Re:Hunt from Zero

Ad aeternum dolorem destinatus es, homicida, monstrum.͝mͅoñ͋s͗tṛum, ͞ mͅǫns͡t͢ṟṷ͠m͠, m͞oņ͠şt̀ru͞m̍, mo͝n͡sṱ͝r͠ųm, ͡ mon͠s͠ţŗ͠um, ͂ mǫns͠tr͜ųͅm͜

      ͞

Охотник открыл глаза. Пальцы его рук, те же самые сложенные ладони. Последнее воспоминание была дымящаяся чашка чая в руках Рем. Её холодное лицо и тепло керамики под пальцами. А потом…ничего. — Чёрт, — беззвучно выругался он, сидя в кресле. Голова не болела, но он осознал, что случилось.

Снова.

Он вновь подвёл парнишку. Вновь дал ему умереть в одиночестве. Какой это уже раз? Второй? Третий?        «Неважно.» Теперь он был полностью уверен, кто стоит за этим. Горничные. Одна из них. Или обе. Чай был отравлен. Или проклят. Слишком удобное совпадение. Он уже был позвать стоящих за дверью, как вдруг

АААААААААААААААА!!!

С полными ужаса и боли криком Субару вскочил на кровати, попеременно хватая руку и голову, словно пытаясь понять все ещё ли они на месте. Охотник бросился к нему, схватил за плечи, прижимая к кровати. — Успокойся, чёрт тебя дери! Всё хорошо! Ты жив! Слышишь?! ЖИВ!       Рам и Рем ворвались в комнату, их лица изображали беспокойство. Насторожил истошный крик Субару. «Твою мать, возможно рука не была на месте перед его кончиной. Субару задёргался сильнее, но постепенно фокус вернулся в его глаза. Он моргнул раз, два… и осознал, где он. — О-охотник? — голос дрожал. — Да. Это я. Ты в безопасности. Субару свесился с края кровати, держась за грудь, тяжело дыша. Он всё ещё был в своей спортивной одежде. Живехеньким. — Ох Субару… — охотник выдохнул. — Что здесь происходит?! — резко спросила Рам. — Вам плохо? — спросила Рем. — Дорогой гость, что произошло? Охотник повернулся к ним. — Оставьте нас. Субару плохо. — Может, принести лекарства? — тихо предложила Рем, шагнув вперёд. — Нет, — охотник отрезал, вставая между ней и Субару. — Я приведу его в чувства. Поэтому оставьте нас. Мы присоединимся к завтраку, как только ему станет лучше. Рам сохранила хладнокровие, но кивнула. — Как пожелаете. Обе формально поклонились и ушли, закрыв дверь за собой. Подождав пока не стихнут шаги, Охотник присел положив руку на плечо парня. — Ты как? — Субару наклонился ближе. — Что именно случилось? Кто и где на тебя напал? — Меня уби… Время остановилось. Мир застыл. Звуки оборвались. Воздух стал вязким, как смола. Ни Субару, ни охотник не могли пошевелиться. Тела парализовало, словно их залили свинцом. Мышцы не слушались. Лёгкие застыли на полувдохе. Краем глаза охотник заметил это. Рука. Сотканная из теней. Чёрная, бесформенная, с длинными пальцами, что тянулись к ним из ниоткуда. Она скользила по воздуху, медленно, неотвратимо, словно щупальце. Охотник попытался дёрнуться. Вырваться. Вырваться. Тело не слушалось. «Что за…?!» Пальцы теней почти коснулись груди Субару И внезапно их отпустило. — КХА-КХА-КХЕ! — Субару согнулся пополам, задыхаясь. Пот выступил на его лбу, руки дрожали. — Да что это… опять… Охотник рывком выпрямился, оглядываясь по сторонам. Сердце бешено колотилось. Что это за чувство? Страх? Кожа стала гусиной, а ведь он давно его не испытывал. Еще раз огляделся от тени, и след простыл. Затем вновь опустился на кровать. Но запах остался. — Будь аккуратнее с ЭТИМ! «Нужно придумать замену. Например…» Охотник поднял руку и провёл большим пальцем по горлу — универсальный жест смерти. Субару передёрнуло. — Отвратный жест… — он поморщился, но всё же повторил движение. — Ладно. Буду использовать. Охотник принюхался, наморщил нос. Этот запах исходил от Субару. — Чего? — Субару моргнул. — От тебя воняет. Как будто не мылся долгое время. И поскорее бы. Субару поднял руку, понюхал подмышку. Поморщился. — Да ничем я не пахну! Только своим запахом. — Он отмахнулся. — Сейчас не до этого! Охотник нахмурился. «Он не чувствует. Но запах есть. Сильный и отвратительный.» Субару резко встал от кровати. Его лицо стало решительным. Он выпрямился, вскинул кулак и громко объявил: — Охотник! Я, Нацуки Субару, начинаю всё с нуля! —… Охотник медленно поднял голову. Посмотрел на мальчишку, стоящего в героической позе, с горящими глазами и поднятым указательным пальцем. Далее он прижал ладонь к лицу, то ли скрывая стыд, то ли недоумение. «Сошёл с ума. Окончательно.»

***

— Это случилось в коридоре, на этаж выше. Я не увидел нападавшего, но по звуку… точно была цепь и шар. — С шипами? — уточнил охотник. — Д-да, — поморщился Субару. — Значит, моргенштерн. Уже что-то. — Ну так вот, всё это вообще случилось почти сразу после ужина. Я почувствовал… я почувствовал, как все пошло ходом. Началось всё с тошноты. Я не обратил внимания, так как подумал, что это из-за моего беспокойства по поводу твоих лесных похожде… — Субару резко изменился в лице и указал пальцем. — МИНУТОЧКУ! А ты вообще как-нибудь собираешься объяснить то, что ты выкинул на ужине?! — А? — Охотник моргнул. — Б! — Субару вскочил. — Ты выломал окно, спрыгнул с третьего этажа и без объяснений убежал в лес! Так ещё и перепрыгнул ВЫСОКИЙ забор! Что это вообще было?! Охотник нахмурился. — Я вообще не понимаю, о чём ты. Последнее, что я помню, так чашка чая от Рем. Повисло неловкое молчание. — Чёрт побери, — Субару потёр переносицу, — А я думал, деменция наступает позже… Охотник подавил желание дать юнцу подзатыльник. — Хватит шуток. Всё предельно ясно — меня отравили и добрались до тебя. Собирайся, нужно отсюда убираться. — Воу-воу-воу, воооу! — Субару сложил руки буквой Т. — Притормози-ка. Во-первых: ты весь вечер выглядел так, словно тебя молоточком бьют чётко в темечко, а как раз после чая тебе стало немного лучше. Во-вторых: эта злобная лоли Беатрис сказала, что у тебя в роду может быть кровь зверолюдов, и именно поэтому ты так отреагировал на луну. Да уж, не ожида… Охотник внезапно схватил его за плечо. Посмотрел в глаза и холодно проговорил: — Я. Не. Оборотень. Ясно? Он отстранился. — Не имею ничего общего с этими тварями. И крови зверолюдов во мне нет. «А правда ли это? Как же я мало помню обо всём до Охоты. Вдруг за пределами Ярнама зверолюди были таким же обычным явлением, как здесь? Неважно…» — Ладно, ладно, не заводись ты так, — Субару поднял руки примирительно. — Ты в любом случае меня не убедил, — буркнул тот. — А что насчёт этого: эта штука, которой меня… — Субару провёл большим пальцем по горлу, — …она наверняка тяжёлая. Как кто-то из горничных мог её использовать? — В отличие от тебя, я многое знаю об оружии, пацан. С правильной техникой возможно размахивать даже оружием в два раза больше тебя. — Ты сейчас прозвучал как напыщенный старый хрыч. — Хм, — Охотник не удостоил его ответом. — Это произошло в коридоре, — продолжил Субару. — Рем и Рам должны были его патрулировать. Когда мне было плохо, я вышел в коридор, и мне никто не помог. Значит, до них успели добраться раньше меня! — Или это и был кто-то из них, — охотник скрестил руки на груди. — Субару, ты может быть, с таким не знаком, но я видел в глазах своих врагов такую же ненависть, как и в глазах Рем. Она тебя ненавидит, по какой-то причине. Пусть и не показывает этого. — Прямо настолько, чтобы убить, даже меня не зная? — да — немного повысил голос Охотник. — Ну не может быть так, чтобы меня ненавидели просто с первого взгляда настолько! — Я пытаюсь тебе помочь! — Охотник почти кричал. — Почему ты отказываешься меня слушать, а?! — Это я отказываюсь слушать?! — Именно! Они напряжённо смотрели друг другу в глаза. Субару сделал глубокий вдох и глубоко выдохнул. — Смотри. Горничные преданы своим хозяевам, так? Значит, напасть на нас могли только по приказу графа. Получается, если бы он хотел моей смерти, я бы умер, как только ты скрылся в лесу. К тому же и твоё бегство, и то, что случилось со мной, могут быть из-за чего-то магического. — Или горничные нас отравили, — буркнул Охотник. — Опять ты про это? Не слишком ли разные эффекты от яда? К тому же мы все ели одно и то же, а меня подташнивать начало ещё за столом! И ещё кому, как не соперникам Эмилии, выгодно убрать способного бойца из особняка перед нападением? А? Субару победоносно глядел с ухмылкой. — Ты… — он осёкся. «Чёрт. В его словах есть смысл. В этот раз уступлю» Охотник привык следовать только своим суждениям и прислушиваться только к своему опыту. В кровавом безумии Ярнама сладкие слова чужаков зачастую приводили к большим трагедиям, чем старая добрая интуиция. Единственные, к кому он со временем стал прислушиваться, были Кукла и Самаритянин. И даже им это далось не сразу. Наконец, пересилив себя и выдохнув, он согласился: — Хорошо. Ладно. Будь по-твоему. — Он посмотрел на Субару. — Что ты предлагаешь делать? У тебя вообще есть план? — Д-да, конечно! Кхм-кхм. Субару встал прямо на кровати и принял свою фирменную позу. Подняв вверх кулак, он начал по одному разгибать пальцы: — Раз. Мы просим у графа стать почётными гостями. Так мы сможем свободнее заниматься подготовкой к нападению.

Второй палец.

— Два. Мы подготавливаем хоть какое-то оружие.

Третий.

— Три. На пятый день мы уходим из особняка и занимаем место с хорошим обзором.

Четвёртый.

— Четыре. Мы находим нападающих и их обезвреживаем.

Пятый.

— Пять. Мы герои! Я иду на свидание с Эмилией тан, ты эээ… ну, тоже что-то крутое делаешь. Вообщем — ВИКТОРИИИИИ!!! Субару протянул раскрытую ладонь. — Давай! «Диагноз ясен сказочный дал… оптимист» Охотник хлопнул по его ладони. — ХАХА, ДА! — Субару просиял. — Если это и правда цепной моргенштерн, — Охотник потёр подбородок, — то нужно оружие с хорошей зоной поражения. Хотелось бы косу или копья. Я их поищу. Но что делать с магией? — Надо будет как-нибудь спросить у Беатрис. У неё целая библиотека, наверняка она что-то знает. — Хорошо. Последний вопрос: почему ты хочешь помочь всем в особняке? — Нууу… — Субару почесал затылок. — Хотя они, конечно же, не помнят, я уже провёл с ними почти две недели и не могу просто так бросить. Да и вообще, разве ты сам бы им не помог? Тогда, в столице, ты спас нас, хотя мы впервые встретились. Охотник не ответил. — Хах. Вот оно что. — Пойдём, Субару, — произнёс он, обернувшись к двери.

***

— Вы-ы-ы хоти-и-ите стать гостя-ями? — Розваль растянул слова, глядя на них поверх с кружкой чая. — Да, мы пока не решили, куда направиться дальше, — ответил Охотник спокойно. — Будем благодарны, если вы разрешите нам ненадолго остаться здесь. — Хоро-о-ошо, дозволяю, — Розваль кивнул с улыбкой. — Вы може-е-ете пребывать в особняке столько, сколько по-о-оже-е-елаете. Это-о-о наиме-еньше-е, чем я могу вас отблагодарить за-а-а спасе-ение леди Эмили-и-и. Эмилия покраснела. — Господин Розваль, вы преувеличиваете… — И ещё одна маленькая просьба, — дополнил Субару, подняв палец. — Можете научить нас читать и писать? Повисла тишина. Обстановку разрядило неожиданное чихание Рам. Розваль медленно опустил бокал. Его разноцветные глаза изучающе скользнули по ним обоим. — Во-о-от ка-ак, — ухмыльнувшись, проговорил маркграф. У стены Рам и Рем переглянулись. — Безграмотные оболтусы, сестрица Рем, — произнесла Рам с холодной усмешкой. — Ещё и оправдываются тем, что иностранцы, сестрица Рам, — кивнула Рем. — Эй! — возмутился Субару. Охотник не слушал очередную перепалку Субару с горничными. Он лишь тихо надеялся, что в этот раз учёба не будет такой нудной. «Хотя кого я обманываю…»

***

Учёба была нудной. Но хотя бы в этот раз было легче. Хотя всё ещё нудно. Охотник водил пером по бумаге, выводя очередной ряд символов. Его мысли уже блуждали где-то далеко. «Как только закончу пойду искать оружие.» «Копьё. Или коса. Что-то с хорошим радиусом атаки против цепного оружия. Может быть, в арсенале особняка что-то найдётся. Или придётся импровизировать: заточить черенок от лопаты, прикрепить лезвие к нему…» — …а потом синий демон исчез. Голос Субару вернул его в реальность. Охотник поднял голову. Мальчишка сидел, откинувшись на спинку стула, его взгляд был устремлён в потолок. — И что было дальше? — спросила Рам. Субару улыбнулся, но улыбка вышла грустной. — Красный демон стал героем. Люди приняли его. Он получил всё, что хотел. Друзей, признание, место в деревне. — Он замолчал на секунду. — Но синий демон оставил письмо: «Теперь ты можешь быть с людьми. Но если я останусь, они узнают правду. Прощай, мой друг.» Тишина повисла в библиотеке. — И красный демон остался один, — тихо закончил Субару. — С друзьями людьми. Но без единственного, кто понимал его по-настоящему. Рам нахмурилась. — Глупая сказка. Синий демон поступил глупо. — Может быть, — Субару пожал плечами. — Но он сделал это, потому что любил своего друга. Охотник замер, перо застыло в его руке. Лоуренс. Уилем. Два имени всплыли в его голове. Оба одержимые поиском истины в Лабиринтах под Ярнамом. Вместе они нашли Древнюю Кровь. Вместе мечтали о том, как она спасёт человечество от болезней, возвысит людей.

И вместе прокляли весь Ярнам.

Но однажды Лоуренс ушёл. Основал Церковь Исцеления, начал раздавать кровь всем подряд, обещая чудеса. Уилем остался в Бюргенверте, продолжая свои исследования, предупреждая об опасности. «Бойся древней крови… именно это отделяет нас от зверей.» Лоуренс не послушал. Он хотел помочь людям сейчас, хотел быть героем, спасителем. Стал первым викарием, а позже чудовищем, а вслед за ним превращались и мирные жители… Уилем был прав, но его бывший друг уже не мог вернуться назад. Один стал чудовищем, ревущим в пламени среди руин собственной церкви. Другой дожил до того момента, когда тот перестал соображать, а тело приросло к креслу-качалке. Превращал своих студентов в монстров… Красный демон получил признание людей. Синий демон остался один, зная правду. «Плохое сравнение.» Но он привык видеть вещи и пострашнее. Поэтому просто не проявлял к ним внимания. — Охотник? Он поднял голову. Субару смотрел на него с любопытством. — Ты чего задумался? Сказка так тебя зацепила? Охотник покачал головой. — Нет, задумался о своем. Дружба ведь может обернуться катастрофой. Субару посмотрел на него и усмехнулся. — Да уж. Иногда — да. — Он потёр затылок. — Но всё равно… я бы не хотел быть один. Охотник посмотрел на него долгим взглядом. Затем кивнул. «Может быть, ты прав, мальчишка.» Рам хлопнула учебником по столу. — Хватит философствовать. Возвращаемся к урокам. Следующая буква — «ва». Не перепутайте с «ба», иначе напишете оскорбление. Охотник вздохнул и взял перо.

***

Пока Субару прогуливался с Эмилией, у охотника было другое задание. Бороздить и изучать особняк. Ведь даже садовый инвентарь может послужить неплохим оружием, особенно в умелых руках. Когда он работал дворецким, сюда не заходил… Потому что, горничные были рады нагрузить своих подчинённых работой вместо себя. Поэтому сараи, подвалы и кладовые оставались для него неизведанной территорией. Он уже обошёл парочку сараев. Лопаты, грабли, вилы — ничего приемлемого. Во-первых быстро сломаются, а во-вторых нужно что-то более массивное. И вот он стоял перед тяжёлой дверью в дальнем крыле особняка. Старая, потемневшая от времени, с массивным засовом. Охотник убрал засов, металлическая дверь скрипнула под его напором с протяжным скрипом. Сырой запах погреба сразу ударил в нос. Он сделал шаг внутрь. Глаза постепенно привыкали к темноте. Рукой провел по каменным стенам, они были влажные от конденсата. Возможно его давно не открывали. Посмотрев вниз на винтовую лестницу Охотник спустился по ступеням, вглядываясь в мрак. Родная обстановка, не хватало только старой доброй экипировки и тварей, что ждут за углом. Дойдя до конца лестницы вдруг он услышал постанывание. До боли знакомое постанывание… Сердце екнуло. Он резко направился в темноту, обогнув груду старых ящиков, свернул за угол идя в сторону источника звука. И увидел их. Посланники. Тонкие, почти истощённые тела, выглядывающие из белого облака прямо из пола. Маленькие головы с деформированными, словно расплавленными лицами. А на головах у них красовались крохотные чёрные цилиндры. Они застыли, увидев его. Затем протянули худые ручки к нему, издавая радостное, щенячье поскуливание. Охотник присел перед ними на корточки протянув руку. Посланники, по очереди, осторожно коснулись его ладони своими костлявыми пальцами. Это всегда их радовало. — Эй, малыши, — голос охотника впервые был мягче обычного. — Рад вас видеть. Хах… — он усмехнулся, чувствуя, как что-то сжимается в груди. — Я тоже скучал. Раздалось довольное урчание. Один из посланников прижался лбом к его руке. Охотник провёл пальцами по его маленькой голове, ему нравилось заботиться о них, когда те собирались вокруг него после особенно тяжёлой охоты. — Но откуда вы здесь? — прохрипел он, оглядываясь. — Как вы… Посланники слегка отстранились. Втянулись в пол, словно нырнув в воду. Затем, появившись в паре метров от него, начали подзывать его руками постанывая. Охотник поднялся и пошёл за ними вглубь погреба. Существа вели его мимо старых бочек, заплесневелых мешков, ржавых инструментов. И вот, в самом дальнем углу, за старым деревянным ящиком стоял фонарь. Небольшой потускневший от времени. Но форма, изгибы металла, узор на основании: — всё было таким же. Точно таким же, как те, что стояли по всему Ярнаму Тысячи противоречивых мыслей за мгновение пронеслись в его голове. Как она здесь оказалась? Это невозможно. Кошмар ведь был развеян. Он посмотрел на запястье, метка присутствовала, а значит Мастерская уцелела… И осталась лишь одна мысль, заглушившая все остальные: Сон Охотника. И… Кукла. Он вновь может её увидеть. Не раздумывая ни секунды, Охотник шагнул вперёд, присел и прикоснулся к лампе. Свет фонарь загорелся ярким светом и он закрыл глаза, представляя Мастерскую…

***

Попав в Сон, и материализовавшись, он ощутил родной запах. Сон Охотника, тут все началось и тут все закончилось… Но вот он здесь опять. Охотник прошёл чуть вперёд, осматриваясь. Что удивительно Мастерская не горела. Последнее, что он помнил перед тем, как всё закончилось, было пламя. Огонь, пожирающий Сон, разрушающий последнее убежище. Но сейчас всё вокруг казалось… чище. Более насыщенные краски, меньше грязи и копоти. Как будто кто-то отреставрировал древнюю картину, вернув ей первозданный вид. И луна. Она сияла ярче, чем когда-либо. Лунный свет не просто освещал, а наполнял воздух густой, осязаемой силой. Охотник обернулся к привычному месту у цветов. Куклы там не было. Её место пустовало. В груди сжалось сильнее. Он вспомнил последний раз, когда она стояла там, и сообщила, что Герман ждёт его наверху, в саду. Что пришло время выбора. «Она должна быть здесь. Она всегда здесь.» Охотник побежал. Быстро обогнул лестницу, взлетел по ступеням. То же дерево, те же надгробия, то же поле призрачных цветов. И мастерская охотника на холме. Он подошёл к двери и на мгновение замер «А вдруг ловушка?» Присутствие Луны мертво. Сон должен был рухнуть. Всё это не должно существовать. «Но что, если это не Кукла? Что, если это что-то другое, принявшее её облик?» Рука легла на рукоять двери. «Нет. Хватит. Открывай.» Он толкнул дверь. Внутри было тихо. Мягкий свет луны разливался по комнате. Пахло старым деревом, травами и железом. Она сидела за тяжёлым столом, уткнувшись лицом в сложенные руки. Седые волосы серебристой волной рассыпались по плечам, и в них тускло блестел золотой гребешок — тот самый, что он когда-то нашёл в Старой Мастерской. — Кукла?.. — голос охотника дрогнул. Она медленно подняла голову. Он сделал ещё три шага вперёд и тяжело рухнул на колени прямо посреди комнаты. Кукла повернулась к нему всем телом. На мгновение её лицо осталось всё таким же спокойным и фарфоровым, но в глазах была печаль… Она встала, шагнула к нему и опустилась на колени напротив. Точно так, как отец на старой картине встречает блудного сына: без упрёка, только с безмерной тоской и любовью. Её прохладные кукольные руки легли ему на плечи, а потом мягко обвили шею, притягивая к себе. Охотник уткнулся лицом в её грудь, он обнял её в ответ. Она пахла цветами и… чем-то родным. — Добрый охотник… — прошептала она, прижимая его к себе. — Моё дитя… Несколько долгих мгновений они не двигались. Он чувствовал, как её пальцы слегка дрожат на его спине. Наконец охотник чуть отстранился и посмотрел ей в глаза. — Я… я…рад тебя видеть… — выдохнул он. — Мне столько нужно тебе рассказать. Но сначала… скажи мне, что произошло после той битвы? Как я вообще оказался в другом мире? И тогда случилось то, чего он никогда не ожидал. Лицо Куклы оставалось спокойным, почти без эмоциональным. Но по её фарфоровой щеке медленно скатилась одна-единственная слеза…белая слеза. Она положила свои фарфоровые руки ему на щеки, медленно поглаживая их. Кукла никогда не плакала. — Прости меня, моё дитя… —её голос был полон такой тоски, что казалось, он вот-вот разобьётся. — Это всё моя вина. Я должна была предвидеть… должна была выбрать лучше. И не должна была выбирать за тебя. Но как я могла? — Её пальцы гладили лицо. — Зная, что ты погибнешь сразу… Что бы я тогда делала? — О чём ты? — нахмурился Охотник. Она не ответила. Вдруг Кукла застыла. Голова резко повернулась в сторону, будто услышала что-то, недоступное его слуху. В её глазах вспыхнул глубокий страх. Страх не за себя. За него. — Тебе нужно уходить. Срочно! — Она резко поднялась, потянув его за собой. — Что?! — Нет времени объяснять. Здесь тебе нельзя оставаться. Уходи! Сейчас же! — Стой, почему?! — Он вцепился в её запястья. — Мне столько нужно тебе рассказать! Почему ты меня прогоняешь?! Кукла остановилась. Посмотрела ему в глаза. На миг её лицо смягчилось. — Ты можешь рассказывать всё вслух… у лампы, — тихо сказала она. — Я услышу. Если что-то понадобится скажи, и посланники передадут. Но прошу тебя… — она сжала его руку так, что стало больно, — Не смей возвращаться в Сон без смертельной нужды. Он хотел возразить, но увидел белые следы слёз на её щеках и страх в глазах. — Хорошо… Она положила прохладную ладонь ему на грудь. — Спасибо. И… прости меня, моё дитя. Мир вспыхнул ослепительно-белым. Охотник резко открыл глаза и судорожно вдохнул, будто вынырнул из ледяной воды. Он все ещё находился в погребе, рядом был фонарь, но уже без посланников. Никогда раньше Кукла не выгоняла его из Сна, да и не могла в целом. Он сел, закрыл лицо руками и тяжело, надрывно выдохнул. «Что происходит? Почему она так боится? Почему она называла меня своим детем…» Вопросы заполнили его голову, но ответов найти он не смог.

***

— Господин Охотник, а откуда у вас эта трость? — Рам прищурилась, глядя на изящный предмет рядом с ним. — Мы не замечали её при вас. Все за столом как-то странно на него посмотрели. Повисло неловкое молчание. Охотник встал из-за стола взял трость и покрутил её перед всеми, продемонстрировав свои навыки. — Данная трость мое оружие. И я её не украл прошу к сведению. — Охотник стукнул кончиком трости об пол. — Тогда как вы её призвали? — Я просто умею незаметно держать её при себе для переноски. --------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- — …И вот как-то так я оказался в особняке. Я надеюсь, ты и правда меня слышишь. Охотник сидел на ящике в тёмном погребе перед фонарем. Лишь тихое постанывание посланников, выглядывающих из пола, было ему ответом. Он вздохнул. — Эхх… Полагаю, мне нужно взять оружие. Я, к сожалению, потерял свой любимый пилу-топор. — Он почесал шрам на щеке чуть поразмыслив. — Эй, малыши есть работенка. — Посланники послушно подошли к мужчине. — Мне нужна трость. Справитесь? Они синхронно кивнули и исчезли, втянувшись в пол. Прошла минута. Затем они вернулись «выплыли» из пола попутно держа маленькими ручонками оружие. Изящная трость из полированного металла. Ничем не примечательное, однако быстрое и смертоносное, способное раскрываться в опасный хлыст с отдельным лезвием разрывающая плоть. Охотник взял её, проверил механизм трансформации — всё работал. Он кивнул посланникам с благодарностью. — Хорошо, теперь мне нужно успокоительное. Желательно пару склянок. Но в ответ он услышал лишь жалобное урчание. Для него открылась впервые удивительная картина. Малыши выглядели пристыженными. Кто-то прикрывал лицо костлявыми ручками, кто-то неловко теребил крохотный цилиндр на голове, и все словно боялись на него посмотреть. Но самое поразительное было в том, что они выглядели меньше обычного. Ещё более худые и хрупкие фигуры теперь низко склонялись к земле, едва держались. Казалось, что они сейчас рухнут без сил. — Эй вы как? Устали? — тихо спросил охотник. Пристыженное, усталое урчание. Он опустился на колени перед ними, протянул руку. В ней было несколько ломтиков утреннего хлеба. Каждый из посланников взяли по кусочку из руки. — Всё в порядке, — мягко сказал охотник. — Это можно сделать позже, а пока отдыхайте. Я еще вернусь. Посланники издали благодарное поскуливание и медленно растворились в полу. --------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- — Скр-ы-ы-ы-тое оружие, во-о-от ка-ак, — протянул Розваль, его разноцветные глаза изучающе скользнули по трости. Граф и Рам одновременно бросили взгляд на Рем — та слегка покраснела и отвела глаза. — Интересно-о… — Розвааль постучал пальцем по столу. — Скажи-и-ите, господин Охотник, раз вы сто-о-ль долго скрыва-а-али своё оружи-ие, не означает ли это, что вы чу-у-у-вствовали себя в опасности в моём особняке? А теперь, показав его открыто, вы реши-и-ли, что угроза минова-аала? — Всё наоборот, — спокойно ответил охотник. — Именно потому, что я не чувствовал себя в опасности, я держал оружие скрытым. Не хотел вызывать лишних подозрений. А сейчас, раз вы оказали нам гостеприимство, счёл нужным быть честным. — Он посмотрел Розваалю в глаза. — Это проблема? Розваль задумчиво прищурился, затем улыбнулся. — Не-е-е-т, вы ведь почётный гость, и-и-и посему име-е-ете право на ношение оружия. — Благодарю. — Охотник кивнул. — Можете также позволить мне ещё одну просьбу: есть ли в особняке мастерская? Я бы хотел поработать над своим оружием. Рем насторожилась хоть и не показывала виду. — Ну-у-у, и стран-на-я-я, конечно, просьба, — протянул Розваль. — К сожале-ению, особн-я-я-як не им-е-е-ет своей мастерской. Мы пользуемся услугами кузнеца из деревни. — Спасибо за информацию. Позже обязательно схожу. Обед продолжился в обычном темпе. Субару делал комплименты Эмилии, Охотник просил добавки а маркграф рассказывал нынешние новости. Субару легонько ткнул его локтем и прошептал: — Эй, давай попросим Беатрис рассказать нам о магии? «Ну нет. Этим я пока не хочу заниматься.» — Давай сам пока, — буркнул охотник. — Эй, Беако, есть дело! — ТЫ!

ОДНУ ПЕРЕПАЛКУ СУБАРУ И МАЛЕНЬКОЙ ДЕВОЧКИ СПУСТЯ

Эмилия и Пак тихонько посмеивались в сторонке. — С чего я вообще должна вас приглашать в библиотеку, я полагаю? — Беатрис скрестила руки на груди, глядя на Субару сверху вниз. — ДА ТЕБЕ ЖАЛКО ЧТО ЛИ?! — Субару леветировал в воздухе успевший зацепиться за люстру. «Ох, ладно. Пора вмешаться.» — Госпожа Беатрис, — охотник сделал шаг вперёд, — Мы не займём много вашего времени. К тому же мы не хотим вновь вторгаться в вашу библиотеку без приглашения. — И правда, сестричка, — поддержал их Пак, паря рядом с Беатрис. — Помоги им, пожалуйста. — АРГХ, ЛАДНО! — Беатрис махнула рукой. Субару рухнул на пол. — Но это только потому, что братик попросил! — Ну, то есть потому что за нас попросил Пак? — уточнил Субару. — Спасибо, Пак. — Да на здоровье~ ___________________________________________________________________________________________________________________________________________ — И что вы хотели спросить? — Беатрис сидела на стуле открыв книгу. — Что ты можешь рассказать о проклятиях? — спросил Субару. — С чего такой интерес, я полагаю? «Чёрт. Как ответить?» — Дааа, у нас на родине такие не встречаются, вот… — неумело попытался поддержать его Субару. Дух смерила их взглядом, затем вздохнула. — В любом случае, — начала она «лекционным» тоном, — проклятья являются магическими эффектами, взаимодействующими напрямую с Вратами. В основном такие манипуляции направлены на искажение или истощение магических потоков. Эффект первых различный: от искажения внешности до спонтанного взрыва. Вторые менее эффектны — болезненная смерть от истощения. — Болезненная… как будто внутренности пытаются сами себя сожрать? В глазах темнеет, голова кругом идёт и постоянно рвёт? — спросил Субару. — Очень точное описание, я полагаю. — Беатрис задержала на юноше взгляд. — Накладываются проклятья незаметно. Накладывают проклятья такие отбросы, как ассасины, культисты Ведьмы и некоторые дворяне-интриганы… Как и некоторые виды магзверей. — А что насчёт проклятия, заставляющего потерять над собой контроль? — спросил охотник. Беатрис нахмурилась. — По описанию это больше похоже на эффект божественной защиты или эффект какого-нибудь артефакта. Вряд ли это заклинание, в этой библиотеке я таких не встречала, я полагаю. Повисла тишина. — Благодарю, госпожа Беатри… — Спасибо, Беако! — Субару внезапно подхватил духа и начал крутиться вокруг себя. — КЬЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯ! ПОШЛИ ПРОЧЬ, Я ПОЛАГАЮ!!! Внезапно поток воздуха снёс обоих посетителей библиотеки и выкинул их в коридор… Прямиком к распахнутому окну. Субару, словно грациозная птица, вылетел наружу с воплем: — ААААААААА!!! Субару с хрустом рухнул в цветочную клумбу внизу. Охотник, в последний момент, успел вцепиться в оконный проём. Пальцы правой руки впились в дерево с такой силой, что древесина затрещала. Он качнулся вперёд, набирая инерцию, и на обратном махе резко выбросил левую руку, схватившись за внутренний край подоконника. Один мощный рывок, и он подтянулся, перебросил ногу через раму и перевалился обратно в коридор. Дверь в библиотеку захлопнулась с громким грохотом. Охотник отряхнулся и выглянул снаружу Субару лежал в цветах, раскинув руки и ноги. — Оххххххххх… Охотник прищурился. — Субару. Зачем? — Я… хотел… её обнять… — простонал мальчишка снизу. — Глупо. — Согласен… Охотник покачал головой и скрылся в коридоре, оставив Субару страдать в клумбе.

***

В особняке жило так мало людей, что подобрать момент оказалось проще простого. Он проскользнул на кухню, когда там никого не было. Память о предыдущей петле сработала безупречно: третий ящик слева, запасные ножи. Пальцы быстро перебрали лезвия, тот выбрал три самых удобных на его взгляд. Сделав дело, он так же тихо вышел. Никто не заметил. Никто… кроме маленькой серой мышки, забившейся в щель под кухонным шкафом. Она сидела неподвижно, дрожа всем тельцем, и огромными чёрными глазами следила за этим гигантским, страшным существом, которое только что вторглось в её крошечный, мир. А сквозь эти самые глаза смотрел кто-то ещё. Розововолосая горничная мягко выдохнула и отключила способность. Зрачки вернулись к обычному размеру. — Об этом определённо нужно доложить господину.

***

Троица шла по лесной тропе. Рем впереди, Субару посередине, охотник замыкал шествие. Тишина нарушалась только хрустом веток под ногами и пением птиц. Деревья постепенно редели. Тропа вывела их на открытое пространство. И охотник замер. Перед ним открылся вид на мельницу, с медленно вращающимся лопастями у холма. За ней виднелась деревня — дома с черепицами выстраивались в фигуру похожая на круг. Жизнь кипела своих ходом. Дальше зелёные холмы волнами уходили к горизонту, поросшие травой и редкими рощами. А справа от дороги тянулся деревянный забор. За ним было цветочное поле. Бесконечное море красных, жёлтых, синих цветов, колышущихся на ветру. Солнечный свет играл на лепестках, превращая поле в живой ковёр. Охотник просто стоял, не в силах оторвать взгляд. Красиво. Так же, как в тот первый раз, когда он выглянул из окна особняка. Место без крови и бесконечного кошмара. Мир, который жил. — Охотник? — позвал Субару. — Ты что, застыл? Рем обернулась, бросив на него холодный взгляд. Охотник моргнул, возвращаясь в реальность. — …Ничего. Идём. Они спустились по тропе к деревне. У входа в деревню Рем остановилась и указала на здание с коптящей трубой в дальнем конце улицы. — Кузница там, — сказала она ровным тоном. — Я схожу за покупками. Встретимся здесь как только закончите. Она развернулась и ушла, не дожидаясь ответа. — Ну что ж, — Субару потянулся, — пошли к кузнецу. Но не успели они сделать и десяти шагов, как из-за угла выбежала группа детей. — Смотрите, это гости из особняка! Мальчишки и девчонки толпой окружили Субару, дёргая его за рукав, забрасывая вопросами. — Эй, ты не похож на местного! — Расскажи, кто ты! — А ты сражался?! — А ты сильный?! Субару засмеялся, смущённо почесав затылок. — Эй эй по-очереди, а хотите, я покажу вам кое-что крутое? — ДА!!! Охотник остановился в стороне, наблюдая. Субару присел на корточки перед детьми, что-то им рассказывая. Те слушали, затаив дыхание, их глаза горели восторгом. Они буквально его облепили. — Смотрите, это называется утренняя зарядка! Вот так! — Субару начал делать махи руками, приседания. Дети засмеялись и начали повторять за ним, неуклюже размахивая руками и хихикая. — А теперь все вместе! Раз-два-три! — РАЗ-ДВА-ТРИ! — И… ВИКТОРИ!!! — ВИКТОРИ!!! — дети закричали в унисон, вскидывая кулаки. Охотник стоял, прислонившись к стене дома, и просто смотрел. Вид этих беззаботных детей, смеющихся, бегающих вокруг Субару, тянущих к нему руки… Что-то холодное сжало его грудь. Образ всплыл помимо воли. Некогда белая лента все еще была у него, и ужасные воспоминания о семье Гаскойна. Он помнит тот день, когда стоял перед старшой сестрой без слов держа ленту. А через время увидел её в петле… и тварей что пожирали тело.

homicida homicida homicida

Охотник поморщился, отгоняя воспоминания. Он здесь лишний. Как бы он не хотел, охотник на монстров всегда будет выделяться на фоне тех, кто не видел кошмара и реальных богов. Этим воспоминаниям оставаться в глубинах разума, похороненными под слоями времени и крови. Субару всё ещё играл с детьми, показывая им какие-то движения. Те смеялись, повторяли, хохотали и радовались. Наконец Субару наклонился, чтобы погладить щенка, но Охотник тут же взял Субару за шкирку — его взгляда хватило, чтобы дети поняли, чтобы те отстали. — Эй, эй, мог же просто ска… — У нас мало времени идём. — Тот его отпустил, когда они подошли к кузне. Охотник передал мастеру крепкому мужчине с закопчённым фартуком разрешение от графа. Мастер прочитал, кивнул и махнул рукой в сторону верстака. — Пользуйтесь. Только инструменты на место верните. Он вышел, оставив их наедине с верстаком, точильным кругом, наковальней и стеллажами с инструментами. Охотник достал украденные ножи и разложил их на столе. Не обращая внимания на удивлённый взгляд Субару, приступил к работе. — Смотри внимательно. Потом повторишь. Он взял первый нож, осмотрел лезвие на свет, затем подошел к точильному камню и наступал на ножную педаль раскурчивая круг. Уверенными, отточенными движениями он спилил часть лезвия, изменив его форму — сделал острие более узким, подходящим для метания. Затем заточил кромку под другим углом, проверяя остроту большим пальцем. Рукоять облегчил, сняв лишние декоративные элементы и обмотав тканью для лучшего хвата. Хотя результат и не был первоклассным, но большего от «расходника» и не требовалось. Главное — это баланс и острота. — Теперь ты, — охотник протянул второй нож Субару. — Ага. Юнец работал намного медленнее. Нож шел по камню неуверенно, рука дрожала. Охотник стоял рядом, указывая на ошибки: — Угол не тот, ещё раз. Слишком сильно давишь. Сточишь лишнее. Рукоять держи крепче, инструмент не должен гулять. Субару кряхтел, он снял спортивку завязав её на пояс и вытирал пот со лба, но продолжал. Результат вышел… не очень. Лезвие было неровным, заточка кривоватой. Но и не мусор. Нож можно было использовать. Охотник даже приятно удивился сообразительности парнишки. Тот слушал, и запоминал, старался исправлять ошибки. — Хорошо. Ещё три штуки, — сказал охотник, доставая оставшиеся ножи. — Ты практикуешься а я довожу до ума. Субару улыбнулся: — Благодарю за похвалу наставник. — Он кивнул вслед и приступил к работе с новым энтузиазмом. Звуки напильника по металлу наполнили мастерскую. Охотник молча наблюдал, иногда поправляя движения Субару, затем брал уже обработанные ножи и доводил их до нужного состояния. Они оба не обратили внимания на Рем, наблюдавшую за ними через приоткрытую дверь. Её голубые глаза холодно следили за каждым движением охотника. За тем, как он учит мальчишку обращаться с оружием. За тем, как проверяет остроту лезвий. «Сестра права, они что-то замышляют.» Она беззвучно вернулась к покупкам. Как только они закончили с ножами, Охотник закончил к охотнику купив небольшой футляр, чтобы вместить готовые ножи, а после они собрались и вернулись в особняк. По пути никто из них не проронил и слова, однако Субару и хотел поговорить, но взгляд Охотника переубедил его.

***

Удар. Удар. Финт. Охотник разложил трость, она трансформировалась в хлыст с металлическими сегментами. Взмах. Лезвия просвистели в воздухе, оставляя серебристый след. Ещё один удар, и трость сложилась обратно одним щелчком. — Вау! — Субару, стоявший в стороне с ножами в футляре, уставился на оружие. — ДА ЭТО Ж АХРЕНЕТЬ КАКОЕ КРУТОЕ ОРУЖИЕ! Можно мне попробовать? Охотник не слишком любил делиться своими находками. Особенно оружием. — Не стоит, — коротко ответил он, крутя тростью в воздухе. — Оу… — Субару поник. — Трость сложна в обращении. Ты скорее всего себе что-нибудь отсечёшь. — Охотник кивнул на мишень — доску, прислонённую стенке сарая. — Лучше продолжай метание. — Ладно, — Субару вздохнул и повернулся к мишени. Последние пару дней прошли в учёбе с Рам и тренировках. Субару, к счастью для охотника, учился довольно быстро. Конечно, полностью точно рассчитывать расстояние и силу метания он научится ещё не скоро, но он хотя бы перестал мазать. Вжух. В доску шириной в две ладони вонзился пятый нож подряд. — Получается, уходим сегодня? — спросил парень, вытаскивая ножи из дерева. — Раз сегодня ночью ничего не произошло. — Да. Я уже присмотрел место с хорошим обзором, — ответил Охотник, проверяя лезвие трости. «Жаль, конечно, посланники недостаточно отдохнули, и я не смог пополнить запас пузырьков с кровью. Нужно будет сражаться аккуратнее.» В это время. Две горничные стояли у окна второго этажа, наблюдая за тренировкой внизу. — Сестрица. — тихо сказала Рем, не отрывая взгляда от Охотника. — Всё это слишком подозрительно. Запах Ведьмы, кража ножей, тренировка с оружием каждый день. — Она сжала кулаки. — Они готовятся к чему-то. Может, нам стоит действовать? Рам молчала, её розовые глаза так же холодно следили за каждым движением Охотника. — Господин запретил нам что-либо предпринимать без его приказа, —Произнесла она. — Он знает об его оружии и их действиях… И всё равно позволяет им оставаться. — Но почему? — Рем нахмурено посмотрела на неё. — Разве это не опасно для госпожи Эмилии? Рам задумчиво постучала пальцем по подоконнику. — Господин… разочарован чем-то пусть и скрывает. Я вижу это. — Она прищурилась. — Возможно, он ждёт, чтобы они проявили себя. Или… — Или что? — Или он использует их как приманку, если гости уйдут сегодня, как я подозреваю, то либо они сами покажут свои истинные намерения… либо покажут себя те, кто за ними охотится. Рем напряглась. — Ты думаешь, господин ждёт нападения? — Не знаю. — Рам покачала головой. — Но пока он не даст приказ, мы не трогаем гостей. Пока что… наблюдаем. — И если они попытаются навредить леди Эмилии? Рам холодно улыбнулась. — Тогда приказ не понадобится. Внизу Субару метнул очередной нож. Попав в центр доски. Охотник кивнул одобрительно. Ведь уже давно почувствовал на себе взгляды хищников, но не подавал виду.

***

— Так вы и правда уже уходите? — Эмилия стояла у входа в особняк, её фиалковые глаза были полны грусти. — Да, Эмилия-тан, — Субару почесал затылок. — Но мы как-нибудь ещё заглянем. Обещаю! — До встре-е-чи. И бе-е-ре-е-ги-и-и-те се-е-бя, — произнёс Розвааль, слегка кивнув. Рам и Рем стояли позади формально поклонившись. Эмилия помахала им на прощание. Наконец попрощавшись, они пошли по дороге прочь от особняка.

***

Солнце полностью скрылось за горизонтом. На её место уже поднималась Луна, освещая холодным светом лес. Дождавшись полной темноты, они вышли из-за кустов и направились в лес. — Нам выше по склону, — сказал Охотник, указывая вперёд. — Там площадка с хорошим обзором, ты пойдешь туда, я же пойду в противоположную сторону, где вид на деревню. — Понял… — Субару замер. — ЭЙ! Ты в порядке?! — Что? — охотник обернулся. — Твой нос… — Субару указал на своё лицо. Охотник провёл пальцами под носом и посмотрел на руку. Кровь. В ушах тихо зазвенело. Он поднял взгляд на небо. Полная луна поднималась всё выше. Цикл Полнолуния. — Всё в порядке, — хрипло произнёс он. — Идём дальше. — Как скажешь… — Субару нахмурился, но последовал за ним. Шаг за шагом они уходили всё глубже в лес.

«Venatio»

— Эй! — позвал Субару. Луна приближалась к зениту.

«Sanguis… sanguis…»

— Охотник, ответь!

«Occidere… occidere… OCCIDERE…»

— Только не говори, что это опять оно! — Субару схватил его за плечо. Луна достигла пика.

«VENATIO. SANGUIS. BESTIA. OCCIDERE. LUNA. LUNA. LUNA»

Голоса. Сотни. Тысячи. Все кричали одновременно. Нужно бежать. . . . Охотник сорвался с места с такой скоростью, что аж воздух просвител. — ОХОТНИК! — крикнул Субару ему вслед. Но тот уже исчез в темноте леса, его фигура мелькнула между деревьями и растворилась. Субару стоял один, тяжело дыша. Он уже собирался побежать следом, но его интуиция трубила, что не стоит идти за ним. Инстинкт самосохранения включился на всю катушку. — Мы в дерьме, — выдохнул Субару упав на траву. Его ноги на мгновение стали ватными. Через несколько минут, он смог найти силы наконец достиг площадки на утесе. Субару застраховал себя верёвкой на дереве перед утёсом. Крепко обвязал вокруг талии, и проверил узел дважды. — Ну ладно, Субару, — пробормотал он себе под нос. — Вот ты снова один. Охотник наверно включил свой абилку, ха-ха. — Он старался себя успокоить тем, что совершит подвиг. Нож в руке был сжат сильнее. — Ну ничего. Я обязательно спасу Эмилию. Что-то тяжёлое, быстрое летит прямо на него. В последнюю долю секунды Субару дёрнулся в сторону. Шар с шипами пронёсся над головой, разрывая воздух с металлическим воем. Он потерял равновесие, и полетел вниз, но верёвка натянулась, врезавшись в живот. Боль пронзила тело, но удержала парня. «Чёрт!» Субару схватил нож, одним движением перерезал верёвку и рухнул на землю. Вскочил, хромая, и бросился бежать к открытому участку, где луна заливала всё серебристым светом. — ДАВАЙ, ПОКАЖИСЬ! — крикнул он в темноту. Тишина. Субару тяжело дышал, готовясь. Вот он стянул с себя спортивку, держа её в одной руке как матадор. Второй рукой сжимал нож.

Звяк. Звяк. Звяк.

Звон цепей из темноты постепенно приближался. Момент и… Субару подбросил куртку вверх.

ВЖУХ.

Шипастый шар попал в ткань и с грохотом врезался в каменную стену позади него, разбрызгивая осколки породы. — Попался мерзавец! — Субару схватился за цепь рукой и потянул изо всех сил. Цепь натянулась. Что-то или кто-то на другом конце сопротивлялось. А затем из тени вышла фигура с синими волосами. Рем. — Да вы шутите… — Субару побледнел, его голос дрогнул. — Рем?! Это правда ты?! — Если не будешь сопротивляться, умрёшь быстро, — произнесла она, держа рукоятку оружия. — Почему?! — Субару отступил, держа нож перед собой, его рука дрожала хоть он и старался не подавать виду. — Почему ты хочешь меня убить?! — Избавляться от шпионов — это наша задача, — Рем начала медленно приближаться. — Рам знает?! — выкрикнул Субару. — Хотела закончить быстрее, чем узнают, — она остановилась в паре метров от него. — Одна. — Ты… ты мне не доверяешь? — голос Субару сорвался. — Нет. Ни тебе, ни охотнику. — Тогда… Субару метнул нож. Рем легко увернулась, наклонив голову. Нож пролетел мимо. В ту же секунду Субару выхватил телефон из кармана и включил фонарик. Яркий свет ударил Рем прямо в глаза. Она зажмурилась, прикрывая лицо рукой. Субару рванул вперёд, толкнул её изо всех сил и на бегу метнул нож. Он услышал её приглушённый стон, значит попал. Не оглядываясь, парень побежал со всех ног куда глаза глядят. — Чёрт, чёрт, чёрт! — задыхался Субару, пробираясь сквозь кусты. — Нужно найти охотника… Он бежал как мог, спотыкаясь о корни, царапая лицо ветками. На бегу метнул ещё пару ножей назад вслепую, в надежде, что те попадут и задержат её. — Быстрее, быстрее… — он бежал, запыхавшись, сердце колотилось. Внезапный, резкий звук пронесся сзади него. Субару упал на траву, проехавшись по земле. Что-то болело около колена. Он поднял голову. Перед ним лежала его нога. Жуткая боль внезапно пронзило тело. — АААААААААААААА!!! — он орал, схватившись за траву, шок пронзил его тело, почти как в прошлый раз…только обе руки на месте. Рем вышла из тени. В руках был её моргенштерн, а её собственная кровь сочилась из раны на боку, где торчал нож Субару. Она присела рядом с ним. Положила руку на его искалеченную ногу. Яркий свет вспыхнул и боль стихла. Кровотечение остановилось, плоть затянулась, но нога не вернулась. — Хвалю твою меткость, —хладнокровно сказала Рем. — Но ты попал ножом только один раз. Попади остальными убежал бы. Она исцелила рану, чтобы он не истёк кровью. — Если умрёшь быстро, я не узнаю больше информацию, — она встала над ним. — Ты поддерживаешь соперников госпожи Эмилии? — Я… принадлежу только Эмилии! — прохрипел Субару сквозь слёзы.

ВЖУХ.

Шипы впились в плечо. — ААААААААА!!! — Кто тебя нанял? — Я… только на стороне Эмил…

ВЖУХ.

Теперь очередь дошла до рёбер. — ААААААААААА!!! — Ты из культа Ведьмы? Субару поднял руку, пытаясь что-то сказать: — Я…не… Позади Рем между деревьями стояла знакомая фигура, в плаще и трость… что-то круглое в другой руке. Везде пахло кровью. Густой, металлический запах. — О…хотник?.. Рем приготовилась нанести финальный удар. Поднять моргенштерн. Раздавить череп «шпиону», и покончить с этим. Но внезапно её тело скрутило. — АААААХ!!! Рем вскрикнула и схватилась за голову, падая на колени. Боль. Невыносимая, пронзающая боль в затылке, остановило девушку. «Сестрица…?» Связь. Связь между ними. «Рам… Что-то случилось с Рам…!» Из темноты на них смотрели два пылающих красных глаза. Охотник шагнул в лунный свет. Плащ был пропитан кровью. В правой руке трость, с которой капает чёрная жижа. В левой… он держал розовые волосы На окровавленном, лице Рам было ярко выражено удивление. Глаза ещё открыты, рот приоткрыт в немом вопросе. Шея заканчивается оставшейся кусками шеи, и шейными позвонками. Голова была оторвана ужасным способом, отвратительно. Ведь последнее, что увидела Рам было своё собственное тело, падающее на землю без головы. Субару смотрел и не мог отвести взгляд. Рем смотрела на сестру или то, что от нее осталось. Охотник кинул к ногам Рем голову Рам, та покатилась и взгляд сестер сошлись друг в друга… Прошло пару секунд полной тишины. А затем…животный, рвущий горло крик: — РААААААААМ!!! Рог на лбу Рем вспыхнул ослепительно-белым цветов заставив воздух задрожать. Субару очнувшись, зажал уши. Мана вокруг так и хлещала. Под ее ногами земля приняла давление, образовав паутинку. Она метнула моргенштерн с такой силой, что цепь разорвала воздух с визгом. Охотник дёрнулся в сторону шар врезался в дерево позади, разнёс ствол в щепки, оно рухнуло с оглушительным треском. Трость в его руке щёлкнула из неё вырвался хлыст из острых металлических сегментов. Он замахнулся, хлыст свистнул, отбил следующий удар цепи Рем. В глазах Рем были слёзы, но в них уже не было ничего человеческого: ни разума, ни какого-либо самообладания. Лишь ярость. Она схватила обломок дерева и швырнула в него, одной рукой. А вслед полетел булыжник. Охотник успел перехватить хлыстом дерево, и с разворота отбил летащий в него камень. Пока они пытались разорвать друг друга, Субару лежал на земле и смотрел на голову Рам. Её удивлённые глаза были направлены прямо на него. Он попытался отползти. Руки срывались, скользили по траве. Тело не слушалось. Его трясло, дыхание сбилось полностью. — Б-б-беж-жать…ну. ну. ну нужно бежать… Он даже не заметил, как обмочился. Субару напряг мышцы рук и всеми силами сквозь слезы и раны начал ползти… Рем выбросила вперёд руку: воздух сжался, и в Охотника полетели ледяные копья. Один вонзился в плечо, пригвоздил его к дереву с хрустом. Но тому было плевать, он даже не чувствовал боли, просто шагнул вперёд. Плечо разорвалось, мясо и кость остались на стволе. Рем рванулась вперёд, шар моргенштерна попал по руке и выбил то, что осталось после атаки копья. Из его горла вырвался нечеловеческий, булькающий рык: — occidere... Но Охотник левой рукой перехватил свою же оторванную кисть в воздухе. Ногой ударил по земле, взметнулась пыль и грязь, ослепив Рем на миг. В этот момент хлыст трости хлестнул отрубив девушке кисть с моргенштерном. Рем зарычала, как зверь. Игнорируя жгучую боль, она заморозила отрубленную конечность острым углом, и бросилась вперед в рукопашную. Вот показался острие льда из пыли, но Охотник увернулся, пока не поймал момент. Удар кулаком в солнечное сплетение и точный хруст. Воздух вылетел из лёгких Рем с хрипом. Она согнулась пополам, упав во второй раз. Потеря сестры сломала её. Рассудок ушёл, осталась только ярость и боль. А ведь могла бы закончить бой раньше. Теперь же еле стояла. Мир двоился в глазах, дыхание рвалось короткими всхлипами. Он шагнул ближе. Замахнувшись левая рука вошла ей в живот по локоть пальцы сомкнулись на позвоночнике. Рука потянулась назад. Внутренности с хюпанием и паром вылезли наружу. Кровь хлестнула фонтаном, заливая их обоих. Охотник схватил её за волосы. Шея не выдержав нагрузки отпустила голову. Та оторвалась с влажным, рвущимся звуком. Он швырнул её. Голова покатилась по земле и остановилась лицом к лицу с головой Рам. Две пары глаз теперь смотрели друг на друга одинаково удивлённые, одинаково пустые. Последняя мысль, прежде чем свет в глазах погас: Сестра… прости… я не смогла защитить… Охотник опустился над телом. Как хищник, он поглощал кровь и куски плоти, и на месте, где прежде зияла рана от оторванной руки, стремительно начала прорастать новая. От боли зверь взревел, запрокинув голову. Рука восстановилась полностью — не отличить от старой. Охотник инстинктивно потянулся продолжить трапезу, но ноздри уловили запах уползающей добычи. Субару полз, плача и захлёбываясь от боли. Руки скребли землю из последних сил. В голове билась одна мысль: «нужно бежать. нужно к Эмилии.» Он всхлипывал, не замечая ничего вокруг, вот впереди уже маячил слабый огонёк света. Сзади, кажется, никто не шёл. Пока он мог ползти, нужно двигаться. Что-то острое впилось в оставшуюся ногу. Он повернул голову. Знакомый в крови хлыст. — Не-ет! Нееет! — Субару инстинктивно рванул вперёд, но хлыст потянули на себя, и плоть отозвалась новой вспышкой боли. На его крик уже никто не придёт. Субару отчаянно цеплялся за траву, за корни, но хлыст вгрызался в плоть всё глубже. Больно. Больно… Наконец он услышал шаги и замер, задержав дыхание. Воздух стал очень тяжёлым, трудно было сделать простой вдох. Удар ногой перевернул его на спину. Жалкое зрелище: лицо смешанное в слезах, крови, соплях, грязи и листве. Охотник навис над ним. — Охотник! Это я Субару! — Он ещё надеялся достучаться. Но в ответ на парня смотрели пара алых глаз и звериное лицо того, кто прежде был хладнокровным и собранным. — Нет… нет… Субару попытался прикрыться руками и ударить. Предпринять хоть что-то, однако Охотник сломал одну, потом вторую. Источшный крик боли вышез из Субару, не успел он опомниться как зверь схватил его за лицо: просунул оба толстых пальца в рот и начал тянуть в разные стороны. — АААААААААААААААА —

***

— АААААААААААААААА —на кухне свистел чайник. Все были заняты, поэтому Рам сняла его с огня. Рем ловко сделала надрез в кочане и разделали части пополам. — О? Жаль, эта сгнила. — Она подняла взгляд на сестру. — Дай, пожалуйста, другую, сестрица. — Сейчас. Рам подала новый кочан. Рем разрезала его и принялась шинковать. Обеденная суета на кухне особняка. Звон посуды, запах варева, стандартный день новой недели. — Сестра, — начала Рем, не отрываясь от работы, — как думаешь, что произошло с господином Субару? Рам в это время чистила картофель. — Не знаю, сестра. Вчера только познакомились, а он… — Она замолчала. — Сегодня вёл себя очень странно. Может леди Беатрисс, что-то сделала с ним, что он смотрел на нас в страхе? У раковины молча мыл посуду ещё один слуга - мужчина в костюме дворецкого. Он размышлял о том, почему Субару стал так боятся его и остальных. Даже Эмилию... Начался новый цикл. И только Субару знает, что произошло в том лесу. — ник!... Он помнит лишь как они были в лесу а затем... — Охотник!... — А? Рам кивнула на корзину: — Помоги почистить картофель, сегодня его нужно много. — Хорошо. — Он вытер руки и приступил к делу.