Контроль

Элизабет давно не видела своих друзей. Она знала, что они приедут через неделю, но, видимо, решили сделать сюрприз и приехали раньше. — Так, колись. Что это за красавчик? — сразу начала расспрашивать рыжеволосая девушка подругу, стоило двери захлопнуться, подмигивая и лукаво улыбаясь. Её смех звучал звонко и заразительно, а в глазах плясали озорные искорки. Лизи убрала тарелки в мойку и повернулась к друзьям. — Роза, не начинай. Он мой старый… знакомый, —девушка понимала, к чему будет этот разговор. Не стоит таить, её подруга всё время пыталась свести её с кем‑нибудь. Но всё бесполезно, однажды она даже пыталась познакомить её с девушкой. Как же долго Элизабет тогда злилась на подругу. — Это же хорошо, основа общения есть… — начала было Розали, поигрывая локоном волос. — Так! Стоп! Роза, мы так много раз это обсуждали… Пожалуйста, не начинай… Забудь! — Ой, ладно, ладно. Сама потом ещё пожалеешь, — улыбаясь, начала вампирша, поправляя ремешок сумки. — Ещё как, — в ответ улыбнулась девушка. — Что он вообще тут делал? Весь дом им провонял, — влез Алекс, подойдя ближе к девушке.  — А это вас уже волновать не должно, — хитро ответила Лиза, стараясь скрыть лёгкое раздражение. — Так! Ты же знаешь, у меня бурная фантазия… Даже слишком! — усевшись на кресло, сказала Роза, закинув ногу на ногу. — Лизи… Ты же знаешь, что я переживаю за тебя, — обнимая девушку, шептал парень. Его голос звучал искренне, а в глазах читалась неподдельная забота. Элизабет знала, что испытывал Алекс. Их связь заставляла парня понимать, когда девушке угрожает опасность или ей больно. Он чувствовал её страх и боль. И это заставляло его быть всегда начеку. — Я знаю, но ему можно верить… Не волнуйся, — обнимая в ответ, сказала она. — Будете чай? — обратилась она, слегка отстраняясь от парня. — Как будто у нас есть право выбора, — начала Розали, игриво подмигивая. — У вас есть право выбрать, какой именно чай, — улыбнулась девушка и налила в чайник воды. — Что будем делать? — спросил парень, садясь на диван рядом со спутницей. — М?.. А точно, я забыла. Что вы можете предложить? — доставая банку с чаем, начала Элизабет. — Ну для начала ты должна показать нам свой новый дом, — начала Роза, оглядываясь по сторонам. — Теперь у тебя не будет отмазки, что тебе лень ехать к нам в гости. — Ну извините, что я такая лентяйка. — Извиняем, — съязвила подруга, весело фыркнув. — Ну это мелочь, а если серьёзно? Элизабет, у тебя что сегодня в планах? — заговорил оборотень, внимательно глядя на девушку. Элизабет вздохнула и махнула рукой в сторону коробок: —У меня тут много работы. —Я так давно мечтала поковыряться в твоих вещах,—ухмыльнулась Розали.—Давай Алекс, тащи свою задницу, будем помогать!—воодушевилась девушка, подскочив. —Я вполне справлюсь самостоятельно.—улыбнулась Лизи.  —Да ладно тебе,—приподнял уголки губ оборотень.—втроем будет веселее.  — Ну ладно, раз уж вы так хотите помочь…спасибо Розали тут же с энтузиазмом развязала ленту на ближайшей коробке. — О-о-о, что тут у нас? —она вытащила шёлковый шарф с абстрактным узором. — Лизи, это же чистый шёлк! И цвет — божественный! Ты что, в Париже его купила? — В антикварной лавке в центре, — улыбнулась Элизабет. — Он лежал в куче старого хлама, но я сразу его заметила. — У тебя глаз-алмаз, — восхищённо покачала головой Розали, аккуратно складывая шарф обратно. Алекс молча взялся за другую коробку и начал аккуратно раскладывать содержимое на столе. Элизабет залила чайничек с заваркой. Розали тем временем перешла к следующей коробке. — Вау! — она вытащила винтажную брошь с эмалью. — Лизи, ты скрываешь от нас свою коллекцию антиквариата? — Просто собираю вещи с историей, — рассмеялась Элизабет. — Каждая вещь напоминает мне о каком‑то моменте. — Смотри-ка, — Розали достала старую фоторамку с потёртой серебряной окантовкой. — А это…мама? — она показала фотографию маленькой Элизабет с молодой женщиной . — Да…, — голос Элизабет чуть смягчился. Розали кивнула и бережно поставила рамку на полку. Она продолжала разбирать вещи, комментируя каждую находку: «О, эти чашки — они же из Германии, да? У моей тёти такие же!»«Лизи, ты хранишь билеты со всех концертов? Какая прелесть!»«А это что, дневник? Ой, прости, не буду заглядывать…»«Смотри, Алекс, какая забавная статуэтка! Как будто она сейчас подмигнёт!» Алекс, который к этому времени уже расставил книги в библиотеке, и не мог сдержать улыбки, слушая восторженные комментарии Розали. — Ты как ребёнок в кондитерской, — заметил он. — А что? Всё такое интересное! — Розали подняла старинную шкатулку. — Вот это мастерство! Смотри, тут даже механизм музыкальный… Спустя неимоверное количество времени и трех перерывов на чай с турноверами, почти все коробки были разобраны, вещи расставлены и разложены по местам. Розали с гордостью оглядела результат: — Ну вот, теперь тут настоящий дом, а не склад! — Спасибо вам огромное, — искренне поблагодарила Элизабет. — Я бы ещё неделю разбирала. — Да не за что, — Розали обняла подругу. — Теперь ты точно не сможешь от нас прятаться! — И не пытайся, — добавил Алекс, застёгивая куртку. —Мы будем наведываться без предупреждения. — Изверги, — шутливо возмутилась Элизабет, но улыбнулась. Друзья попрощались и ушли, оставив Элизабет одну в её новом доме. Девушка устало опустилась на диван —  коснувшись кончиками пальцев мягкого пледа. Она огляделась: комнаты выглядели обжитыми, вещи нашли свои места, а в воздухе витал едва уловимый аромат лаванды от саше, которые Розали нашла в одной из коробок и тут же разложила по шкафам. Погода испортилась, завывающий ветер, ломал тонкие ветки, а дождь спустился первыми каплями на землю . Включив уже знакомый сериал, Элизабет откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Усталость накатила волной. Через несколько минут она уже мирно спала, а на экране мелькали кадры сериала, который уже никто не смотрел. Проснулась девушка от стука в дверь.  Сердце на секунду замерло: кто мог прийти так поздно? Она бросила взгляд на наручные часы, почти полночь. Глубоко вздохнув, Элизабет поднялась и пошла открывать. На пороге стоял Эрик. В тусклом свете фонаря его тёмные волосы аккуратно переливались, пряди намокли от дождя, а лицо казалось чуть более задумчивым, чем обычно. Он был одет в тёмно‑синий свитер и чёрные джинсы. — Разбудил? — спросил парень, заметив её взъерошенные волосы и сонный, непонимающий взгляд. — Ничего страшного, заходи, — Элизабет отступила в сторону, пропуская гостя. Эрик разулся и сел на диван, а Элизабет быстро поднялась на второй этаж, чтобы привести себя в порядок. Через пару минут, она спустилась уже умытая, в светло‑бежевой толстовке и мягких домашних брюках. —Я не ожидала тебя, так поздно— потерла глаза девушка.—Ты сильно промок? — Пустяки,— улыбнулся Эрик. — Я ненадолго. Просто хотел убедиться, что с тобой всё в порядке. — Очень мило с твоей стороны, — улыбнулась Элизабет. — Садись. Она опустилась на диван откинувшись на спинку. В комнате повисла короткая пауза, которую нарушил Эрик: — Как тебе в новом доме? Уже освоилась? — Да, в целом всё хорошо, — ответила Элизабет. — Почти всё разобрали, осталось пару коробок, но я наверное просто их запрячу.—хихикнула она. — Рад это слышать, — кивнул Эрик. — У тебя уютно. — Спасибо, — слегка улыбнулась девушка. —Старалась создать комфортную обстановку.  —У тебя отлично это получилось.—с теплом проговорил мужчина.  Повисла тишина, перебиваемая лишь тяжелым стуком капель дождя, который усилился. Ветер гнал капли с неимоверной силой и те разбивались в сплошной гул. Элизабет смотрела через панораму в столовой, как ветки деревьев с усилием пытались не сломаться под таким натиском.  —Отдыхай,-выдохнул Эрик, поднимаясь с дивана.—Я пойду.  Девушка подняла глаза с изумлением и тревогой. —Сейчас? Не следует идти в такую погоду…подожди ещё немного.—тихо проговорила она, встав напротив него. —Все в порядке, я ведь не растаю,—ухмыльнулся тот.—А ты устала, тебе следует отдохнуть. —Рик…оставайся, наверху гостевая спальня, я не смогу уснуть, думая, как ты добрался до дома…—с каждым словом её голос становился все тише.—Все равно, утром пришлось бы вернуться для…—она не знала, как же выразить то, чем они занимались.  —Не хотелось бы тебя стеснять. —Все нормально, правда!—уверяла его девушка.—Я пойду застелю тебе постельное. Девушка побежала на второй этаж, чтобы мужчина не успел возразить.  Эрик поднялся на второй этаж, направляясь в гостевую спальню. Наверху его встретил длинный коридор, с множеством дверей, самая дальняя была распахнута, там был гардероб, через одну дверь была гостевая спальня, она была приоткрыта, и он на мгновение замер на пороге, любуясь убранством. Спальня оказалась светлой и небольшой. Большие широкие окна  были задрапированы лёгкими шторами цвета топлёного молока, они нервно подрагивали от порывов ветра. Тяжелые шоколадные портьеры, отодвинуты по сторонам. Сквозь мутные стёкла было видно, как деревья сгибаются под натиском бури, а потоки воды стекают по стёклам, размывая очертания окружающего мира. Стены покрыты обоями с крупным орнаментом, а паркетный пол покрыт большим ковром с витиеватым узором в голубых и серебристо‑серых тонах. У окна стояло изящное кресло с высокой спинкой и пуфом в тон, обитое бархатом цвета сумеречной синевы. Рядом небольшой круглый столик из тёмного дерева, на нём фарфоровая ваза с хлопком и сухоцветами. У стены располагалась широкая кровать с высоким резным изголовьем из светлого дуба. Покрывало из мягкого кашемира оттенка слоновой кости было аккуратно откинуто, открывая взгляду белоснежное постельное бельё с тонкой вышивкой. — Спокойной ночи, Эрик, — тихо произнесла Элизабет, стоя в дверях. В её голосе звучала непривычная мягкость. — И тебе спокойной ночи, Лиза, — улыбнулся он. — Отдыхай как следует. Девушка на мгновение задержала взгляд на нём, чуть склонила голову, будто хотела что‑то сказать, но передумала. Затем развернулась и направилась к своей спальне в конце коридора. Эрик смотрел как она закрывает дверь, как тихо щёлкает её магнитный замок. Он подошёл к окну, глядя на бурю за стеклом: молнии рассекали небо, дождь хлестал по стёклам, а ветер выл, словно живое существо. В доме царила тишина, нарушаемая лишь редкими и далёкими раскатами грома. Он лёг в постель, но сон не шёл. Мысли крутились вокруг Элизабет, той боли, что скрывалась за её сдержанностью. Он вспоминал, какой она была в детстве — любопытной, открытой миру, полной жизни. И какой стала теперь — замкнутой, измученной борьбой с самой собой. Где‑то вдалеке послышалось шуршание и Эрик напряг слух. Он отчётливо слышал, как Элизабет ворочается в постели, как вздыхает, переворачивается с боку на бок. Её дыхание было неровным. Видимо, сон не шёл и к ней, возможно, буря за окном лишь усиливала её тревогу. Он закрыл глаза, пытаясь уснуть, но мысли не отпускали. В памяти всплывали её глаза, карие с зелеными искорками, её улыбка, робкая и искренняя, когда она смущалась. Постепенно усталость взяла верх, и Эрик провалился в сон. Ему снилось, что он бежит по тёмному лесу. Ветви хлещут по лицу, корни цепляются за ноги, но он не останавливается, позади слышится тяжёлое дыхание, хруст веток под чьими‑то шагами. Он оборачивается и видит двух вампиров, их глаза горят, а клыки обнажены. Один из них делает резкий рывок, хватает его за руку, с силой дёргает назад. Эрик падает, ударяется головой о ствол дерева. Боль пронзает руку, острая, почти реальная. Он резко открыл глаза, тяжело дыша. Сердце колотилось так, будто он и правда только что бежал. Рука, за которую его схватили во сне, ныла — фантомная боль всё ещё отдавалась в мышцах. За окном по‑прежнему бушевала буря. Эрик провёл ладонью по лицу, пытаясь стряхнуть остатки кошмара. Он перевернулся на бок, стараясь успокоиться.