август между нами

Уже через минуту оба альфы свернули с дороги и направились прямо к дому Кимов, словно изначально собирались именно сюда. Хосок первым подошел, широко улыбаясь, он чувствовал себя желанным гостем в любом месте, куда бы ни пришёл. — Какой замечательный день, — объявил он таким довольным голосом, будто лично отвечал за хорошую погоду, яркое солнце и безоблачное небо над деревней. — Мне кажется, именно сегодня мы наконец должны познакомиться нормально. Чимин тихо усмехнулся, поднимая кружку к губам. — А я думал, это и был ваш способ знакомства. — Обычно да, но для тебя мы готовы сделать исключение. Тэхён только закатил глаза, уже заранее понимая, что остановить Хосока невозможно. Сам альфа выглядел, как всегда, невероятно живым и шумным. Светлые волосы беспорядочно падали ему на лоб, глаза сияли искренним весельем, а энергия буквально била через край, заставляя всё пространство вокруг становиться громче и ярче. Рядом с ним Чонгук казался удивительно спокойным, но слишком внимательным. Он остановился возле лавочки, сунув руки в карманы джинсов, и лишь скользнул взглядом по Чимину, после чего едва заметно кивнул Тэхёну в знак приветствия. Со стороны могло показаться, будто он вообще не участвует в разговоре. — Тэ, — неожиданно жалобно протянул Хосок, бросая выразительный взгляд на кружки в их руках, — неужели ты собираешься пить кофе у меня на глазах и даже не предложишь мне хотя бы одну несчастную чашку? — С чего бы вдруг? — Потому что я хороший человек. — Это спорное заявление. — Тогда потому что мы друзья. — Ещё более спорное заявление. Хосок театрально приложил ладонь к груди, будто получил тяжёлое душевное ранение. Чимин не выдержал и тихо рассмеялся, наблюдая за этим представлением, а Тэхён, заметив его улыбку, лишь обречённо покачал головой. — Ладно, — наконец сдался он. — Сейчас принесу ещё кофе, иначе ты не успокоишься. Лицо Хосока мгновенно просияло. — Я помогу. — Даже не думай. — Уже подумал! Не дожидаясь ответа, он направился вслед за Тэхёном к дому и уже через несколько шагов громко крикнул в сторону открытого окна: — Доброе утро, тётя! С дома тут же донёсся женский смех. Через несколько секунд дверь за ними закрылась. Во дворе стало неожиданно тихо. Лишь лёгкий летний ветер лениво шевелил густую листву старых яблонь, где-то в высокой траве стрекотали кузнечики, а над деревней разливался тот особенный утренний покой, который невозможно встретить в большом городе. Чимин сидел, обхватив ладонями тёплую кружку, и смотрел на залитую солнцем улицу перед собой. Светлые волосы, растрёпанные после сна, мягко касались его лба и висков, длинные ресницы отбрасывали едва заметные тени на щеки, а на пухлых губах всё ещё оставался след недавней улыбки. В утреннем солнечном свете он выглядел удивительно мягким и спокойным, совсем не похожим на того упрямого врача, который мог поставить на место любого зарвавшегося альфу одним только взглядом. Рядом тихо скрипнула лавочка. Чонгук пересел ближе. Настолько близко, что Чимин почувствовал исходящее от него тепло даже сквозь лёгкую кофту. Альфа сидел вполоборота к нему, расслабленно опираясь рукой о спинку лавочки. Утреннее солнце золотило загорелую кожу его открытых предплечий, подчёркивало тёмные линии татуировок и цеплялось за растрёпанные тёмные волосы, придавая ему тот самый вид, из-за которого половина местных омег теряла голову. Запах. В аромате Чонгука не было приторной сладости или нарочитой резкости, которыми некоторые альфы пытались подчёркивать свою силу. Его запах действовал иначе — спокойнее, глубже и опаснее. Он не бил наотмашь, не подавлял, не заставлял подчиняться, а медленно пробирался под кожу, оседая где-то внутри тёплым, почти болезненным ощущением притяжения. Чимин прекрасно это понимал. Он продолжал смотреть прямо перед собой. — Тебе не кажется, что это уже слишком близко? — наконец негромко произнёс он, даже не повернув головы. В ответ послышалась тихая усмешка. Чонгук не отодвинулся. Наоборот, несколько долгих секунд внимательно рассматривал его лицо, словно видел впервые. Его взгляд медленно скользнул по светлым волосам, по длинным ресницам, по мягким чертам лица и на мгновение задержался на пухлых губах, заставляя Чимина ощутить совершенно необъяснимое напряжение. Очередная светлая прядь упала ему на лоб. Чонгук молча поднял руку и аккуратно убрал её за ухо, после чего слегка наклонился ближе. Совсем немного. Настолько, чтобы уловить едва заметный аромат кожи. Он почти незаметно повёл носом, нахмурился и повторил это движение ещё раз, будто пытался найти что-то, что никак не могло ускользнуть от его внимания. В тёмных глазах мелькнуло искреннее удивление. — Странно, — негромко произнёс он, не сводя взгляда с Чимина. — Где твой запах? Чимин наконец повернул голову и посмотрел на него в упор. Чимин почти сразу усмехнулся. Лёгкой, немного колючей усмешкой человека, который не собирается раскрывать все карты первому встречному альфе. — Там же, где и твоё воспитание. В тёмных глазах Чонгука вспыхнуло искреннее веселье. Он уже собирался что-то ответить, когда дверь дома распахнулась. — Я всё принёс! — донёсся довольный голос Хосока. Следом на крыльцо вышел Тэхён с подносом в руках. Момент рассыпался мгновенно. Будто его и не было. Чонгук первым поднялся на ноги и сделал шаг назад. Хосок тут же забрал свою кружку и, поблагодарив Тэхёна так громко, словно получил как минимум наследство, довольно улыбнулся. — Ладно, мы пойдём, пока нас окончательно не выгнали. — Правильное решение, — кивнул Тэхён. Чонгук лишь коротко посмотрел на Чимина. Спокойно. — До встречи, доктор. После этого оба альфы неспешно направились дальше по улице, а Чимин ещё несколько секунд смотрел им вслед, сам не понимая, почему обычный разговор оставил после себя столько странного напряжения.