Верни моё тело 2: И всё по новой!

      Не то, чтобы жизнь как-то поменялась с наличием детей в доме, но Мамору и Кунсайту пришлось отложить свои перебранки в ящик и закрыть. Лорд льда не хотел травмировать нежные детские сердца, даже если эти детки были необычными, а вот король довольствовался ситуацией. Даже когда Кунсайт, во избежание срыва, выставил ментальный барьер — не помогло. Остальные просто наблюдали за этим, только Усаги просила любимого не переусердствовать: когда они вернутся по своим телам, Кунсайт не упустит случая надрать ему уши.       О произошедшем с детьми сильно не говорили, понимая, что те им не доверяют. Церера пришла в себя, но была довольно молчаливой, в основном сидела в комнате на кровати и как-то странно реагировала, когда с ней пытались поговорить Усаги или Мамору. Ами настаивала на том, чтобы дать девочке немного привыкнуть к ним, ведь неизвестно, откуда они взялись.       С Юкине было сложнее. Он был довольно подозрителен и даже перед тем, как дать поесть сестре — пробовал сам. Масато даже заметил, что это похоже на манеру поведения Кунсайта в прошлом, после того, как его любимую воительницу чуть не отравили. На вопрос, нет ли в настоящем времени у лорда льда родственников, обладающих магией, тот сказал лишь одно — мальчишка не из его родни. Парни не стали настаивать на продолжении диалога об этом.       Так и прошло три дня. Никаких новостей о пропавших детях или каких-то нападений. Это даже немного нервировало, ведь невозможно было продумать план действий. Единственное, чем занимались парни, сидя в гостиной, была игра "кто кого взбесит": Масато и Зойсайт делали ставки, подкидывая Мамору новые темы, тот испытывал это на Кунсайте, зная, что тот не тронет хрупкое тело принцессы, а Джедайт просто молча за этим наблюдал в окружении книг. Девочки просто не вмешивались, решив, что каждый сходит с ума от безделья как хочет. Усаги лишь дулась, прося любимого короля быть осторожнее и не наоставлять ей новых синяков. В ответ ей была довольно ехидная улыбка, почему-то заставившая принцессу покраснеть. Масато присвистнул, что впервые видит краснеющего "Мамору" и ему теперь интересно, что же привело к этому. Усаги, пробурчав что-то под нос, покинула гостиную.       — Я вот даже не знаю, меня больше напрягает, что я вижу такую улыбку на лице своей подруги или то, что она вообще возникла после упоминания синяков? — протянула Минако, спокойно попивая латте. Зойсайт перепрыгнул через диван, сказав, что он пошёл за кофе, раз кофемашина теперь работает. Вчера Масато провозился с ней два часа, до этого просто не видя необходимости — он кофе пил редко, но главное — починил. И теперь машинка пользовалась спросом.       — Я бы не стал узнавать ни первое, ни второе, солнышко, — заметил Кунсайт, пользуясь тем, что ему дали перерыв. Сев на диван, он притянул Минако к себе и уткнулся носом в шею, тихо жалуясь, что эти черти его достали. Воительница рассмеялась, предлагая заказать пару пачек успокоительного. Мамору, показательно откинув волосы за спину, ушёл искать свою принцессу.       — Дети ещё не спускались? — выходя с кухни и обтирая руки о передник, спросила Макото. Она немного переживала, что их гости могут недоедать из-за отсутствия аппетита. Вчера вечером Церера вовсе не ужинала, уснув раньше. Луна, которая иногда незаметно присматривала за детьми, успела поделиться, что слышала, как девочка плачет. Возможно, что-то очень сильно её пугало и беспокоило. Усаги всё хотела пойти и успокоить её, но увы, она сомневалась, что в её нынешнем виде они ей доверятся. Мамору даже не возмущался, зная, что он иногда может пугать.       Минако предложила отнести детям обед, собираясь попытаться осторожно узнать о них хоть что-нибудь. Один раз она услышала, как Юкине бормотал что-то про друзей.       Может, не только эти двое появились здесь?       Макото хотела помочь всё донести, но Минако заверила, что справится сама: поднос не тяжёлый, а с грацией у неё проблем не было. Воительница Юпитера лишь вздохнула, попросив на лестнице быть осторожнее и потом уточнить у детей, что они будут к десерту — сок или чай. Минако кивнула.       К счастью, поднялась она без особых проблем. У двери лежал Артемис, делая вид, что он обычный кот. Почему-то даже при них дети с неохотой говорили о чём-то. Минако тихо спросила, если что-то, но Артемис покачал головой, вставая. Он собирался проскочить в комнату вместе с девушкой, потому что одного его дети не пустили. Юкине и вовсе с подозрением наблюдал за котом.       Минако поставила поднос на прикроватную тумбочку, спрашивая, как дела. Церера прижала ноги к груди, отвернувшись.       — Всё у нас нормально, — буркнул Юкине. Минако не могла отделаться от мысли, что манера речи мальчишки очень похожа на Кунсайта. Девушка даже улыбнулась этому сравнению, думая, что это интересное совпадение.       — Не против немного поговорить? — осторожно поинтересовалась Минако, присев на край кровати Цереры. — Я знаю, вы нам мало доверяете, но что-то мне подсказывает, что вызывать полицию и искать ваших родителей дело гиблое, — на этом слове Церера испуганно икнула, уткнувшись носом в колени. Минако сразу поняла, что сказала что-то не то, — прости, я не имела в виду ничего плохого. Просто показалось, что они далеко...       — Откуда нам знать, что вам можно верить? — скрестив руки на груди, спросил мальчишка. Минако не могла не улыбаться с него, думая, что если бы у неё был сын, то явно с таким же характером. Воительница невольно смутилась, не понимая, с чего вдруг такие мысли. Они даже не женаты с Кунсайтом.       — Ну, как минимум, мы не спрашивали, почему вы свалились с неба...       Не успела она договорить, как кончик копья вновь оказался в миллиметрах от её шеи. Церера вскочила на ноги, отбежав за спину Юкине. Ему она явно доверяла. Минако лишь улыбнулась, склонив голову и напомнив, что они не причинили вреда.       — Давай выслушаем её, — тихо попросила Церера. Когда она перевела взгляд на воительницу, та вздрогнула, вдруг подумав, что уже видела подобный. Полный веры окружающим. Совсем, как Усаги смотрела на друзей, когда верила в то, что делала. Минако тряхнула головой, думая, что это какой-то бред.       — А если они ещё не... — Юкине покосился на воительницу, сощурившись. Церера взяла его за локоть, сжав губы. — Прости, — он заставил копьё исчезнуть, после чего погладил девчушку по голове. — Раз она просит, я согласен. Но всё не расскажем, раз у... Церера не хочет, — он прокашлялся, шаркнув ногой. — Но у меня есть вопрос.       — Что ж, задавай, — кивнула Минако. Она подозвала Артемиса, который запрыгнул к ней на колени.       — Имя Минория вам что-то говорит?       Это было совсем не то, что девушка ожидала услышать. Она переводила взгляд с Юкине на Цереру, пытаясь понять, кто они такие. Откуда знают это имя. Решив, что если ей нужно понять больше, то лучше быть честной — медленно кивнула.       — А это не просто кот, а... — мальчишка нахмурился, пытаясь что-то вспомнить.        — Советник его.. кхм, её величества, — подсказала Церера, всё ещё стоя за плечом Юкине. Артемис замер. Он давно не слышал, чтобы его так называли. Посмотрев на Минако, он словно молча уточнил, может ли сам подтвердить слова детей. Воительница засомневалась. Ей эта ситуация не нравилась. Да, она хотела узнать от детей больше, но...       — Думаю, и меня вы тоже знаете? — поинтересовались в дверях. Луна проскользнула в комнату, медленно подходя к детям.       — Вы наставница принцессы Серенити, — тон Цереры изменился, словно Луне она доверяла больше. Кошка подошла ближе, внимательно смотря на девочку.       — Не знаю, кто вы такие, но от вас чувствуется знакомая энергия, поэтому я думаю, лучше нам всем собраться и поговорить, — кошка посмотрела на Минако. Та кивнула, вставая. Давить на детей она не собиралась, но не ожидала подобного исхода от простой попытки. Юкине попросил дать ему и сестре время на то, чтобы обсудить, сколько они могут рассказать о себе, и что сообщать, когда будут готовы. Воительница Венеры согласилась, вернув привычную улыбку, чтобы немного успокоить детей. Она позвала Луну и Артемиса с собой, чтобы пока предупредить остальных.       — А... можно наставница... иногда будет приходить ко мне? — вдруг спросила девочка, когда все трое уже были у двери. Луна обернулась, уточнив, про неё ли она говорит. — Да. Просто... мм...       — Не нужно объяснять, — со смехом заметила Луна, понимая, что та просто стесняется. — Когда Серенити была в твоём возрасте, она плохо спала в незнакомых местах. Если хочешь, я приду сегодня вечером.       Церера радостно кивнула, поблагодарив. Это был первый раз, когда девочка так ярко улыбалась при них. Минако снова показалось, что это что-то знакомое... словно из прошлого. Едва вспомнив про просьбу Макото, воительница спросила, что принести детям: сок или чай. Церера попросила соку, и, если можно, она хотела бы вечером набрать в графин воды. Минако засмеялась, что уж жаждой морить они не собираются, она принесёт. Юкине буркнул про чай, спрятав руки в карманы.       Прикрыв дверь, Минако прислонилась к стене, нервно выдохнув. У неё было странное ощущение от этих детей и от произошедшего, даже не могла точно сказать, что чувствует по этому поводу. Убедив Артемиса, что всё хорошо, Минако поспешила вниз: сначала принести детям напитки, а уж потом поговорить с остальными. Луна же предпочла остаться рядом с комнатой, иногда поглядывая на дверь.       Наставница не понимала, кто эти дети, но к ним было странное доверие и ощущение чего-то знакомого. Особенно в просьбе Цереры.