Стать ближе

      У Моддичата мог оказаться весь мир в руках, пожелай он этого — любые богатства, связи, власть, имущество - В-С-Ё.              Смерть его хвалила. незримое поощрение, что-то в самом далёком уголке его души трепетало от очередного убийства, от очередного стака алмазных блоков, от-              — Ещё раз.              Голос Модди не дрогнул, но по его лицу и так можно было всё считать.              — Мне нужны головы Жирафа и Пугода.              Заказ специфичный, настолько непопулярный, что невольно назревал вопрос, что же такого эти двое Заку сделали. Модди отказался. Всучил Заквиелю его дрянные алмазы, самолично развернул и пинком под зад выпер из храма. Будь в нём двери - захлопнул бы и прибил табличку «Заквиелю вход воспрещён».       Хотя почему только Заку?              Жираф натура шебутная, успел много кому поднасрать и был лишь вопрос времени, когда по его голову придут. Пугод не шибко лучше, но на него заказ поступил бы с наименьшей вероятностью.              А потом до Модди внезапно дошло – судная ночь.              Машинки, капсулы, небо и блеющий на его казино Жираф.       Навряд ли это было основной причиниой – Заквиеля тогда знатно обматерили и Пугод и Модди, жестоко заигнорили, а потом пришли с повинной, чтобы коммуникатор восстановить.              Но если быть честным уже с самим собой, то причины заказа голов этих двоих волновали куда меньше собственной реакции на такое предложение.       Он мог коллебаться, мог сомневаться, но почти всегда на всё соглашался, а тут… В этот раз было что-то странное. Настолько, что заставило Модди думать, – много и долго думать. Думать над своими мотивами всем этим заниматься, думать над целью, над реакцией окружающих и-              — Ты совсем расклеился.              Он внезапно понял, что он не раскрывался перед ними как жнец смерти.       Хотя с другой стороны – должен ли? Что им толку от того, что их близкий друг окажется местным головорезом? Да и они наверняка об этом уже знают – сто процентов кто-то из его заказчиков да проболтался.              — Мо-о-одди, — голос сотканный будто из тысячи звал так непринуждённо, спокойно, по-матерински ласково, что Моддичат даже не заметил, как расслабился, ощущая незримый вес на своих плечах. — Почему ты отступил, милый?              — Потому что это мои друзья. — ответил незадумываясь.              — Раньше тебе этот факт головы рубить не мешал.              — Раньше не заказывали их.              Она тогда не ответила. Но Модди стал видеть её.       По началу она просто была чёрной бесформенной фигурой, маячащей где-то вдалеке, но она становилась ближе день ото дня и с каждым разом её удавалось разглядеть всё лучше и лучше.       Как-то раз он услышал фразу: «Дьявол есть, но он не страшный чёрт с рогами. Он воплощение идеала, ибо он падший ангел и был любимчиком Бога.»       Почему-то, именно она воспылал в голове, когда он впервые увидел её – аккуратные, острые черты лица, мертвенно бледная кожа, что как будто сияла в купе с чёрным длинным платьем с расклешенным рукавом, что придавали даже некой воздушности. Волосы собраны в строгий пучок из которого не торчало ни единого волоска.              — Ты будто труп увидел, милый.              — А ты им не являешься?              — Я была до того, как вы придумали это понятие, — женщина опрёла руку о щёку. — Не хочешь поинтересоваться, зачем я пришла?              — Нет. Если это не что-то с вырыванием из груди моего сердца или приношение меня в жертву, то не особо меня интересует цель твоего визита.              — Как грубо, — наигранно обиделась она, подойдя ближе к своему жнецу и за щеки его обхватила. — Такой грубиян явно не пользуется спросом у девушек.              — Мне плевать.              — А вот Пугод и Жираф это в тебе любят.              Внезапный переход разговора в это русло заставил насторожиться и Модди уж было попятился назад, но там его ждала лишь каменная стена собственного храма.              — Что ты имеешь ввиду?              — Ты ещё не понял... — она звучала... раздосадованно. Только такое слово приходило на ум.              Смерть стала приходить всё чаще и чаще и там, где она ступала обязательно случалось какое-то несчастье – то, помогая Жирафу со строительством, на него полетит балка, что Модди приходилось его спасть от ударов по голове, то помогая Пугоду с механизмами, нет да нет, а что-то обязательно да отлетит в него, так и норовя попасть в глаз или ещё куда.              Поначалу Моддичат этому значения не придал, но в скором времени, до него начало доходить.              Модди все считали умным – он таковым и являлся, только вместо того, чтобы покопаться в себе, он решил просто перестать пересекаться с Пугодом и Жирафом. Одномоментно, без объяснения и даже записки.              Нет, ну а что он им скажет?       «Я жнец смерти и она так и норовит вам подлянку сделать, поэтому для вашей безопасности нам лучше больше не встречаться»? Так что-ли?              — Не плохой вариант, — хихикнула женщина, кудряшку Модди на палец накручивая.              — Зачем ты это делаешь?              — Модди, ты такой дурашка, — Смерть будто вспорхнула и оказалась прямо перед его лицом, вновь заключив его в свои ладони. — Подумай хорошенько, почему ты не хочешь говорить Жирафу и Пугоду, что ты – мой жнец?              — Это же очевидно, — тот лишь недовольно зажмуриться, вздохнув тяжело. — Они ни за что это не примут.              — Не примут этот факт, или не примут тебя?              Вопрос, над которым пришлось задуматься. У него всё равно впереди было всё время мира, так что подумать он мог.       Бы, если бы внезапно не нарисовалась другая проблема - кошмары.              Такие вещи, обычно, Модди не беспокоили - он спал крепко, обычно без снов. Ну, или он их не запоминал просто.       Но сейчас стало не до шуток потому, что кошмары все концептуально были об одном и том же – о смерти.       И ладно бы, он привык, но смерти были не его, а Жирафа и Пугода. То он собственноручно безжалостно голым руками отрывал головы под их вопли, то сжигал их заживо, то медленно, смакуя каждое мгновение, резал их шеи.       Вскакивая посреди ночи от этих ужасом, сон уже не шёл, так что Модди оставалось только занять себя чем-то по дому, чтобы окончательно с ума не сойти.              Смерть больше не появлялась – по крайней мере, как раньше. Теперь она опять маячила бесформенным чёрным пятном, просто молча его преследуя.       Моддичат пытался с ней разговаривать, пытался спросить, к чему всё это, зачем она его изводит, что она от него, сука, хочет, но все эти вопросы оставались без ответов. У этой её формы даже глаз белизной сияющих не было, так что неясно даже слушала она его вообще или нет.              — Ты на кого тут так возмущаешься? — раздалось внезапно со стороны входа и Модди замер, узнав этот голос.              — Модди, с тобой всё хорошо? — Пугод недоверчиво упёр руки в бока.              — Что вы здесь делаете? — только и смог выдавить из себя он.              — Тебя ищем, очевидно же, — Жираф поправил лямку сумки на своём плече и та вызывающе звякнула. Видимо, в ней были бутылки, а зная Жирафа, в них явно было спиртное. — Ты думал, что просто вот так пропадёшь ни стого ни с сего и мы не станем волноваться?              — Вам стоит уйти, — уже чуть увереннее сказал Модди, выпрямляясь.              — Почему?              — Просто. Просто уйдите. Вам же лучше от этого будет.              — Не-е-е, — возразил Жираф. — Нам будет лучше, если ты нам всё-всё расскажешь, Модди.              Он достал из сумки пару бутыльков - один с мёдом, другой с каким-то зельем. Модди навскидку прикинул, что это было исцеление.              — Прекрати ныкаться от нас, я думал, что мы друзья. — возмутился Пугод.              — Мы друзья.              — Тогда скажи нам, что происходит. — продолжил Жираф.              Модди в любой другой ситуации уже закипел бы, на самом деле. Перешёл на повышенные тона, выпер бы их за дверь, кроя отборным матом и не постеснявшись использовать грубую силу. Но.       Не в отношении Жирафа и Пугода.       Наверное, именно это Смерть и пыталась ему объяснить – эти двое для него важны.              — Мне… — жнец уж было собирался сказать что-то, но страх не позволял это сделать. Страшно, вдруг его отвергнут? Вдруг они станут его опасаться? Вдруг они-       Он внезапно почувствовал лёгкий толчок в спину. Модди едва дёрнулся от него, чем напугал друзей, но в этот раз он понял, что от него хочет Смерть.              — Я… Храм Бога смерти это моя затея и все убийства совершал я.              Воцарилась тишина, в которой можно было отчетливо уловить дыхание - при чём не своё, а незваных гостей.              Модди внезапно стал выглядеть настолько испуганно, что сердце сжималось. Всегда серьёзный, рассудительный и такой уверенный в себе Моддичат сейчас больше походил на только что вылупившегося птенца, что ищет маму.              Жираф первый проявил хоть какую-то реакцию, оставив сумку с бутыльками на столе и подойдя ближе к Модди.              — Молодец, так им всем и надо.              Внезапная фраза в тишине и похлопывания по плечу вывели из оцепенения. Абсурдность сказанного дошла не сразу, но вызвала лишь нервный смешок.              — Модди, это ну… ну, мы знали. Давно ещё.              — Что!?              — Я твой почерк из тысячи узнаю, Модди, — засмеялся Жираф. — Ты нас так перепугал своей пропажей, мы уж думали, на тебя за всё это дровосеки охоту открыли.              — Вы меня слышите вообще? — нервно спросил Модди, отчего его голос дрогнул и звучал чуть пискляво, что было ещё более забавно. — Я. Убивал. Людей.              — А я взрывал базы и наблевал на казино Зака, — усмехнулся Жираф, хвостом игриво вильнув. — Продолжим хвастаться?              — Я не могу понять ваше спокойствие.              — А что нам, от страха на потолок лезть? — усмехнулся Пугод. — Неужто ты думаешь, что ты резко потеряешь всю ценность для нас?              — Не знаю, — честно признался Модди в пол голову опустив. — Я ожидал совсем другой реакции, — он неловко усмехнулся.              — Другая реакция могла бы быть, только если бы это был не ты, а кто-то другой.              — И что это должно значить? — Модди неловко улыбнулся. Впервые, за последние дни, если быть честным.              — А то что ты – нам дорог. И вообще, ты себя в зеркало видел!? На тебя без слёз не взглянешь! Вон Пугод уже в три ручья ревёт от твоих мешков под глазами!              Такая реакция позабавила и Модди всё же позволил усадить себя за стол, накормить, напоить зельями, которые, впрочем, мало чем помогли в итоге, и уложить спать.       Засыпать под пристальным взглядом четырёх глаз было странно, но сидящий с ним на кровати Жираф, что голову его осторожно гладил и оперевшийся на прикроватную тумбу Пугод, что какие-то истории рассказывал, в скором времени вс же его убаюкали.       Наверное, этого Смерть и добивалась.