Семь шагов за гранью

      Келли шёл по автостраде, пока не устал. Старый мост оказался довольно далеко. Перейдя его, он оглянулся назад — но ничего странного не заметил. Он успел пройти изрядный кусок пути, и кромка зелени на горизонте была, скорее всего, каким-нибудь другим лесом, а тот, что был вокруг Олдера, уже давно исчез. Келли снял рюкзак и осторожно опустился на него. Некоторое время он отдыхал, затем побрёл дальше.       Так шёл он очень долго.       Не встречая ни одной машины.       «Главное условие, если хочешь вернуться туда, откуда пришёл — идти туда ровно той дорогой, как ты попал сюда, только в обратную сторону. И не оглядываться».       Ты сумеешь прийти, если тебя ждут.              

*

             Келли прибыл в город ранним утром, пройдя перед этим всю ночь — он уже не мог откладывать больше. Шёл по улицам, освещённым рассветным солнцем, лучи были оранжевыми и розовыми. Улицы были пусты, вода медленно колыхалась в каналах; ни пешехода, ни такси, ни лодочки — везде лишь трепетное ожидание, и единственный звук — это шаги самого Келли. Одна пустынная улица сменяла другую, лучи всё так же розовели, вода казалась маслом. Паника начала подступать к горлу, Келли ускорил шаг, хоть и устал, устал так, что ещё немного — и он просто развалится в прах, растворится в пыли под ногами. Ноги. Переставляй ноги. Не думай. Шагай. Знакомо-незнакомые силуэты зданий бередили душу. А вот и группка домов-монахов по ту сторону канала… Ещё несколько кварталов. Ради чего? Город пуст. Ради места. Просто посмотреть на место. И всё. Потом я передохну, а потом… пойду… дальше.       Выбившись из сил — последний рывок, Келли Марино! — Келли оперся рукой о стену дома, который был его целью, и, запрокинув голову, посмотрел вверх.       По небу пролетел голубь.              А потом ещё два.              Где-то недалеко раздалось шлёпанье воды и звук лодочного мотора.       Оклик: «Эй, ты скоро?» — и невнятный ответ.       Прошелестел шинами велосипедист.              Келли, оторвавшись от стены, огляделся.       Город оживал. Лучи солнца становились всё более тёплого, ласкового спектра. Слышались утренние звуки — шаги, хлопанье двери, собачий лай, крики чаек. Келли, стукнув кулаком в стену, собрался с силами и шагнул в подъезд.       Он отчего-то побоялся воспользоваться лифтом и предпринял серьёзную попытку пройти весь путь по лестнице. На площадках ему приходилось немного отдыхать, но путь он преодолел достойно.       Вот и дверь.       Чувствуя, как колотится в груди сердце, Келли замер с поднятым кулаком. Нет, не успокоить… Он осторожно постучал костяшками пальцев. Прислушался. Затем бухнул несколько раз уже сильнее. Господи — кто — выйдет — кто — откроет — ? Сердце было готово выпрыгнуть изо рта.       Звук отпираемого замка едва не отправил его в обморок, но Келли чудом удержал сознание при себе. И вот…       — Да? Чт… — Фраза оборвалась, не начавшись. А потом Энди, Энди Роуз, сонный, с отросшими волосами, замер с открытым ртом.       Келли сделал шаг вперёд.       — Это я, Келли, — прошептал он непослушными губами и задрожал так, как будто по нему пропустили электрический ток. — Келли, — повторил он, — Келли Марино, Энди…       Он знал, что выглядит дико — отросшие волосы и борода, изношенная одежда, да и похудел он сильно. Энди тоже как будто изменился, и дело было даже не в его длинных теперь волосах, сохранявших светлый тон только на кончиках. Он словно бы стал чуть старше, лицо немного острее и твёрже, плечи шире… Но это был Энди, Энди Роуз. И он совершенно точно ждал Келли.       Энди подался вперёд и стиснул его в объятиях.       — Чёрт, чёрт… Господи… Где ты был? — Энди увлекал его в квартиру, продолжая обнимать до хруста рёбер.       — Я… не знаю, — ответил Келли. — Но я расскажу… как смогу.