Конкьюкс

Зал Высшего Совета Кибертрона бурлил. Свет голографических проекторов заливал круглой стол холодным неоновым сиянием, транслируя бесконечные схемы энергораспределения. Перемирие заставляло бывших врагов сидеть в одном отсеке, но мирная рутина душила десептиконов. Оптимус Прайм, серьезный и сосредоточенный, листал датапады, изредка бросая взгляды на Мегатрона. Экс-лидер десептиконов сидел монументально, вальяжно откинувшись на спинку кресла. Его алая оптика лениво сканировала зал, но внутренние модули были настороже. Рядом, по правую руку от Мегатрона, сидел Старскрим. Несколько циклов он отчаянно пытался удерживать маску «идеального, покладистого конъюкса», которую Мегатрон так грубо сорвал с него в покоях. Сикер контролировал каждый свой вдох, берег починенное Нокаутом правое крыло и терпел технологическую заглушку слева. Он пытался играть в покорность, чтобы защитить свою обшивку. Но сегодня иллюзия контроля рухнула с треском. Повестка дня коснулась логистики Каона. На прямую связь с Советом вывели двух молодых десептиконских интендантов, которые мямлили, путались в цифрах и никак не могли объяснить задержку поставок очищенного энергона для строительных доков. — Сэр... Лорд Мегатрон, — заикаясь, вещал с голограммы молодой десантник. — Распределительные прессы в третьем секторе выдали сбой... Нам потребовалось время на перекалибровку... Автоботские патрули не давали допуск... Старскрим слушал это, и внутри его процессора словно замкнуло главный предохранитель. Невыносимая монотонность последних циклов, удушающий страх перед заискренностью, унижение перед Праймом и злость на Шоквейва — всё это скопилось в его контурах критическим зарядом. Маска покладистости разлетелась в пыль. Сикер резко вскочил с места, с грохотом оттолкнув кресло. Его правое крыло яростно дернулось вверх, а алая оптика бешено замигала. — Молчать, идиоты! Куски дефектного лома! — взвизгнул Старскрим, его вокалайзер мгновенно сорвался на привычный, пронзительный ультразвук, разнесшийся под сводами зала. — Вы смеете мямлить оправдания перед Высшим Советом?! Перекалибровка?! Автоботские патрули?! Да если бы вы выполняли мои приказы вовремя, а не протирали свои бамперы в нижних ярусах, энергон давно бы стоял в доках! Вы позорите всю фракцию сикеров своим ничтожеством! Я лично разберу вас на болты, если через два клика отчеты не будут идеальными! Вышвырнуть их со связи! Голограмма перепуганных подчиненных с шипением погасла — Старскрим со всей силы ударил ладонью по сенсорной панели терминала. Он тяжело, со свистом вентилировал, его грудная пластина ходила ходуном, а пальцы судорожно сжимались в когтистые кулаки. В зале Совета повисла гробовая тишина. Оптимус Прайм нахмурился, Ультра Магнус возмущенно выпрямился, а Дредвинг, сидевший у края, лишь тяжело вздохнул, качая шлемом. Мегатрон медленно повернул шлем к своему конъюксу. Его алая оптика сузилась до опасных, леденящих точек. Гладиатор внутри него был крайне недоволен. Да, он сам требовал от Старскрима отказаться от фальшивой кротости. Да, его бесила кукольная маска. Но сикер полностью потерял контроль. Он сорвался на подчиненных прямо на глазах у автоботов, выставив десептиконское руководство неуравновешенным сбродом, и, что хуже всего, нарушил грань субординации перед всем Советом. — Сядь на место, Старскрим, — низкий, вибрирующий бас Мегатрона прозвучал пугающе тихо, но от этой тишины у сикера инстинктивно подкосились сервоприводы. Но Старскрима уже несло по контурам безумия. Адреналин и ярость ослепили его логические модули. Вместо того чтобы послушно замолчать, он круто развернулся всем корпусом к Мегатрону, яростно уставившись прямо в багровые окуляры своего Лорда. — О, теперь ты приказываешь мне сесть, Мегатрон?! — дерзко, во всеуслышание выкрикнул Старскрим, кривя фейсплейт в безумной, самоубийственной ухмылке. — Ты сидишь тут и вальяжно катаешь окуляры, пока твои подчиненные превращаются в размякших кадетов, у которых процессоры клинит от одного вида желтого значка Бамблби! Ты упиваешься своей властью надо мной в наших покоях, заставляешь меня ползать на коленях и бредишь спарками, но на самом Совете ты просто позволяешь Прайму и его шавкам душить Каон своими квотами! Ты теряешь контроль над планетой, Мегатрон! Твоя стратегия — это медленная смерть для нас! — Старскрим, замолчи! — твердо прикрикнул Оптимус Прайм, поднимаясь со своего места, чтобы остановить этот очевидный семейный и политический коллапс. — Твое поведение недопустимо на официальном заседании! — А ты вообще закрой свой вокалайзер, Прайм! — безумно огрызнулся сикер, взмахивая манипулятором в сторону лидера автоботов. — Твоя святость сидит у меня в печенках! БАХ! Мегатрон не стал бить его по лицу — они были на публичном Совете. Вместо этого его огромная, многотонная ладонь с сокрушительной силой опустилась на плечевой щиток Старскрима, прямо возле левой заглушки. Импульс веса и кинетической энергии был такой мощности, что сикера буквально впечатало обратно в кресло. Металл под его педалями жалобно звякнул, а гидравлика в ногах выдала сдавленный свист. Мегатрон медленно подался вперед, нависая над сжавшимся сикером. Его лицо было маской смертоносного, абсолютного гнева. Озоновый запах от его перегретых систем заполнил зал. Старскрим должен был знать грань. Есть время для яда внутри их спальни, но переносить это на Совет, дерзить соправителю при автоботах и подрывать основы десептиконского авторитета — это было табу, за которое карали безжалостно. — Ты. Перешел. Черту. Конъюкс, — процедил Мегатрон сквозь плотно сомкнутые дентопластины, и каждая его фраза вибрировала на опасных, ломающих частотах. — Твой процессор окончательно перегорел от безнаказанности. Ты забыл, кто держит твою искру в ладони. Старскрим мгновенно протрезвел. Лихорадочный блеск в его оптике сменился диким, леденящим ужасом. Он осознал, что только что наговорил на глазах у Оптимуса и Дредвинга. Правое wing судорожно прижалось к спине, а из вокалайзера вырвался тихий, прерывистый хрип. Иллюзия контроля разлетелась, оставив его один на один с чудовищем, которое он сам же и раскочегарил. — Мегатрон... я... — заикаясь, попытался сдать назад сикер, вжимаясь в спинку кресла. — Молчать, — ледяным тоном оборвал его Мегатрон. Он выпрямился и повернул шлем к Оптимусу Прайму, его лицо вернуло маску жесткого, непоколебимого спокойствия. — Оптимус. Заседание Совета прерывается по техническим причинам десептиконской фракции. Мой заместитель требует... немедленной калибровки систем жизнеобеспечения. Мы уходим. Не дожидаясь ответа автоботов, Мегатрон железной хваткой впился в воротниковую броню Старскрима, буквально выдергивая его из кресла, как поломанную игрушку, и волоча за собой к выходу. Сикер не сопротивлялся — его системы парализовало страхом перед грядущим вечером за закрытыми дверями цитадели Каона.