Шестнадцатое лето

— Антошенька! Ну наконец-то ты приехал! — бабушка радостно улыбалась, протягивая руки к внуку. Антон ласково улыбнулся и обнял женщину, прижимая ее к себе. Для этого теплого приветствия ему пришлось согнуться в три погибели, чтобы достать до родной бабушки. Отстранившись, Шастун взглянул на женщину, не прекращая улыбаться. Она совсем не изменилась — все такая же низкая, волосы все такие же рыжие, а глаза все так же полны любви.  — Как ты доехал? Как у тебя дела? А мама как? А Андрюша? — старушка привыкла называть своего сына только по имени. А Антон привык к этому.  — Все отлично. У мамы и папы тоже все отлично.  — Ну и хорошо! Голодный? Я там котлеты разогрела, будешь? — Шастун чуть задумался, но все же кивнул.  — Буду, — ответит парень и бабушка тут же направилась на кухню. Юноша поплелся за ней, разглядывая уже родную квартиру. Потолки тут были меньше, но он все же не бился головой. В этом доме было целых четыре комнаты. Эта квартира принадлежала его бабушке с дедушкой еще с СССР. Сейчас бы она стоила около десяти миллионов рублей.      Антон и его бабушка быстро дошли до маленькой кухни, которая была сделана в белых цветах. Если вся квартира выглядело довольно старовато и простенько, то на кухне был новый и модный ремонт. Шастуна усадили за стол, на белый кожаный диванчик. Его бабушка и дедушка не были высокого роста, именно поэтому чтобы поесть ему пришлось нагибаться. Женщина поставила перед ним вкусно пахнущую тарелку. В ней были наложены две котлеты и картофельное пюре. Антон уже представил насколько это вкусно и сглотнул густую слюну. Бабушка всегда готовила превосходно, и это одна из причин, почему он хотел к ней. Когда перед юношей положили вилку, он сразу же начал уплетать еду за обе щёки. Старушка с счастливым видом наблюдала за внуком, скрепив перед собой руки в замок.  — Ну как? Вкусно? — спросила женщина с улыбкой на губах. — Очень! — закивал парень с набитым ртом. Около глаз бабушки появились счастливые морщинки. Она не допрашивала внука дальше, а просто молча села рядом и включила телевизор. Так как был включен какой-то церковный канал, Шастун не смотрел в экран, ему это все неинтересно. Слыша разные речи про демонов и прочую нечисть, ему хотелось закатить глаза.  — За мной тогда пришел демон. Он был черного цвета, а глаза красные. Огромные рога были у него на голове... — вещал длинноволосый мужчина в телевизоре.  "И давно у шизофреников интервью берут?" — подумал Шастун. Юноша перевел взгляд на бабушку, ожидая увидеть на ее лице удивление и некое восхищение от героических рассказов мужчины, но та не подавала никаких признаков ярких эмоций. Это немного удивило самого Антона. Отвернувшись, он доел последний кусок котлеты и вышел из-за стола. Поставив тарелку с вилкой в раковину, он поблагодарил бабушку за еду и ушел из кухни, оставив женщину смотреть телевизор одной.      Парень пошёл разглядывать огромную квартиру. Первая комната, куда он зашел, была главной — зал. Раньше там жил его двоюродный старший брат. Они буквально росли вместе, каждое лето приезжая к бабушке с дедушкой, но сейчас даже не общаются. Все потому что тот стал совсем другим. Все, что его интересовало — видеоигры. Но сейчас он вовсе ушел в армию. Вообще удивительно, как его туда приняли.      В зале стоял огромный диван, большой телевизор и пуфик. Диван был покрыт интересным узором, а на нем были набросаны разные подушки. Шастун протянул руку и взял одну подушку. Та была в виде карандаша. Вещь была достаточно больших размеров, примерно как предплечье Антона. Вспомнив, как раньше не мог поднять подушку одной рукой, Шастун усмехнулся и положил вещь обратно на диван. Сделав пару шагов к телевизору, он провел пальцами по его экрану. На них остался небольшой слой пыли. Вытерев пальцы об свои штаны, Антон поправил рядом стоящий пуфик и пошел к выходу из комнаты. Зайдя в соседнюю — спальню бабушки с дедушкой — он увидел перед собой множество иконок. Одни висели на стенах, а другие стояли на столике. Тут бабушка читала молитвы каждое утро и вечер. Оглядев комнату беглым взглядом, Шастун не нашел тут ничего интересного, и поплелся по длинному коридору. Пройдя в другую часть квартиры он зашел в свою старую комнату. Здесь он жил с самого начала и до пятнадцати лет, так как еще одна комната была занята двоюродной сестрой. Она была старше его на десять лет. Сейчас она была слишком занята работой и взрослой жизнью, поэтому не часто приезжала к бабушке. Прошлым летом Антон занял ее комнату, так как та не приехала. Наверное, этим летом он тоже ее не увидит. В комнате стояло множество книг, шкаф, диван и велотренажёр. На одной тумбочке стояло три фотографии. На самом большом фото была изображена его двоюродная старшая сестра, на средней по размеру — брат. А на еще меньшей он сам. Неизвестно по каким критериям выбирали размер фотографий, но было похоже на их возраст.      Шастун развернулся и зашел в последнюю комнату. Тут он жил с прошлого года и ему очень даже нравилось. Увидев в углу стоящий чемодан, он улыбнулся и покачал головой. Видимо, дедушка успел принести. Раздвинув прозрачные занавески, Антон подошел к окну и облокотился на подоконник ладонями. Из открытого окна веяло слабым ветерком, который дарил окрыляющее чувство. Сейчас на улице было около двадцати трех градусов и все прохожие ходили в свободной одежде. Единственное, что всегда удивляло Шастуна — на втором этаже такой высокий вид.       Антон повернулся к своему чемодану, который, по-хорошему, следовало бы разобрать. Но ни желания ни мотивации у Шастуна не было, поэтому он просто махнул рукой на него. Отойдя от окна, юноша плюхнулся на тесный диван, который ещё надо разобрать. Выдохнув и почувствовав себя счастливым, Антон улыбнулся. Он положил одну руку под голову и начал разглядывать потолок. Белый, ничем непримечательный. Обычный. Прямо во время того, когда парень вздохнул, завибрировал его телефон. Засунув руку в большой карман, Шастун достал мобильник и взглянул на экран.  Мама «Доехал?» Мама «Все хорошо?» Антон вытащил руку из под головы и зашел в мессенджер, чтобы напечатать ответ.  Антон Ш.  «Да, все хорошо» Мама «Отлично» Мама  *стикер* Улыбнувшись из за стикера с котиком, Шастун поставил реакцию с сердечком. Выйдя из приложения, юноша зашел в ВКонтакте. Нажав на чаты, он пролистнул вверх и зашел в архив. Там лежало несколько каналов, одноклассников и тот, с кем предстоит встреча. Наверное. По крайней мере Антон надеется на эту встречу. Нажав на контакт, парня перекинуло в чат с другом. Пробежавшись взглядом по некоторым сообщениям, он нажал на профиль этого человека. Никаких фотографий, никакой музыки. Ничего нового. Иногда Шастун даже сомневается, что этот номер принадлежит кому то. Может, он его поменял? Неизвестно. Писать ничего Антон не собирается, поэтому отложил телефон на диван, с сам встал с него. Он быстрым шагом направился на кухню, где должна была быть бабушка. Зайдя в комнату, он увидел там и сидящего рядом дедушку. Шастун облокотился поясницей на столешницу и посмотрел на сидящих на диване.  — Ба, не знаешь, когда Арсений приезжает?  — Арсюша? Нет, не знаю. Жень, а ты? — старушка легонько подтолкнула своего мужа локтем и тот вздрогнул.  — Повтори?  — Не знаешь, когда Арсюша приезжает? — произнесла женщина и дедушка задумался.  — А он разве уже не приехал?  — Я не знаю!  — Если мне не изменяет память, то он уже приехал. Да, второго июня. А что? — сердце Шастуна ёкнуло.  — Как что? Это друг Антоши, он хочет с ним увидеться! — юноша уже был не в силах сдерживать улыбку. Он сжал пальцами столешницу и отвернулся к окну, чувствуя внутри странное желание увидеть Арсения.  — Спасибо! — воскликнул Антон и удалился из кухни. Он направился в свою комнату, радостно улыбаясь. От эмоций он дернул рукой в победном жесте задел локтем стоящую на столике вазу. Быстро среагировав, юноша схватил ее и поставил на место, отвлекаясь от радостной новости. Прикусив губу, он сел на диван и тупо глядел на свои колени, прокручивая в голове, что будет говорить при встрече. Видимо, до него еще не дошло, что придумывать сценарии бесполезно — он все забудет в первую же секунду. 

***

Небо окрасилось в нежный розовый цвет, а облака приобрели бежевый оттенок. Солнце медленно скрывалось за горизонтом, оставляя за собой лишь тонкие фиолетовые полосы.      Антон стоял, опершись локтями о подоконник, и задумчиво смотрел вдаль. В его тонких пальцах был зажат длинный карандаш, а перед ним лежал чёрный скетчбук. Зеленые глаза гуляли по красивому небу, отмечая каждую его черту, а руки переносили увиденное на бумагу. Красок у парня с собой не было, поэтому приходилось справляться только с карандашом. Юноша наклонился над бумагой и нарисовал пару листиков у дерева, располагающегося на правой части рисунка. Он выводил необычные облака, при этом добавляя немного фантазии.      Вообще, об этом хобби Антона почти никто не знал. Только самое близкие — то есть семья. Вздохнув, Шастун положил карандаш рядом со скетчбуком и отошёл от подоконника. Спина немного затекла от такого полусогнутого положения. Раздался тихий стук в комнату и туда сразу же зашла бабушка.  — Антош, ты поедешь завтра с нами на дачу? — тихо спросила женщина. Юноша задумался, но все же ответил: — Да.  — Хорошо, тогда разбужу тебя в девять.  — В девять? — простонал Антон и закатил глаза. Вот что-что, а поспать он любил. Бабушка лишь усмехнулась и ушла, прикрыв за собой дверь. Шастун вздохнул и взглянул на кровать.  "Лучше сейчас лечь спать, завтра вставать будет не трудно" — подумал он и посмотрел на настольные часы. Они показывали 23:12.  — Что ж... — тихо произнес Антон и начал раскладывать диван. Это далось ему, кстати, трудно.     Нет, он никогда не думал, что обладает очень хорошей силой. Но новость о том, что поднять диван ему тяжело, немного расстроила. Наконец раздвинув этот злосчастный диван, Шастун стянул с него покрывало и списал все на усталость. Ну не хотелось признавать, что он дрыщ.  Взяв новое постельное белье, юноша начал с подушки. Быстро справившись с ней, он натянул ткань на сам диван, который уже можно было назвать кроватью, и взял в руки одеяло. Снять с него белье было легким делом, но вот одеть новое уже было проблемой.     Поняв, что ничего не получится сидя, Антон вскочил на ноги и развернул одеяло полностью. Затем взял пододеяльник и начал натягивать его на края. Уже дотянув ткань до середины, он понял, что перепутал короткую сторону с длинной, и именно поэтому одеяло полностью не влезло в пододеяльник. Пришлось вытаскивать его и прибегать к особым мерам. А точнее, позвать бабушку. Как бы он не пытался быть независимым, иногда что-то может не получаться без помощи взрослого.      Женщина практически через пару секунд оказалась в комнате юноши и сразу поняла, чем надо помочь. Она выхватила у него одеяло и стала натягивать на него белое белье. Шастун даже моргать не успевал, как она уже все быстро делала за него. Вот сидит и натягивает пододеяльник. Раз — и уже застегивает последние пуговицы. Потом встает, отдает кончики парню и хорошенько встряхивает одеяло. Затем забирает края у внука, складывает, и кладет готовое одеяльце на широкую кровать.  — Спасибо, — улыбнулся Антон.  — Не за что, — произнесла бабушка, слегка махнув рукой в сторону парня, и поспешила выйти из комнаты, чтобы не мешать внуку. Шастун с довольным видом плюхнулся на уже застеленную кровать и, улыбаясь, устремил взгляд в потолок. Конечно, спать ему не хотелось, но ложиться всё же нужно, ведь утром предстоял ранний подъём. Дотянувшись до телефона, оставленного на полу, он быстро подключил его к зарядке. Юноша и сам сполз вниз, затем встал на ноги и дошел до выключателя. Как только Антон нажал на него, свет в комнате погас. Парень подошёл к окну и, не убирая скетчбук, задвинул синие шторы. Теперь в комнате стало еще темнее. Быстро юркнув в кровать, он укутался в лёгкое одеяло и закрыл глаза, стараясь уснуть. 

***

Антон вместе с двоюродным братом спускались к своему небольшому прудику. Он находился на территории дачи их бабушки с дедушкой, поэтому браться считали его своим собственным. Конечно, если быть честным, то только большая часть пруда находилась на их территории, остальная — на свободной местности. Но никто и никогда не ходил к этому пруду, считая, что он чужой. Именно поэтому Даня и Антон привыкли к тому, что он их собственность.        У Дани в руках было два сачка, один розовый, другой желтый. Как только мальчишки ступили на мостик, Даниил протянул Шастуну розовый сачок.  — Почему это мне розовый?  — А почему мне? Я старше, значит я выбираю, что хочу!  — Вот еще! — фыркнул кудрявый мальчишка, скрестив руки на груди, — Отдай мне жёлтый.  — Не-а. Не отдам. Он мой, вообще-то!  — Но розовый не мой! И я что, по твоему, девчонка, чтобы розовый сачок носить?  — Если не хочешь розовый, то иди отсюда. Другого варианта нет.  — Отдай желтый! — воскликнул Антон и почти что набросился на брата, пытаясь выхватить злосчастный сачок. Так как Шастун был выше, у него было больше привилегий и он практически схватил желтый предмет, но Даня выпустил его из рук и тот упал в пруд.  — Ты что наделал, дебил?!  — Дебил тут ты, раз не знаешь, что сачок не тонет! — фыркнул русоволосый мальчишка и нагнулся, чтобы забрать плавающий предмет. Антон закатил глаза и цокнул, оглядывая озеро. Послышался крик Дани и тот отскочил назад.  — Что такое? — спросил Шастун.  — Там уж плывет!  — И что? Дедушка же говорил, что они не кусаются! Трус!  — Сам ты трус! Видел бы ты, какой он большой...  — Ясно все с тобой. Так и потонет наш сачок. Отдай, — Антон отобрал розовый сачок, который отказывался брать в руки пару минут назад. Мальчик сошел с мостика и прошелся по берегу, разыскивая в тине лягушек. Они и пришли чтобы поймать их, положить в ведро, а через пару часов выпустить. Ну, либо они сами убегут.  — Эй! Отдай сачок, я им буду ловить!  — Сам же говорил, что он мой. Вот теперь у меня есть сачок, а у тебя нет! — Антон засмеялся и показал язык брату.  — Ты офигел? Я старше!  — А я выше.  — Отдай мне! Я буду ловить лягушек! — Даниил побежал к Шастуну, и запрыгнул на него, чтобы забрать сачок. — Нет, я! — возразил Антон, поваленный на землю. Брат успел заехать ему ладонью по лицу в попытках выхватить ярко-розовый предмет из рук кудрявого мальчика. Конечно же, этот спор перерос в драку. Теперь уже Шастун сидел на ногах Дани и держал в руке сачок, поднимая его вверх. Увернувшись от кулака мальчишки, Антон заметил на противоположном берегу две фигуры. Одна высокая, а другая детская. Примерно как он.  — Стой! Да стой ты, говорю! — Закричал Шастун, удерживая брата под собой. — А вы кто? Это наш пруд! — Даня сразу же повернулся к тем, с кем разговаривал его двоюродный брат и прищурился, разглядывая лица незнакомцев.  — Он не ваш, а общий, — сообщила женщина в широкой футболке и коротких голубых шортах. — Видите, тут нет ограды.  — Нет, он наш! — встрял Даниил.  — Нет, общий! — послышался детский возглас. Антон сразу же перевел взгляд на источник последнего звука. Рядом с темноволосой женщиной стоял мальчик почти такого же роста как он. Его волосы были зачесаны на бок, а лицо хмурое. Брови чуть ли не сошлись у переносицы. В руках мальчика был примерно двухметровый сачок синего цвета. Он держал его перед собой и пристально глядел на братьев. Даня смог выкарабкаться из под Шастуна и оба мальчишки встали с земли, с недоумением глядя на незнакомцев. Женщина, видя это, видимо решила разрядить ситуацию и не усугублять ее.  — А вас как зовут?  — Я Даня, а это Антон, — представил сразу двоих Даниил, указав пальцем на стоящего рядом брата. Шастун закивал.  — А вы кто?  — Я Арсений! — громко воскликнул черноволосый мальчишка с завидным сачком в руке. На самом деле, это был обыкновенный сачок, только к нему была примотана двухметровая палка. Лицо мальчика стало более спокойным и тот уже не выглядел так враждебно.        Антон молча разглядывал, как оказалось позже, соседа, спрятав руки в карманы серых штанов. Вдалеке он не смог выявить цвет глаз темноволосого мальчишки, но увидев их вблизи, он понял, что еще никогда не видел настолько яркого голубого цвета.