Медиум. Человек из ниоткуда

Алекс постучал по стакану, и официантка подлила ему колу. — Возьми стейк, — мило улыбнулась ему пожилая леди, смотря, как он жадно доедает свой гамбургер. — Пробью за полцены. У меня внуку недавно исполнилось девятнадцать, так он ест всегда, как не в себя. Ты так похож на него. Алекс улыбнулся и положил пару купюр на стол: — Давайте два стейка с собой и без сдачи. Официантка засмеялась, она тут же пошла заворачивать мясо. Алекс одобрительно застонал, поедая картошку. Он шел практически весь день, и эта маленькая закусочная у леса была его личным раем. Он был так рад увидеть, как за очередным поворотом дороги стоит безобразная красная придорожная забегаловка. Сильнее он радовался только тому, что тут же был такой же безвкусный мотель и заправка. Заправка позволяла ему разжиться еще несколькими баксами. — Быстрей! — Красотка сидела на спинке скамейки напротив него и от нетерпения выбивала чечетку. — Быстрей! Быстрей! Она спрыгнула на пол и понеслась к двери вприпрыжку, когда Алекс подхватил упаковку стейков. — Давай же! — канючила девушка, она прыгала на месте, дожидаясь, когда Алекс выйдет. Они направились в мотель. Алекс был сытым и довольным. Его снова клонило в сон, и он чувствовал себя прекрасно. — Документы? — не отрываясь от телефона, спросил мужчина на стойке регистрации. Алекс вытащил водительские права и показал их ему. — Джимми Лу, 33 года. Мужчина надул большой пузырь из жвачки и лопнул его. Он отдал права обратно, усмехнувшись. — Что ж, Лу, сорок баксов за ночь. И если меня спросят, я никогда тебя не заселял и этот кусок самой ужасной фальшивки не видел. Это было грабежом, но Алекс лишь пожал плечами и вытащил нужную сумму. Как только он доберется до большого города, ему нужно будет найти подделку получше. — Первый номер, уборки нет и не будет, бара тоже внутри нет, кондиционер не работает, — мужчина почесал затылок, вспоминая о чем-то. — А, ну и прачечная на ремонте. Приятного отдыха. Алексу было все равно на состояние номера. Он открыл дверь и осмотрелся. Кровать, тумбочка с библией. И ковер с пятнами. Все как везде. Самое то, чтобы поспать и двинуться дальше. Красотка прыгнула на кровать. Она посмотрела на Алекса и хищно улыбнулась. Парень стянул толстовку, потом футболку и плюхнулся следом. Он лениво сдернул мешочек с шеи и кинул его на пол. — Держи, — пробормотал он, засыпая. Красотка бросилась к мешочку, она присела возле него на корточки и принялась ждать, выбивая рваный ритм пальцами по полу. *** У Бруно были самые голубые глаза, которые она когда-либо видела. Этот мальчик должен был вырасти очень красивым. Он бы разбивал дамские сердца одно за другим. Надья казалась угловатой, но разве не большинство девчонок были такими в шесть лет? Зато Лидия выглядела настоящим херувимом с рождественских открыток. Марта думала об этом уже второй день. Эти трое детей все никак не шли у нее из головы… Они были одни, оставленные своими родителями, брошенные на произвол судьбы… Марта не могла так все оставить. Оформление документов было трудным делом, она не спала несколько ночей, но у нее получилось. Она смогла оформить опеку над этими детьми. И теперь она была одна с ними. Совершенно ничего не знающая о детях, ничего не понимающая в воспитании, но так сильно желающая помочь детям. Она никогда не была им хорошей матерью. Зато она старалась. Изо всех сил. Она прикладывала все усилия, чтобы подарить им спокойную жизнь. У детей было все, что нужно. Еда, кров, одежда, игрушки, школа, садики… Она старалась. И все было хорошо. До той ночи. Она проснулась от стука в дверь. Ночью погода не на шутку разыгралась, и за окном была настоящая буря. Кому могло понадобиться что-то от нее? Марта схватила телефон и бросилась к окну, но рассмотреть постучавшего в дверь она не смогла. — Оператор службы спасения, я вас слушаю, что случилось? — Марта выскочила в коридор и пошла вниз по лестнице. — Кто-то ломится мне в дверь, — Марта шептала. Наверху все еще спали дети, и она была в ужасе. Как она могла их защитить? Внезапно стук в дверь прекратился, сверкнула молния, и, словно незнакомец ждал именно этого, он выбил дверь. Он ворвался в ее дом и перезарядил ружье. Вода стекала на паркет, ветер бил выбитой дверью, а Марта все-таки смогла прошептать в трубку свой адрес. — Где мои дети? — незнакомец кричал, он опрокинул вазу, разбил фотографии, висящие на стене, и направил на Марту ружье. Та молчала, молясь, чтобы дети спрятались. Но все молитвы были напрасны. Бруно спустился по лестнице, прижимая к себе Лидию. Надя держалась за штаны брата. Они были встревожены и совершенно не понимали, что происходит. — В машину! — скомандовал мужчина, но никто не пошевелился. Марта зарыдала, она бросилась в ноги незнакомца и принялась умолять его. Она никогда не сможет простить себе, как всего один удар в висок заставил ее потерять сознание. Она слышала, как расплакалась Лидия, как вскрикнул Бруно. *** Алекс резко подскочил, судорожно глотая воздух. Его разбудили овации Красотки. Она все еще сидела на полу, ожидая. — Смотри! Смотри! — радостно кричала девушка, она указала на мешочек, который теперь, казалось, вибрировал. Алекс устало упал обратно на подушки. Он не был готов к новому делу, но разве кто-то спрашивал его? —Ты! Алекс даже не стал смотреть, конечно, Вихо был самым злым из той троицы, и брюнет не был удивлен его появлению. Красотка захлопала еще сильнее, она радостно вскочила и принялась скакать по комнате, ее белое платье развивалось во все стороны. Алексу же было все равно, он посмотрел на часы: три двадцать ночи. Все, чего он хотел — это крепкого сна без сновидений. Призрак, застывший посреди комнаты, был зол, он оскалился и хотел было что-то сказать, но Красотка была быстрее. Она запрыгнула ему прямо на руки и, крепко обхватив голову руками, впилась в лицо. К большому счастью медиума, это всегда заставляло только вернувшихся врасплох. Они не успевали даже сказать хоть что-то, а его ручной монстр уже перекусывал ими. — Будь потише, — попросил Алекс, укрываясь с головой. Красотка съедала таких призраков целиком. Она не оставляла после себя ничего. И тогда дело Алекса была завершено. Эти ублюдки не смогут даже в виде призраков больше никому навредить… Марта была в отчаянии. Он забрал их. Раймон Гуардо похитил собственных детей. Он был в тюрьме последние четыре года и был лишен родительских прав. Теперь же он просто похитил этих прекрасных детей. И Марта боялась, она не могла спать, не могла есть. Она все свое время проводила в участке. Детей нужно было вернуть. Раймон был ужасным человеком, у него не должно было быть детей. Мать Бруно, Надьи и Лидии была мертва, и никто не мог помочь найти ее мужа. Предчувствие ужасной трагедии съедало Марту. Она была в ужасе каждую секунду своей жизни… *** Утром Красотка была счастлива, она лежала рядом с Алексом, довольная и сытая. А значит, времени лучше, чтобы разжиться несколькими сотнями баксов, не было. Алекс накинул футболку, вставил наушники и вышел из номера. Он никогда не забывал надеть наушники, так было легче общаться с Красоткой. С ними окружающие не считали его сумасшедшим. Утром это место было еще нелепее. Яркий дизайн кафе и заправки, словно он очутился в семидесятых, старый отель… Все это стоящее посреди трассы. Если он не научился точно чувствовать мертвецов, то решил бы, что наткнулся на призрачную стоянку. Алекс взял холодную бутылку газировки, мятную жвачку, упаковку конфет, коробку шоколадных батончиков и сигареты. — Лотерейные билеты по баксу, — попросил он на кассе. Красотка прошла сквозь прилавок и заглянула за кассовый аппарат. Это был его любимый трюк: билеты по баксу имели небольшой выигрыш, пятьдесят-семьдесят баксов, но зато ты забирал его тут же, не отходя от кассы. А его прекрасная призрачная подельщица хорошо видела, какие билеты были не пустышками. Кассир положил перед ним билеты, и они принялись выбирать. — Нет, не этот. Вот этот и этот, — Красотка, указывала на билеты, и Алекс отодвигал их в сторону. В этот раз они взяли шесть. — Все трое встали? — спросил Алекс, пока стирал центом защитный слой с билетов. Красотка недовольно поморщилась: — Двое, тот Третий упокоился с миром. Никаких послесмертных терзаний. Кажется, он раскаялся в самом конце и с достоинством принял свой приговор. Это было неплохо. Все равно Красотка была сыта, даже если стали призраками только трое. Медиум предпочитал держать ее сытой, чтобы не питать ее самому. Она была его тузом в рукаве и должна была быть всегда способной провернуть парочку трюков и без него. Кассир смотрел на Алекса с недоумением, все шесть билетов были выигрышными. — Ты везучий сукин сын, — пробормотал он и принялся отсчитывать деньги. — А у него есть пистолет, — Красотка присела за прилавок. Там под кассой лежал глок. Алекс сложил свои покупки в пакет и огляделся. Пистолет был нужен. Он хотел купить его позже, но… Этот последний сон, эти воспоминания… У того парня было ружье. — Мы обсудим это позже, — после недолгого размышления ответил Алекс. Два стейка спустя Алекс был готов покинуть мотель. Он перебрал свой рюкзак, сложил шоколад и набрал воды. Пока он еще не знал, куда ему следовало идти, но наверняка эта Марта умерла где-то неподалеку, раз смогла связаться с ним. Нож прикрепил к лодыжке, освободил мешочек от уже ненужных ногтей и надел его обратно на шею. Было уже за полдень, когда Алекс вышел из номера. Он пошел в кафе купить еще немного еды в дорогу и попытаться найти попутку. — Какой ужас! — Пожилая леди даже не заметила, как он вошел. Повар, официантка и те несколько редких посетителей, что обедали, были заняты. Они внимательно следили за выпуском новостей. — В третий раз лагерь Кэмп Скотт стал местом ужасающей трагедии. Трое убитых коренных американцев, были известны как … — говорил диктор. Алекс замер. Кэмп Скотт был заброшенным местом после смерти девочек-скаутов. Тела студентов нашли только потому, что через неделю отсутствия их родители подняли тревогу, а в блоге было сказано, куда они уехали. Так почему же прошло только двое суток, а этих троих нашли? Кому что-то могло понадобиться в Кэмп Скотте? Или кто-то знал, чем Вихо с товарищами занимался? — Проходи, — официантка кивнула Алексу, приглашая его сесть за бар. — Кофе? Пирог? Алекс покачал головой. Ему нужно было убираться отсюда. И как можно быстрее. Он вышел из кафе и отправился на парковку большегрузов. *** Бруно нехотя вошел в квартиру. Это был их новый дом. Так сказал отец. Но мальчику здесь не нравилось. Комнаты было всего две. Спальня отца и та, в которой он теперь жил с сестрами. У Марты все было по-другому, у них были личные комнаты, а еще большая светлая гостиная. Также с ними теперь жила новая «мама». Ее звали Люсьен. Теперь дети должны были ходить в новую школу. Но совсем недолго. Отец совершенно не заботился об этом. А новая «мама» и вовсе не хотела иметь с ними дела. Зато она всегда жаловалась на них, и тогда отец принимался за их воспитание. Надья всегда плакала, да так громко, что соседи колотили в стены, угрожая полицией, и Бруно молился, что они хоть раз привели в действие свои угрозы. Лидия, засыпала рядом с Бруно, прижавшись к брату, она спрашивала его: — Мы можем вернуться к Марте? Но Бруно не отвечал. Он мало говорил с тех пор, как они стали жить с отцом. Он не плакал, когда отец наказывал его, не кричал когда «мама» больно щипала его. Нет, Бруно теперь молчал. Зато Надья всегда знала, что сказать Лидии, она укрывала ее вонючей тряпкой, что Люсьен щедро выделила им как одеяло, и шептала слова утешения. Сестра обещала, что скоро все кончится. Что полиция заберет их домой, и они вернутся в большую светлую гостиную и снова будут пить чай с вишневым пирогом. Но полиция не приходила. Шли дни, недели, месяцы… Тогда Бруно сам пошел в полицию. Когда офицеры привели его обратно, отец долго разговаривал с ними. Он показывал им бумаги, Люсьен наливала чаю. Они ушли поздно вечером, и Бруно впервые закричал. Отцовскую ладонь заменил старый ремень с огромной бляшкой. Все, что мог мальчик — это кричать и закрывать голову руками. — Так будет с каждым, кто выкинет что-то подобное, — зло рычал Раймон. *** Наверно, шериф Глен Уивер никогда так не радовался, смотря на место преступления. Он улыбался, то и дело отпуская шуточки. — Так как тебе матч, Скотти? — спросил он у помощника. — С каждым годом они играют все хуже и хуже, — Скотти сплюнул на землю. Он ненавидел это место. Год назад он только переехал, и новое место в департаменте шерифа многие считали не для него. В особенности после того, как он заблевал место преступления. Это же самое место преступления. Только в тот раз все было хуже. Криминалистам пришлось собирать студентов по кусочкам. Шериф кивнул. Играли у них в штате бездарно. — Знаешь, Скотти, наверно впервые за три года я просто вернусь домой после смены и смогу крепко уснуть, — внезапно сказал шериф. Ему не полагалось так себя вести и тем более так говорить, но кто и что ему сделает? Выгонят его с должности? Не велика беда. Скотти знал об этом. Ведь одним из убитых был Джим Харт. Тот, кого в резервации звали Вихо. Тот, кого шериф подозревал в убийстве трех маленьких девочек три года назад. Но вот только ничего кроме того, что Джим уже совершил два изнасилования в этом же лесу, только двумя километрами южнее, не было. — Не говорили бы вы такое, когда приедут федералы, — посоветовал Скотти. Федералы приехали с большой задержкой. Это были те же двое агентов, что приезжали когда случилась первая трагедия в Кэмп Скотт. — А, агент Моретти и Чу, — шериф поздоровался, даже не стараясь скрыть своей радости. — Что на этот раз? — Джина Чу надела перчатки и шагнула к первому телу, лежащему у кострища. — Тройное убийство, все трое из резервации, все трое ранее судимы, — тут же начал рассказывать Скотти. Он показал на восьмую палатку: — В лесу за палаткой, там, где были найдены тела девочек, Джим Харт. Моретти выругался. Джим Харт был чертовой костью в его горле. Когда они его попытались арестовать в прошлый раз, в резервации случился скандал. Индейцы обвиняли их в предвзятости и расизме. — А двое остальных? — Крис Вус и Джеймс Дин. Моретти достал сигареты. Он не хотел строить безосновательных теорий, но первое, что приходило на ум, что все трое были замешаны в первой трагедии лагеря. — Нашел их вождь. Он и вызвал полицию. — И что вождь делал тут? Он каждый день ходит проверить как Кэмп Скотт? Или что? —Джина подошла ко второму телу. — Давайте надеяться, что у нас тут не самосуд. Не хватало только чтобы объявился линчеватель. *** Алексу хотелось курить. Он игрался с зажигалкой, стараясь хоть как-то скоротать время. Это была не первая поездка зайцем. Ему довольно часто приходилось пробираться в грузовики, но это была первая поездка в кузове, полностью набитым куклами. Они были разных размеров, одни годились только для брелоков, а другие можно легко было перепутать в темноте с ребенком. Красотка веселилась, она прыгала из куклы в куклу и заставляла тех ходить или бешено вертеть глазами. — Хочу куклу, — канючила девушка. Она надувала губы и немного сердито смотрела на Алекса, требуя игрушку. — Хочу. Алекс хотел пистолет. Им пришлось так быстро прятаться, что не было и речи о том, чтобы взять его. Но ему в самом деле следовало озаботиться этим. Внезапно грузовик заскрипел, а вместе с ним и куклы издали дружное: «Хочу на ручки». — Я открою замок и поддержу дверь, а ты возьми мне куклу, только чур говорящую. Алекс схватил последнюю, в которой была Красотка, и бросился прочь. Кузов открылся и, осторожно оглядываясь, Алекс выскочил. Он замешкался лишь на секунду, слушая, как водитель ругается на заевшую дверь. А потом пошел прочь. Они были у въезда в небольшой городок. И отчего-то Алекс был уверен в том, что он приехал куда надо. Осталось только узнать побольше о Раймоне Гуандо.