Когти империи

Ночной город медленно плыл за окнами машины.После ледяного света больницы улицы казались почти нереальными — влажный асфальт блестел после недавнего дождя, неоновые вывески отражались в лужах размытыми пятнами цвета, редкие прохожие торопливо прятались в куртки от прохладного ветра. Тэхен молча вел машину.Музыка играла тихо.Что-то старое, спокойное.Совсем не похожее на него. Соён сидела впереди, уставшая настолько, что почти засыпала, прислонившись головой к стеклу. А Ари сидела сзади.Смотрела в окно.И впервые за эту бесконечную ночь позволила себе просто дышать. — Открой окно, пожалуйста, — тихо сказала она. Тэхен молча нажал кнопку.Стекло медленно опустилось.И в салон ворвался ветер.Теплый.Ночной.Живой.Он ударил Ари в лицо, растрепал волосы, скользнул по коже. И она вдруг глубоко вдохнула.Так глубоко, будто до этого всё время задыхалась.Запах мокрого города.Асфальта.Чужих духов с улиц.Дыма.Свободы.А потом она вспомнила Чонгука. И неожиданно тихо засмеялась. Соён сразу повернулась. — Ты чего? Ари прикрыла глаза, продолжая улыбаться.Усталой, почти болезненной улыбкой. — Просто вспомнила… Тэхен мельком посмотрел на неё через зеркало. — Что? Ари покачала головой.Но уголки губ дрогнули сильнее. — Как он бесился, когда я впервые назвала его избалованным психом. Соён фыркнула. — Ты тогда еще сказала, что у него лицо человека, который ни разу сам себе чай не наливал. Ари прыснула со смеху. — ДА! Даже Тэхен неожиданно усмехнулся.Низко.Хрипло. — Он потом два дня ходил злой. — Я заметила. Ари улыбнулась шире.И вдруг замолчала.Потому что воспоминания ударили слишком резко.Чонгук на крыше. Чонгук в кафе. Чонгука с этой вечной опасной ухмылкой.Чонгук, который ревновал её к Джэхену и делал вид, что ему всё равно.Чонгук, лежащий весь в крови на полу клуба.Улыбка медленно исчезла с её лица. В груди стало тяжело. Тэхен заметил это сразу. — Эй. Она подняла взгляд.Он смотрел на дорогу, но говорил тихо: — Он выкарабкается. Ари сглотнула.Хотела ответить.Но голос застрял.Потому что страх всё ещё сидел внутри.Глубоко.Как яд.Машина свернула на пустую улицу.Фонари мягко освещали дорогу золотистым светом.Город почти спал.И в этой тишине всё казалось слишком хрупким. Соён вдруг тихо сказала: — Я никогда не видела тебя такой. Ари нахмурилась. — Какой? Соён медленно повернулась к ней. — Испуганной. Тишина.Ветер продолжал играть с волосами Ари.Она отвела взгляд к окну. И очень тихо произнесла: — Я думала, он умрет. В машине стало тихо настолько, что слышен был только шум шин по мокрой дороге. Тэхен крепче сжал руль.На его скулах заиграли желваки. — Не говори так. Голос прозвучал резко.Почти грубо.Но Ари поняла.Он тоже испугался.Очень. Это ведь его брат.Его родной брат.И вдруг она впервые задумалась…А каково было Тэхену?Видеть Чонгука на полу.В крови.Почти без сознания. Её сердце болезненно сжалось. — Прости… Тэхен ничего не ответил.Только тяжело выдохнул. Машина плавно свернула в тихий район, где стояли небольшие дома с теплыми окнами и сонными улицами.Ночь уже начинала растворяться.Небо медленно светлело где-то у горизонта, окрашиваясь в холодный серо-синий цвет. Фонари всё ещё горели, но их свет уже казался слабее. Тэхен остановил машину возле дома Кан.Двигатель тихо заглох.На несколько секунд в салоне повисла тишина.Та самая странная тишина после слишком тяжелой ночи, когда никто уже не знает, что говорить. Ари посмотрела на их дом.Небольшой.Уютный. С теплым светом на кухне — видимо, мама всё ещё не вернулась с работы и забыла выключить лампу перед уходом.И вдруг ей стало так невыносимо тяжело.Потому что мир продолжал жить как обычно.Будто ничего не случилось.Будто Чонгук сейчас не лежал между жизнью и смертью. — Приехали, — тихо сказал Тэхен. Соён первая посмотрела на сестру. — Ты сможешь подняться? Ари кивнула. Хотя тело ломило так, будто по ней проехались грузовиком. Она открыла дверь машины. Ночной воздух встретил её мягкой прохладой.На улице пахло мокрой травой и сырой землей после дождя.Ари медленно вышла.И на секунду остановилась возле машины. Тэхен смотрел на неё через открытое окно.Уставший.Мрачный. Но уже без той колючей насмешки, которая обычно была в его глазах. — Иди домой, Ари. Она сглотнула.Кивнула. И вдруг тихо сказала: — Спасибо. Тэхен замер.Будто не ожидал этого.А потом коротко усмехнулся.Очень слабо. — Не благодари меня. Ты сегодня моему брату жизнь спасла. Эти слова ударили прямо в сердце.Ари отвела взгляд.Потому что снова почувствовала, как внутри всё начинает ломаться.Она быстро развернулась и пошла к дому.Шаги казались тяжелыми.Очень.Она достала ключи дрожащими пальцами, открыла дверь и зашла внутрь.Дом встретил её тишиной.Темной прихожей. Теплом.Ари закрыла дверь за собой и медленно прислонилась к ней спиной.Глаза закрылись сами.Тишина дома после больницы казалась почти оглушающей.Она слышала только собственное дыхание. И стук сердца.Перед глазами снова вспыхнул Чонгук.Кровь.Его бледное лицо. Его рука в её ладони в машине скорой. А потом его тихое: «Не плачь…» У Ари резко задрожали губы.Она зажала рот рукой.Пытаясь не разрыдаться снова. А снаружи, возле дома, Соён не спешила выходить из машины.Тэхен всё ещё сидел за рулем.Фонарь над дорогой мягко освещал его лицо. Соён повернулась к нему. — Ты тоже боишься, да? Он молчал несколько секунд.Потом усмехнулся без капли веселья. — Я впервые увидел его таким. Голос стал ниже.Тяжелее. — Чонгук всегда лез вперед. Всегда думал, что бессмертный. Соён внимательно смотрела на него.И впервые видела не того самоуверенного парня с вечными подколами.А просто старшего брата, которому страшно.Очень страшно. Тэхен потер лицо ладонью и тихо выдохнул. — Когда он упал… Он замолчал.Сжал челюсть. Будто даже вспоминать это было больно. — Я думал, он умер у меня на глазах. У Соён сжалось сердце.Она медленно протянула руку и осторожно коснулась его плеча.Тэхен замер.Поднял на неё взгляд.И в этот момент между ними будто что-то изменилось.Что-то тонкое.Опасное.Теплое. Соён тихо сказала: — Он выживет. Тэхен смотрел на неё несколько секунд.Долго.Очень.А потом неожиданно накрыл её руку своей.Большой ладонью.Теплой. — Лучше бы ты оказалась права, Кан Соён. От того, как он произнес её имя, у неё внутри что-то дрогнуло.Воздух между ними стал странно тяжелым.Нервным.Горячим.Они сидели слишком близко.Слишком тихо.Слишком поздней ночью. Тэхен медленно перевел взгляд на её губы.И Соён это заметила.Сердце ударило сильнее.На улице шумел ветер.Где-то далеко проехала машина. А потом в доме резко включился свет на втором этаже. Соён вздрогнула и быстро убрала руку. Тэхен тихо усмехнулся. — Испугалась? Она закатила глаза, пытаясь скрыть смущение. — Даже не мечтай. Он улыбнулся уже чуть заметнее.Впервые за всю ночь. Настоящее. — Иди домой. Соён открыла дверь машины, но перед тем как выйти, вдруг обернулась. — Тэхен. — М? Она замялась на секунду. — Не оставайся один сегодня. Его улыбка медленно исчезла.Он понял, что она имела в виду.Понял слишком хорошо.Тэхен кивнул. А Соён вышла из машины и пошла к дому, чувствуя на себе его взгляд до самого крыльца. Она уже взялась за ручку двери, когда вдруг остановилась.Дом был тихим. На втором этаже горел приглушенный свет, освещая занавески теплым золотистым оттенком. Ветер лениво качал деревья во дворе, и листья тихо шелестели в ночи. Она медленно обернулась. Тэхен всё ещё сидел в машине. Одна рука на руле, другая расслабленно лежала возле окна. Тусклый свет фонаря падал на его лицо — острые скулы, уставшие глаза, чуть растрепанные волосы.Он смотрел на неё.Не отводя взгляда. И в этом взгляде больше не было привычной насмешки.Только усталость. Эта короткая тишина между ними казалась почти интимной. Она слабо улыбнулась ему.Тепло.По-настоящему.И Тэхен будто замер на секунду.Словно не ожидал этого. Соён тихо сказала: — Спасибо, что привез нас. Он смотрел на неё ещё пару секунд.А потом уголок его губ медленно поднялся.Не самодовольная ухмылка.Не привычная дерзкая усмешка.А настоящая улыбка.Редкая. Хриплый голос прозвучал тихо: — Ты слишком милая для этого мира, Кан Соён. Она тихо фыркнула. — А ты слишком драматичный. — Это семейное. Она невольно рассмеялась.И этот смех вдруг прозвучал так легко среди всей тяжести ночи, что у Тэхена внутри что-то болезненно сжалось.Он не помнил, когда в последний раз слышал такой смех рядом с собой. Соён сделала шаг назад к двери.Но продолжала смотреть на него.И Тэхен вдруг понял одну страшную вещь. Ему не хотелось уезжать.Вообще.Хотелось остаться здесь.Смотреть на этот дом.На неё.Убедиться, что они обе в безопасности.Что никто больше не ворвется в их жизнь с оружием и кровью. Но такие люди, как он, не приносят безопасность.Они приносят хаос.И он это знал лучше всех. Тэхен отвел взгляд первым.Сжал руль чуть сильнее. — Иди спать. Соён внимательно посмотрела на него.Будто почувствовала, о чем он думает. А потом неожиданно мягко сказала: — Ты тоже. Он тихо усмехнулся. — Попробую. Она ещё секунду стояла на крыльце.Ветер мягко трепал её волосы.Ночь вокруг была тихой.Слишком тихой. И вдруг Тэхен сказал: — Соён. Она подняла взгляд.Он смотрел прямо на неё.Серьезно.Очень. — Если что-то покажется странным… если кто-то будет крутиться возле дома… Его голос стал жестче.Опаснее. — Сразу звони мне. В любое время. Улыбка медленно исчезла с её лица.Потому что она поняла.Он говорит это не просто так. Соён медленно кивнула. — Хорошо. Тэхен ещё несколько секунд смотрел на неё.Будто хотел сказать что-то ещё.Но промолчал.Только завел машину.Мотор тихо зарычал в ночи. Соён стояла на крыльце, пока машина медленно не тронулась с места.И даже когда красные огни скрылись за поворотом, странное чувство внутри неё не исчезло. Будто эта ночь изменила всё.И назад уже не будет. Соён медленно спустилась по лестнице, стараясь не шуметь. Дом был погружён в тишину — тяжёлую, вязкую, будто стены тоже устали от этой ночи. Только старые часы на кухне тихо тикали, отмеряя секунды, которые тянулись бесконечно долго.Она остановилась посреди гостиной и устало провела ладонью по лицу.Всё тело ломило.Соён сглотнула и резко отвернулась, будто пыталась вытолкнуть эти воспоминания из головы. Она наклонилась к сумке, лежавшей у дивана, и достала телефон.Экран загорелся. И сердце моментально ухнуло вниз. — Чёрт… Десятки пропущенных. Мама.Брат.Мама.Брат.Мама. Сообщения сыпались одно за другим. «Где вы?» «Почему не отвечаете?» «Соён, возьми трубку немедленно.» «Что случилось?» «Мне позвонили.» «Это связано с Кимами?» «Если вы влезли в их дерьмо — я вас убью.» Соён прикрыла глаза.Горло сжалось.Он предупреждал.С самого первого дня. — Держитесь от них подальше, — сказал тогда брат. — Такие семьи не приносят ничего, кроме проблем. Тогда ей казалось, что он преувеличивает.Сейчас же…Она медленно опустилась на диван.Телефон в руках дрожал.Наверху была Ари.Разбитая.Опустошённая.Будто из неё вытащили душу.И Соён впервые за долгое время стало по-настоящему страшно.Не за себя.За сестру. Телефон внезапно завибрировал. Соён вздрогнула.Она несколько секунд смотрела на имя. А потом открыла чат. Тэхен: «Как она?» Соён медленно выдохнула и начала печатать. «Спит.» Ответ пришёл почти сразу. «Хорошо.» «Она плакала?» Соён закусила губу. Перед глазами всплыло, как Ари сидела в ванной, засыпая прямо у неё на руках, пока вода стекала по её плечам. Как дрожали её пальцы. Как она тихо шептала сквозь сон: — Только пусть живёт… Соён закрыла глаза. И написала: «Очень.» Долгая пауза. Потом сново сообщение: «Чонгук бы возненавидел себя, если бы увидел это.» Соён невольно усмехнулась. Даже сейчас.Даже в такой момент.Он умудрялся писать так, будто между строк прятал что-то тёплое. Она прислонилась головой к спинке дивана. «А ты что делаешь?» Ответ пришёл не сразу.Будто он думал. Потом экран снова загорелся. «В больнице.» «Отправил маму и Сору домой.» «Они почти сутки не спали.» Следующее сообщение заставило её сердце странно дрогнуть. «Меня пустили к Чонгуку.» Соён медленно села ровнее. Пальцы замерли над экраном. «Как он?» Долго.Очень долго ничего не приходило. Будто там, по ту сторону телефона, Тэхен смотрел на брата и не знал, что ответить. Потом: «Бледный.» «Бесит меня даже без сознания.» Соён тихо фыркнула.И впервые за весь вечер улыбнулась по-настоящему. Но следующая фраза ударила сильнее. «Я никогда не видел его таким.» Она представила больничную палату.Белый свет.Аппараты.Чонгука.Неподвижного. И Тэхена рядом.Того самого Тэхена, который вечно смеялся, подкалывал всех, язвил, бесил. Сейчас же… Он сидел возле брата ночью в палате.Один. Соён медленно написала: «Ты тоже должен поспать.» Ответ пришёл сразу. «Не хочу.» Потом ещё одно сообщение. «Если я усну, мне снова приснится дерьмо какое-нибудь» У Соён по коже пробежали мурашки.Она долго смотрела на экран. А потом неожиданно для самой себя написала: «Он выкарабкается.» На этот раз Тэхен не отвечал почти минуту. Потом: «Надеюсь.» И следом: «Ари очень испугалась?» Соён усмехнулась устало. «Ты даже не представляешь насколько.» Три точки.Исчезли.Снова появились. Будто он хотел что-то написать и стирал. А потом сообщение всё же пришло. «Он тоже.» Соён нахмурилась. «Что?» «Он боялся за неё.» Её сердце дрогнуло. Тэхен продолжил. «Когда всё началось…» «…он даже не думал о себе.» «Только о ней.» Соён медленно опустила взгляд.Тишина дома вдруг стала слишком громкой.Наверху тихо скрипнул пол.Наверное, Ари перевернулась во сне. Соён закусила губу. А потом написала: «Тэхен.» «Спасибо, что привёз нас.» Ответ пришёл мгновенно. «Всегда пожалуйста.» И спустя секунду ещё одно сообщение.Короткое.Неожиданное. Смущающе тёплое. «❤️» Соён застыла.Сердце почему-то ударило сильнее.Она уставилась на экран, будто не веря.А потом тихо рассмеялась себе под нос. — Идиот… Но улыбка всё равно появилась.Тёплая.Живая.Настоящая. И в этот момент наверху внезапно раздался глухой звук.Будто что-то упало. Соен резко подняла голову. Улыбка исчезла. — Ари?.. Тишина.А потом…тихий сдавленный всхлип. Соён сорвалась с места почти мгновенно. Сердце резко ударило в грудную клетку.Она быстро поднялась по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Пол под ногами тихо скрипел, а в доме стояла та самая пугающая ночная тишина, в которой любой звук казался громче в сто раз.Дверь в комнату Ари была приоткрыта.Изнутри пробивался тусклый свет ночника.Соён толкнула дверь и замерла.Ари сидела на кровати, судорожно сжав одеяло в пальцах. Её плечи дрожали.Волосы прилипли к мокрым щекам.Она тяжело дышала, будто только что выбралась из воды. Глаза были распахнуты от ужаса. — Ари… Та резко подняла взгляд. И в следующую секунду её лицо сломалось. Будто она держалась из последних сил, а теперь больше не могла. — Соён… Голос сорвался. Хриплый. Маленький. тут же подошла к кровати. — Эй, эй… я здесь. Ари резко вцепилась в неё.Так сильно, будто боялась, что если отпустит — останется одна. Соён почувствовала, как дрожит её тело.Не слегка.По-настоящему.Будто внутри неё всё ещё жило то безумие из больницы. Соён осторожно обняла сестру и начала гладить её по волосам. — Тише… всё хорошо… слышишь? Ари зажмурилась. — Мне опять приснилось… Голос дрогнул. — Он умер… Соён почувствовала, как внутри всё болезненно сжалось. Она крепче прижала её к себе. — Не говори так. — Я видела это… — Это сон. — Но крови было так много… Последние слова Ари почти прошептала.И у Соён по спине пробежал холод.Потому что она тоже помнила эту кровь.Слишком хорошо.Соён медленно уложила сестру обратно на подушку и сама легла рядом.Как в детстве.Когда им было страшно во время грозы.Когда отец орал на весь дом.Когда мама плакала на кухне ночью, думая, что дети спят. Тогда они тоже лежали вот так.Вдвоём против всего мира. Соён натянула на них одеяло и осторожно убрала волосы с лица Ари. — Посмотри на меня. Ари медленно подняла взгляд.Глаза красные.Уставшие.Сломанные. — Он жив, — тихо сказала Соён. — Слышишь? Ари сглотнула. — Пока что… — Нет. Соён сказала это твёрже.Жёстче.Будто запрещала самой судьбе спорить с ней. — Он выживет. Ари долго смотрела на неё. А потом вдруг прошептала: — Мне так страшно… И в этих словах было столько боли, что у Соён защемило сердце. Она придвинулась ближе и прижала сестру к себе. — Я знаю. За окном тихо шумел ветер.Где-то вдали проехала машина.Лунный свет скользил по стенам комнаты, делая всё вокруг мягким и почти нереальным.Ари медленно закрыла глаза.Соён продолжала гладить её по волосам.Медленно.Успокаивающе. — Спи, — тихо прошептала она. — Я рядом. Через несколько минут дыхание Ари стало ровнее.Она уснула.Но даже во сне всё ещё держалась за рукав сестры. Соен смотрела в потолок.Сон не приходил. В голове крутились слова Тэхена. «Он боялся за неё.» Соён сильнее обняла спящую Ари.А потом наконец тоже закрыла глаза.И этой ночью они уснули так, как спят люди после войны.Измученные.Опустошённые. Но рядом друг с другом. «Утро следующего дня» Утро наступило слишком быстроСерое, тяжёлое.Словно ночь так и не закончилась, а просто стала чуть светлее. За окном моросил мелкий дождь. Капли лениво стекали по стеклу, оставляя длинные прозрачные дорожки. В комнате пахло шампунем, влажными волосами и едва уловимым запахом лекарств, который будто въелся в кожу после больницы. Ари спала. Свернувшись под одеялом, почти не двигаясь.Её лицо было бледным.Ресницы всё ещё влажные. Соён медленно открыла глаза и несколько секунд просто лежала, пытаясь понять, где она и почему внутри такое тяжёлое чувство. А потом память ударила резко. Она резко села.И именно тогда услышала голоса снизу.Мама.Брат. Соён застыла.Сердце медленно ушло в пятки.Они дома.Она посмотрела на Ари. Та спала так крепко, будто организм просто отключился от усталости.Соён тихо встала с кровати, стараясь не разбудить сестру.Пол под ногами был холодный.Она поправила на Ари одеяло и замерла на секунду, глядя на неё.Та даже во сне выглядела измученной. Соён тяжело выдохнула.А потом пошла к двери.Каждый шаг к лестнице давался тяжело.Будто она шла не вниз, а на казнь.Голоса становились громче.Брат говорил резко.Раздражённо.Мама что-то отвечала ему усталым голосом. Соён остановилась наверху лестницы.Закрыла глаза.Вдох.Выдох.И начала спускаться.На кухне сразу стало тихо.Мама сидела за столом с кружкой кофе в руках.В рабочей форме.Уставшая. Под глазами тёмные круги.Брат стоял возле окна, скрестив руки на груди. Когда он поднял взгляд на Соён — в его глазах было столько злости и тревоги одновременно, что у неё внутри всё сжалось. — Проснулась наконец, — холодно сказал он. Соён молча спустилась до конца.Воздух на кухне был тяжёлый.Натянутый.Будто одно неверное слово — и всё взорвётся. Мама первая нарушила тишину. — Где Ари? — Спит. Брат нервно усмехнулся. — Конечно спит. Соён медленно подняла на него взгляд. — Не начинай. — Не начинать? Он резко повернулся к ней. — Ты вообще понимаешь, что вчера произошло?! — Понимаю. — Нет, Соён. Ни черта ты не понимаешь. Его голос стал жёстче. — Я предупреждал вас. — Хватит. — Нет, не хватит! Мама резко поставила кружку на стол. — Перестаньте оба. Но брат уже завёлся. — Эти семьи — грязь. Ты понимаешь это или нет?! Соён стиснула челюсть. — Не говори так. Он резко рассмеялся. Без веселья. Только злость. — Не говорить? После того, как одного из них чуть не убили?! Соён отвела взгляд.Брат провёл рукой по волосам и тихо выдохнул, будто пытался успокоиться. Но получалось плохо. — Вам повезло, что вы вообще домой вернулись. На кухне снова повисла тишина.Дождь за окном усилился.Мама медленно посмотрела на Соён.И её взгляд был совсем другим.Не злым.Испуганным. — Девочка моя… Соён почувствовала, как внутри начинает всё ломаться. Мама тихо спросила: — Это правда? Соён напряглась. — Что? — То, что писали в новостях. У неё внутри похолодело. — Какие новости?.. Брат резко достал телефон. Открыл экран.И кинул его на стол перед ней. Соён опустила взгляд. Заголовок новости бил прямо в глаза. «Ночной конфликт в элитном клубе: сын наследника компании «Обсидиан»тяжело ранен.» Ниже была фотография.Размытая.Но на ней отчётливо виднелась Ари.В крови.Возле скорой. Соён резко побледнела. А брат тихо сказал: — Теперь понимаешь, во что вы влезли?.. Соён стояла посреди кухни, будто прибитая к полу.Телефон с новостью всё ещё лежал на столе.Эта фотография.Ари возле скорой.Кровь на руках.Её испуганное лицо.Всё выглядело слишком реально.Слишком страшно. Брат тяжело провёл рукой по лицу и снова сорвался: — Вы вообще думаете головой или нет?! Соён вздрогнула. — Хватит кричать… — Хватит?! — он резко ударил ладонью по столу. — Да вас чуть не убили вчера! — Всё закончилось— — Ничего не закончилось! Его голос эхом ударился о стены кухни. Мама сидела молча.Слишком молча.И именно это пугало сильнее всего. Соён нервно сглотнула. — Ари отдала кровь… и сейчас всё нормально… Брат резко повернулся к ней. — Что? Соён опустила взгляд. — Для операции нужен был донор… и подошла только её кровь. Несколько секунд стояла абсолютная тишина.А потом брат резко выдохнул. — Зачем?! Его голос был почти бешеным. — Зачем вы вообще в это полезли?! И в этот момент с лестницы раздался хриплый голос: — Потому что я так захотела. Все обернулись одновременно.Ари стояла на ступеньках.Бледная.В большой растянутой футболке.С растрёпанными волосами.Она выглядела уставшей до невозможности.Но её глаза…Горели.Она медленно спустилась вниз. Брат смотрел на неё в шоке. — Ты вообще слышишь себя?! Ари резко усмехнулась.Нервно.Сломано. — А ты слышишь?! — Ари! — Нет! — её голос сорвался. — Нет, хватит! Она впервые кричала так.По-настоящему.Не сдерживаясь.И у Соён внутри всё замерло.Потому что Ари всегда молчала.Терпела.Прятала. А сейчас…будто взорвалась. — Он умирал! — закричала она. — Ты понимаешь это или нет?! Брат зло посмотрел на неё. — А если бы умерла ты?! — Да плевать мне было! — Ари! — ПЛЕВАТЬ! Слёзы резко покатились по её щекам. Она задыхалась от эмоций. — Я не могла просто стоять и смотреть! Брат шагнул к ней. — Это не твоя война! — Уже моя! Эти слова ударили по кухне как пощёчина. Соён резко посмотрела на сестру.Ари дрожала.Вся.Будто держалась на последних остатках сил. — Ты не понимаешь… — её голос сломался. — Когда он лежал там… Она закрыла лицо руками.И заплакала.Громко.Больно.Будто внутри неё что-то окончательно треснуло. Брат хотел что-то сказать. Но внезапно— — ХВАТИТ! Голос мамы прозвучал так резко, что все замерли.Она медленно поднялась из-за стола.И впервые за долгое время выглядела не уставшей.А сломанной.Её глаза были тусклыми.Красными от недосыпа.Она смотрела на дочерей так, будто ей было больно даже дышать. На кухне повисла тяжёлая тишина.Даже брат замолчал.Мама медленно посмотрела на Ари.Потом на Соён. И тихо сказала: — Я не для этого растила вас. Её голос дрогнул. — Не для того, чтобы в один день мне позвонили и сказали, что мои дочери умерли из-за каких-то ублюдков. Ари замерла.Соен почувствовала, как по коже пробежал холод.Мама опустила взгляд. И вдруг очень тихо сказала: — Я ведь сама от этого сбежала… Соён нахмурилась. — О чём ты?.. Мама медленно подняла глаза.И в них было что-то страшное.Что-то старое.Давнее.Будто призрак прошлого внезапно вернулся. — С подросткового возраста я убегала от этого мира. На кухне стало так тихо, что слышно было, как дождь стучит по окнам. Брат медленно выпрямился. Соён прошептала: — Мам… Та горько усмехнулась. — Вы думали, почему я так испугалась, когда узнала фамилии этих мальчиков? Никто не ответил.Мама подошла к окну.Скрестила руки на груди. И тихо сказала: — Потому что я знаю этот мир слишком хорошо. Соён почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. — Что ты имеешь в виду?.. Мама долго молчала.А потом повернулась к ним. — Моя семья тоже часть мафии. У Соён перехватило дыхание.Ари медленно опустила руки от лица.Брат застыл. Мама продолжила: — Не мелкой банды. А одной из самых жестоких организаций Пусана. Её голос стал холоднее.Будто она снова вернулась туда мысленно. — Мой отец торговал оружием. Мой брат занимался убийствами. А мой дядя продавал людей за границу. У Ари расширились глаза.Соён почувствовала тошноту. Мама смотрела куда-то сквозь них. — В нашем доме кровь была обычным делом.Я выросла среди мужчин, которые улыбались за ужином, а ночью приказывали закапывать тела. У Соён по спине пробежали мурашки. — Когда мне было семнадцать… меня хотели выдать замуж. Ари тихо прошептала: — За кого?.. Мама усмехнулась. Без радости. — За сына другой семьи. — Чтобы укрепить союз. Соён почувствовала, как внутри всё сжалось. Мама медленно продолжила: — И тогда я сбежала.Ночью.Без денег.Без вещей.Я оборвала все связи.Сменила номер.Имя.Всё. Её глаза наполнились слезами. — Я думала, что наконец свободна. Она посмотрела на дочерей.И голос её стал почти шёпотом. — Но почему-то это снова нашло меня. «Тем временем в больнице» Больница утопала в утренней тишине.Свет в коридорах был тусклым, холодным. За окнами медленно светлело небо, окрашенное серым рассветом и дождём. Где-то вдали тихо пищали аппараты, слышались шаги медсестёр и приглушённые голоса врачей.Палата реанимации была почти полностью погружена в полумрак.Только монитор возле кровати ритмично мигал зелёными линиями. Пик. Пик. Пик. Чонгук лежал неподвижно.Бледный.Подключённый к аппаратам.Белая повязка выглядывала из-под больничной рубашки, а на руках всё ещё оставались следы засохшей крови, которую не успели до конца смыть.Воздух пах лекарствами и металлом.На небольшом диване возле стены спал Тэхен.Он уснул сидя.Голова была запрокинута назад, руки скрещены на груди.Даже во сне лицо оставалось напряжённым.Будто организм отключился, но мозг всё ещё продолжал бороться.На полу валялась пустая бутылка воды.Рядом — куртка. И телефон с десятками непрочитанных сообщений.Тишина.Тяжёлая.Почти давящая. И вдруг пальцы Чонгука едва заметно дрогнули.Сначала слабо.Почти незаметно.Потом снова. Его дыхание изменилось.Стало чуть резче.Брови едва нахмурились.Будто он пытался выбраться откуда-то очень глубоко.Из темноты.Из боли.Сознание возвращалось медленно.Рваными вспышками.Музыка клуба.Крики.Кровь.Ари.Лицо Джэхена.Выстрел.Темнота. Чонгук резко вдохнул.Грудь болезненно сжалась.Боль ударила мгновенно.Острая.Жгучая.Он едва слышно застонал.Веки дрогнули.И медленно открылись.Свет тут же ударил в глаза.Размыто.Непонятно.Белый потолок.Писк аппарата.Тяжесть во всём теле. Чонгук попытался пошевелиться и резко поморщился от боли. — Твою мать… Голос был хриплым.Почти сломанным. На диване Тэхен резко дёрнулся.Несколько секунд он не понимал, где находится.А потом поднял голову.И застыл. — Чонгук?.. Тот медленно повернул голову.Взгляд был мутным.Уставшим. — Чего орёшь… Тэхен резко вскочил. — Ты очнулся. Чонгук тяжело выдохнул. — Вижу. Тэхен смотрел на него несколько секунд.А потом внезапно подошёл и с такой силой ударил брата по ноге, что Чонгук зашипел от боли. — Ты больной?! — прохрипел он. Тэхен тяжело выдохнул.Глаза у него были красные. — Придурок. Чонгук нахмурился. — Чего ты… Но Тэхен перебил: — Ты чуть не сдох. Тишина.Чонгук медленно отвернулся к потолку.В памяти снова вспыхнуло лицо Ари.Испуганное.Заплаканное.Он резко напрягся. — Ари. Тэхен посмотрел на него. — Что? Чонгук попытался приподняться.Боль тут же прострелила тело.Он стиснул зубы. — Где она? Тэхен подошёл ближе. — Лежи. — Где. Она. Голос стал жёстче.Опаснее. Тэхен несколько секунд молчал. А потом тихо сказал: — Дома. Чонгук закрыл глаза.Будто только сейчас смог нормально вдохнуть. Тэхен внимательно смотрел на него. И вдруг сказал: — Она отдала тебе кровь. Чонгук замер.Медленно открыл глаза. — Что?.. — Ты потерял слишком много крови. — Донор не подходил. Тишина. — Подошла только Ари. У Чонгука будто что-то рухнуло внутри.Он смотрел перед собой.Не двигаясь. А потом тихо спросил: — Она в порядке? Тэхен горько усмехнулся. — А как ты думаешь? Чонгук сжал челюсть. Тэхен тихо сказал: — Она думала, что ты умрёшь. В палате повисла тишина.Только аппарат продолжал размеренно пищать. Тэхен стоял возле кровати, всё ещё не веря, что брат действительно пришёл в себя.Живой.Он резко схватил телефон. Пальцы дрожали от усталости и адреналина.Сначала мама.Гудки казались бесконечными. Она ответила почти сразу. — Тэхен?.. — Мам. Он выдохнул.И впервые за эту ночь в его голосе появилась жизнь. — Он очнулся. Тишина. А потом на том конце раздался всхлип. — Что?.. — Чонгук очнулся. Послышался шум. Будто она резко встала. — Мы сейчас будем. Связь оборвалась. Следующий звонок — отцу. Тэхен коротко бросил: — Он пришёл в себя. И даже через телефон почувствовал тишину. Тяжёлую. Потом спокойный голос Ким Ёнсу: — Понял. Но Тэхен слишком хорошо знал отца. За этим ледяным тоном скрывалось нечто большее.Через пятнадцать минут дверь палаты резко распахнулась. Первой влетела мать. Ким Хёнджин выглядела так, будто не спала вечность.Волосы собраны кое-как. Глаза опухшие от слёз.Но когда она увидела Чонгука с открытыми глазами— она сломалась. — Господи… Она подлетела к нему мгновенно. Осторожно обхватила его лицо ладонями. Будто боялась, что он исчезнет. — Ты жив… Голос дрожал. Она начала целовать его лоб, волосы, щеки, не сдерживая слёз. — Идиот… какой же ты идиот… Чонгук поморщился. — Мам… Но голос был слишком слабый. И она снова заплакала. — Ты понимаешь, что я пережила?! Тэхен тихо отвернулся.В груди неприятно сжалось.Он никогда не видел мать такой. Ким Хёнджин всегда была сильной. Спокойной.Но сейчас…она выглядела просто матерью, которая едва не потеряла сына. Чонгук медленно посмотрел за её плечо. У двери стоял отец. Ким Ёнсу.Как всегда идеально собранный. Тёмное пальто.Холодный взгляд.Но сегодня что-то было иначе.Он молчал.Просто смотрел на сына. И в его глазах не было привычного льда. Только усталость.И что-то очень тяжёлое. Мать медленно отошла от кровати.Тогда Ёнсу подошёл ближе. Чонгук напрягся автоматически.С детства так было.Отец никогда не был человеком тепла.Никогда не обнимал.Никогда не говорил лишнего.Только требования.Приказы.Контроль. Но сейчас…Ким Ёнсу вдруг тихо положил руку ему на плечо.А потом неожиданно притянул к себе.Очень коротко.Очень сдержанно.Но обнял.Чонгук замер. Тэхен тоже застыл.Потому что это было впервые.Абсолютно впервые. Отец тихо сказал: — Не смей больше так делать. Голос был низким.Хриплым.И Чонгук вдруг понял он тоже испугался.По-настоящему.Ёнсу медленно отстранился.Снова стал холоднее.Собраннее.Но трещину уже было видно. Мать вытерла слёзы и тихо спросила: — Болит сильно? Чонгук усмехнулся уголком губ. — Бывало хуже. Тэхен фыркнул. — Конечно. Король драмы очнулся. Чонгук слабо посмотрел на него. — Заткнись. И впервые за последние сутки в палате появилась жизнь.Хрупкая.Но живая. «Дом семьи Кан» Тем временем дома у Канов воздух был не легче.Кухня всё ещё стояла в тяжёлой тишине после рассказа матери.Будто стены сами были шокированы услышанным.Ари сидела за столом, обхватив кружку ладонями.Но чай давно остыл.Соён стояла у окна.Дождь всё ещё стучал по стеклу.Мама молчала.Смотря куда-то в пустоту.Будто снова вернулась в своё прошлое.Брат медленно сел на стул.Потёр лицо руками. — Чёрт… Никто не знал, что сказать.Потому что всё вдруг стало слишком большим.Слишком страшным.Соён медленно повернулась к матери. Сердце колотилось. — Значит… Голос дрогнул. — Твоя семья нашла нас? Мама резко подняла взгляд.И этого взгляда хватило.Соён почувствовала холод внутри.Потому что это было не удивление.Не непонимание. Это был страх.Настоящий. Мама медленно опустилась на стул.Её пальцы дрожали.Она долго молчала.Слишком долго. А потом тихо сказала: — Я не знаю. Ари нахмурилась. — Что значит не знаешь? Мама подняла глаза. — Последний раз я слышала о них двадцать три года назад.После этого я исчезла.Полностью. Соён тихо спросила: — Тогда почему ты боишься? Мама горько усмехнулась. — Потому что такие люди не отпускают. В комнате стало холодно. Она продолжила: — Если они узнали, что у меня есть дети… Её голос оборвался. Брат резко поднял голову. — Что тогда? Мама посмотрела прямо на него. И тихо произнесла: — Тогда у нас проблемы намного хуже, чем семья Ким. Дом будто стал меньше. После слов матери в комнате повисла такая тишина, что было слышно, как где-то на кухне капает вода из крана — медленно, упрямо, будто отсчитывает новую реальность. Соён стояла у стола, все еще не веря в услышанное. Ари сидела на диване, укутанная в плед, с уставшими глазами и спутанными волосами — будто тело здесь, а мысли где-то далеко, в больнице, в белых коридорах и запахе антисептика. Мать не повышала голос. Это было хуже. — С этого дня вы обе под домашним арестом, — сказала она ровно, глядя прямо на дочерей. Соён моргнула, будто не расслышала. — Мама, ты серьезно? Мать медленно повернула голову к ней. Взгляд был холодный, но не жесткий — усталый. — А ты, молодая госпожа, услышала шутку в моих словах? Или хочешь побыстрее умереть? Фраза ударила тише крика, но сильнее. Соён прикусила губу. Ари напряглась. — Будете сидеть дома, — продолжила мать, — пока я не решу, что с этим делать. Брат стоял у двери, сжав челюсть. Он выглядел так, будто хотел спорить, но впервые не нашел аргументов, которые не разрушат еще больше. — Я возьму отпуск, — наконец сказал он. — Я буду с ними. Учеба и дом. Всё. Ари резко подняла взгляд. — Нам не пять лет… — Сейчас — не время спорить, Ари, — отрезал он. И это было сказано не как приказ. Как страх. Девочки поднялись в комнату. Соён закрыла дверь в комнату почти бесшумно.Щелчок замка прозвучал громче, чем должен был.Ари стояла у окна, не раздеваясь до конца — будто любое движение требовало слишком много сил. Внизу двор был спокойный, обычный, слишком нормальный для того, что творилось внутри них последние сутки. — Мне надо к Чонгуку, — сказала она тихо. Соён даже не сразу повернулась. Потом резко обернулась. — Ты с ума сошла?Мы под домашним арестом Ари подняла на нее взгляд — усталый, но упрямый. Такой, который Соён слишком хорошо знала. — Пожалуйста. Придумай что-нибудь. Пауза. Соён выдохнула, потерла лицо ладонью, будто пыталась стереть усталость вместе с реальностью. — Ты серьезно сейчас? — Да. Еще одна пауза. И потом, почти раздраженно, но уже с капитуляцией: — Ладно. Но ночью. Когда мама и брат уснут. Ари не ответила словами.Она просто шагнула вперед и крепко обняла Соён. Так крепко, что та даже немного замерла. — Спасибо, — тихо. Соён фыркнула, но не оттолкнула. — Если нас поймают — ты первая бежишь. — Согласна. И на секунду в комнате стало чуть легче дышать.День тянулся странно спокойно. Слишком спокойно после всего, что случилось.Мама была дома, но почти не разговаривала — только короткие фразы, бытовые, как будто эмоции она спрятала куда-то глубоко и теперь не хотела доставать обратно.Брат сидел с ноутбуком, делая вид, что работает, но каждые десять минут проверял, где девочки.Ари почти не выходила из комнаты. Соён то спускалась, то возвращалась, будто искала способ привыкнуть к новому «нельзя». Телефон Ари зазвонил резко, разрывая тишину. На экране: ДЖЭХЕН. Один раз. Второй. Третий.И дальше — поток пропущенных. Соён закатила глаза из коридора: — Он вообще спит когда-нибудь? Ари взяла трубку. — Да? На том конце сразу стало тише. Как будто он ждал этого звонка как воздуха. — Ты жива, — выдохнул он. Ари чуть усмехнулась. — Разочарован? — Очень, — в его голосе появилась улыбка. — Я думал, ты хотя бы драматично исчезнешь. — Не сегодня. Пауза. — Как вы доехали? Ари перевела взгляд в окно. — Нормально. Я сразу уснула, как пришли. Она говорила спокойно. Даже слишком. Про маму. Про брата. Про крики. Но — не про то, что сказала мать. Это она оставила внутри. — И всё? — уточнил Джэхен. — Всё. Он помолчал. — Вы дома? — Да. Еще пауза. —Домашний арест? Ари чуть выдохнула через нос. — Уже дошло? И тут он неожиданно засмеялся. Легко. Почти тепло. — Ну что, — сказал он, — значит теперь будем видеться через окно. Ари на секунду закрыла глаза. И почему-то это не прозвучало так глупо, как должно было. — Ты ненормальный, — тихо сказала она. — Ты просто раньше не замечала. После ужина.Мама стояла у стола, убирая посуду так аккуратно, будто каждое движение должно было закрепить сказанное ранее правило.Девочки уже поднялись из-за стола, переглянулись — молча, с надеждой, что на сегодня всё. Но мама резко остановила их у выхода из кухни. — Ещё раз напомню, — её голос был спокойным, но без мягкости. — Если вы нарушите домашний арест, вы сидите дома ещё месяц. Без обсуждений. Соён закатила глаза, но промолчала. Ари сжала губы. Они уже почти развернулись к лестнице, когда мама протянула руку: — Телефоны. Пауза. — Мама… — начала Соён, но сразу осеклась, увидев взгляд. Ари молча отдала свой.Соён тоже, с таким видом, будто расстаётся с частью души. Когда они поднялись наверх, Соён пробормотала уже в коридоре: — Даже в тюрьмах так не обращаются. Ари слабо усмехнулась, но без радости.Комната встретила их привычной тишиной.Ари закрыла дверь и прислонилась к ней на секунду. — И что делать? — тихо спросила она, глядя на Соён. — Как я выйду из дома? Соён уже стягивала резинку с волос, будто это было важнее философии. — Выйдешь, — спокойно ответила она. — Очень уверенно звучит. — Потому что я знаю, — Соён посмотрела на неё. — Ложись. Они переоделись в пижамы почти синхронно, как всегда делали с детства — без лишних слов, на автомате, будто тело помнит привычки лучше, чем голова. Ари легла первой, уставившись в потолок. Соён через минуту тоже. И тишина снова накрыла комнату. Прошло минут десять. Потом Соён резко приподнялась. — Подожди. Она встала и подошла к шкафу. Ари повернулась на бок. — Ты куда? Соён потянулась вглубь полки и достала… телефон. Ари замерла. — Что это? — медленно спросила она. Соён даже не обернулась. — Телефон. Не видно? — У тебя есть запасной телефон?! — в голосе Ари наконец появилась жизнь. Соён повернулась с выражением лица «ну конечно». — А ты что думала? Я у тебя одна такая правильная сестра? Ари села на кровати. — Я думала, ты хотя бы немного правильная. — Ошиблась. Соён легла обратно, уже держа телефон в руках. — Так, не мешай. И начала печатать. Тэхен ответил почти сразу. «…с какого незнакомого номера ты мне пишешь?» Соён прищурилась. — Узнал слишком быстро. Она напечатала: «Домашний арест.» И добавила ещё: «Поздравляю, ты общаешься с преступником режима.» Через пару секунд пришли смайлики. «😂😂😂😂» Соён шумно выдохнула. — Не смешно. И тут Тэхен начал отвечать быстрее. «Домашний арест? Вы что, в 2007 живёте?» «Вас охраняют как особо опасных людей?» Соён сжала губы, но уголок рта всё-таки дернулся. — Он бесит, — сказала она вслух. Ари, лежа рядом, тихо усмехнулась в подушку. И впервые за день в комнате стало не так тяжело.Потому что где-то там, за запретами, домашними арестами и закрытыми дверями — жизнь всё равно продолжала смеяться. Соён чуть приподнялась на локте, глядя в экран так, будто пыталась прожечь в нем дыру. Пальцы быстро застучали по клавиатуре. «Ари хочет прийти к Чонгуку.» Она на секунду остановилась, потом добавила: «Срочно.» Ответ пришёл почти сразу. Тэхен. И, конечно же, первым делом — смайлики «😂😂😂» Соён шумно выдохнула через нос. — Он вообще умеет отвечать нормально? — пробормотала она. Ари повернулась на бок, наблюдая за ней. — Что он сказал? Соён прочитала вслух, с максимально недовольной интонацией: «Мама пока не собирается уходить, но я отвлеку её.» Пауза.И дальше: «Вы там только не устраивайте побег из тюрьмы века.» Соён закрыла глаза. — Он издевается. Ари тихо усмехнулась. — Он всегда такой? — Хуже. Соён снова напечатала, уже резче: «Когда Ари выйдет из дома — я напишу.» И добавила, будто специально: «И хватит смеяться.» Ответ пришёл мгновенно. «Поздно😂😂😂» Соён села прямо. — Я сейчас сломаю этот телефон. Ари уже откровенно улыбалась в подушку. — Он тебя доводит специально. — Я заметила. Тэхен не останавливался. «Скажи Ари, что Чонгук пока жив.» «Почти нормально.» «Ну… по его стандартам.» Соён прищурилась. — Он реально считает это шуткой? Ари уже села на кровати, внимательно читая экран через её плечо. — Это значит, что он пришёл в себя. Соён замолчала на секунду. И чуть тише: — Да. Телефон снова завибрировал. «И ещё.» «Если вы реально соберётесь пробираться к больнице — я вас не видел.» Соён подняла взгляд к потолку. — Он нам сейчас что, помогает или угрожает? Ари тихо выдохнула. — Он просто… такой. — Ужасный? — Живой, — поправила Ари. Соён напечатала последнее сообщение: «Если нас поймают — ты первый сдашься.» Ответ пришёл сразу же: «Я не сдаюсь.» «Я красиво исчезаю.» И снова смайлик «😂» Соён бросила телефон на подушку. — Всё. Я его ненавижу. Ари тихо засмеялась. — Нет, не ненавидишь. Соён посмотрела на неё. Пауза. И уже без злости, просто устало: — Он бесит. Ари кивнула. — Значит, всё нормально. И в комнате снова стало тихо — но уже не тяжело. Соён спустилась вниз почти на цыпочках. Дом ночью звучал иначе — не как днем. Каждый скрип половиц, каждый вздох стен казался громче обычного. Она остановилась у кухни, налила воды, сделала вид, что просто «проснулась попить», и даже задержалась у раковины чуть дольше, чем нужно.Потом медленно прошла мимо гостиной.Мама спала на диване, уставшая, с пледом на плечах. Брат — в своей комнате, дверь закрыта. Тишина. Соён выдохнула и так же тихо вернулась наверх. Как только дверь в комнату закрылась, Ари сразу подняла взгляд. — Ну что? Соён кивнула, снимая резинку с запястья. — Спят. Ари уже встала с кровати.Без лишних слов.Будто тело само знало, что сейчас нет времени на сомнения.Она быстро открыла шкаф, достала вещи: джинсы, простую футболку и сверху накинула бомбер. Движения были быстрые, но аккуратные — как у человека, который делает что-то запретное, но давно знакомое с риском.Волосы она оставила распущенными.Потом подошла к зеркалу. Консилер. Пара легких движений под глазами. Соён смотрела на неё, скрестив руки. — Боже, ты на свидание идёшь? Или к человеку, который одной ногой в могиле был? Ари, не отрываясь от зеркала, спокойно ответила: — Заткнись. Пауза. И уже тише: — Я не должна выглядеть как ходячий призрак. Соён фыркнула, но ничего не сказала. Она взяла телефон — тот самый «запасной». Быстро напечатала Тэхену: «Ари выходит.» Ответ пришёл мгновенно. Соён даже не удивилась. «Я уже у входа.» Соён закатила глаза и убрала телефон. — Он реально там стоит, как будто у него нет дома. Ари застегнула бомбер. — Он всегда так делает? — К сожалению, да. Соён подошла ближе, уже серьезнее. — Слушай меня. Ари остановилась. — Тебе туда и обратно. Один час. Пауза. — Если мама или брат зайдут в комнату и тебя не будет — нам конец. Поняла? Ари кивнула. — Да. Соён на секунду задержала взгляд на ней. — Будь осторожна.Пожалуйста Ари на секунду замерла.Потом шагнула вперед и обняла её.Крепко.Без слов. Соён сначала напряглась, потом медленно обняла в ответ. — Быстро, — буркнула она уже в плечо Ари. — И без геройства. — Обещаю. Балкон был холоднее комнаты.Ночной воздух ударил в лицо — свежий, острый, будто реальность резко напомнила о себе. Ари осторожно открыла дверь, вышла, посмотрела вниз.Темно.Двор казался ниже, чем обычно, но прыгать всё равно было не самой приятной идеей. — Отлично, — пробормотала она себе под нос. Она перелезла через перила. На секунду зависла. — Если я умру, Соён меня убьёт, — тихо сказала она самой себе. И прыгнула.Приземление вышло жестким, но удачным.Ари сразу выпрямилась, оглянулась — никого.Тишина.Лишь слабый свет фонаря у дома.Она подняла взгляд наверх.Соён стояла у балкона, смотрела вниз.Ари махнула ей рукой. И побежала. Город ночью был другим.Мягкие огни улиц, редкие машины, воздух, в котором чувствовалась жизнь, скрытая от дневной суеты.Ари шла быстро, почти не останавливаясь.Сердце стучало не от страха — от странного напряжения, будто она пересекает границу, которую обратно так просто не закрыть.И где-то впереди, между светом больничных окон и ночной тишиной, эта ночь только начиналась.