Во всём виноваты АРМИ

Никогда не читайте, что о вас думают фанатки. Чонгук часто слышал эти советы от менеджеров и учителей еще в начале своей карьеры. Так же говорили старшие коллеги, с которыми удавалось пообщаться по душам, обсудить внутреннюю кухню, понятную только тем, кто проживает свою жизнь на глазах у всего мира, и услышать их способ справляться со сложностями, которые встречаются на подобном пути. Совет не вникать, не изучать и даже не читать фанатские рассуждения занимал бы первое место в рейтинге наиболее частых, если бы такой существовал. И смысл понятен. Чонгук до сих пор вспоминает тред, собравший тысячи лайков в Твиттере, об его несуществующих детях и разных женщинах, с которыми он якобы успел их настрогать к девятнадцати годам. Большинство фанатских рассуждений не имеет никакого отношения к реальности и могут шокировать, раздражать, а некоторые — ранить. Но при этом… порой это просто весело. Мемы и приколы, разные эдиты с мемберами, пародии и шутки. В последнее время Чонгук любит проводить досуг, скролля ленту в ТикТоке, где недавно открыл анонимный аккаунт, чтобы подглядывать за миром АРМИ, даже оставляя комментарии или подписываясь на некоторых авторов. Да, совет не слушать фанатов очень важен и мудр, но когда он на самом деле обращал внимание на советы? Сегодня у него выдается свободный вечер, а так как любимое аниме досмотрено, все остальные мемберы заняты, да и не хочется сейчас ни с кем особо общаться, он заваливается в постель, берет с собой бутылку виски и открывает приложение. Первые двадцать минут все идет именно так, как он и рассчитывал. Лента оказывается на удивление удачной, словно кто-то заранее собрал для него коллекцию из самых смешных видео, которые только можно найти. Чонгук успевает несколько раз рассмеяться в голос, один раз едва не поперхнуться виски, читая комментарии под особенно нелепым монтажом, и даже сохранить пару роликов, чтобы потом показать мемберам. Ви любит смотреть с ним, да и Чимин не против заценить что-то смешное. Приложение словно читает его мысли и выдает подборку забавных моментов с концертов и эфиров, где Чимин хохочет так сильно, что начинает заваливаться на окружающих, теряет мысль посреди предложения или строит одно из тех выражений лица, которое заставляет Чонгука улыбаться до ушей. Вот и сейчас он чувствует, как растягиваются уголки губ и ставит лайк, прежде чем пролистнуть дальше. Следующее видео с их поездки на Гавайи и их соревнование по метанию тапков, в котором оплошал Намджун и потащил Хосока с собой в воду. Хорошие были времена, всё же, хоть и уставали они адски от бесконечных съёмок, концертов и записей альбомов. Чонгук делает большой глоток виски, облизывает губы и уютнее располагается под одеялом, наслаждаясь тем, что на пару дней у него нет никакой работы. Он двигает пальцем, и видео меняется. И снова Чимин. На этот раз ролик совсем другой: красивый монтаж с музыкой, концертными кадрами и замедленными съёмками. Чонгук собирается пролистнуть его почти сразу, но задерживается на несколько секунд, наблюдая за отточенной техникой и гибкими движениями друга под «Blood, Sweet and Tears». Даже пропевает песню под нос, успевая втянуться, как видео заканчивается. Блин. Обидно. Он видел танец сотню раз, но они уже давно не исполняли его вживую, так что он даже успел позабыть, как мастерски Чимин двигал бёдрами, кидая соблазнительные взгляды в камеру. У засранца всегда это получалось лучше всех, тут уж точно не поспоришь. Чонгук усмехается и снова нажимает на сердечко. Заметив внизу ролика ссылку на продолжение, тыкает на неё. Просматривая новый видеоряд, Чонгук задумывается о том, как же давно он не видел Чимина? Проходит несколько секунд, прежде чем он вообще вспоминает. Кажется, больше недели. Может быть, полторы. Последние месяцы графики у всех настолько разные, что подобное уже перестало удивлять. Впереди их ждут важные выступления, разъезды, презентация альбому, поэтому когда им сказали о двух неделях выходных, все разбежались по домам чуть ли не роняя тапки. Чонгук и сам заперся в дом, выползая лишь на пробежки или редкие походы за едой. Конечно, они переписываются, как в общем чате, так и по отдельности. Только сегодня Чимин отправлял ему фото своего обеда, хвастаясь вкусненьким. Но всё же это не совсем то. Чонгук делает глоток виски и невольно открывает их диалог. Последнее сообщение отправлено около четырёх часов назад. Чонгук ответил смайликом, и Чимин лайкнул его в ответ. Он несколько секунд смотрит на экран, словно собираясь что-то написать, потом качает головой и закрывает чат. Это нормально, что они не видятся, ради этого и разъехались по разным домам, как делают все взрослые люди. Жить отдельно нужно всем, тем более после стольких лет в общежитиях, даже если последние годы у них были отдельные комнаты. Успеют увидиться и даже надоесть друг другу, хотя, если честно, Чонгук не помнит периода, чтобы ему надоел именно Чимин. Остальные — да, но с Чимином всегда было просто. Может, все же стоит написать? Он делает глоток, замечая, что выпил половину бутылки, и решает, что стоит повременить с решениями после такого количества алкоголя. И возвращается в ленту. Следующее видео начинается с кадров, которые Чонгук узнает почти мгновенно. Лос-Анджелес. Hustle life. На экране появляются они с Чимином, и оба выглядят настолько юными, что Чонгук невольно морщится. — Господи, — бормочет он себе под нос. Это какой-то фанатский монтаж из старых времен. Чонгук наблюдает, как младшая версия самого себя появляется рядом с Чимином снова и снова. Они спорят о чем-то. Моют самолет. Смеются. Делятся с едой. Он досматривает ролик до конца и шлепает пальцем на сердечко. Ностальгическое настроение держится ровно до того момента, пока Чонгук не открывает комментарии. Сначала все выглядит вполне безобидно. Люди вспоминают старые времена, пишут о том, как скучают по эпохе Hustle life, обсуждают, какими маленькими и смешными они тогда были. Чонгук даже усмехается, читая особенно эмоциональное сообщение о том, что автор видео готова пересматривать эти моменты до конца жизни. А потом взгляд цепляется за следующий комментарий. «Они были влюблены друг в друга еще тогда». Чонгук моргает. Прокручивает ниже. «Никто не сможет убедить меня, что между ними ничего не было». Еще ниже. «Посмотрите, как Чонгук смотрит на него». «Чимин-а, ты буквально вырастил себе мужа». — О боже, — стонет он, запрокидывая голову на подушку. Вот поэтому ему советуют не лезть в мир фанаток. Он листает дальше, надеясь, что это случайность, но чем больше читает, тем больше понимает, что половина обсуждения вообще не про видео. Люди разбирают какие-то взгляды, улыбки, случайные прикосновения десятилетней давности и с уверенностью профессиональных детективов делают выводы, от которых у Чонгука начинает дергаться глаз. Они буквально жили вместе. Тренировались, ели, работали, спали вместе. Конечно, они постоянно были рядом друг с другом. Что еще люди ожидали увидеть? Он фыркает и, прежде чем успевает передумать, нажимает на поле для ответа. Пальцы немного тормозят над клавиатурой, а потом начинают печатать. «Вы все видите то, что хотите видеть. Они друзья и братья. Не обязательно придумывать что-то еще». Чонгук перечитывает сообщение. Вполне разумно и даже вежливо. Он отправляет комментарий и чувствует удовлетворение человека, который только что внес крупицу здравого смысла в интернет. После чего закрывает обсуждение и возвращается к ленте. Потому что спорить с фанатами — занятие бессмысленное. Он это знает. Все это знают. Минут десять Чонгук честно пытается отвлечься. Смотрит видео с очередным танцевальным челленджем. Потом выступление Хосока, Шуги, затем смешную подборку с Тэхёном. Но настроение почему-то остается слегка испорченным. Люди постоянно придумывают какие-то невероятные истории из самых обычных вещей. Это не в первый раз, когда он попадает на шипперский контент (он даже знает название явления), но под таким видео, где они совсем мелкие, это все же неприятно. Телефон вибрирует в руке. Чонгук несколько секунд смотрит на экран, а потом тяжело вздыхает. Кто-то ответил на его комментарий, но ему не интересно, ведь он стойко решил уйти от этой темы и вести себя, как взрослый человек. Ему уже двадцать четыре года. Он не собирается участвовать в интернет-дискуссиях с незнакомцами. ... Через пять секунд он уже открывает уведомление. Ответ оказывается коротким. «Ну да, конечно. Все братья так себя ведут. Посмотри четвертое видео у меня в профиле». Чонгук подбирается на месте, слегка приподнимается и собирает ноги под себя, скрестив их в лодыжках. — Не буду я ничего смотреть, — бормочет он. Любопытство, однако, оказывается сильнее. Он нажимает на ник автора ответа, переходит в профиль и начинает искать нужное видео вручную. Страница оказывается целиком посвящена BTS. Точнее... Чонгук прищуривается. Точнее, очень конкретной теме внутри BTS. — Да вы издеваетесь. Имя автора — ЯЛюБлЮчИгУ, и почти весь ее контент только про них с Чимином. Он прокручивает страничку, пока не находит тот самый ролик. Обложка выглядит совершенно безобидно. Обычный стоп-кадр с концерта. Никаких кричащих подписей, сердечек или фотошопа. Чонгук нажимает на воспроизведение с уверенностью человека, который сейчас за тридцать секунд докажет случайному пользователю интернета, насколько тот ошибается. Ролик начинается совершенно безобидно. На экране мелькают кадры с концертов, интервью и закулисных съемок, а поверх играет какая-то слишком драматичная музыка, которая превращает любое обычное взаимодействие в сцену из романтического фильма. Все эти моменты объединяет одно — взгляды. Много взглядов. Настолько много, что уже через минуту Чонгук начинает раздраженно хмуриться. Вот Чимин смеется над чем-то во время интервью или стоит на сцене среди остальных участников, а видео приближает кадр именно на Чонгуке. Ну да, он смотрит. Разве нельзя смотреть? Чимин яркий, красивый, смешной. Все на него смотрят, почему Чонгук должен быть исключением. Кадры меняются. Другая одежда. Другие прически. И снова взгляды. Некоторые моменты Чонгук прекрасно помнит. Некоторые вообще видит впервые. А некоторые оказываются особенно странными, потому что он отчетливо помнит сам день, помнит расписание, помнит выступление и даже разговоры после него, но совершенно не помнит конкретный момент, который сейчас разбирают по кадрам. Он даже ставит видео на паузу на одном из таких фрагментов. Там ничего особенного не происходит. Чимин разговаривает с кем-то за кадром, а он сам стоит рядом и смотрит на него с таким сосредоточенным выражением лица, будто пытается решить сложнейшую математическую задачу. Чонгук несколько секунд изучает собственное лицо и чувствует легкое недоумение. Почему он тогда так смотрел? Что вообще происходило в его голове? Он не имеет ни малейшего понятия. Может быть, просто слушал разговор. Может быть, ждал своей очереди ответить. Может быть, устал после репетиции и завис. За столько лет невозможно помнить каждую секунду своей жизни. Следом начинаются прикосновения, и тут Чонгук окончательно закатывает глаза. Потому что да, они постоянно друг друга трогают. Все. Это касается не только Чимина. За годы совместной жизни у них давно стерлись многие личные границы. Можно повиснуть на чужих плечах, ткнуть в бок, лечь головой на колени. Это вообще ничего не значит. На экране мелькает очередной момент, где он поправляет Чимину микрофон. Потом другой, где Чимин хватает его за руку. Третий, где они обнимаются после выступления. Четвертый, где Чимин подходит очень близко, их лица разделяют лишь пара дюймов. И еще один такой же. И еще. Хм… Ну, тут еще можно что-то такое подумать, но это просто близость. Сам Чонгук не замечал, что со стороны расстояние совершенно минимально, но в реальности это же совсем не ощущается. Чимин часто занимает собой все пространство, и его близость уже просто норма, в ней нет ничего такого… почему вообще он должен оправдываться? А затем появляется подборка со шлепками по заднице. — О, Господи... Чонгук закрывает глаза рукой. Вот он сам проходит мимо Чимина и машинально шлепает его. Вот уже Чимин отвечает тем же. Какая-то закулисная съемка. Репетиция. А теперь концерт. И еще один концерт. Подпись над видео становится совсем издевательской. « Очень дружеское поведение». — Иди к черту, — возмущается Чонгук в пустую комнату. И тут же замолкает. Они все шлепают друг друга, но вот кадр, где он не просто коснулся ягодицы Чимина, а сжал их в ладони. И он помнит этот случай. Это не первый раз, когда он их сжимал, остальные всего лишь не попали на камеру. Но что тут поделаешь, если задница Чимина такая… аппетитная. Так, кажется это определение совсем не помогает сохранять братский контекст. Чонгук нажимает на паузу, трет глаза и делает глоток. Виски обжигает горло и бодрит, проходя по пищеводу. Возможно стоит остановиться, но Чонгук так просто не сдается. К тому же хочется ответить автору видео, а значит нужно досмотреть его до конца. Он касается экрана и картинка оживает. Следующим появляется тот самый момент с ухом. Чонгук сразу узнает его и обреченно вздыхает. Конечно же он здесь есть. Конечно же его не могли не вставить. Он помнит тот день почти идеально. Помнит бешеную атмосферу выступления и как все носились по закулисью на каком-то невероятном эмоциональном подъеме. Все дурачились, толкались и цеплялись друг к другу без остановки. Тогда это казалось обычной шалостью. Очередной шуткой. Одной из тысячи таких же. И если честно, даже сейчас Чонгук не видит в этом ничего особенного. Да, они слегка разыгрались. Да, он позволил себе немного больше обычного. Но они были моложе, счастливее, свободнее. Адреналин бил через край. Разве кто-то из них тогда вообще думал о том, как подобные вещи будут выглядеть спустя годы под романтической музыкой и замедленной съемкой? Если бы фанаты знали, что они тогда вообще уснули в одном номере на одной кровати, просто потому что обсуждали до утра концерт, то вообще бы с ума сошли, но это лишь братское поведение! Он делает еще один глоток виски и возвращает взгляд к экрану, но тут видео заканчивается и он ждет ощущение облегчения, но нет. Он раздражен. Ему не хватило. Это все что у них есть? Этот спор будет слишком просто победить. Нужно посмотреть, что еще у них есть. Чонгук листает ленту и выбирает видео, на обложке которого Чимин в период тура Love Yourself, со слегка смытым цветом розовых волос и хитрым взглядом. Он не читает описание, а просто поддается внезапному порыву. Ему нравилась такая прическа, жаль, что Чимин больше не использует этот цвет. Видео оказывается под эротичную музыку с выраженными басами, под которые Чимин двигается на сцене, исполняя хореографию. Во время концерта сложно оценить других участников, но Чонгук помнит это выступление друга и помнит реакцию аудитории. Чимин трогает себя за пах, гладит по телу и кидает быстрые взгляды из-за полуопущенных ресниц, и… черт. Это красиво, тут никаких сомнений. А затем кадр сменяется, и вот Чимин перед ним, трогает его грудь, проводит по ней пальцем, а после покачивает им перед толпой, словно запрещая им повторять его действия. Словно запрещая им касаться Чонгука. От этих мыслей внутри что-то шевелится. Глупости, скорее всего, это связано с текстом песни, но сейчас он не может вспомнить, что именно тогда играло. А затем он вообще теряет способность думать. Чимин на экране опускается на колено, откидывает голову, взмахнув волосами, и достает свой язык, смотря вверх на… кто перед ним? На видео не показан человек, находящийся рядом, и есть ли там кто-то? Но это не важно, потому что неожиданно для самого себя Чонгук отматывает видео назад и снова смотрит на этот момент. Ох. Эротично. Сексуально. Но Чонгук всегда это знал, они все знают. Это не первый раз, когда он отмечает это в своем одногруппнике, но сейчас не может оторвать взгляд и прокручивает момент снова. Он решает остановиться и отпустить видео, подойти к своему логическому концу, и… зря. В следующем отрывке с того же концерта Чимин подходит к нему, приглаживает его волосы, прижимается пахом, пока сам Чонгук из прошлого светится улыбкой и прижимается в ответ, прежде чем развернуться. А Чимин снова достает свой длинный язык — Чонгук и забыл, какой он длинный — и смеется. Чонгук икает. А затем отматывает назад. Он не помнил этот момент, скорее всего, это случилось так быстро, что не отразилось в памяти. Чимин ведь часто гладит его по голове, но сейчас, смотря на это… Дело в алкоголе. И в количестве просмотренного контента до этого момента. Да, все дело в этом. Его взгляд цепляется за описание к видео: «Классический power bottom и service top». Что это вообще должно значить? Чонгук знает, что такое топ и боттом, интернетом пользоваться умеет. Но остальные слова оставляют его в недоумении, и он открывает комментарии. Может быть, тут станет что-то понятно? Становится хуже. «Чимин стопроцентный доминант». «Чонгук только делает вид, что главный». «Чимин такой power bottom, вы посмотрите на эту хватку». «Чонгук был готов прямо там спустить в штаны или встать на колени». «Ревнивый альфа и избалованная омега, я вас умоляю». «Ох, уж этот язык. Чонгук, ты везучий сукин сын. Уверена, что римминг там потрясный». Айщ, что, черт возьми, происходит? Сотни незнакомцев в интернете обсуждают его сексуальную жизнь с такой уверенностью, что он начинает сомневаться, нет ли у него частичной потери памяти. И что же, блядь, все-таки значат эти слова? Знает ли Чимин их значение? Чимин пару раз упоминал, что у него был опыт с мужчинами, но Чонгук никогда не расспрашивал об этом. Было как-то неловко, хотя вот с Тэхёном они обсуждали все. Но ведь это про девушек, это… понятнее, что ли. Чонгук задумывается: хотел бы Чимин это обсуждать и не плохой ли он друг, что ни разу не спросил об этом? Не гомофоб ли он? Чонгук чешет нос и приходит к выводу, что нет. Ему плевать, что Чимин спал с мужчинами. Хотя… его слегка раздражает эта мысль. Чонгук вспоминает день, когда Хоби рассказал о том же, но не чувствовал тогда и сейчас ничего, кроме радости за друга. Но почему же в случае Чимина внутри разгорается это неприятное ощущение? Это все от ужасных видео. Точно. Знает ли Чимин, что вообще происходит в сети и что о них говорят? Стоит ли ему рассказать? Чонгук опускает телефон и впивается взглядом в стену с огромным плазменным телевизором напротив. В отражении темного экрана он видит себя — растрепанного, в растянутой футболке, освещенного телефоном. Наверное, не стоит тревожить Чимина всем этим. Тем более пока он сам не разобрался в половине терминов и не понимает большую часть комментариев. Ему нужен перерыв. Чонгук откидывает одеяло и босиком топает на кухню. Ему нужно выпить немного воды и взять что-нибудь закусить. Такими темпами он прикончит бутылку сегодня вечером, и хотелось бы чем-то забить желудок, кроме алкоголя. Порыскав по полкам, он находит полпачки недоеденных чипсов, сохранившихся с периода диеты, на которую скоро снова придется вернуться. Он берет их с собой, а также бутылку ледяной воды из холодильника. Он больше не будет сидеть в тиктоке, просто отложит телефон и включит какое-нибудь шоу. Да, это будет лучше, чем читать бредни о нем и его лучшем друге. Чонгук закидывает пачку на кровать, ставит воду рядом с виски и запрыгивает под одеяло. Телефон сам оказывается в его руках, и вот он уже гуглит значение слов. Альфа и омега. Выпадает куча статей о греческом алфавите, Библии, волках, прежде чем он находит информацию, относящуюся к людям. «Альфа» «В терминологии, предполагающей иерархию в человеческом обществе, «альфа» ассоциируется с доминантным, уверенным в себе человеком, обладающим лидерскими качествами. Часто его описывают как стереотипного «мачо», который контролирует окружающих» . Чонгук чувствует, как слегка краснеют щеки. Ему, конечно, приятно, что некоторые фанаты считают его таким, но все же определение очень утрированное. Он много работал над своей уверенностью, часть которой сформировалась из образа, который он постепенно взращивал в группе. Да и лидерские качества он у себя не особо отмечает, это больше к Репмону. Он мог бы согласиться с тем, что не любит делать то, что ему не интересно и в целом падок на все, что заставляет бурлить кровь, но при этом только вчера он плакал на романтическим роликом о любви зайчонка и цыпленка. Закинув в рот чипсинку, он облизывает пальцы и читает дальше. «Омега» «В терминологии, предполагающей иерархию в человеческом обществе, «омега» — слабый, ведомый и не стремящийся к лидерским позициям». И кого фанаты посчитали омегой? Чимина? Или его? Чонгук фыркает и набивает рот снова. Пак Чимин — самый упрямый, упорный и стойкий человек, которого он видел. Да, они в группе все хороши, но вспоминая, через что прошел Чимин и как при этом умудрялся ухаживать за ним, поддерживать, не спать ночами, а затем стать одним из лучших танцоров и айдолов в истории, язык не поворачивается назвать его слабым и ведомым. Чимин может быть мягким, чувствительным, эмоциональным, но с какого хрена это считается слабостью? Что касается пункта про лидерские позиции — что это вообще должно значить? Чимин никогда не стремился стать лидером, как и сам Чонгук, но никто из них не был просто ведомой игрушкой. Чувствуя, как внутри разгорается волна возмущения, Чонгук закрывает вкладку и печатает два других заинтересовавших его определения. «Service top» и «Power bottom». Теперь он весь заливается краской, когда осознает, что термины связаны с БДСМ-культурой, и открывшиеся странички ведут на довольно специфические сайты. Мысль о том, как фанаты могли применить эти термины к нему и Чимину, вызывает у него смятение. Но ведь это просто фантазии, а люди могут сочинять что угодно, даже не имея для этого никаких оснований. Ему, наверное, не стоит принимать все это так близко к сердцу. В конце концов, они часто заигрывают с АРМИ в танцах, выступлениях и клипах, показывая оголенные части тела или двигаясь на грани эротики. Черт возьми, он обучался этому с шестнадцати лет, как бы это не звучало, так чего удивляться, что у фанаток есть сексуальные фантазии о его интимной жизни? Но дело ведь не совсем в этом, а в том, эту самую жизнь фанаты так отчаянно связывают с Чимином. Чонгук отрывается от телефона, чтобы скомкать и выкинуть в мусорную корзину у стены опустевшую пачку чипсов и запить привкус горьким виски. От бутылки осталась одна треть. Возможно, стоит принести еще, или все-таки быть взрослым и остановиться? Так и не решив, что именно делать, Чонгук тыкает пальцем в одну из ссылок и попадает на сайт с черным фоном и наручниками по краям. Шикарно. То, что ему не хватало. Чонгук упирается пятками о матрас и слегка скользит по подушке, оказываясь в полулежачем положении с согнутыми коленями. Его голова практически вжата в плечи, а экран очень близок лицу, пока он вчитывается в строчки, пытаясь утолить любопытство. «Service Top — это партнер, который берет на себя активную («верхнюю») роль в БДСМ-сцене, но его главная мотивация — удовлетворить желания и потребности своего партнера, а не получить власть или доминировать самому». Ага. Ок. Хм… Звучит безобидно, даже мило. Чонгук мог бы сказать, что чувствует некую схожесть к этому описанию. Не совсем понятно, может ли он называть себя топом, учитывая, что его сексуальные отношения связаны только с девушками, но позиция же совпадает, так что он решает, что в целом может себе позволить. Он не знает, по-другому ли у геев, но с девушками же обычно всегда так. Ты стараешься сделать ей приятно, берешь на себя практически всю активную часть. У него была только одна девушка, которая проявила включенность, оседлав его и выжав практически досуха, но ведь технически он все равно был верхним, ведь так? Или нет? И что значит власть и доминирование? Чонгук не мог бы назвать себя любителем командовать, но проявить инициативу и вести — вполне в его стиле. Но опять же, с девушками обычно по-другому и не бывает, так может ли он оценивать себя через эти термины в контексте обычного гетеросексуального секса? Он слишком пьян для таких рассуждений. «Power Bottom — это партнер, который, находясь в принимающей («нижняя») роли, активно направляет и контролирует ход взаимодействия ». Вот! Видимо, та девушка, как же ее звали… Хон Сын? Хон Ли? Да это и не важно, относится именно к этой категории. И хоть он не может сейчас назвать ее имя, ту ночь с ней он помнит довольно ярко. Боже, у него так давно не было секса. Кажется, уже больше года, и это никуда не годится. Чонгук продолжает читать статью. « Ключевые черты «Power Bottom: Активное участие. Power Bottom не пассивен: он сам диктует темп, глубину, выбирает действия и задает рамки. Уверенность и напористость. Он берет на себя инициативу, даже будучи на позиции принимающего, что может создавать ощущение доминирования. Четкая коммуникация. Для реализации этой роли критически важно открыто говорить о своих желаниях, границах и том, что приносит удовольствие». А как это происходит у Чимина? В теме секса тот может поддержать разговор, посмеяться или выслушать, пошутить игриво или даже пошло, но чтобы рассказать… Чонгук не может вспомнить ничего подобного, кроме истории о первом разе Чимина с девушкой из стаффа, с которой у них потом не сложилось. Это было очень неловко, и Чонгук улыбается, вспоминая, как Чимин краснел и прятался по подсобкам, увидев ее, и твердил, что больше никогда не свяжется ни с кем с работы. И ведь слово сдержал. Больше Чонгук не слышал о его романах со стаффом и сильно сомневался, что такое получилось бы держать в тайне. А как было у Чимина с мужчинами? В какой он позиции? Чонгук вспоминает, что в подростковые годы тот очень остро реагировал на любые шутки или приколы относительно его ориентации, особенно о принимающей роли. Это же так называется? Дальше они все повзрослели, шуток стало меньше, а после откровений Хоби и Чимина об их опыте и вообще перестали. Обсуждали ли эти двое друг с другом? Скорее всего, так и есть. Эта мысль заставляет его почувствовать ревность к воображаемым разговорам Чимина с Хосоком или другими, доступ к которым ему был запрещен. Он закрывает статью и снова возвращается к видео в тиктоке, а точнее, к комментариям под ним, с намерением провести там максимум пару минут. «Гук сервис-топ до мозга костей». «Да вы посмотрите, как он реагирует на любую просьбу». «Чонгук буквально существует в режиме "да, хён" рядом с ним». «Чимин управляет ситуацией, даже когда выглядит самым милым человеком на планете». «Уверена, что после концерта они оттянулись». — Спать мы пошли, вот что было, — бормочет Чонгук и решает, что все же ему хватит комментариев и тиктока в целом. Чонгук откладывает телефон, допивает залпом остатки виски и идет умываться. Вода приятно холодит кожу, но не может смыть навязчивые мысли и образы. Чимин на коленях с высунутым языком выглядел так естественно, как будто для него это привычно, но ведь это было до того, как он рассказал о мужчинах. Хотя это не означает, что их не было тогда. Блядь. Чонгук снова чувствует волну раздражения в груди. Да что же такое, почему он так реагирует? Покопавшись в голове, пока чистит зубы, он находит ответ — раздражает именно незнание. Когда появились эти мужчины? И кто они? Знаком ли с ними Чонгук? После этих невинных вопросов мысли снова скатываются к комментариям в тиктоке. Правы ли они о Чимине в постели? Доминирует или тот, кто подчиняется? Сверху или снизу? «Парни же могут меняться», — озаряет Чонгука мысль, и от неё становится тяжелее в паху. Так, а вот это уже вообще ни в какие ворота. Чонгук сплёвывает зубную пасту, полощет рот раствором и возвращается в спальню. Он не будет возбуждаться, думая о сексуальной жизни друга. Хотя это же так естественно. У него давно нет секса, так что неудивительно, что мысли о постельных делах вызывали у него интерес. Это не страшно. Но лучше остановиться. Чонгук выключает повсюду свет, ставит телефон на зарядку и залезает под одеяло. Ложится на бок и закрывает глаза. Им стоит поговорить об этом. С Чимином. Поговорить о его интимной жизни. Чонгук обсуждал это со всеми близкими друзьями, поддерживал их, а с Чимином полностью проморгал. Хотя тот и сам не проявлял желания рассказать что-то, но, может, он не знал, можно ли доверять Чонгуку, а он ничего не сделал, чтобы убедить его в этом. Айщ! Чонгук хочет быть для Чимина тем, кому можно доверять, на кого можно положиться. Хочет, чтобы Чимин знал: Чонгук не осудит, не отвернётся. А раздражение… случайность. У него бывает такое, когда он узнает о новых друзьях мемберов, особенно Чимина. К девушкам он такого не испытывает, и это понятно: это же девушки. Любовь, романтика и всё такое. Это не его дело. А тут мужчины, и это… просто раздражает. Чонгук удовлетворённо вздыхает и, слегка подёрнув ногами, устраивается поудобнее. Голова тяжелеет, мысли цепляются одна за другую, замедляясь и кружа. Завтра. Он напишет Чимину завтра, и они поговорят. Всё будет хорошо.