Re:Hunt from Zero

Субару, закончив зарядку, ловко застегнул пуговицы свежего костюма дворецкого и потянулся, довольно зевнув. Навыки шитья одни из первых помогли ему в этом мире - подогнать костюм под свои размеры. Мысли всё ещё крутились вокруг Эмилии, он представлял, как скажет ей что-нибудь остроумное, и улыбался сам себе. Его путь лежал к соседней комнате, через пару дверей. Там жил охотник. Субару постучал. — Эй, мистер соня, ты спишь? Ответа не было. — Эээй, просыпайся уже, — повторил он, чуть громче, снова стукнув кулаком. Тишина. — Ну и ладно, сам напросился, — пробурчал Субару и толкнул дверь. Она неожиданно открылась, и в тот же миг перед ним возник охотник в таком же строгом костюме дворецкого. Субару вздрогнул и чуть не упал, успев ухватиться за дверной косяк. — Эй, ты чего! А если бы я упал?! — Ну, не упал же — спокойно ответил мужчина и, проходя мимо, лёгким движением отодвинул его в сторону. Парень посмотрел ему вслед. Сегодня он выглядел иначе. Под глазами пару мешков, взгляд подуставший, а пальцы, сжимавшие перчатки, едва заметно дрожали. Субару фыркнул, почесал затылок и пробормотал: — Да что с ним… Он заглянул в комнату. Вроде бы такая же комнате, как и его собственное, однако взгляд сразу зацепился за постель. Она была заправлена кое-как: простыня скомкана, одеяло перекошено. — Ох, нет, — выдохнул он. — Такой бардак я не терплю. Субару повернулся к Охотнику и громко крикнул: — Эй! Да кто вообще так кровать заправляет?! Орион медленно обернулся на его голос. — Что не так? — спросил он спокойно. — Да тут всё не так! Посмотри: криво, смято… Ужас просто! Ты же теперь дворецкий, должен делать всё на уровне! Начиная с постели! — Субару ткнул в него пальцем. Охотник моргнул. — Тогда… научишь? Запал Субару мгновенно сменился довольной улыбкой. — С удовольствием, — важно произнёс, показав на себя большим пальцем. Несколько минут он демонстрировал: как расправлять простыню, ровнять одеяло, взбивать подушку и накрывать покрывалом. Каждое движение четко отточено. — Видишь? Ничего сложного! И опрятно! Орион наблюдал молча, запоминая каждое движение. — Ну? — Субару хлопнул в ладони. — Теперь твоя очередь. — Зачем? Ты уже заправил, — невозмутимо ответил Охотник. — Вот это наглость… — Субару закатил глаза. — Я тебе не мамка и не старшая сестра. Он тут же растрепал идеально застеленную кровать. — Давай. Практика — лучший учитель, — показал он большой палец. Охотник негромко выдохнул и аккуратно начал повторять всё, что видел. Расправил простыню, выровнял одеяло, поправил подушку и накрыл покрывалом. Движения вышли немного угловатыми, но старательными. Субару стоял рядом, комментируя одобрительным «угу» на каждом шаге. Через минуту кровать была заправлена. — Не идеально, но уже прилично. На твёрдую четвёрку! — оценил он, подняв большой палец. Охотник тихо хмыкнул. — Пошли завтракать, учитель. — Погнали! — бодро ответил Субару. Вместе они вышли из комнаты, не забыв закрыть дверь. Пройдя по коридору и свернув за угол, Субару посмотрел на Охотника. Тот шел немного спереди и выглядел усталым. — Ты , плохо спал? — спросил он. — У тебя вид… как у мертвеца. Охотник слегка дрогнул, перевёл взгляд на Субару, затем снова вперёд. — Кошмар приснился. — Хм… расскажешь? Если не секрет . Охотник сжал правую руку так, что хрустнули суставы. Субару сразу посмягчел: — Л-ладно, не хочешь не надо. Извини, — выдал он своим обычным тоном. Они уже дошли до лестницы и начали спускаться. — А ты как спал? — спросил Охотник. — Как бакусуй-суру! — Субару вскинул руки, и перепрыгнул последнюю ступеньку, принял dab позу. Охотник спускаясь спускался вниз: — «Бакусуй… сю-ру»? — Это значит спать как убитый, — Субару поднял палец. Солнечные лучи уже пробивались сквозь высокие окна кухни, расположенной на первом этаже особняка. Воздух был наполнен ароматом свежей выпечки, тушёных овощей и лёгким паром от кипящего бульона. Для Охотника это было... странно, он здесь недавно и здесь же всё дышало обыденностью. Они вошли на кухню. Рам и Рем уже хозяйничали у плит и столов: старшая сестра ловко нарезала овощи острым ножом, младшая пробовала бульон из большой кастрюли, осторожно дуя на ложку. — А вот и младшие слуги, — сухо заметила Рам, не отрываясь от доски. Её розовые волосы были аккуратно собраны, взгляд , слегка презрительный. — Да, сестрица, они уже опоздали, — поддакнула Рем мягче, но с лёгкой улыбкой. Она поставила ложку и повернулась к ним. — Может стоих наказать? — Дисциплина не помешала бы — ответила Рам. — Гуд морнинг, сестрицы-горничные! — Субару помахал рукой с энтузиазмом, словно звезда шоу. Рам вздохнула, продолжая шинковать морковь с идеальной точностью. — Очередные странные слова от тебя, Барусу. Приступайте к нарезке овощей. Ножи уже готовы на столе. — Хватит коверкать моё имя! — огрызнулся Субару, но сразу схватил нож и подошёл к столу. — Ладно, ладно, шеф-повар Рам, приказывайте! Охотник молча наблюдал за этой перепалкой. В Ярнаме мало кто осмеливался разжигать готовить - боялись, что запах приманит тварей. И не зря: бывало, что на аппетитный аромат выползали твари, а потом оставались только остатки прежних хозяев. Еды и вовсе не водилось, разве что гнилые объедки в заброшенных домах да редкие орехи с сухофруктами, если повезёт наткнуться на чей-то забытый запас. Лишь пару раз он ел в часовне у самаритянина. Та простая овсяная каша, без соли и приправ, казалась тогда пиром. Он вспомнил, как жадно уплетал её ложкой, боясь, что вот-вот отберут. Голод в Ярнаме был постоянным спутником Рем подошла ближе, протягивая им корзину с картофелем. — Сегодня на завтрак будет рагу с овощами и свежий хлеб для госпожи Эмилии и господина Розвааля. Рем поможет, если что-то не получится. Барусу и мистер Охотник, в прошлый раз вы порезали картошку слишком крупно, она не сварилась. — Эй, это был эксперимент! — возмутился Субару. — Назовём это "стиль Нацуки"! Рам фыркнула. — Если ваш "стиль" испортит завтрак, то вы оба будете чистить весь погреб до ночи. Овощи должны быть ровными кубиками. Не как вчера, когда ты и твой друг во-первых криво почистили, а во вторых нарезали очень некрасиво. Охотник взял нож, движения были привычными к рассечению плоти, но здесь... Картофель скользил, нож входил криво. Он чистил кожуру неровными полосами, а позже кубики выходили уродливыми, то слишком большими, то крошечными. Рядом Субару вообще умудрился порезать себе палец и теперь шипел, зажимая его. — Ай! Чёрт, эти картофелины как камни! — пожаловался Субару. Рем тихо подошла помочь Охотнику. — Мистер Охотник, держите нож вот так — под углом. Я покажу. Она взяла нож в свою руку, всего на миг. Охотник напрягся(убей её, пока у тебя есть шанс), но кивнул повторяя. Спустя пару штук получилось лучше, но всё равно неидеально. Рам наблюдала за ним краем глаза. — Для охотника вы слишком неуверенно обращаетесь с ножом, — сказала она спокойно, без улыбки. — Вы говорили, что издалёка. Там не принято готовить самому? Субару усмехнулся и едва не уронил нож, но быстро замолчал, поймав взгляд Рам. Охотник не стал отвечать. Он молча продолжал резать, двигаясь медленно и осторожно. Мысль вертелась в голове настойчиво и неприятно: это и есть обычная жизнь? Утро, кухня, работа без крови и криков. Уж слишком просто. Субару что-то рассказывал, сбивчиво и громко, про еду из своего мира. Рам слушала вполуха, Рем вовсе не вмешивалась, занимаясь своим делом. — Барусу ты не заразишь нас своей неуклюжестью. Смотрите, снова палец порезал, — заметила Рам, даже не оборачиваясь. — Эй, я слышал! — возмутился Субару, зажимая свежий порез тряпкой. — Это картошка виновата. Она скользкая. Рем тихо усмехнулась, но тут же вернулась к кастрюле и попробовала бульон. — Сестра права. Но завтрак не будет ждать, прошу поторопиться. Госпожа Эмилия скоро спустится, а господин Розвааль не любит холодное рагу. Они ускорились. Ножи заскрипели по разделочным доскам, кастрюли зашумели. Через несколько минут еда была готова. Завтрак прошёл быстро и почти молча. Субару ел торопливо, всё ещё поглядывая на повязанный палец. Охотник ел сдержанно, не отвлекаясь. Рам и Рем закончили раньше и сразу поднялись. Рем аккуратно взяла поднос с порциями для господ: дымящееся рагу в глубоких мисках, свежий хлеб, нарезанные фрукты и чайник с ароматным чаем. Рам взяла второй поднос — для Эмилии. Близняшки вышли из кухни грациозно, как всегда, не оглядываясь на новичков. Дверь за ними тихо закрылась. Субару вытер лоб рукавом и плюхнулся на стул. — Фух, выжили! Первое утро на новой работе и уже чувствуем себя шеф-поварами низшего звена. Охотник не ответил, просто начал собирать грязные ножи и доски. Он методично складывал их в раковину, наливал воду из кувшина. Мыть посуду после еды... В Ярнаме он смымыл только кровь с оружия. Здесь жир с тарелок. Субару встал, закатал рукава и присоединился. — Ладно, брат, давай вдвоём быстрее справимся. Я мою, ты вытираешь? Или наоборот? Ты выглядишь как профи в обращении с... эээ... мокрыми вещами. Охотник молча взял тряпку и начал вытирать. Вода плескалась, посуда звякала. Субару, как всегда, не мог молчать: — Знаешь, эти близняшки сущие демоны. Рам режет как скальпель, а Рем... ну, чуть глубже. Подозрительные типы из "далёких краёв". Думаю со временем растопим их сердечки! Субару мыл тарелки с энтузиазмом, но без особой сноровки: пару раз слишком резко опрокинул стопку в раковину, и мыльные брызги разлетелись во все стороны. Одна волна попала ему самому в лицо и на костюм, он фыркнул отряхиваясь. — Блин, опять! Вторая порция брызг полетела в сторону Охотника. Тот инстинктивно поднял тряпку, как щит, а когда брызги повторились, то просто уклонился в сторону. — Эй, что я один тут болтаю, как радио? — сказал он с лёгкой обидой в голосе. — Тоже о чём-нибудь расскажи! Хоть пару слов, а? Охотник продолжал вытирать тарелку, не поднимая глаз. — Не охота, — произнёс он тихо. Субару нахмурился, держа нож в руке. — Ты о чём? Не ох...... АЙ! Он резко отдернул руку — нож соскользнул и слегка порезал палец. Кровь выступила тонкой полоской. Охотник наконец поднял взгляд и вздохнул. — Нож вдоль лезвия не мой, — сказал он ровным тоном. Субару зашипел, зажимая палец. — АЙ! Да и без тебя знаю! Охотник протянул руку. — Дай сюда руку, пальцерез несчастный. Субару замер, потом рассмеялся сквозь боль, протягивая порезанный палец. — Не смешно!!! Охотник осторожно взял палец, осмотрел порез и оторвал полоску от чистой тряпки. Перевязал быстро и привычно, туго затянув узел. — Живи, — буркнул он и вернулся к посуде. Субару смотрел на него с удивлённой улыбкой, слегка потряхивая перевязанным пальцем. — Ну ты даёшь. И мастер драться, и бинтовать умеешь, спасибо. Ладно, больше не буду болтать. Охотник едва слышно хмыкнул. Тишина вернулась. Звякала посуда, плескалась вода, и обычный день в поместье продолжался. Когда с кухней было покончено, в дверях появились близняшки. Рам окинула помещение быстрым взглядом, отметив порядок, и сразу перешла к делу. Без лишних слов она распределила работу, указав, какие комнаты убирать и в каком порядке. Субару отправили в восточное крыло, Охотника в гостевые комнаты и коридор. Рам появлялась внезапно, проверяла результат, если она находила пыль, то оба переделывали. Субару пару раз ударился и уронил тряпку, за что получил замечание. Охотник работал молча стараясь не отставать, но и пропускал некоторые места. После уборки комнат, Рам коротким жестом указала на выход во двор. Там уже стояло корыто с холодной водой и прислонённая к нему стиральные доски. Рем молча принесла тяжёлую корзину и поставила рядом. Внутри лежало всё вперемешку. Рубашки, простыни, полотенца и сверху, без всякой попытки спрятать, женские вещи. Субару застыл на пару секунд, уставившись в корзину, затем отвёл взгляд и неловко почесал затылок, будто надеялся, что это шутка. Шуткой, конечно, не оказалось. Охотник лишь мельком посмотрел внутрь. Ни удивления, ни смущения на лице не появилось. Он просто закатал рукава и первым опустил руки в воду, беря ближайшую вещь. Холод сразу пробрал до костей, но он не отреагировал, работая руками размеренно. Субару продержался меньше. Он сжимал ткань, шипя сквозь зубы, и время от времени вытаскивал руки из воды, тряся пальцами и пытаясь вернуть чувствительность. Потом снова опускал их в корыто, морщась и бормоча что-то себе под нос. Рам наблюдала со стороны, проверяя порядок действий, иногда указывая, что стирать отдельно, а что вместе, и делала это тем же сухим тоном, что и при уборке. Ошибки отмечались сразу. Рем была рядом и полоскала, передавая выжиманные вещи старшей сестре, а та в свою очередь вешала их. Итак прошли пять дней в поместье: сплошная рутина, с утра до вечера. Утро начиналось на кухне: Субару брался за овощи - как оказалось, весь труд фермеров пошел насмарку. Пальцы вечно подставлялись под лезвие. Каждое утро он шипел от нового пореза, тряс рукой, потом оборачивал палец пластырем и продолжал. Охотник уже осваивался с ножом, но если он соскальзывал и оставлял глубокий порез на ладони, то просто смотрел на кровь секунду, вытирал рукавом и дальше работал, не моргнув глазом. Готовила Рем, так как Рам не доверяла младшим слугам После завтрака уборка внутри дома: мыли полы, протирали пыль, вытирали окна, мыли купальню. Субару спотыкался, ронял тряпки и поскользнулся, Охотнику первое время давалось трудно, но он старался приуспевать. Днём двор: подметали дорожки, поливали цветы, носили дрова. Субару ронял поленья и промокал свои ботинки, даже пару раз облил Охотника. Вечером мыли посуду, чистили плиту, убирали остатки. Субару падал на кровать и сразу засыпал, охотник ещё сидел у окна, глядя в тёмный лес и записывал в дневник. Рутина. Пятый день подходил к концу. Солнце уже скрылось за лесом, в поместье зажглись лампы, а в личных покоях Розвааля царил полумрак, только свет от луны озарял кабинет. Рам сидела на коленях у графа, прислонившись к нему. Розвааль лениво перебирал пальцами её розовые волосы, поглаживая её голову. Она не сопротивлялась наоборот, расслабленно прикрыла глаза. — Уже пять дней прошло с тех пор, как Субару и его друг появились у нас, — произнёс Розвааль тягущим голосом, не прекращая поглаживаний. — Что скажете о них? Есть ли подозрения? Рам ответила, не открывая глаз. — Готовка, стирка, уборка... Даже обычный раб справился бы лучше. Барусу всё время что-то роняет, режется, брызгается водой. А его друг... чуть лучше. Работает молча и аккуратно, но не более. Вдруг на её лице проступил лёгкий румянец - редкое зрелище. Она говорила тише обычного, голос стал мягче. — Отрицать подозрения не стоит, господин Розвааль. Но вероятность, что они шпионы, очень низка. Барусу слишком... открыт. Всё на лбу написано. Розвааль усмехнулся, продолжая гладить Рам по голове. — К добру это или к худу... Скорее к худу. Он простак, беспечный, как ребёнок. А вот насчёт второго... Он вдруг остановил движение руки, но не убрал кисть. — Эта особа простым не кажется. Рам открыла один глаз. — И не стоит этого отрицать. Розвааль тихо рассмеялся, глядя в окно. — Охотник... Интересное прозвище. Почему именно Охотник? Он снова начал гладить Рам, теперь медленнее. — Но что-то в нём есть определенно. Рам чуть сильнее прижалась к нему. — Мы будем следить, господин Розвааль. — Конечно, будете, — улыбнулся он. — Я рассчитываю на вас. После процедуры старшая горничная, получив дозволение графа, удалилась. Розвааль выждал несколько секунд и лишь затем достал из комода Книгу Мудрости. Он провёл пальцами по обложке, не открывая её. Настоящего имени там не было. Ни строки. Ни намёка. Почему его нет в тексте? Мысль зацепилась и потянула за собой другие. Если его нет в Книге, значит, он не имеет значения. Таков порядок. Так должно быть. И всё же события начали смещаться. Едва заметно, но достаточно, чтобы он это почувствовал. Один лишний человек. Один незаписанный фактор. Этого достаточно, чтобы нарушить порядок. Розвааль усмехнулся. Он закрыл глаза на миг и выдохнул. — Может, я просто накручиваю себя? Да. Наверное да. Рабочий день закончился, все разошлись по своим делам. За окном, на мягкой траве в саду, Субару болтал с Эмилией. Он краснел, махал руками, то смеялся, то вдруг замирал с серьёзным лицом. Эмилия улыбалась, иногда тихо хихикала, а потом легонько ткнула его пальцем в лоб. Субару театрально схватился за голову и плюхнулся на спину в траву. Она села рядом, поджав ноги, и, склонив голову набок, посмотрела на него сверху с тёплой улыбкой. Охотник в это время сидел в своей комнате. Он дописывал очередную запись в дневнике перо тихо шуршало по бумаге. В кармане лежала бутыль с успокоительным, но осталось всего на один глоток. Полноценное средство сделать пока нельзя - ингредиентов нет Закончив писать, он вышел на улицу. Поместье уже знал как свои пять пальцев, так что шёл уверенно, вот он спустился по винтовой лестнице, свернул за угол... ага не тот коридор. Ночной ветерок трепал его серые волосы, луна почти полная светила ярко, серебристым светом заливая всё вокруг. На миг всплыли воспоминания о Ярнаме, тут мысли о страшном кошмаре уветучивались Он заметил Субару и Эмилию в саду. Первой мыслью было подойти: проверить, вдруг что-то не так, или просто "поддержать" . Но потом передумал. Это их момент, если он ввалится со своим молчаливым видом, всё испортит. Станет неловко. "Не моя это история", — подумал он. Охотник остановился в тени кустов, наблюдая издалека. Субару нервно теребил рукав, Эмилия поправляла ему волосы, оба улыбались. Они были открытыми, живыми эмоции прямо на лице. А он... он привык держать всё внутри, наблюдать и быть готовым к худшему Охотник глубоко вдохнул прохладный воздух, ещё раз глянул на пару под луной. они как раз смеялись над чем-то и тихо развернулся. "Завтра полнолуние" -он шел с этой мыслью ко входу, оставив их вдвоём наслаждаться вечером. Внутри было тихо. Он сел у окна, глядя на луну. Улыбки не было, но в глазах мелькнуло что-то теплое. Может, этот мир и правда учит его расслабляться. Хотя бы чуть-чуть. Посидев еще чу-чуть, он подумал о кукле и о сне. В безумие охоты она была одной из единственных с кем он мог спокойно поговорить Затем он лёг на бок, перед этим выпив оставшееся успокоительное. Завтра нужно придумать как сделать новое. Он расстелил постель, укрылся одеялом. За дверью послышались шаги, чуть небрежные. Субару. Охотник узнал их сразу, даже не подымая головы. Шаги прошли мимо и стихли где-то дальше по коридору. Некоторое время лежал, глядя в потолок. Тишина медленно сгущалась, мысли становились вязкими. Возможно, эта новая жизнь окажется полной событий и опасностей. Возможно даже интересной. Пока что. Охотник открыл глаза. Он сидел в кресле. На нём был белый халат. Комната была ярко освещена, тёплая и чистая. На кровати спал Субару, как будто ничего не тревожило его сон. Охотник медленно перевёл взгляд на дверь. За ней раздались знакомые голоса близнецов. Сидя в кресле ощущая, как внутри поднимается холодное, выученное чувство настороженности. Это был не сон. — Сестра, не толкайся… — шёпотом донеслось из-за двери. — Рем Рем, дай и мне посмотреть, что ты видишь? — раздался тихий, но любопытный голос. — Белый сидит. А там лежит господин Нацуки, — последовал тихий ответ. — Можете войти, — тихо сказал Охотник, не повышая голоса. Охотник убрал с лица несколько опустившихся прядей. В комнату вошли горничные. После короткого приветствия, представившись просто Охотником, он попросил их выйти. На вопрос, нуждается ли в чём-либо, дал вежливый отказ. Когда дверь закрылась, мужчина подошёл к кровати. Субару мирно спал. Он начал будить его сначала осторожно, затем настойчивее, тряся за плечо. — Да чтоб тебя… Субару, просыпайся. В груди неприятно сжалось. Охотник быстро пришёл к выводу, который ему совсем не понравился. Они вернулись обратно. Значит, Субару убили. — Вставай. Он дал пощёчину. Потом вторую. Третью. Четвертую. Никакой реакции. Парень продолжал спать. Выругавшись, Охотник вспомнил момент с Беатрисс. Она что-то сделала с ним. Высосала ману. Да, точно. Он слышал, как упоминали ману и её истощение. Значит, сейчас разбудить его невозможно. В прошлый раз Субару очнулся сам. Охотник отошёл к пальто, достал из сумки дневник и пролистал страницы. Записей не было. Значит, откат. Четыре… нет, пять дней назад. Их убили? Если да, то почему он ничего не почувствовал? Он убрал дневник обратно, прикусил палец и подошёл к окну. На дворе было утро. Пока что все спокойно. Он прошёлся по комнате, размышляя. Первая мысль сразу вернулась к горничным. Он уже понял, что они не совсем люди. Люди не носят голубых и розовых прически. Впрочем, это сейчас не важно. Почему он не ощутил смерть? Нет. Скорее всего, они даже не дошли до него. Первым убили Субару. Он обычный парень, с хорошей подготовкой. Их двое. Логично было бы отправить одну из горничных к нему. Или же причина другая. Яд? Маловероятно. О способностях сестёр он знал практически ничего, кроме того, что они выполняют роль горничных. Охотник сел в кресло, сцепил руки и опустил на них голову. С Субару нужно поговорить, как только тот очнётся. Подумав стоит ли его одного оставлять, решил оставить. В первый раз с ним тоже ничего не случилось Он закрыл за собой дверь и, не оглядываясь, направился по знакомым коридорам.Места запомнил хорошо. Поворот, ещё один, и он скрылся за углом. Бродя по особняку, он время от времени останавливался у окон. За стеклом была та же картина природы, что и в первый раз. Ничего не изменилось. Рам и Рем он не встретил. Скорее всего, они были на кухне. Мысль сама собой вернулась к причине их смерти. Почти наверняка это были горничные. Высшее сословие редко марает руки. Он знал это ещё в Ярнаме. Эмилия? Вряд ли. Хотя… кто знает. Волк тоже может носить овечью шкуру. Эта мысль неожиданно вытянула из памяти имя. Йозефка... Он остановился. Почему именно сейчас? Почему он вспомнил эту тварь именно здесь? Ответ пришёл быстро и был неприятен. Недоверие к тем, кто выглядит слишком правильно. Он уже совершал эту ошибку. Дважды. Чёрт… Он прижал ладонь ко лбу. С самого утра в нём копилась злость. Выдохнув, он снова посмотрел в окно. Это другой мир. Здесь нет и не будет того кошмара. Пора принять себя таким, какой он есть. И жить с этим. Охотник встретил Рам и попросил новую одежду. Та без лишних вопросов согласилась, провела его к гардеробу и выдала рубаху, штаны и сапоги. Переодевшись, он попросил её и Рем пройти в комнату Нацуки. Рам кивнула и согласилась. Чуть позже он встретил Эмилию. Остановился, извинился ещё раз и поклонился глубоко, почти до девяноста градусов. Искренне. Пак отчитал его, но в итоге простил. После этого они вместе направились к комнате Субару.

***

Субару резко сел на кровати с широкой улыбкой. — Сегодня у меня свидание с Эмилией-тян. Он выглядел бодрым, будто с ним ничего не случилось, несмотря на то что часть маны у него забрали. Радость, впрочем, быстро сошла на нет. У кровати стояли Рем и Рам. — А вы что тут делаете?! Субару смутился и поспешно натянул одеяло до подбородка. Лицо покраснело. — Могли бы хотя бы постучаться. Сестры посмотрели на него спокойно. — Рам Рам. Похоже, наш гость растерян. Рем перевела взгляд на сестру. — Рем Рем. Думаю, он не понимает, что происходит. — Гость? Чего это вы меня так называете? Мы же уже… Он осёкся и посмотрел на свои руки. На коже не было ни пластырей, ни следов недавных ран. Сердце сжалось. По спине прошёл холод. Субару глубоко вдохнул. "Почему всё началось сначала?" Он опустил одеяло и закрыл лицо ладонями. — Нацуки-сан, с вами всё в порядке? — Нацуки-сан, вам плохо? Он дышал неровно, пытаясь удержать себя в руках. Затем медленно убрал ладони от лица. — Почему вы меня не помните? Как будто ничего не было. Сёстры переглянулись и снова посмотрели на него. — Нацуки? Ответа не последовало. Субару вскочил с кровати и выбежал в коридор. Рем и Рам бросились за ним, окликая, но он уже не слышал. — Как же так… как же моё обещание Эмилии… Он бежал, не разбирая дороги, пока не распахнул первую попавшуюся дверь. Это была библиотека Беатрис.