on your wavelength

Когда Вэгги впервые за долгое время принесла Воксу телефон, он не спешил бросаться читать полученные сообщения или разгребать новостную ленту. Сейчас его совершенно не интересовала жизнь за стенами отеля, ведь какой смысл думать о том, что теперь ему недоступно. Трудно, однако, не заметить увеличившееся количество текстовых и голосовых сообщений от Валентино. Небеса действительно никогда не думали о том, как души выживают в Аду, и будто не знали, что из-за сделок, которые здесь заключаются направо и налево, все демоны очень, очень внимательно относятся к своим словам и формулировкам. Один единственный раз Вокс поверил в себя и не вдумался в текст сделки, и посмотрите, к чему это привело. Фраза «Не приближаться к Ви и компании Вокстек» не означала, что ему не могут писать или даже звонить. Другое дело, что он все равно не мог бы ответить. С появлением ручки эта преграда была разрушена, но связываться с ними он не планировал. «Я скучаю, papi». Ох, очень мило, пошел нахуй. Особенно после предыдущего сообщения о том, как много проблем принесло его отсутствие. Как обычно, всю самую сложную работу они раньше делили с Вельвет, пока эти три метра похоти и глупости могли заниматься «творческим процессом», но пусть теперь хлебнет тяжесть ведения бизнеса. По часам понял, что выделенные двадцать минут уже прошли, но никто не пришел за телефоном. Может, отвлеклась? Или его проверяют? Не стоит рисковать, ведь это и так было против правил его пребывания здесь, поэтому просто отложил телефон на прикроватную тумбочку, открывая книгу. Какое-то неприятное чувство, от которого ошейник начинал давить сильнее, а конечности немели. У Вокса довольно часто правильно работала интуиция, но сейчас, когда он был слаб, доверия к ней было мало. Усидеть на одном месте все равно не вышло, и он, по заветам Чарли, решил выйти из своего номера. Коридор на его этаже был пуст, но холл для групповых терапий на удивление был полон шума и голосов. Демон-бармен стоял позади стола у стены, и, как понял Вокс по доносившимся до него словам, рассказывал как готовить классическую Маргариту. Присутствующие стояли за длинным столом и повторяли его действия, успешно и не очень. У каждого был металлический шейкер, из некоторых проливалась текила, а у кого-то не получалась соляная кромка бокала. — Тоже хочешь? Мне попросить Хаска взять еще одного ученика? — Вокс попытался повернуться на голос, но его тело просто не двигалось, — Расслабься, друг мой, я хочу, чтобы ты немного полюбовался видом. Радио Демон стоял в нескольких шагах позади, даже затылком ощущал его оскал, пока глазами приходилось следить за движениями в зале. — Знаешь, кто эти грешники? — усмехнулся. Несколько секунд он будто ждал ответа, но тишина нисколько его не смущала. Будто она делала ситуацию для него еще приятнее. — Не утруждай себя догадками, все равно твоего интеллекта не хватит. Хаск лениво показывал, как правильно встряхивать шейкер. Звон металла разлетался по всему холлу, и от приторного смеха и дружеских комментариев на лице невольно растянулась недовольная гримаса. — Давно ли Ад был таким? Посмотри вон туда, — голова сама повернулась вправо, — видишь, как у той рогатой девушки не получается порезать лайм? А вон там, — его развернули влево, — у того одноглазого такие странные движения, будто раньше рук у него было больше. Боже, Аластор решил до смерти утомить его благотворительными акциями Чарли? — Они все здесь, потому что клиенты отеля вместе с Вэгги и остальными отправились чинить их дома. Это уже не первый их выезд, они разбирают завалы, помогают отстраивать новые здания, ищут пропавшие вещи - ну не душки ли? «Какое благородство, адские волонтеры, такое название нужно запатентовать» — Не представляю, как тебе, — продолжил после короткой паузы, — любимому проекту нашей Чарли, обидно, что ты не можешь помочь им в таком славном деле. «Сейчас расплачусь» — Ты, на удивление, весел. — лицо Аластора оказалось настолько близко, но Вокс даже не мог попятиться назад, все еще контролируемый его силами, — С чего бы тебе веселиться в такой безнадежной ситуации, как у тебя? Моргнул, и вместо холла перед глазами появился музыкальный зал. Он стоял между помостом и первым рядом стульев, и сейчас движение вернулось к нему, можно было развернуться на звук закрывающегося замка. Руки Аластора были за спиной, из-за головы торчал микрофон, ничего необычного. Но странное чувство все еще не покидало грудь Вокса, хотя он был уверен, что при следующей встрече с этим демоном он будет чувствовать себя куда увереннее. — Обычно я стараюсь не обращать внимания на что-то совершенно бесполезное, вроде жалкой разговаривающей коробки, но твоя заносчивость может вывести из себя даже ангела. — он вальяжно шагал по комнате, рассматривая инструменты с очевидным презрением во взгляде, особенно когда увидел золотую скрипку, — Из-за тебя на меня навалилось слишком много проблем. Наконец-то Вокс почувствовал улыбку на экране, и дальше играть в молчанку не принесет ему столько удовольствия, сколько это сделают несколько остроумных ремарок в адрес этого оленя. Аластор приподнял бровь, не ожидая увидеть ту самую ручку в работе. Вокс развернул к нему небольшой блокнот. «Даже такое ничтожество приносит Радио Демону проблемы, это я все еще слишком хорош, или ты сдуваешься?» — Какая несказанная честь наконец-то стать частью диалога с самим… А как теперь тебя называть? Безголосый демон? Еще не придумал очередное новое имя? Вокс пожал плечами с легкой улыбкой на губах и продолжил писать: «Ты знаешь обо мне гораздо больше, чем я сам» Вместо ответа он молча подошел ближе и когтем постучал по экрану. — Чарли совсем не умеет врать, это знает весь Ад и очень активно этим пользуется. Зеленый огонь вспыхнул прямо перед лицом, и Вокс еле успел шагнуть назад, но позорно упал на пол из-за чертовых теней-щупалец под ногами. — Как только я услышал, что Чарли рассказала тебе о нашем маленьком тайном сотрудничестве, я знал, что с тебя придется стряхнуть внезапно вернувшуюся спесь. Даже через буквы слышу твой мерзкий голос, какая неудача. Поставил ногу поперек живота, перенося весь вес на острый каблук. Его лицо оставалось спокойным, ведь сейчас он занимался своим любимым делом - доказывал собственную значимость через силу. — Если хочешь что-то сказать, то пиши в таком положении. Или у тебя есть другие способы говорить? Какая же жалость, что Вокс не может даже рассмеяться, ведь то, как Аластор ведет себя просто уморительно. Но Воксу и не нужно ничего говорить, ведь по его лицу и так все будет понятно. Аластор терпеть не может, когда кто-то играет не по его правилам, поэтому легкая ухмылка отлично сработает. «Как давно я не видел его таким, в моей башне он строил совсем другие рожи» Красные уши резко дернулись, и теперь нога давила ровно на грудь. Демон слегка наклонился, его голос стал очень тихим, и от того, что Вокс услышал, его монитор на секунду потерял уверенное выражение. — Конечно, Вокс, я знаю очень, — растягивал гласные, — очень много о тебе, ведь все последствия твоей глупости разгребаю именно я. Кто же знал, что тебе так сильно захочется совершить невозможное и обставить меня. Очевидно, что ничего не вышло, но сколько же проблем ты доставил не только своим коллегам, но и всему Пентаграмм-сити. Поднес микрофон к его шее, слегка касаясь металлического ошейника, и продолжил. — Твой ментор в лице Чарли Морнингстар строго запретила рассказывать тебе что-либо из этого, лишь бы не тревожить, но как же я могу оставить mon ami в неведении! Твои товарищи предпочли очень удобно забыть о всех проблемах, а вот другие оверлорды такое их решение не оценили. Кармилла заставила меня разбираться со всеми отчетами и территориальными вопросами, ведь это, цитирую: «Из-за тебя Вокс лишился последних остатков разума». Надо же, какое счастье для всех, что даже в твоем сумасшествии виноват я! Поэтому твои глупые улыбки сейчас совсем не к месту. Носок его туфель навис над экраном, Аластор еще не решил, собирается ли он сделать еще один шаг выше, но стрелки в его глазах продолжали угрожающе двигаться. — И конечно же наш прекрасный отель не мог остаться в стороне, развлекая пострадавших. Поэтому вместо того, чтобы делегировать хотя бы часть этих обязанностей на своих дорогих подчиненных, мне приходится работать самому. Из-за тебя одна ни минуты свободной не имеет, готовя ужин для приглашенных душ, а другой занят демонстрацией того, как можно приготовить самый невкусный коктейль во всем Аду. А вот тут голос Аластора переставал звучать как у собранного радиоведущего, с появившимися нотками нетерпения и злости. Вокс, не взирая на еле заметное рычание в его голосе спокойно перелистнул страницу в блокноте, перекинул руку через его ногу и начеркал что-то в воздухе. «И что?» Может, Аластору тоже пытаются промыть мозги идеей об искуплении? С чего это он подумал, что Вокса это как-то касается? Не его проблемы, что помешавшие его плану теперь маются с работой. Если бы не их глупость, и если бы Аластор был все еще привязан к стулу, они бы уже припеваючи жили в Раю под предводительством главы Вокстек. Надо было думать, прежде чем подпевать песенкам о добре. «Сидел бы себе в Раю, обгладывал косточки ангелов, но теперь бегает по поручениям этой сучки» — Телевидение всегда такое… шумное. — холодные пальцы схватили его за воротник, — И все это от одной безголосой коробки. Вокса так быстро и резко дернули вверх, что он не успел среагировать, только напрячь все тело. Второй рукой взялись за рубашку, и под звук треснувшей ткани он почувствовал режущую боль в плече. Аластор впился в него зубами. Быстрый укус - жар вспыхнул мгновенно, поражая все от шеи до пальцев, и помимо острых клыков кожу опалила хлынувшая кровь, пачкающая синим цветом все его тело. Аластор спокойно отстранился, будто не произошло ничего особенного. Когда до второго дошло все происходящее, он схватил его за пиджак, двигая еще ближе к себе, пока Радио Демон медленно слизывал синюю жидкость со своих губ. — Не испытывай судьбу, пока она благосклонна к тебе. И будь добр, — поставил его на ноги, рукой с силой хлопая по раненому плечу, — не будь таким же, как дорогая Чарли, и сохрани наш разговор в тайне. Тебе ведь скоро выступать. Прежде чем раствориться в воздухе, он успел поднести ладонь к губам и языком слизать еще немного крови, улыбаясь не так широко, как всегда. Левая рука Вокса повисла, более не способная держать блокнот, упавший на пол. На него стекали темные капли, пропитывая белую бумагу, но сейчас он мог только пялиться перед собой. Какой тупое совпадение, что свои каннибальские наклонности он решил наглядно продемонстрировать ровно после того, как Вокс подумал о них. Хоть при Аласторе получилось сохранить спокойствие, но что это было? Что он вообще нес про Валентино и Вельвет? Что происходит вне отеля? И как можно объяснить Чарли несколько дырок в плече?