Десять часов пополудни

Под пронзительный визгливый крик ошейник Эдогавы начал мерцать и вибрировать — гораздо сильнее, чем в первый раз, когда он услышал [Крик Манделы]. — Щёлк — Чёрный ошейник легко расстегнулся от простого прикосновения. Нань Гэ быстро убрала ошейник в свою сумку, а тем временем Чжэн Лочжу уже стащил ошейник с «Чистой победы». Поскольку «Чистая победа» выбрал Нань Гэ своей мишенью, он непременно вернётся, если только не откажется от своей цели. Забрав его ошейник, они получали в свои руки дополнительный козырь для защиты. Когда они забрали всё, что нужно, [Крик Манделы II] прекратился. Эдогава не сдержав подступающую тошноту, стремительно бросился к стене и, прислонившись к ней, вырвал так, что света белого не взвидел. У Чжэн Лочжу тоже слегка кружилась голова и подташнивало, но до такой степени ещё не дошло, однако на душе у него было неспокойно: — Сестра, теперь я даже боюсь представить, что такое [Крик Манделы III]… Нань Гэ подошла к лежащему на земле «Чистой победе», и присела рядом: — Не волнуйся, к тому времени я, вероятно, смогу полностью исправить баг с атакой по своим. Чжэн Лочжу не понял: — В каком смысле? Нань Гэ взяла голову «Чистой победы» и принялась осматривать рану: — Кажется, я только что нащупала подход к «прицельной атаке». Прицельная атака? Чжэн Лочжу поразмыслил и вроде бы понял. Недаром во время только что прозвучавшего крика реакция Эдогавы была такой сильной, а он сам почувствовал, что сила атаки не так велика, как в первый раз, и удивился, почему ошейник так легко расстегнулся. Оказывается, Нань Гэ использовала «прицельную атаку», чтобы избежать атаки по нему, или, по крайней мере, атака частично миновала его. — Чжуцзы, кажется, я ударила слишком сильно, у него не останавливается кровь. — Нань Гэ опустила голову «Чистой победы», в её голосе сквозила тревога. — Не может быть… — Чжэн Лочжу искренне считавший, что у Нань Гэ не такие уж сильные руки, присел и внимательно осмотрел голову «Чистой победы». Так и есть, зияющая рана, у него была проломлена голова. С самого начала в правилах этого испытания была заложена злонамеренность. Если хочешь заполучить ошейник, ты должен добиться, чтобы противник потерял сознание — и это ещё при том, что ты разгадал способ снять ошейник, а те, кто не разгадал, вполне могли сразу убить. Но как именно добиться потери сознания, было той ещё задачкой: слишком слабо — бесполезно, слишком сильно — получится как сейчас, руки в крови и огромные угрызения совести. Нань Гэ: — Что делать? Чжэн Лочжу: — Не меня спрашивай, прояви тот же напор, что и когда била. Нань Гэ: — Прикончить раз и навсегда? Чжэн Лочжу: — Решишься прикончить — я решусь закопать. Нань Гэ: «…» Чжэн Лочжу: «…» Нань Гэ: — Я хороший человек. Чжэн Лочжу: — Я тоже! Нань Гэ: … Может, тем воспользуемся? Чжэн Лочжу: — Давай, раз капитан нам дал, значит, и решать, когда и как использовать, тоже нам. Нань Гэ: — Немножко жалко. Чжэн Лочжу: — Мне ещё жальче, это ведь деньги моего босса, а значит — мои потенциальные премиальные! Обратный отсчёт 1:45:08 «Чистая победа» медленно пришёл в себя, открыл глаза, поднялся, и первое, что он увидел, — свои стильные и крутые красные кроссовки, и только потом заметил ожидающего рядом проходчика: — Сяо Цзян?* * 江户川 (jiānghùchuān) – Цзянь Хучань. Так на китайском пишется имя Эдогавы, от сюда и Сяо Цзян. Эдогава: «…» Даже в полубессознательном состоянии тот умудрился переиначить его имя. — Быстрее проверь, голова ещё болит или нет, если нет — я пошёл. — он продежурил до сих пор, и этого уже было более чем достаточно. Только теперь «Чистая победа» вспомнил, как он отрубился, мгновенно протрезвел, поднял руку, и ощупав голову, нащупал слипшиеся от крови пряди волос, но никак не мог найти саму рану, однако по остаточным болевым ощущениям всё же определил примерное место удара. Как раз чуть правее макушки, при лёгком нажатии всё ещё чувствовалась слабая боль, словно хоть снаружи всё и зажило, но на восстановление под кожей нужно было время. — Что тут было? — спросил он Эдогаву. Совершенно очевидно, что временный напарник, дожидавшийся его пробуждения, должен быть в курсе дела. — А было то, что у них ещё не совсем совесть пропала, они увидели, что ты почти покойник, и использовали лечащую канцелярскую принадлежность. — честно говоря, Эдогава такого никак не ожидал. Ударить камнем, стараясь при этом контролировать силу, на уровне, где за убийство не несут ответственности, — это уже, считай, великодушие. Но если бы ему пришлось использовать редкую канцелярскую принадлежность, чтобы спасти того, кто одержим идеей заполучить его ошейник, — если уж на чистоту, то он бы колебался. И судя по всему, когда это делали Чжэн Лочжу и Нань Гэ, их сердца тоже обливались кровью, и тем не менее они не мешкали: решили — и использовали, использовали — и сразу смылись, чётко и быстро. — Это они меня вылечили? — для «Чистой победы» это звучало как небылица. Но Эдогава рассказывал во всех деталях, вплоть до точного названия канцелярской принадлежности. — Они использовали [Быстрое заживление], как я понял из их разговора, её им дал их капитан на всякий случай, но в итоге, парень, она досталась тебе. Хотя нет, она тебе досталась не просто так. «Чистая победа»: — В каком смысле? Эдогава: — Они велели передать тебе, что эту канцелярскую принадлежность их босс купил за 110 тысяч, но они готовы отдать её тебе по той же цене, без каких-либо посреднических накруток. Так что при следующей встрече, не забудь вернуть деньги. «Чистая победа»: … — Ну и ладно, ты же всё равно собираешься в Конечный страх, чего тебе какие-то долги, — нашёл за него оправдание Эдогава, вшей много — чего чесаться*. — Но есть одна вещь, которую я всё никак не могу понять, как у неё получилось прокричать во второй раз? * 虱子多了不愁 (shīzi duōle bù chóu) - досл. Чем больше вшей — тем меньше забот. Это ироничная китайская идиома, выражающая философию «когда проблем и так по горло, ещё одна уже не имеет значения». Она передаёт ощущение фаталистического спокойствия или апатии в ситуации, когда человек настолько перегружен трудностями, что перестаёт реагировать на новые — просто потому, что «разницы уже нет». Красавица кричала в общей сложности три раза. Первый раз, когда «Чистая победа» ещё прятался в каменном доме, — без проблем. Третий раз, когда «Чистая победа» был без сознания, и все канцелярские принадлежности перестали действовать, — тоже без проблем. --> Но второй раз, когда «Чистая победа» всё ещё был в сознании и управлял принадлежностью [Сайлент Хилл], Нань Гэ всё равно неожиданным криком переломила ход битвы. — Может, в тот момент у тебя силы были на исходе, и Сайлент Хилл прекратил действовать раньше времени? — попытался проанализировать Эдогава. Проиграть — не стыдно, но как проиграл знать нужно. Однако «Чистая победа» решительно покачал головой: — Точно нет. Эдогава: — Уверен? «Чистая победа»: — Клянусь именем бога маджонга. Эдогава: «…» Он уважал веру людей. Конан Дойль устами Шерлока Холмса говорил: исключи все невозможные варианты, и то, что останется, каким бы невероятным и абсурдным оно ни было, и будет истиной.* * Артур Конан Дойль (1859–1930) — британский писатель, врач и общественный деятель. * Шерлок Холмс — вымышленный персонаж, созданный Дойлем, гениальный лондонский консультант-детектив, обладающий исключительными способностями к наблюдению, логическому мышлению и дедукции. * Метод исключения — основа холмсовского подхода. Он начинает с рассмотрения всех гипотез, которые могут объяснить преступление или ситуацию. Затем поочерёдно отбрасывает те, что противоречат фактам, логике или здравому смыслу («невозможные»). Крик, который должен был быть заглушён, но всё же прозвучал. Хотя крик был очень пронзительным, он почти не нанёс никакого урона: у него не заложило уши, не закружилась голова, и даже единственная проблема — мурашки на коже — быстро исчезла. Теперь, оглядываясь назад, можно подумать, что так называемые мурашки на коже были больше похожи на его подсознательный страх перед криком, вызвавший стрессовую реакцию. Иными словами, единственной функцией второго крика было отвлечь их внимание, и Нань Гэ воспользовалась этой возможностью, чтобы успешно атаковать «Чистую победу». — Она обманула нас. — мрачно произнёс Эдогава. «Чистая победа» изумился: — Обманула? Эдогава: — Так называемый второй крик вообще не был эффектом канцелярской принадлежности. «Чистая победа»: — Но она же на самом деле крикнула. — Нет, не крикнула. — категорично заявил Эдогава. — Она всего лишь притворилась, что кричит. «Чистая победа» запутался ещё больше: — Но, тогда как же она издала звук? Эдогава потёр переносицу, словно на ней были невидимые очки, его взгляд стал проницательным, а голос — твёрдым и звучным: — Истина только одна! Она использовала сверхсложную вокальную технику — чревовещание! В то же время, двое, уже успевшие далеко убежать — Чжэн Лочжу: — Запись?! Нань Гэ: — Угу, записала в тренировочной комнате. Моё оружие — это голос, так что что делать, если не смогу его использовать? Всё время переживала из-за этого, поэтому просто записала отрывок на всякий случай. Чжэн Лочжу: — У тебя слишком сильный инстинкт самосохранения. Нань Гэ: — Я женщина, не чувствующая себя в безопасности. Чжэн Лочжу: … Не надо вдруг изображать слабость. Нань Гэ: — Но всё же спасибо и этому. Чжэн Лочжу: — А? Что это за штуковина? Нань Гэ: — Миниатюрный музыкальный плеер сверхвысокой мощности, совмещённый с функцией диктофона. В просторечии — компаньон для спортивной ходьбы. Чжэн Лочжу: «…» Нань Гэ: — Стоит музыке заиграть, и весь парк услышит твой ритм. Чжэн Лочжу: — В гостиничной торговой зоне ещё и такое продают? Нань Гэ: — [Предметы], страница 1243, строка 5, позиция 6. Чжэн Лочжу: … Сколько же времени ты провела в торговой зоне?! Храм был уже впереди, золотистые стены которого сияли в лучах закатного света, излучая спокойствие и величие. Стоило только сдать ошейник Эдогавы, и для Нань Гэ испытание можно было считать завершённым. — Погоди. — Нань Гэ, быстро двигавшаяся вперёд, вдруг остановилась. — Если я сдам ошейник и сразу войду в храм, как же я потом помогу тебе? — Не думай обо мне. — не раздумывая, сказал Чжэн Лочжу. — Сейчас главное — чтобы хоть кто-то прошёл. Нань Гэ считала, что так никуда не годится: — Что толку от твоей кучи железных плит без меня? Чжэн Лочжу: — Я знаю, что ты обо мне заботишься, но нельзя ли выражать это немного помягче и повежливее… — Я считаю, она права. — раздался чей-то холодный голос сверху. Чжэн Лочжу и Нань Гэ одновременно вздрогнули и быстро подняли головы. На крыше рядом с ними вальяжно сидел мужчина в белой рубашке, на его покачивающемся указательном пальце висел ошейник, который он крутил, словно игрушку. Мужчина был стройного телосложения, верхние пуговицы его белой рубашки были расстёгнуты, обнажая часть груди, где угадывались красивые очертания мышц. Простая белая рубашка сидела на нём с естественной, непринуждённой сексуальностью. Но Чжэн Лочжу был не в состоянии спокойно это оценивать. Ему казалось, что все несчастья, накопленные за первую половину жизни, взорвались этой встречей. Фениксовые глаза, с дерзко приподнятыми внешними уголками, и слезинка-родинка во внутреннем. Износишь в поисках железные башмаки — нигде не найти; одна ветка красной сливы выходит из-за стены»* — вот же она, блядь, его цель! * 踏破铁鞋无觅处，一枝红杏出墙来 (tàpò tiěxié wú mì chù, yī zhī hóngxìng chū qiáng lái) — на самом деле эта фраза представляет собой художественное соединение двух разных культурных выражений, а не устоявшуюся идиому. Первая часть — «踏破铁鞋无觅处» («износишь железные башмаки, нигде не найдя») — берёт начало из классической китайской поговорки, обычно завершающейся строкой «得来全不费工夫» («а потом получается без малейших усилий»), и означает, что после долгих и тщетных поисков желаемое вдруг находится совершенно неожиданно и легко. Вторая часть — «一枝红杏出墙来» («ветка красного абрикоса выходит из-за стены») — цитата из стихотворения поэта династии Сун Е Шаовэна и несёт двойной смысл: с одной стороны, она символизирует неудержимую красоту весны, прорывающуюся сквозь любые границы, а с другой — в традиционной китайской культуре стала эвфемизмом для супружеской неверности (особенно женской), так как «выход за стену» ассоциируется с нарушением домашнего порядка и моральных норм. Соединение этих двух строк в одном контексте — литературный приём, который может подчеркивать иронию, неожиданность находки или даже двусмысленность ситуации, но важно помнить, что в классической фразеологии они существуют независимо. — Не бойтесь, я не собираюсь вам ничего делать. — мужчина ещё пару раз покрутил чёрный ошейник на указательном пальце. — Моя цель уже у меня в руках. Узнал мужчину не только Чжэн Лочжу, но и Нань Гэ. VIPы делились фотографиями целей, так что ей было трудно не узнать. Теперь оставалось лишь стараться, чтобы выражение лица и голос выглядели естественно, не теряя при этом бдительности: — Раз заполучили, почему тогда не идёте в храм? Мужчина зевнул, перестал крутить палец и с щелчком сжал ошейник в ладони: — Слишком быстро победил, стало скучно, вот и прилёг тут отдохнуть. — вдруг он замолчал, словно только сейчас разглядел Нань Гэ, наклонился пониже к краю крыши и искренне произнёс, — Девушка, не хочешь обменяться контактами? — Извините, — сказала Нань Гэ, — я до сих пор пользуюсь раскладушкой. Мужчина помолчал пару секунд и сказал: — Это самая оригинальная отмазка, что я слышал. Нань Гэ: «…»