Ежели небеса простят нас

Дворовые крестьяне — особый разряд крепостных крестьян, которых их господа использовали в качестве домашней прислуги.

Можно было сказать, что Даниилу выпала нелегкая ноша. Кто будет еще более бесправен, чем крепостной крестьянин? Но все-таки в этой истории он Даниил. Не Данька и даже не Даня. Даниил. Он не пахал поле каждый день, его не били розгами, не выносили штрафов в наказание. Он всю жизнь прожил при дворе и уже больше был похож на дворянина. Его обучали тем же дисциплина, что и Константина, был рядом с ним всю жизнь, почувствовал эту жизнь. Нельзя сказать, что он ничего не делал. Юнец никогда и не хотел ничего не делать. Будучи самым доверенным лицом во дворе и главным среди крепостных, ему без страха доверяли документы, переговоры и конечно же подготовку балов. А ухаживать за Костей было скорее его личным предпочтением Всю свою работу он выполнял добротно, а главное с удовольствием. Кто-то грубо звал его “дворня” но Даня всегда знал — Костя не позволит так бестактно оскорблять своих крепостных. Этому дому действительно повезло с хозяином. Ну всё, хватит пустых раздумий о сентиментальных вещах! Да, Константин поистине благородный и хозяин о котором можно только мечтать. Но дела Даню ждать не будут. Он гордо шел по коридору. В голове приятно промелькивали воспоминания. Как он тревожно и немного глупо спешит по коридору. Сколько лет прошло? Десять? Девять? Они с господином тогда были совсем мальчиками. Был бал в честь дня рождения еще живой госпожи. Он неловко нес подносы и постоянно обо что-то спотыкался, а Константин из всех сил, вопреки запретам отца пытался помочь. Улыбка немного сползла с лица, Даня неловко поправил очки (непозволительно дорогой подарок от господина. Он до последнего не мог принять это в дар). Госпожа Анна Алексеевна была так добра к Дане. Она во многом и стала той, кто воспитал Константина таким благородным. Именно она поняла, что неуклюжесть Дани состояла в том, что он плохо видел. И именно она однажды сказала, что стоит подарить ему очки. Что Костя и сделает в будущем, но увы после ее смерти. Невероятная была женщина. Как там говорят? Бог забирает лучших? Он отгонял от себя эти мысли. Это раньше он был простым и маленьким казачком. Теперь же он “дослужился” до главного придворного дворецкого, что контролировал все процессы в поместье. Стук от его обуви разносился эхом по большим коридорам. Поместье было не самое большое, конечно. Не в ровень царским усадьбам. Но в сравнении с этими колоннами и арками, огромными люстрами, расписными стенами Даня чувствовал себя таким маленьким. Войдя в главный зал, который избрали местом сегодняшнего бала, крепостной застал бурную работу. Паркет натирали до блеска, ставили очищенные канделябры, готовили люстры. Люстры Даню пугали и впечатляли одновременно. Уже скоро они озарят зал и будут как огромный пожар гореть над головами гостей. Господин был особенно красив в этих софитах. Что за мысли? Даня подходил ко всем трудящимся женщинам, вежливо желал доброго утра и спрашивал как продвигается работа, на что получал такое же добрее «Да потихоньку, милок, потихоньку. К вечеру уж домоем всяко» На что юноша улыбался. Когда относишься к людям хорошо, то и они к тебе с добром. По крайней мере в поместье Исаевых, с приходом Кости к владению всё стало именно так. Отлично, уборка будет закончена к вечеру. Пора проведать госпожу Екатерину и утвердить меню на бал. Так будет быстрее, пройти через кухню, уведомить кухарок, а после выйти в сад и спросить садовника как там дела с цветами для зала. Отличный план. Он не тратил времени зря, каждая секунда была потрачена с умом в его расписании, за что Костя его и ценил. Кстати о Константине. В свободную минутку надо будет к нему зайти. Стук в покои. 4 размеренных удара. — Входи, Даня, — также не оборачиваясь впускала в свои покои доверенного слугу Катерина. — доброе утро, госпожа. Я к вам по поводу меню на бал. Что передать кухаркам? — Даня был сдержан и вежлив. Как и всегда. — помню, помню. Раз это особенный бал, по возвращению Константина…передай им, пусть приготовят то, что обычно готовят на праздничные балы в нашем поместье. И те сладости из за границы, что нам привезли тоже подать гостям к столу. Как обычно, значит кухарки как всегда сделают закуски из малосольных огурцов, грибной суп и фаршированное мясо, какой-нибудь гарнир и конечно же алкоголь. Всё как всегда. Даня знал это меню наизусть. — спасибо. Передам. Как с вашим платьем? — ой, Данечка, твоя сестра оказывается имеет отличный вкус! Рада, что попросила ее о помощи. Платье почти готово. — она говорила о новом платье воодушевленно. А о своем новом модном консультанте еще восторженнее. — рад, что Галина вам пришлась по душе. — Юноша искренне улыбнулся, при упоминании своей младшей сестры. Было радостно, что она нашла себе прекрасную работу в зале. — Вечером она подготовит костюмы для живых картин вместе с нынешней главной по костюмам. Живые картины часто делались на балах в качестве развлечения, к ним подбирали актеров и декорации. — полно, беги, Даниил, у тебя дел еще много. Passe une bonne journée — bonne journée, Madame. — Даня попрощался с госпожой и отправился по своему огромному списку дел дальше. Повезло, что такой смышленый юноша смог получить такое же качественное образование, как и у его господина. Невероятная редкость. Хоть, когда он и начинал отлынивать, получал за это Даня. И довольно жестоко.. Не хотелось вспоминать. Это было не так часто, ведь юный господин старался изо всех сил, чтобы за его плохие оценки не приходилось получать его другу. Как же долго ходить туда обратно. Но Даня не жаловался. Добрался до кухни, где его радушно встречали женщины, всю сознательную жизнь Дани хотевшие его накормить, глядя на его худое тело, на что юноша вежливо отказывался. Пожилой, серьезный мужчина - главный повар встретил Даню одобрительным кивком, на что Даня также вежливо поклонился человеку старше него. А уж кухарки не могли сдержать эмоций. — Доброе утречко, Данечка, ты чего зашел? Меню нам принес? Давай всё нам выкладывай, да поскорее, дел невпроворот. Уж больно большой бал выходит — запыхавшись в работе говорила старая женщина. — ну конечно, все так ждали господина. Вот все и жаждут его увидеть — чуть ли не шепотом говорила новенькая кухарка. Почти ровесница Дани. — доброе, доброе. — Даня не мог сдержать улыбки, от чего его серьезный вид ломался и он становился таким же радушным в этом обществе. — госпожа Екатерина просила передать, чтобы готовили на бал фаршированное мясо, грибной суп, подали зарубежные пирожные к чаю, также закуски. Пожилая кухарка почесала затылок, и снова улыбнулась. — принято, милок! Будет сделано. А ты чего покушать не хочешь? С обеда осталось. — нет, нет, спасибо. Мне еще работать надо. — Даня снова вежливо отказывал и потихоньку ретировался, пожелав хорошего дня. Теперь сад. Парень неспешно шел рядом с красивым посадом цветов, выискивая работника. — доброе утро, Павел Сергеевич! — крикнул Даня уже плохо слышащему садовнику — чего-й? А-а, это ты, малец. Доброго утра тебе, дай Бог здоровья. Чего пожаловал? Поди хозяева гоняют? — мужчина застал не самых приятных хозяев, от чего относился к ним скептически. — и вам здоровья! Я пришел узнать как дела двигаются с цветами для украшения зала. — цветами…да вот, как видишь, добротно всё с ними. Вот лучшие мои цветочки доросли. К празднеству и срежем, служанки украсят. — вы до сих пор серчаете, что вам не позволяют самим это делать? — да чего уж на вас молодёжь серчать…говорят про какое-то там мое здоровье, да не пускают. — обижался больной старик. — ну ничего, Павел Сергеевич, обязательно еще пустят. Спасибо за ваш труд. Хорошего дня. — Даня откланялся и снова двинулся в сторону поместья. Старик Павел уже давно был почти глух, и с каждым годом ему было всё тяжелее стоять, вот его и не пускали, на свежем воздухе его состояние было лучше. Даня уважал заботу Константина обо всех подчиненных. Это было словно маленькое государство, где Костя был достойным правителем. В меру строгим, в меру сострадательным. Чем ближе Даня к рабочему кабинету господина, тем больше мыслей. Четыре стука в дверь. —входи. — Отвечал Костя из кабинета. — Константин Викторович, вы опять за документами сидите? Я же сказал что займусь. Для чего в конце концов…— его перебили — я сам, Даня. Нечего вашего батюшку напрягать, он и так в мое отсутствие отлично справлялся с работой. Время и мне поработать. — но… — никаких но, ступай. Это всё что ты от меня хотел? Или может соскучился? — он сверкнул не злой улыбкой. Даня обернулся и закрыл дверь. — шуточки эти ваши… — говорил он подходя ближе. — что ты так печален, дорогой друг? — говорил Константин, отложив документы С каких пор эта словесная забота Даню смущает? — знаете… такая беда приключилась. — он подошел вблизь стола, Костя вдруг стал серьезнее. — выкладывай. Ты же знаешь, что всегда помогу. — дело в том, что… — И пока Исаев смотрел на Даню, тот выхватил со стола документы, Костя всплеснул руками. — подлец! Надуть меня решил! — уже сам по детски надувался Костя. Мог себе позволить при Дане такие эмоции. — Константин, вы только вернулись с войны с ранением. Подите прогуляйтесь в сад, почитайте книгу. Проведайте свою жену в конце концов. — грозно ругал хозяина Даня за то что себя не берег. — ну и что с того? Ты тоже со мной был на войне, а с четырех утра по поместью бегаешь, мне уже всё доложили. Тебе бы тоже не мешало отдохнуть! — он выдержал паузу. — но с женой…ты пожалуй прав, что-то я к Катеньке сегодня ни разу не подошёл. — вот-вот. Так что сходите. А мы тут всё закончим. — давай так. Я… схожу к Екатерине, ты сделаешь всё, что тебе нужно. А после я обещаю, что не буду ничего делать, а лишь позволять моим ранениям заживать, при одном условии. — Костя заинтригованно замолчал, хотя Даня кажется уже понял чего хочет господин. — ты составишь мне компанию в город. — чего же не позовете Катерину? — вопрошал Даня — она сегодня занята, а я страсть как хочу ощутить вкус булочной на проспекте. — он говорил об этом с воодушевлением — раз вы хоть на минуту убережете своё здоровье – так уж и быть. — Даня кивнул — отлично! С вами приятно иметь дело Даниил! — Костя подпрыгнул со своего места, от чего заныла рана, и ринулся у любимой жене, оставляя Даню с самим собой. Юноша улыбнулся господину вслед. — как ребёнок… — с этой мыслью он сложил документы, отправляясь завершать свои дела. Грядет выход в город.