Десять часов пополудни

Победа была уже так близка, как же так случилось, что на полпути выскочили двое Чэн Яоцзиней*? Невеста -скелет одновременно пребывал, и в недоумении, и в досаде: — Трое против одного — и вам ни капли стыда?! * 两 个 成 耀 祯 (Liǎng gè Chéng Yàojīn) — ироничная китайская идиома, выражающая абсолютную невозможность или абсурдность ситуации, особенно когда неожиданно возникает непреодолимая помеха в самый неподходящий момент. Истоки выражения восходят к фигуре Чэн Яоцзиня — реального военачальника эпохи Троецарствия (II–III вв.), прославившегося своей молниеносной решительностью, внезапными атаками и непредсказуемостью. В исторических хрониках и романе «Троецарствие» он часто появляется как грозный противник, заставая врагов врасплох. Чжэн Лочжу: — А вы только что вдвоём на одного нападали! Невеста-скелет: — Это была моя канцелярская принадлежность! Чжэн Лочжу: — А я мщу за себя! Невеста-скелет: — Я тебя даже не знаю! Чжэн Лочжу: — А я тебя отлично помню! Именно ты в «Глубинном ужасе» прикидывался призраком и пугал меня! В «Глубинном ужасе», когда его уже тащил на дно утопленник, он поднял глаза и увидел Невесту-скелета. Если бы не его крепкие нервы, он бы уже тогда нашёл вечный покой на морском дне. «...» Невеста-скелет был озадачен. Он внимательно, сверху донизу, а затем снизу доверху, разглядывал Чжэн Лочжу, и наконец узнал его: — Так это ты тот псих, что бил меня железной плитой?! В «Глубинном ужасе» он спокойно плыл на свет, как вдруг ни с того ни с сего в него врезалась железная плита. Если бы не его крепкое телосложение, он бы уже тогда нашёл вечный покой на морском дне. О том, кто прав, а кто виноват в их прошлую встречу, Чжэн Лочжу спорить не стал, его интересовало лишь одно: — Ты же тогда плыл к тому фальшивому свету, как ты смог попасть в Кольцевой город? Неужели тот свет был не фальшивым, а вторым входом в Кольцевой город? Вопрос не такой уж значительный, однако выражение лица Невесты-скелета стало загадочным. Нань Гэ тихонько приблизилась к уху Чжэн Лочжу и прошептала: — Кажется, здесь есть какая-то постыдная тайна. Чжэн Лочжу отмахнулся: — Какая может быть постыдная тайна в поисках выхода из морских глубин... — Я проследил за тобой. — Невеста-скелет собрался с духом, решив взять ответственность на себя. — Ты тогда, услышав странный крик, изо всех сил поплыл на звук. Я подумал, что тут что-то нечисто, и тайком последовал за тобой. Нань Гэ: «...» Странный крик? Она почувствовала, будто стрела угодила ей прямо в колено. Чжэн Лочжу изумился: — Ты всё время следовал за мной? А как ты угнался, когда Цуй Чжань потом помог нам ускориться? При этом вопросе на лице Невесты-скелета появилась горделивая улыбка: — Меня на спине нёс мой скелет. «...» Чжэн Лочжу украдкой взглянул на неподвижный белый скелет рядом, затем, прикрывая Цун Юэ и Нань Гэ железной плитой, отступил ещё немного, стараясь не представлять себе картину, как скелет несёт на спине крепкого мужчину, рассекая водные просторы. Слишком прекрасно, слишком волнующе — такого он не выдержит. Затянувшаяся беседа заставила Невесту-скелета подумать, что возможно, получится сбежать. Пока Чжэн Лочжу предавался жутким размышлениям, он развернулся и дал дёру. Храм был прямо впереди, ещё несколько секунд — и... Тело внезапно закостенело, скорость крепкого парня Невесты-скелета мгновенно упала на 50%, бег сменился быстрым шагом, и то лишь при его отчаянных попытках увеличить скорость. Невеста-скелет знал, что это эффект канцелярской принадлежности Цун Юэ [Не торопись]. Но он не мог остановиться, ведь если он это сделает, ему придётся сражаться одному против троих, и тогда у него не останется ни шанса на победу! — А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! Крик накатил, словно цунами. Невеста-скелет был совершенно не готов, и мгновенно впал в ступор. Он резко остановился, словно громом поражённый. [Не торопись] разъедала лишь его тело, а этот леденящий душу вопль сокрушил его душу. Мощный психический удар заставил его ошейник мерцать и вибрировать, а также лишил его возможности поддерживать свою канцелярскую принадлежность, и неподвижный воин-скелет в мгновение ока исчез. Нань Гэ чувствовала, что в этот раз точность её «прицельной атаки» снова возросла. Более того, она обнаружила, что чем точнее прицел, тем уже область воздействия крика, и тем, кажется, сильнее его поражающая способность. Прямо как у железной плиты Чжуцзы, — чем меньше площадь, тем больше толщина. Чжэн Лочжу не ведал об изменениях [Крика Манделы]. Он знал лишь, что должен помочь Цун Юэ добыть ошейник. Поэтому, как только раздался крик, он убрал плиту и стремительно бросился вперёд. Пока Невеста-скелет всё ещё корчился в муках от крика и оставался скованным, он изо всех сил повалил того на землю, быстро сорвал ошейник и швырнул его подбежавшему следом Цун Юэ: — Быстрее в Храм! Только в этот момент толстяк Юэ по-настоящему поверил, что они хотят ему помочь. Благодарность переполняла его, и он не знал, что сказать. Времени на раздумья не было, и в конце концов все его чувства вылились в сухое: — Спасибо... Толстяк Юэ стремглав бросился в Храм, со спины похожий на прыгучий мячик, вкатившийся внутрь. Только тогда Нань Гэ прекратила [Крик Манделы II]. Мир погрузился в тишину. А Невеста-скелет пришёл в ярость. Он с силой отшвырнул от себя Чжэн Лочжу, набросился на того и принялся осыпать его градом ударов: — Я вас прикончу!!! Чжэн Лочжу понимал его чувства от потери ошейника, поэтому, прикрываясь железной плитой, только защищался, не атакуя в ответ. Под оглушительный грохот ударов по плите он во весь голос принялся увещевать: — Жизнь полна трудностей, считай, что вернул старый долг! Невеста-скелет, ослеплённый гневом, уже не соображал: — Какой, к чёрту, ещё старый долг?! Чжэн Лочжу возмутился: — Ты же сам только что сказал, что следил за мной, чтобы найти настоящий выход из «Глубинного ужаса». Неужели будешь отпираться?! Железный кулак Невесты-скелета застыл в воздухе — в нём наконец пробудилась капля здравого смысла. Но, опустив голову и почувствовав пустоту на шее, он всё равно не мог смириться с обидой: — Слишком дорого обошёлся этот долг! Чжэн Лочжу убрал плиту, крепко схватил его застывший кулак и искренне сказал: — Не бойся, мы с Нань Гэ тоже отправимся в «конечный ужас», и тогда мы тебя прикроем. Невеста-скелет: «...» Это его совсем не утешило! Тем временем наблюдатели, столпившиеся у входа в Храм, вытянув шеи, насладились всей схваткой. Теперь, когда пыль улеглась, они тут же замахали руками, подзывая: — Раз уж у всех нас нет ошейников, не стоит друг друга обижать! Эй, здесь ещё есть место! Невеста-скелет отбросил руку Чжэн Лочжу, собираясь отправить воина-скелета вломить каждому из наблюдателей костяной дубиной. Не успел он двинуться, как вдали, вихрем, помчались двое, крича на ходу: — Эй вы, оба, стойте там, не двигайтесь! Чжэн Лочжу, Нань Гэ и Невеста-скелет одновременно подняли головы. И увидели молодого паренька в красных баскетбольных кроссовках, который нёсся так, словно у него под ногами были огненные колёса, и другого паренька с татуировками на руках, но из-за высокой скорости рассмотреть, что именно, было невозможно. Они неслись к ним стометровым спринтом, плечом к плечу. Невеста-скелет посмотрел на Нань Гэ с Чжэн Лочжу, напомнив: — Они кричат «оба». Чжэн Лочжу подняв руку, потёр подбородок, погрузившись в глубокие размышления: — Да уж. Нас тут трое. Кого из нас они имеют в виду? Невеста-скелет: ... Вы же с ней заодно, как думаешь?! Мгновением позже «Чистая победа» и Эдогава уже подскочили к ним вплотную. «Чистая победа», не говоря ни слова, сначала применил [Заросли терновника]. Из земли тут же вырос густой терновник, крепко опутавший ноги троих и пригвоздивший их к земле. Невеста-скелет был в недоумении: — А меня ты зачем опутал?! — Прицельная атака — слишком хлопотно. —  скосился на него «Чистая победа» с презрением. — Сам виноват, что встал между ними. Невеста-скелет отчаянно дёргал ногами, пытаясь сбросить тернии, но получал лишь непрекращающиеся уколы, что распаляло его ещё сильнее: — А я что, хотел этого? Это они отобрали у меня ошейник! Ясное дело, что целью Нань Гэ был Эдогава, поэтому «Чистая победа» и Эдогава тут же перевели взгляд на Чжэн Лочжу: — Так он твоя цель? Чжэн Лочжу рефлекторно ответил: — Нет. Эдогава и «Чистая победа» негодовали: — Не цель, а ты всё равно отбираешь?! «...» Чжэн Лочжу мысленно восстановил всю цепочку событий, собираясь сначала подготовить объяснение для этих двоих. Он размышлял так секунд десять, а потом сдался: — Какое это имеет отношение к вам? Столько вопросов! Эдогава и «Чистая победа»: «...» И они ещё терпеливо ждали, пока этот тип сообразит, что ответить? Сами виноваты, что у них отобрали ошейники. Нань Гэ планировала оставаться тихой девушкой. В конце концов, после долгого пути, во время которого она сражалась с Эдогавой, «Чистой победой» и Невестой-скелетом, её голос был серьёзно подорван. А ещё была встреча с Бай Лусе, и та гнетущая бессильная подавленность, когда даже не понимаешь, как проиграл, до сих пор не рассеялась. Поэтому, вновь встретив «Чистую победу» с Эдогавой, она подумала, что можно оставить их Чжуцзы — с ними ведь всё можно решить в два счёта. Но реальность такова, что эти мужчины не могут сказать ничего по делу, и ей так и хочется одарить каждого манделой. Тихо вздохнув, она спокойно позвала: — «Чистая победа», Сяо Цзян. «Чистая победа» посмотрел на неё: — Что? Эдогава: «...» Как же это его прозвище в духе великой китайской нации так распространилось? — Драться — так драться, даже если вы будете атаковать по очереди, мы не испугаемся. — сказала Нань Гэ. — Но прежде чем начинать, не могли бы вы обратить внимание на то, где же ваши ошейники? «Чистая победа» и Эдогава заморгали, по обоюдному молчаливому согласию сначала взглянули на её шею, затем на Чжэн Лочжу, а после на Чжэн Лочжу заодно бросив взгляд и на Невесту-скелета. — А где ваши ошейники? — наконец осознали они серьёзность ситуации. Нань Гэ развела руками: — Отобрали. Эдогава и «Чистая победа» не были рады такому повороту, лишь подумали, что пострадали ни за что: — А наши? Чжэн Лочжу: — Тоже отобрали. Эдогава: — Кто отобрал? Чжэн Лочжу: — Бай Лусе из «Белой группы». Эдогава: — Кто был его целью? Чжэн Лочжу: — Не знаю. Эдогава: — Не знаешь? Чжэн Лочжу: — Он был моей целью. А кто был его целью — неясно. Когда мы столкнулись, он уже добыл нужный ошейник. «Чистая победа», как ни слушал, находил такую логику весьма сомнительной: — Тогда зачем ему было отбирать ваши ошейники? Ладно, допустим, ты хотел отобрать его ошейник, вы подрались, и он отомстил, забрав твой. Но зачем ему забирать твой, потом Нань Гэ, а потом ещё и наши с Сяо Цзяном? Плюс его собственный и отобранный целевой — всего шесть ошейников. Что он собирается с ними делать, торговать на ярмарке?! Чжэн Лочжу: «...» Что-то это замечание казалось до боли знакомым. — В общем, ситуация сейчас такова. — сказала Нань Гэ. — Все ошейники в руках у Бай Лусе. Вам уже нет смысла атаковать нас. — Как выглядит Бай Лусе? — спросил «Чистая победа», тяжело дыша. — И где он сейчас? — добавил Эдогава. — Где — не знаем, мы тоже его ищем. Что касается внешности... — Чжэн Лочжу нажал на руку, вызвав фотографию цели, и показал им. — Вот, это он. «Чистая победа»: — О, симпатичный. Эдогава: — Ого, вот урод. Нань Гэ, Чжэн Лочжу: «...» То, что эти двое до сих пор не разошлись, — настоящее чудо. Без всякого предупреждения в небе позади Храма взмыла сигнальная ракета. — Сви-и-и-и-сть — Разноцветный дым закружился в воздухе, выписывая пружинящую радугу. Все перед Храмом — и наблюдатели, и сражающиеся — подняли головы и смотрели на этот странный дым, с настороженностью и недоумением. Лишь «Чистая победа», разглядев дым, не смог скрыть беспокойства и тревоги и выпалил: — Дасиси! С этими словами он рванул с места, устремившись в направлении сигнальной ракеты. Его скорость была молниеносной, и в мгновение ока он исчез за Храмом. Пробежал лёгкий ветерок, и воцарилась тишина. Оставшиеся на месте Нань Гэ, Чжэн Лочжу, Эдогава и Невеста-скелет переглянулись, на четырёх лицах отразилось полное недоумение. Невеста-скелет: — Он... что он только что крикнул? Нань Гэ: — Кажется, «Дасиси*». Чжэн Лочжу: — «Чистая победа**», Дасиси... Нань Гэ: — Похоже, парные клички. Эдогава: — Не обязательно. Если появится ещё и Шисаньяо***, возможно, это любовный треугольник. * 大四喜 (Dàsìxǐ) — Букв. «Большие четыре радости» или «Большие четыре ветра». Это одна из самых редких и ценных выигрышных комбинаций в классическом китайском маджонге. Она состоит из четырёх троек (пунов) тайлов ветров: Восток, Юг, Запад и Север (то есть у игрока должны быть все 12 тайлов ветров — по три каждого).  ** 清一色 (Qīng Yīsè) — Букв. «Чистый один цвет» или «Однородная масть». Это выигрышная комбинация, при которой вся рука игрока состоит только из тайлов одной масти (мань — бамбук, пин — точки/шарики или соу — черты/бамбуковые палочки*), без ветров, драконов и тайлов других мастей. Пары и сеты (чи/пон/кан) должны быть исключительно из одной группы числовых тайлов. Поэтому его прозвище и было переведено как  «Чистая победа». *** 十三幺 (Shísānyāo) — Букв. «Тринадцать сирот» (иногда переводится как «Тринададцать одиночек»). Это ещё одна экстремально редкая и сложная выигрышная рука. Игрок должен собрать по одной штуке каждого из 13 «крайних» и «почётных» тайлов:    - Тузовые («концевые») тайлы: единицы и девятки каждой масти (мань, пин, соу — всего 6 тайлов),    - Все четыре ветра (Восток, Юг, Запад, Север),    - Все три дракона (красный, зелёный, белый).    Чтобы выиграть, нужно получить любой из этих 13 тайлов второй раз (в качестве пары).  Нань Гэ: — Скорее всего, они оба из «Лотоса». Чжэн Лочжу: — «Лотоса»? Нань Гэ: — Разве их группа не называется «Лотос»? Чжэн Лочжу: «...» А почему у него в подсознании отложилось «Маджонг»? Эдогаву не волновало, какие отношения у «Чистой победы» с этой пружинящей радужной ракетой. Его беспокоило другое... Чёрт побери, ты сбежал, а я как? Договорились же быть, как Коно и Хэйдзи*! * Отсылка к дуэту детективов Конану Эдогаве и Хаттори Хэйдзи из франшизы «Detective Conan». — Эх, дырявая голова. — Чжэн Лочжу ударил себя по лбу. — Как же я забыл о самом важном! Нань Гэ недоумённо спросила: — О чём? Сердце Чжэн Лочжу сжалось от боли: — «Чистая победа» должен нам 110 тысяч! Мне следовало сразу потребовать с него долг. — О, ничего страшного. — Нань Гэ спокойно посмотрела на Эдогаву. — Вот же ещё один, который не сбежал. Эдогава с трудом сглотнул: — [(Иллюзия) Сверхбыстрое заживление] вы использовали на нём, так какое это имеет отношение ко мне... Чжэн Лочжу: — Но вы же временно объединились? Напиши за него расписку-поручительство... Эдогава: — Распался! В ту секунду, как он бросил меня, наш союз распался! Чжэн Лочжу, Нань Гэ: «...» Правду говорят, что деньги портят отношения.