, вены вздулись. Он слегка топал то одной, то другой ногой, ожидая своей очереди.       Ирбис осмотрелся и присмотрелся к каждому, кто стоял впереди и сзади:       «…На фронте?» — он заметил, что среди толпы мужчин не было — только женщины, дети да старики.       Он сделал глубокий вдох и такой же глубокий выдох.       Тиф осматривалась вокруг, и её взгляд упал на Ирбиса. Точнее — на его плечо.       «До ворот несколько метров… Нас ведь не пропустят…» — она растерянно смотрела то на Ирбиса, то на солдат, сминая плащ. Идея пришла быстро.       — Покажи плечо, — резко сказала Тиф.       — У меня ничего не болит, — Ирбис недовольно поморщился.       — Покажи!       — Ладно-ладно, — он приподнял плащ и оголил больное место.       — Не открывай так сильно! — буркнула Тиф полушепотом.       Она резко шагнула ближе, и, не услышав ответа, принялась нервно заматывать его плечо, заслоняя, чтобы избежать лишних взглядов.       — С-с-с… чего так резко-то? Зачем?       — Тише!       Ирбис заметил, что на них смотрят. Несколько зевак перешёптывались, не скрывая тревоги:       — Он что… заражённый?       — Неужели с фронта пришёл?       — Какой человек в здравом уме явится сюда с такой коррозией?..       Сердце Ирбиса забилось чаще.       «Что-то не так. Почему так смотрят?» — он не понимал, опасна ли ситуация, придётся ли бежать или стоять смиренно, не обращая внимания.       Он громко проглотил слюну и сказал занятой Тиф:       — Эй, Тиф… Тут это… — он указал большим пальцем свободной руки в сторону стоящих за ними в очереди.       — Не смотри на них… просто не смотри, — эта фраза могла звучать уверенно, но не сейчас и не от Тиф.       Внезапно кристалл начал пульсировать. Боль пронзила плечо резко. Ирбис стиснул зубы и фыркнул, будто боль можно было просто переждать.       «Чтоб тебя… только завязали» — Ирбис пыхтел и держался за плечо.       Увидев это, Тиф быстро развязала маленький тканевый мешочек у пояса. Тиф взяла флягу, развела пару щепоток пыль с водой прямо в ладони и вылила на перевязанный бинт.       Ирбис скривился от болезненной примочки:— С-с-с, вот же морр!       Где-то позади послышался топот сотен ног. Армия Снежной Долины шагала с телегой, запряжённой этерами. Они шли медленно. Чем ближе подходили, тем сильнее становился запах пороха, крови, плоти и земли. Внимание толпы быстро переключилось на повозку. Кто-то начал плакать, другие молиться, третьи успокаивали соседей.       Сквозь полузакрытые глаза Ирбис заметил свисающую руку из повозки. На ней еле заметно блестело что-то красное. Кристалл. Такой же, как у Ирбиса.       «Красный…» — Ирбис смотрел как заворожённый, не отводя глаз.       Сердце его участило темп, он почувствовал что-то холодное на кончиках пальцев и что-то очень теплое в груди. Его кристалл начал пульсировать красным светом, будто узнал своего…       Тиф смотрела вслед отдаляющейся повозке.       — Да прибудет вам новое начало памяти и света, — тихо произнесла она, сложив руки в молитвенной позе.       Ирбис посмотрел на неё и спросил:       — Хоронить их тут будут?       — Нет. В Могильнике.       «Могильник? Почему у них тут всё не как у людей» — Ирбис нахмурился и отвернулся, глядя вслед удаляющейся телеге.       Очередь постепенно начала двигаться. Человек за человеком проходили на блокпост. Их направляли, разделяли, не обращая внимания ни на родственные связи, ни на близость людей. Солдатам было плевать — они делали свою работу.       Осталось всего несколько человек впереди. Тиф вздрогнула и начала судорожно что-то искать в сумке у пояса.       — Где же… Где же? — она достала из сумочки свиток — пожелтевший пергамент, свёрнутый в рулон. — Вот он!       — И что это? — спросил Ирбис.       — Прямой путь к старейшинам, в их храм. Старейшина Леса дала мне его и пыль, чтобы мы ни о чём не переживали!       — Ну и добрячка, — Ирбис иронично улыбнулся, вспомнив, как Старейшина Леса привязала его к стулу и допрашивала.       Очередь подошла к Тиф и Ирбису. Она с невозмутимым и гордым видом положила приглашение на стол и свысока, спокойным монотонным голосом произнесла:       — Мы на аудиенцию к старейшинам.       Солдат поднял голову, посмотрел на Тиф, приподняв одну бровь:       — Имена.       Тиф слегка напряглась:       — Т-Тиф, сестра света; Ирбис — раненый солдат, —голос начал дрожать, вместе с ним и руки.       — Блок три, корпус семь, — он указал в сторону казарм для беженцев.       — Но у нас приглашение! «От старейшины Леса!» —возмущённо с дрожанием, словно овечка сказала Тиф. Ещё немного — и она топнет ногой, словно маленький ребёнок в ярости.       Солдат вновь посмотрел из-под лобья, тяжело выдохнул.       Позади послышалось возмущение толпы:       — Чего так долго?       — И так сколько ждём!       — Почему не двигаемся?       Солдат нехотя взял свиток, увидел печать с красивой росписью и приглашением к Старейшинам Снежной Долины. Он вновь поднял глаза на путников и произнёс лениво, с пренебрежением:       — Ну проходи-ите…       Тиф хмыкнула, забрала свиток и, подняв нос вверх, вошла в ворота.       Ирбис посмотрел на солдата и пожал плечами. Солдат посмотрел на него и пожал плечами в ответ.       Ирбис закинул руки за голову и, скрестив их на затылке, направился за Тиф.       Снег. Ирбис только сейчас заметил, как зелёная трава постепенно исчезла, уступив место бескрайнему белоснежному покрывалу. Снег ослепительно мерцал под светом неба       Он догнал Тиф, они поравнялись.       — Тут же-е… можно купить оружие? Есть тут кузнец или что-нибудь?       — Не знаю… нужно спросить у местных.       Они осмотрелись: пустые улицы, снег, где-то слышался цокот копыт этеров, пахло порохом и свежей выпечкой из окон. Город выглядел мёртвым, но мелкие детали выдавали его лёгкое сердцебиение.       Пройдя ещё немного вдоль домов, они увидели вывеску с изображением молота и наковальни. Обычный магазинчик с оружием.       «Отлично» — подумал Ирбис и ускорил шаг.       Путники подошли к двери, Ирбис дёрнул за ручку — закрыто.       — Да морр тебя! — выругался Ирбис. — Неужели всё так плохо тут?       Неожиданно послышался неразборчивый звук громкоговорителя. Он был где-то далеко и раздавался эхом по всему городу.       Путники оглянулись вокруг: плакаты — где-то сорваны, где-то размокли под дождём, а где-то и вовсе выгорели.       «Армейский турнир! Успей поучаствовать! Докажи, что ты — лучший солдат. Три призовых места! Победа принесёт вам световую пыль и шанс на участие в турнире „Командир месяца“! Проведение: цитадель, главный зал.»       «Световая пыль… вот и отдам долг. Только сначала его нужно потратить» — подумал Ирбис, срывая плакат и сворачивая его.       — От главной улицы и прямо до конца, — сказал он уверенно, будто давно знал этот город или жил в нём.       — Откуда ты знаешь? — спросила Тиф в недоумении.       — Тяжело не заметить огромный колизей, спускаясь по тропе с горы, — Ирбис иронично улыбнулся и отправился к колизею.       Тиф немного не поспевала за большими армейскими шагами Ирбиса. Слегка запыхавшись, она спросила:       — Думаешь… — тяжело дыша, говорила Тиф, — думаешь, там все люди?       — Турнир — значит, много людей. А значит, там и ярмарка! Точно! — он резко остановился и повернулся к Тиф, она едва ли не врезалась в него. — Ха, Тиф, ты гений! — немного иронично произнёс Ирбис.       Он чуть ли не вприпрыжку двинулся в сторону ярмарки, мечтая о новом мече.       Тиф была в замешательстве: «Пресвятой баланс… Почему же он…»       Их путь лежал через главную цитадель. Длинная аллея через вековые каменные арки. Вокруг снег, он застилал каменную плитку кирпичного цвета и блестящие золотые вставки вдоль дорожки.       — И… часто ты тут бываешь? — спросил Ирбис, вертя головой и осматривая красоту местной архитектуры.       — Довольно часто, — коротко ответила Тиф. — Но никогда так… не прогуливалась… — она сжала в правой руке плащ и посмотрела на Ирбиса.       — Я думал, ты кроме Храма леса ничего не видишь, сидишь, лечишь себе, — он шёл, закинув руки за голову и подпирая ими затылок.       Тиф посмотрела на него и сердито нахмурилась.       — Фм! — фыркнула она. — Грубиян.       Шум толпы становился всё громче с каждым шагом. Переступив порог цитадели, в глаза им бросились палатки с пирожками, чаем, безделушками для детей, оружием и… сувенирами?       «Не проходите мимо! Лучшие изделия Снежной Долины! Холодные в руках, но тёплые в сердце!»       «Какие ещё в морру сувениры?» — Ирбис приподнял одну бровь и уставился на эту палатку.       Несколько секунд спустя в его уши ударил звон — звон молотка кузнеца. Небольшая лавка стояла почти у самых ступенек в цитадель.       Тиф растерянно смотрела по сторонам — и в какой-то момент потеряла Ирбиса.       «Где же он? Ну же, Тиф, думай…» — звон ударил в голову оглушительным звуком. «Кузнец!»       Ирбис стоял уже у лавки, присматривая себе блестящее чудо защиты.       — Я смотрю, ты не местный, — мужчина в пару раз больше Ирбиса подошёл и с улыбкой спросил: — Вы, деймаровцы, те ещё морры, чтоб вас! Ха-ха! Одно хорошо — мой бизнес процветает.       Глаза Ирбиса округлились: «Он со мной или с самим собой?»       Кузнец был одет в коричневый фартук. На его шее блестела цепочка с кулоном в виде символа Снежной Долины. Борода была на уровне груди, аккуратно заплетённая в три косы. Выглядел он ухоженно, несмотря на тяжёлую пыльную работу.       — Я кузнец Броган, — он облокотился на руку, поставив её на стол. — Вот тот тебе подойдёт.       Броган указал на меч цвета почерневшего серебра с блеклым красным кристаллом внутри рукояти. Ирбис немного напрягся.       «Почему подходит? Почему именно тот? Почему именно красный?»       — Что за кристалл? — он смотрел на меч не отрываясь.       Кристалл Ирбиса начал пульсировать, сердце участило ритм. Он почувствовал то же, что и когда увидел проезжающую мимо повозку с трупами.       — Тот же, что и у тебя… Отзывается ведь, правда? — кузнец загадочно улыбнулся и кивнул в сторону плеча Ирбиса.       Ирбис схватился за плечо.       Тудум… тудум… тудум… Снова боль.       Неожиданно он поймал ощущение чужого взгляда. Ирбис повернул голову и увидел в нескольких десятках метров от себя мужчину с большим мечом, одетого в бело-красную лёгкую броню. Причёска была объёмная, волосы длинные. Он был похож на воина, но не на армейца — будто человек, который атакует по специальному приказу или участвует в поединках.       Он смотрел на Ирбиса. В одной руке была перчатка, вторую он демонстрировал ему несколько секунд, затем надел перчатку и ушёл, скрываясь в толпе.       «Кристалл!» — Ирбис бросился за ним через толпу, но мгновенно потерял его — он будто растворился.       — Ирбис! Ирбис! — Тиф подбежала к нему. — Я тебя потеряла. Ты нашёл оружие?       Он немного помолчал и ответил:       — Пока нет. Давай немного подождём, пока толпа станет меньше.       Тиф осмотрелась:       — Вот смотри! Скамья! Давай присядем.       Они подошли к ней. Тиф осторожно села, предварительно стряхнув место. Ирбис же плюхнулся, облокотился спиной и закинул голову назад, прикрывая лицо руками.       «Красный кристалл… как у меня… оружие… и тот мужчина».       — Тиф… мой кристалл сильно заметен под плащом? — Ирбис уставился куда-то далеко в небо.       — Я спрятала достаточно хорошо под бинтами… А что? Болит?       — Нет, ничего.       Ирбис согнулся, поставил локти на колени и сцепил руки на затылке.       «Его рука… она не выглядела больной… она была как часть него самого, но такая яркая».       — Тиф, подожди здесь, мне нужно поговорить с кузнецом.       — Я тоже пойду! Тут я тебя сопровождаю, а не ты!       Ирбис тяжело выдохнул.       — Этот разговор будет лишним для святой головушки. Запомнишь что-то плохое и забудешь дорогу к старейшинам, — Ирбис издевательски посмотрел на неё. Возникло желание щёлкнуть её по лбу, но на её белой коже остался бы синяк.       Тиф вскипела. Она была красная почти как помидор. Так было не принято общаться, никогда и никто так с ней не делал. Губы поджались, глаза помокрели. Ей хотелось плакать от досады и обиды из-за такой глупой, но до ужаса неприятной фразы.       — Ладно-ладно, — Ирбис заметил подступающие слёзы. — Пойдём.       Он сожалел о сказанном, ему было стыдно, но признаться в этом не мог. И извиниться — тоже. Потому что не умел.       Они снова подошли к кузнецу. Ирбис выставил руку перед Тиф, чтобы она остановилась. Она, всё ещё расстроенная, подчинилась и осталась стоять на месте.       «Глупый солдат! Это я его сопровождаю! Это я тут должна командовать!» — от этих мыслей у Тиф снова подступили слёзы.       Ирбис подошёл к столу Брогана, взял тот самый меч. Кристалл принял вибрацию от его руки. Это было что-то странно родное.       — Расскажи всё, что знаешь, — Ирбис опёрся руками об стол и наклонился ближе к кузнецу, чтобы никто не слышал. — Что это за кристалл?       Броган расхохотался — так сильно, что начал придерживать живот.       — Да с чего бы это, парнишка? — его настроение тут же сменилось, фраза вылетела сквозь зубы.       Он с грохотом поставил молот на стол:       — Нравится? Бери. Таких ты больше нигде не найдёшь. Только у меня и только в Снежной Долине.       Ирбис замялся. Меч будто говорил, что уже принадлежит ему. Мышцы на лице напряглись, челюсть сжалась. Меч слишком сильно манил его к себе.       — Ладно. Сколько?       — Мешочек световухи, — кузнец широко улыбнулся и скрестил руки.       — Сколько!? Грабеж! — Ирбис стукнул кулаком по столу.       От грохота Тиф подбежала. Она смотрела то на Ирбиса, то на Брогана и так еще несколько раз.       — Что произошло?       Кузнец стоял спокойно и расслабленно, Ирбис же был напряжён, вены на висках вздулись.       — Не мешай, Тиф, — повторил Ирбис. — С чего такие цены?       — Один мешочек, не так уж и много, хе-хе, — он перевёл взгляд на Тиф, осмотрел её с ног до головы. Увидел плотно набитый лоскутный мешочек световой пыли. Кузнец широко улыбнулся и произнёс:       — А вы, молодая особа, может быть, хотите сделать подарок своему товарищу?       «Чуть больше полмешочка… должно хватить, пока не попадём к Старейшинам» — проговорила про себя Тиф и кивнула. Она отвязала мешочек и протянула кузнецу:       — Да, я беру.       Лицо Ирбиса и кузнеца вытянулись от удивления. Они оба не ожидали такого быстрого ответа от застенчивой Тиф — такого серьёзного жеста.       Кузнец несколько секунд смотрел на мешочек, словно пожалел о сказанном. Он взял мешочек, положил под стол и потянулся к Ирбису почти вплотную, сказал тихо, полушёпотом:       — Этот меч из кузницы Дейнмара, той, что у побережья Атара. Ни один кузнец тебе не поможет подлатать его. Береги как свою память.       — Чего это ты так подобрел? — иронично спросил Ирбис.       — Девчонку береги, солдат.       Кузнец развернулся и подошёл к наковальне.       Звяк! Звяк! Звяк!       Разговор на этом был окончен.       Тиф смотрела на кузнеца:       «Какой странный мужчина».       «“Девчонку береги, солдат”. К чему это он?» — Ирбис смотрел на Тиф не отрываясь. Сверху вниз, начиная от аккуратно заплетённой тиары в волосах. Они были аккуратно заплетены, легко покачивались на ветру, на солнце переливались от золотисто-пшеничного до белоснежного.       Спускаясь ниже — её прекрасные белые одеяния с золотыми вставками, будто сами звёзды оставили узоры. Плащ, не уступающий по красоте тому, что было в душе Тиф. Она сияла без света, глаза её горели добротой и заботой.       Они встретились глазами, Ирбису стало неловко, и он проморгался.       — Ирбис, там регистрация… у ступенек… Ты же хотел?.. — немного наивно и мягко сказала Тиф, переминая плащ в руках.       — Да… Идём.       Меч звякнул о ремень, и они умеренным шагом, никуда не торопясь, отправились к регистрации.       Уже светало, очереди почти не было. Ирбис спокойно подошёл для записи.       — Регистрация — одна горсть пыли.       Ирбис немного занервничал. Пыли не так много, но долг отдать нужно.       «Я дал слово… я всё верну!»       Он повернулся к Тиф и кивнул в сторону стоимости участия.       «Нам же нужно ещё где-то ночевать… Сколько осталось? Три или четыре горсти? Нет, кажется, три…»       Пока Тиф занималась грубым подсчётом, Ирбис тяжело выдохнул:       — Горсть у меня будет. Я… одолжил… у Анариса.       Он протянул горсть пыли, лежавшую в кармане без мешочка.       — Господин Анарис такой добрый! — Тиф немного шокированно и восхищённо посмотрела на Ирбиса.       Ирбису стало неловко, и он отвёл взгляд.       «Если бы ты знала…»       Он ничего больше не сказал, лишь оплатил участие и получил билет.       — Завтра в восемь десять по облачным часам! Место встречи — ворота Колизея!       Он кивнул, повернулся к Тиф. Та смотрела на него с таким же вопросом в глазах. Ирбис тяжело вздохнул и вновь повернулся к регистратору:       — Где здесь гостевой дом?       Регистратор подался чуть ближе к Ирбису и, подмигнув, произнёс:       — Дорогой гость, развлечения ищете? Прямо по улице — отличный бар и отличные девчонки, если понимаете, о чём я.       — Нет! Что? Нам для сна! — возмутился Ирбис.       — Ха-ха! Вам в любом случае туда, — мужчина встал из-за стола, начиная собирать вещи. — Мне как раз по пути. Надо бы подкрепиться отборным элем перед сном, дабы спалось крепко, хе-хе.       Все вместе они двинулись к бару и уже на входе из него выскочили два пьяницы. Они что-то злобно бормотали друг другу, чища при этом друг другу лица. У одного уже был сломан нос, другой сверкал большим синяком под глазом.       Тиф тут же встала позади избиса. Такое она видела впервые.       - Почему?..       - Пьянчуги, главное нас не трогают. Пойдем.       Ирбис повёл Тиф в бар. У стойки стояло несколько мужчин, позади столы практически все были забиты, оставалось всего пара свободных мест.       Внутри стоял запах пота, алкоголя и жареного мяса. От большого количества людей об стены ударялся гул. Мужчины сидели за столами, около них — откровенно одетые дамы, флиртующие, параллельно принося всё больше и больше напитков.       Около барной стойки, облокотившись на столб, стоял мужчина крупного телосложения, одетый богато, но довольно просто. Его надменный взгляд говорил: я здесь хозяин.       Ирбис обратил на это внимание — его взгляд, одежда, стойка. Он вместе с зажатой от страха Тиф подошёл к хозяину.       Владелец бара увидел приближающихся гостей, расправил руки в приветствии:       — Дорогие го-о-ости! Впервые у нас? Я — старик Ван, приятно познакомиться! — заходя за стойку, сказал он. — Что такие лица кислые? Неужто те пьянчуги настроение испортили? Хо-хо-хо.       — Нам нужен ночлег. Две комнаты, пожалуйста, — коротко и безэмоционально сказал Ирбис.       Ван осмотрел их с ног до головы. Одежда храма Тиф, аккуратный внешний вид. «Храмовая — богатая».       Затем он перевёл взгляд на Ирбиса: «Оборванец… но меч…». Ещё немного, и Ван начал бы потирать руки, словно муха.       — Две горсти, дорогие гости. И только одна комната.       — Грабеж! Одна горсть на двоих! Не больше! У этих пьяниц ни гроша за душой, а пьют и спят здесь! — Ирбис поставил кулак на стол и нервно сжимал его, брови собрались в кучу, зубы стиснулись.       — …Полторы, — Ван опёрся о барную стойку руками. — Вам же всё равно идти некуда, хо-хо.       Напряжение росло. Ещё слово — и Ирбис ввяжется в драку.       Тиф становилось страшно. «Если ничего не сделать, драки не избежать» — она мяла плащ, затем потянулась за мешочком на поясе, достала пыль и громко произнесла:       — Всё! Берём!       Ван улыбнулся и подкинул ключи Ирбису:       — Учись у девчонки, огонек.       Ирбис сделал глубокий раздражённый вдох.       — Пойдём. — Он поднял глаза на потолок — его не было, лишь проходы к комнатам и перила, с них открывался вид на первый этаж. — Нам на второй.       Ирбис посмотрел на ключ. К нему была привязана на потрёпанной ткани деревянная дощечка с выбитой цифрой: третья.       Они зашли в комнату. Она была старая и потёртая. Стояла всего одна кровать — на ней поместилось бы два человека, но Ирбис принял решение уступить её даме.       В трактире опасно даже с закрытой дверью, поэтому Ирбис остался на стороже сна юной жрицы.       Тиф умылась и легла в кровать. Сон не шёл совсем. Из-за громкого шума за пределами комнаты гремел умывальник и тряслась кровать. А за стенами слышались непонятные, неразборчивые звуки.       Тем временем Ирбис стоял около двери, облокотившись на перила. Он рассматривал посетителей, слушал разговоры. Те постепенно стихали, народ расходился — кто выходил из бара, кто поднимался в комнаты.       Бегая глазами по залу, он заметил мужчину с объёмной причёской и длинными белыми волосами. Его кожа была тёмно-серая — такая же, как у Ирбиса.       «Дейнмаровец…»       Не отрывая взгляда от него, Ирбис двинулся к лестнице. Незнакомец почувствовал на себе взгляд и обернулся. Кристалл Ирбиса начал немного вибрировать и светиться. Таким же тусклым светом отдавала рука мужчины, несмотря на перчатку.       «Это он!» — Ирбис резко ускорил шаг, чуть ли не переходящим в бег. «Тот самый мужчина с ярмарки.»       Мужчина заметив быстрое движение ирбиса, кинул небольшой мешочек с пылью – оплатой за выпивку, и двинулся вон из бара.       Выбежав на улицу, Ирбис оглянулся – от мужчины и след простыл. Его не было. Нигде. Даже Кристалл перестал отзываться.       «Вот же морр!» - На последок Ирбис оглянулся по сторонам и поспешил к Тиф.       Он вошел в комнату тихо, думая что Тиф уже спит, но увидел ее стоящей около окна. Она пристально смотрела на луну. Она была похожа на мраморный диск, надколотый с одной стороны. Её свет падал на лицо Тиф и на ее одеяния, превращая золотые узоры, в вытканные будто из холодным серебристых звезд линий.       Она слегка вздрогнула и обернулась – на пороге стоял Ирбис. Она снова посмотрела на луну.       - Я никогда не видела людей… такими… - тихо произнесла Тиф сжимая руки будто в молитве. – Как ты думаешь – везде так?       - Как? – переспросил Ирбис, все еще стоя на пороге.       - Не как в храме?..       Ирбис озадаченно стоял и смотрел на Тиф. Ответ ранит ее…       «Пусть это сделает сам мир, а не я… Разобьет ее иллюзию».       Продолжая смотреть на луну, тиф обняла себя за плечи:       «Только луна здесь прекрасна… Куда же делся мой старый мир…»